2. Ты дома — в Боге, видишь сон изгнания, но в силах пробудиться от него к реальности. Тебе ли принадлежит подобное решение? По собственному опыту ты знаешь, что всё во сне воспринимается реальным, пока ты спишь. Но с пробуждением приходит осознание: того, что виделось таким реальным, не было вовсе. Это тебя не удивляет, хотя во сне и нарушались законы, действующие наяву. Разве не мог ты просто перейти из одного сна — в другой, так и не пробудившись к реальности?3. Станешь ли ты тратить усилия в попытке примирить происходящее в конфликтных снах или откажешься от одного и от другого сна, поняв, что реальность не согласуется ни с тем и ни с другим? Ты не помнишь себя наяву. Услышав Святого Духа, ты, вероятно, почувствуешь себя лучше, ибо любить покажется тебе возможно, но ты еще не помнишь, что когда–то оно так и было. А вспомнив, ты поймешь, что так оно может быть вновь, возможное еще не достигнуто. Что было, есть и сейчас, если оно вечно. И вспоминая, ты узнаешь: то, что ты помнишь — вечно, поэтому оно — сейчас.4. Ты вспомнишь всё, как только пожелаешь того всецело, ведь если желать всецело и есть творить, то ты покончишь с разделением, и возвратишь свой разум одновременно своим творениям и своему Творцу. А их узнав, ты более не станешь помышлять о сне, желая только пробуждения и радости. И сны уже немыслимы, ибо твоим единственным желанием станет истина, и став наконец твоею волей, она — твоя.II. Решение забыть1. Лишь зная что–то, возможно с ним себя разъединить. Знание должно предшествовать разъединению, поэтому, вытеснение — не более, чем решение забыть. Забытое тогда пугает, но только потому, что разъединение — это атака на истину. Ты в страхе по той причине, что ты забыл. Ты знание заместил осознанностью снов, ибо боишься собственной отъединенности, а не того, с чем ты себя разъединил. Когда отъединенное приемлется, оно перестает страшить.2. Однако, отказ от размежевания с реальностью приносит много больше, нежели просто отсутствие страха. В этом решении заключены и радость, и покой, и слава творения. Так предложи Святому Духу только свое желание помнить, ибо Он сохраняет для тебя знание Сущего и самого тебя, ждущее твоего приятия. С радостью отринь всё, преграждающее путь воспоминанию, ибо Бог — в памяти твоей. Как только ты пожелаешь Его вспомнить и снова познать свою реальность, Голос Его тебе поведает, что ты — часть Его. Не позволяй чему–либо в сем мире задерживать твое воспоминание о Нем, ибо в воспоминании этом — знание самого себя.
3. Вспомнить — означает просто возродить для разума то, что уже в нем. Ты вспоминаемого не создаешь; ты снова принимаешь содержимое разума, отвергнутое им. Способность принять истину в этом мире есть, в плане восприятия, параллель творению в Царстве Небесном. Бог сдержит Свое обещание, если ты выполнишь свое, а возвращение Бога в обмен на возвращение твое и есть обмен восприятия на знание. Воля Его для тебя не знает невозможного. Дай только знать о своей воле Его вспомнить — и созерцай! Он всё тебе отдаст, ты только попроси.4. Любой атакой ты отрицаешь самое себя. Ты учишь себя намеренно тому, что ты — не то, что есть. Твое отрицание реальности мешает принятию Божьего дара, ибо ты принял нечто другое взамен. Если понять, что это — всегда атака на истину, а истина есть Бог, то станет ясно, почему атака всегда сопряжена со страхом. А если далее ты осознаешь, что ты — часть Бога, то разберешься, почему всегда прежде всего ты нападаешь на себя.5. Любая атака есть нападение на самого себя. Она не может быть ничем иным. Рожденная твоим решением быть не тем, что ты есть, она — атака на твое тождество. Иными словами, атака — это дорога к утрате собственного тождества, ведь нападая, ты забываешь, кто ты такой. А если твоя реальность и есть реальность Бога, то нападая, ты о Нем не помнишь. И вовсе не потому, что Он исчез, а потому, что ты намеренно решил о Нем забыть.6. Когда б ты осознал, как это разрушительно для твоего душевного покоя, ты бы не принял столь безумного решения. Ты принимаешь его только потому, что всё еще уверен: оно поможет заполучить желанное. Отсюда следует, что ты желаешь нечто, отличное от душевного покоя, но еще не решил, что именно. Логический исход твоего решения предельно ясен, если ты только пожелаешь на него взглянуть. Приняв решение против реальности, ты бдительность свою направил против Бога и Его Царства. Именно эта бдительность и заставляет тебя бояться памяти о Нем.III. Бог недуга1. Ты не напал на Бога; воистину ты любишь Его. Разве под силу тебе изменить свою реальность? Никто не в силах погубить себя своею волей. Когда ты думаешь, что нападаешь на себя, то это верный признак ненависти к тому, чем ты себя считаешь. На это ты и нападаешь. То, что ты принимаешь за себя, одержимо ненавистью, и этот странный образ способен проявиться крайне пагубно. Но вред, им причиненный, не более реален, чем сам образ, хотя создатели идолов обычно служат им. Те идолы — ничто, а почитатели их — больные Божьи Сыновья. Господь желает вызволения их из недуга и возвращения в Свой Разум. Твою способность им помочь Господь не ограничит, ибо Он подарил ее тебе. Ее не бойся, ведь в ней — твое спасение.
2. Какой еще есть Утешитель у недужных Божьих чад, если не Божья сила, явленная через тебя? Помни: не важно, где именно в Сыновстве принят Утешитель. Он принимается всегда для всех, и когда разум твой Его приемлет, воспоминание о Нем пробуждено во всем Сыновстве. Исцели своих братьев простым принятием Всевышнего за них. Разумы ваши не разделены, и у Единого для исцеления имеется всего один канал, ведь у Него — всего лишь один Сын. Узы, связующие Господа с Его детьми, объединяют их друг с другом и с Ним. Осознать это — значит их исцелить, ибо это есть осознание того, что никто не отчужден, а посему никто не болен.3. Верить, что Божий Сын способен заболеть, значит поверить, будто часть Бога в состоянии страдать. В любви немыслимо страдание, ибо любовь не нападает. Следовательно воспоминание о любви несет с собой неуязвимость. Не принимай же сторону болезни в присутствии Господня Сына, пусть даже он и верит в нее сам, ибо твое приятие Бога в нем — признание в нем Божьей Любви, о коей он забыл. Твое признание его как части Бога напоминает ему истину о нем самом, которую он отрицает. Поддержишь ли ты в нем отрицание Бога, тем самым потеряв из поля зрения себя? Или напомнишь ему о его целостности и будешь помнить вместе с ним Творца?4. Верить, что болен Божий Сын, значит чтить того же идола, коего чтит он. Бог сотворил любовь, а не идолопоклонство. Любая форма поклонения идолам — пародия на творение; ей учат больные разумы, слишком разъединенные, чтобы знать: творение разделяет силу, а не узурпирует ее. Болезнь есть идолопоклонство, поскольку она есть убеждение в возможности лишить тебя твоего могущества. Но это немыслимо, поскольку ты — часть Бога, Который и есть могущество. Недужный бог должен быть идолом, созданным по образу, который видит в нем его создатель. Именно так воспринимает эго Сына Божьего: недужным богом, самосотворенным, самодостаточным, неистовым и очень уязвимым. Такому идолу желаешь ты служить? Такой ли образ станешь зорко охранять? Неужто ты и впрямь боишься его утратить?5. Взгляни спокойно на логический исход системы представлений эго и рассуди, действительно ли тебе нужен подобный дар, поскольку именно его и предлагает тебе эго. Ради такого дара, ты готов напасть на Божественность в своих братьях и таким образом потерять из виду собственную Божественность. И ты готов хранить тот дар сокрытым, оберегая идола, который, как ты думаешь, предотвратит угрозу, которую он символизирует, но которой не существует.
6. В Царстве Небесном нет идолопоклонства, но есть высокая оценка всему творению Божьему благодаря спокойному знанию, что каждый — часть Его. Сын Божий не знает идолов, но знает Своего Отца. Здоровье в нашем мире есть параллель ценности в Царстве Небесном. Не достоинство свое я отдаю тебе, но свою любовь, ибо ты не ценишь себя. Не видя в себе ценности, ты болеешь, но твоя ценность в моих глазах способна исцелить тебя, ибо достоинство Господня Сына — едино. Когда я сказал: "Мир мой оставляю вам", именно это я имел в виду. Покой идет от Бога через меня — к тебе. Он — для тебя, хоть ты о нем, быть может, и не просишь.
7. Если твой брат болеет, то только потому, что он не просит о покое и, следовательно, не знает, что обладает им. Приятие покоя есть отрицание иллюзий, болезнь же и есть иллюзия. Но каждый Божий Сын наделен силой отказаться от иллюзий где угодно в Царстве простым и полным отрицанием их в себе. Я в силах исцелить тебя потому, что знаю тебя. Я знаю за тебя твою ценность, именно эта ценность делает тебя целокупным. Целокупный разум не служит идолам и не знает противоречивых законов. Я исцелю тебя лишь потому, что несу только одну весть, и она истинна. Вера твоя в нее сделает тебя целокупным, когда ты поверишь в меня.
8. Господню весть я приношу без всякого обмана, и ты это постигнешь, когда поймешь, что получаешь всегда ровно столько, сколько способен принять. Ты мог принять покой для всех сейчас и предложить им полную свободу от всех иллюзий, поскольку ты услышал Его Глас. Но не имей других богов перед лицом Его, иначе не услышишь Его. Бог не ревнив к богам, тобою созданным, ты к ним ревнив. Ты их желаешь сохранить и им служить, уверенный, что они создали тебя. Их ты считаешь своим отцом, поскольку проецируешь на них тот устрашающий факт, что ты их создал как замену Богу. Но если вдруг покажется, будто они с тобою говорят, не забывай, что Бог незаменим, и что любая Ему замена есть ничто.
9. Легко поверить, что ты боишься этого ничто, в действительности же ты ничего не боишься. И с этим осознанием ты исцелен. К какому богу ты прислушаешься, того услышишь. Создав бога недуга, ты оказался в состоянии его услышать. Но ты его не сотворил, поскольку его нет в Отцовой Воле. Следовательно, тот бог — не вечен и будет упразднен для тебя в тот самый миг, когда ты пожелаешь принять только вечное.
10. Если у Бога есть всего лишь один Сын, то значит есть всего лишь один Бог. Ты разделяешь с Ним реальность, ибо реальность неделима. Принять других богов "перед лицем Его", значит другие образы поместить перед собой. Ты не осознаешь, с какою преданностью внимаешь своим богам и как ревниво служишь им. Однако только почитанию и обязаны они своим существованием. Отдай же свои почести достойному, и станет твоим покой. Ты унаследовал покой от своего реального Отца. Ты не способен создать себе Отца, а созданный тобой отец не в состоянии создать тебя. Иллюзии не стоят почестей, ведь чтить иллюзии значит чтить ничто. Но и бояться их не стоит, ибо не существует ничего, рождающего страх. Ты выбрал боязнь любви, ввиду ее абсолютной безвредности, и движимый этим страхом, согласился отрешиться и от своей совершенной способности помогать и от своей совершенной Помощи.
11. Только у Божьего алтаря ты обретешь покой. Этот алтарь — в тебе, куда его поместил Всевышний. Голос Его все также зовет тебя вернуться, и ты Его услышишь, когда не будет у тебя других богов "перед лицем Его". По сути, отрекаясь от бога недуга сам, ты отрекаешься от него и за своих братьев. Ибо увидев бога недуга где бы то ни было, ты его принял. Приняв его, ты будешь верно ему служить и поклоняться, поскольку он был создан заменой Богу. Недужный бог есть вера, будто ты волен выбирать, который из богов реален. Хотя и ясно, что это не имеет никакого отношения к реальности, не менее ясно, что выбор твой имеет прямое отношение к той реальности, какою ты ее воспринимаешь.IV. Конец недуга1. Всякая магия — это попытка примирить непримиримое. А всякая религия есть подтверждение тому, что непримиримое — не примирить. Недуг и совершенство несовместимы. И если совершенным сотворил тебя Господь, ты — совершенен. Поверив во власть недуга над собою, ты поместил других Богов перед "лицем Его". Бог не воюет с созданным тобой богом недуга, но ты — в раздоре с ним. Он — символ твоего решения против Бога, и ты его боишься, ибо его не примирить с Господней Волей. На это божество напав, ты сделаешь его для себя реальным. Но отказавшись его почтить, в каком бы месте он ни появился, в какой бы форме ни предстал, ты обращаешь его в прах, из коего он был создан.2. Реальность озарит лишь безмятежный разум. Ведь она в нем — всегда, и только ожидает своего приятия, которое зависит исключительно от твоего желания ее принять. Знание реальности предполагает готовность судить нереальность тем, что она есть. Пренебрегать ничем — значит верно о нем судить и, благодаря своей способности истинно оценить его, расстаться с ним. Знание не сходит в разум, полный иллюзий, ведь истина с иллюзиями несовместима. Истина целокупна, она не познается частью разума.3. Сыновство не воспринимается больным частично, ибо воспринимать его подобным образом — значит вовсе не воспринимать его. Если оно едино, оно едино во всех аспектах. Единство неделимо, воспринимая других богов, твой разум расщеплен, и ты не в состоянии ограничить расщепление, поскольку оно — знак того, что часть своего разума изъята тобой из Божьей Воли. А значит, эта часть — вне твоего контроля. Быть вне контроля значит быть вне здравого смысла: так разум становится безрассудным. Дав разуму неверное определение, ты и воспримешь его функционирующим неверно.