74 Издательство ГРАМОТА www.gramota.net
УДК 9; 908
Пятигорский государственный университет
ПРОПАГАНДИСТСКОЕ ПРОТИВОСТОЯНИЕ НА ОККУПИРОВАННЫХ ВЕРМАХТОМ ТЕРРИТОРИЯХ СТАВРОПОЛЬЯ И КУБАНИ В 1942-1943 ГГ
Доронина Наталия Викторовна
Линец Александр Сергеевич
Одной из опасных угроз современного информационного общества является как усложнение, так и создание новых средств для повышения эффективности информационно-пропагандистского воздействия на сознание человека. Интерес к вопросам пропаганды существовал на протяжении длительного исторического периода. Возникнув на религиозной почве, пропаганда перешла в военную и политическую сферы употребления. Временем как рождения, так и активного использования военной пропаганды стала Первая мировая война. Ее цель верно определил Г. Лассуэлл в 1927 году. По его мнению, она заключается «в экономии материальных затрат на мировое господство» [10].
Пропаганда как особый вид оружия и элемент тотальной политики активно использовалась и в период Второй мировой войны. В это время во многих странах были созданы органы государственной пропаганды. В СССР это были 7-й отдел Главного политического управления Красной Армии и Бюро военно-политической пропаганды. Как показала практика военного времени, одним из самых эффективных являлся пропагандистский аппарат нацистской Германии, представленный Министерством народного просвещения и пропаганды и Верховным главнокомандованием вермахта. Многие приемы воздействия и манипулирования сознанием миллионов людей, разработанные в Третьем Рейхе, не потеряли актуальности и сегодня. Авторы данной работы считают необходимым изложить основные формы и методы нацистской пропаганды в связи с появлением таких опаснейших явлений современного мира, как экстремизм, неофашизм, «либеральный фашизм».
Пропаганда признавалась руководством Третьего Рейха важнейшим средством ведения войны и была поставлена на службу захватническим целям Германии. В 1938 году нацистскими идеологами были созданы специальные войска пропаганды, которые состояли из пропагандистских рот. Они вели агитацию и пропаганду среди солдат вермахта и обеспечивали психологическую обработку войск и населения противника. В 1943 году роты пропаганды были выделены в особый род войск, а их общая численность составила 15 тысяч человек. Специалисты данного ведомства занимались изданием газет, ведением радиопропаганды, показом кинофильмов. Предметом особой гордости Геббельса стал знаменитый киножурнал еженедельной кинохроники «DW - Дойчевохеншау», который создавался военными корреспондентами пропагандистских рот.
Богатый опыт пропагандистской работы, накопленный в области идеологической обработки немецкой армии и народа и прошедший апробацию в захваченных государствах Европы, немцы использовали в подготовке психологической войны против Советского Союза. С началом Великой Отечественной войны в Германии за ведение пропагандистской работы отвечало около десятка служб, как военных, так и гражданских. К вопросам пропаганды привлекались все кадры оккупационной администрации на захваченных территориях Советского Союза. Общее руководство всей идеологической и пропагандистской работой осуществлял доктор Геббельс, министр народного просвещения и пропаганды.
Важнейшим инструментом нацистской пропаганды являлись расовая теория и антисемитизм, которые предусматривали уничтожение в качестве неполноценных сотен миллионов советских людей. С началом войны мощная лавина нацистской пропаганды обрушилась на бойцов и командиров Красной Армии и на мирных жителей. Ее основные лозунги были направлены против еврейско-большевистского советского правительства и коммунистической партии. Нацистскими идеологами велась антипартизанская пропаганда среди населения, активно распространялись слухи о деморализации Красной Армии, использовались различные методы дезинформации, манипулирования, запугивания, распространения лжи.
Провал «блицкрига» и перспектива превращения войны в «затяжную» способствовали существенным изменениям в тактике пропагандистской работы на оккупированных территориях Ставрополья и Кубани. К весне 1942 года в высшем руководстве гитлеровской Германии утвердилось мнение о необходимости перехода от проведения политики запугивания, террора и грабежа к методам приглашения советских людей к сотрудничеству. Для выполнения этой задачи широко использовались устная пропаганда, кино, радиопропаганда, театрально-зрелищные мероприятия, митинги, собрания, богослужения. Ключевую роль среди них играла печатная пропаганда, для успешной реализации которой привлекались журналистские кадры коллаборационистов. На оккупированной территории Краснодарского края германские власти издавали 11 газет, на территории Ставропольского края - 9 [8, с. 88]. Для германской администрации издавались также газеты и на немецком языке. В отсутствие правдивых фактов и материалов со стороны советской пропаганды до середины октября 1942 года оккупационная печатная пресса, в том числе с помощью приказов и объявлений, стремилась подавить волю к сопротивлению народа, запугать его непобедимостью войск вермахта. нацистский пропаганда военнослужащий армия
В пропагандистских материалах активно описывались картины счастливой жизни немецких граждан. Соответственно, все материалы о Советском Союзе преподносились в негативном свете и описывали «ужасы» губительного для народа советского строя. Например, на листовке «Маска сорвана» был карикатурно изображен Сталин в образе дьявола, он с кнутом в руках тиранит простых людей в СССР. Брошюры издавались на русском языке и отличались понятным и доступным каждому языком: «Каторжный социализм», «Как сталинская шайка угнетала народ», «Как живет немецкий рабочий», «Кто такой Гитлер», «Гитлер - освободитель» и другие.
Для женщин и девушек оккупированных территорий издавались специальные пропагандистские материалы, в которых восхвалялась жизнь женщин в Германии. Это брошюра «Женщина в Германии», листовки «Всем женщинам и девушкам», «Как живут женщины в Германии». В богато иллюстрированных качественными цветными фотографиями журналах «Сигнал» и «Современная Германия», выпускавшихся немецкой оккупационной прессой, с немецкой скрупулезностью демонстрировались преимущества немецкого государства. Стремясь обеспечить поддержку среди горцев, немецкая пропагандистская машина массовыми тиражами издавала на языках народов Кавказа журнал «Северный Кавказ» и газету «Газават».
В пропагандистских целях нацистами активно использовались ошибки в политике советского правительства - процессы коллективизации в сельском хозяйстве, религиозная и национальная политика большевиков, раскулачивание и расказачивание, репрессии предвоенных лет. Коллаборационистская пресса рекламировала режим «нового порядка», который обеспечивал каждому человеку сытую и спокойную жизнь. В этих целях и в городах, и в сельских населенных пунктах данного региона осуществлялись социальные программы в области ценообразования, налогообложения, здравоохранения и образования. Оккупантами была объявлена свобода предпринимательства, открывались магазины и мастерские, кофейни и ресторанчики, варьете и бильярдные. Отличительной особенностью всех оккупированных городов стали базары и рынки. Возобновили работу заводы и фабрики, медицинские центры, институты и школы. Необходимо подчеркнуть, что при аналогичном сравнении с большевистской политикой выводы наглядно говорили о преимуществах нацистского режима.
Германское командование успешно использовало большевистскую политику гонения на церковь, противопоставив ей свободу вероисповедания.
Оккупационная пресса в целях развития коллаборационизма пестрила заголовками о бурном религиозном возрождении на Ставрополье и Кубани. Немцами выпускалась различная церковная литература, открывались воскресные школы для подготовки священнослужителей, возрождались старые и строились новые церковные здания. Например, в Ставропольском крае оккупационными властями было открыто 127 православных церквей, на Кубани - 229 [6, с. 459]. Также возрождали и ислам среди горцев, с большим торжеством отмечались мусульманские праздники, открывались мечети. Таким образом, в период оккупации данных территорий наблюдался настоящий бум возрождения церковной жизни.
В области сельского хозяйства перед нацистской пропагандой стояла задача убедить сельское население в замене колхозного строя индивидуальными крестьянскими хозяйствами, однако осуществить эту реформу оккупантам так и не удалось. После поражения под Сталинградом осенью 1942 года германское командование перешло к политике реквизиций различных видов продовольствия и к актам насилия по отношению к мирному населению. По официальным данным, только в Ставропольском крае за пять с половиной месяцев оккупации от рук нацистов погибло более 30 тысяч советских граждан.
Следует признать, что нацистская пропаганда добилась на оккупированных территориях Ставрополья и Кубани в 1942-1943 гг. серьезных успехов в привлечении на сторону оккупантов части местного населения. В этом регионе Советского Союза в годы Великой Отечественной войны коллаборационизм приобрел довольно широкое распространение. На Ставрополье и Кубани сотрудничество советских граждан с «новой властью» проявлялось в политической, идеологической, экономической, административной и военной формах. Интерес представляет тот факт, что не военный, а политический коллаборационизм признавался захватчиками более значимым по своему влиянию на местное население. Пропагандистские службы вермахта и оккупационного режима преуспели также в вербовке необходимого контингента лиц для полицейских структур. О размахе таких наборов говорит, к примеру, тот факт, что только в одном городе Пятигорске во всех отделах городской полиции служило около 700 советских граждан [7, с. 377].
Особый интерес для германского командования и его пропагандистских структур представляли кавказские национальности, терское и кубанское казачество. Казачество и тюркские народы признавались «равноправными союзниками германских солдат в непримиримой борьбе с большевизмом» [4, с. 4]. С начала октября 1942 года все оккупационные газеты массово публиковали материалы о возрождении старых казачьих традиций и сословных привилегий, обещания о создании особого «казачьего государства». Часть казачества откликнулась на призывы нацистской пропаганды. Так, в составе вермахта появилась 7-я добровольческая дивизия из кубанских казаков [6, с. 582]. Из казаков кавминводских станиц был сформирован 1-й Волгский казачий полк [12].
Активная пропагандистская кампания проводилась также и в отношении кавказских народов, военные формирования из которых стали называться «восточными легионами». Работа по отбору лиц по национальному признаку в лагерях для советских военнопленных, готовых сотрудничать с немцами, и их идеологическая обработка осуществлялась специальным органом - «Динстштелле Ц». Он являлся структурным подразделением организационного штаба «К» («Кавказ»). Важная роль при идеологической подготовке легионеров отводилась обработке их немецкими инструкторами-пропагандистами в националистическом духе. «В порядке выполнения планов дележа России, из военнопленных разных национальностей создавались батальоны, которые воспитывались в звериной ненависти не только и не так к большевизму, как ко всему русскому. Для них издавались газеты и журналы, читались лекции, искусственно раздувался уродливый, злобный шовинизм...», - отмечал историк-эмигрант А. С. Казанцев [5, с. 233].
Германское командование приступило к созданию легиона из представителей народов Кавказа. Легионерыгорцы, кубанские и терские казаки составили почти половину его личного состава [2, д. 99, л. 209]. Весьма эффективно против советских партизан сражался батальон «Бергманн» («особый отряд Горец»), состоящий из добровольцев Северного Кавказа. В августе 1942 года вышел приказ «Положение об использовании местных вспомогательных сил на Востоке» [11, с. 292-293]. Главной целью этого документа была необходимость заменить немецких солдат добровольцами из числа местных жителей и военнопленных солдат и офицеров Красной Армии.
К концу 1942 года на Восточный фронт был отправлен 800-й северокавказский батальон под командованием обер-лейтенанта Ф. Курпанека. В его состав входило 900 черкесов, адыгейцев и кабардинцев, также карачаевцы и 40 немцев. А 801-й северокавказский батальон под командованием капитана Буркхардта состоял из 920 дагестанцев и 27 немцев, 802-й - из 900 осетин и 37 немцев [1]. Следует признать, что немецкие солдаты относились достаточно настороженно к данному контингенту.
В начале битвы за Кавказ - с конца июля и до октября 1942 года - гитлеровским захватчикам сопутствовали как военные победы, так и успехи на пропагандистском фронте. Эффективность пропагандистского воздействия нацистских идеологических структур на население Ставрополья и Кубани в начальный период оккупации их территорий оказалась более высокой, чем противостоящая им советская пропаганда. Можно даже, на наш взгляд, утверждать об опережающих действиях нацистской пропаганды по идеологическому обеспечению захвата Северного Кавказа и его последующей колонизации.