ПРОТИВОРЕЧИВАЯ ИНФОРМАЦИЯ В ТЕКСТАХ ИНСТРУКЦИЙ ПО ПРИМЕНЕНИЮ ЛЕКАРСТВЕННЫХ ПРЕПАРАТОВ КАК НАРУШЕНИЕ КОММУНИКАТИВНОЙ ТОЧНОСТИ
Антонова Н. Ю.
Волгоградский государственный педагогический университет
Настоящая статья посвящена проблеме нарушения коммуникативной точности в текстах инструкций по применению лекарственных препаратов (далее: лекарственная инструкция - Н.А.), а именно: противоречивой информации в текстах лекарственных инструкций, как разновидности нарушения коммуникативной точности в данном типе текстов.
В наших предыдущих работах мы рассматривали лексико-грамматические характеристики, а также особенности композиции и структурно-смысловой организации текстов лекарственных инструкций. Проведенный анализ позволил нам доказать, что тексты лекарственных инструкций относятся к определенному типу текстов, а именно: научно-деловому типу медицинских текстов, в котором могут быть выделены два подтипа: 1) строго научно-деловой подтип; 2) научно-деловой подтип с элементами популярного [Антонова, 2008; Антонова, 2009].
Согласно отраслевому стандарту «Государственный информационный стандарт лекарственного средства. Основные положения» (ОСТ ГИСЛС № 91500.05.0002-2001), введенному в действие на территории Российской Федерации с 01.04.2001, инструкция по применению лекарственного препарата для специалистов является «официальным документом, содержащим информацию о лекарственном препарате, необходимую и достаточную для его эффективного и безопасного медицинского применения», а инструкция по применению лекарственного препарата для потребителей (листок-вкладыш) является «официальным документом, предназначенным для пациента и содержащим информацию, необходимую для правильного самостоятельного применения лекарственного препарата».
Главная цель лекарственной инструкции - проинформировать читателя таким образом, чтобы полученная им информация с одной стороны, была максимально достоверной, так как в данном случае недостоверность может представлять угрозу для жизни пациента, с другой стороны, максимально доступной для понимания тем типом читателя, для которого она предназначена (специалист, потребитель).
Для того чтобы данная цель была достигнута, необходимо, чтобы текст лекарственной инструкции был коммуникативно-точным. Коммуникативная точность применительно к научно-деловому медицинскому типу текстов, по нашим данным специально не рассматривалась. Однако в работах языковедов имеются некоторые суждения по поводу точности речи и типов точности в тексте.
Точность издавна осознается как одно из главных достоинств речи. Уже в античных руководствах по красноречию первым и основным требованием, предъявляемым к речи, было требование ясности. Содержание, которое вкладывалось древними теоретиками в это понятие, во многом сходно с современным понятием точности. По мнению древнегреческого ритора Гермогена «ясность речи создается точностью и чистотой ее. Точность по самой природе содержит в себе нечто такое, что содействует ясности … Чистота стремится сделать речь ясной, а точность исправляет речь в тех случаях, когда речь невольно впадает в неясность» [Античные теории языка и стиля, 1996, с. 206]. С античности начинается осознание связи между способностью хорошо говорить, писать и умением правильно мыслить. Цицерон, говоря о средствах, необходимых хорошему оратору, отмечал, что необходимо «говорить чистым латинским языком, пользуясь словами употребительными и точно выражающими то, что мы хотим обозначить и изобразить» [Античные теории языка и стиля, 1996, с. 205].
Связь языка и мышления как базу для создания точной речи видели позже и представители русской литературы (Толстой, Чехов). Точность как качество речи всегда связывалось с умением ясно мыслить, со знанием предмета речи, со знанием значений слов. То же самое можно сказать и в отношении точности письменного текста, где точность выражения смысла высказывания зависит от знания автором того круга предметов, явлений действительности описываемых в тексте, и от знания значений слов, с помощью которых происходит данное описание.
Понятие точность не является универсальным по отношению к текстам различной функциональностилевой принадлежности. Исследования современных ученых в данной области убедительно показали, что критерии, способствующие созданию точного текста, требования к точности специфичны для текстов разных стилей.
Так, по мнению Тряпициной Е.В. точность художественного текста - это «соответствие между художественным образным концептом (авторским переживаемым восприятием действительности), с одной стороны, и языковым воплощением этого концепта, как в целом тексте, так и во фрагментах этого текста, с другой стороны. Такое соответствие является необходимым системным качеством (т.е. категорией) художественного текста» [Тряпицина, 2000, с. 5].
В соответствии с концепцией данного автора точность художественного текста интерпретативна, поскольку зависит от коммуникативно-прагматической установки сообщения. Проблема точности художественного текста может иметь широкое и узкое толкование. В широком смысле проблема точности художественного текста приобретает форму соответствия между концептуальным замыслом художественного текста и текстовым концептом. В узком смысле проблема точности сводится к установлению соответствия между авторским восприятием фрагмента действительности и лингвистическим образом, реализующим восприятие этого фрагмента [Тряпицина, 2000].
Согласно существующей традиции точность высказывания в большей степени характеризует научный и официально-деловой типы текстов, в то время как для художественного текста определяющей считается функция художественно-образной конкретизации действительности.
М. П. Котюрова рассматривает категорию точности научной речи, как функциональную семантикостилистическую категорию, которая «заключается в адекватном замыслу автора оформлении языковыми средствами специфически научного содержания - научного знания», таким образом, категория точности речи является «системой разноуровневых языковых (и не только языковых) единиц, используемых в научноречевой разновидности, связанных по полевому (ядерно-периферийному) принципу и объединенных функцией выражать определенность/неопределенность информации, эксплицированной в тексте в соответствии с коммуникативной установкой автора» [Котюрова, 1998, с. 92-97].
Требования к точности особенно возрастают тогда, когда нет непосредственного контакта с адресатом т.к. в данных ситуациях невозможна корректировка кода ни со стороны отправителя, ни со стороны получателя.
Деловое общение протекает, как правило, опосредованно: общим носителем информации является текст документа. Его содержание не допускает произвольного толкования. Чтобы обеспечить точность интерпретации документа, его текст создается из относительно ограниченного списка стандартных слов и словосочетаний (клише).
Точность текста документа обуславливается его коммуникативно-прагматической установкой на констатацию факта и предписание. Официально-деловой текст отражает существующую объективную информацию по определенной сфере и нацеливает реципиента на необходимые действия, вытекающие из знания этой информации. Официально-деловой текст является клишированным, т.е. текстом со строго определенной структурой. Причем клишируется не только структура документа, но и конкретные смысловые компоненты в их последовательности. Перечисленные обстоятельства легли в основу определения точности официально-делового текста как соответствия содержания трафарету [Ковшикова, 1997].
Ковшикова Е.В. предлагает следующее определение коммуникативной точности текста: «это такая категория текста, которая, формируясь на его разных уровнях, достигается посредством реализации жанрового канона данного произведения и обеспечивает высокую степень эффективности коммуникации» [Ковшикова, 1997, с. 10].
Определяя данную категорию через коммуникативный акт, а именно через его эффективность, Ковшикова Е.В. подчеркивает, что максимально точным будет текст, наиболее адекватно и без искажений воспринятый (понятый) реципиентом. Данное толкование точности несколько смешивает данное понятие с понятием коммуникативной ясности, которое, по мнению Л.Н. Глазко, подразумевает совпадение интенции автора и интерпретации адресата [Глазко, 1996, с. 238]. Однако быть ясным - значит ориентировать текст на конкретного реципиента, а быть точным - так организовать текст, чтобы он был понятен при декодировании обобщенному реципиенту в данной социальной ситуации. В первом случае на передний план выступают личностные характеристики реципиента, во втором - учитываются статусные и иные характеристики реципиента, ситуативные характеристики коммуникативного акта и т.п. [Ковшикова, 1997].
На наш взгляд, эффективность общения в сфере медицины посредством документа существенно зависит от точности его текста. Коммуникативная точность лекарственной инструкции, как научно-делового типа текста определяется степенью понимания данного текста адресатом. Возможность адекватно интерпретировать написанное в данном тексте позволит в дальнейшем совершить правильные действия согласно предписаниям, данным в инструкции, т.е. правильно применить данное лекарственное средство. Отсутствие понимания написанного в лекарственной инструкции со стороны адресата мы рассматриваем как результат нарушения коммуникативной точности данного типа текста. Одной из причин нарушения коммуникативной точности в текстах лекарственных инструкций, предназначенных для прочтения как специалистом, так и простым потребителем, не имеющим специальных медицинских знаний, является противоречивая информация представленная в данных текстах.
Сравнительный анализ текстов инструкций по применению лекарственного препаратов Но-шпа, Но-шпа форте, производимых в Венгрии, а также их отечественных аналогов Дротаверин, Дротаверин форте позволил выявить существенные разночтения в данных текстах.
С целью внести ясность в дальнейшее изложение результатов нашего исследования, считаем необходимым сделать следующие пояснения. Все лекарственные препараты помимо фирменного торгового наименования, под которым они поступают в обращение, также имеют международное непатентованное наименование (МНН), которое позволяет врачам, прописывающим лекарство, и потребителям точно идентифицировать природу и свойства активного вещества в составе коммерческого продукта, обозначенного оригинальным торговым названием. Наличие специального раздела лекарственной инструкции, где указывается международное непатентованное наименование лекарственного препарата в нашей стране утверждено законом: в законе РФ «О лекарственных средствах» (статья 16 «Маркировка и оформление лекарственных средств», пункт 2 содержится требование: «Лекарственные средства поступают в обращение, если указано международное непатентованное наименование».
Таким образом, прочитав соответствующий раздел инструкций по применению лекарственных препаратов Но-шпа, Но-шпа форте, Дротаверин, Дротаверин форте, читатель узнает, что, принимая данные препараты, он имеет дело с одним и тем же действующим веществом - дротаверина гидрохлорид (имеется разница в дозировке: Но-шпа, Дротаверин - 40 мг, Но-шпа форте, Дротаверин форте - 80 мг). Следовательно, фармакологическое действие данных препаратов должно быть одинаковым, а его описание в инструкциях по применению не должно содержать принципиальных разночтений (кроме случаев, когда разночтения связаны с разницей в дозировке).
Как показало наше исследование, на практике данное требование в отношении текстов лекарственных инструкций, к сожалению, не всегда учитывается. Например, в инструкции по применению лекарственного препарата Дротаверин, выпускаемого фармацевтическим предприятием ООО «РОЗФАРМ» в Тверской области в разделе Особые указания даются следующие предостережения: «В период лечения необходимо воздержаться от вождения автотранспорта и занятий другими потенциально опасными видами деятельности, требующими повышенной концентрации внимания и быстроты психомоторных реакций». В тексте инструкции по применению лекарственного препарата Но-шпа, выпускаемого в Венгрии в разделе Влияние на способность управлять автомобилем и другими механизмами содержится следующая информация: «При приеме внутрь в терапевтических дозах дротаверин не оказывает влияния на способность управлять автомобилем и выполнять работы повышенного внимания. При появлении каких-либо побочных действий, вопрос о вождении транспорта и работе на станках требует индивидуального рассмотрения». Тексты инструкций по применению лекарственных препаратов Дротаверин форте (ОАО «Щелковский витаминный завод», Московская область) и Но-шпа форте (ХИНОИН Завод Фармацевтических и Химических Продуктов А.О.) вообще не содержат никакой информации относительно того, как влияют данные препараты на способность вождения автотранспортом и работу с механизмами.
Информация относительно приема данных лекарственных препаратов детьми, а также относительно возрастных ограничений на их применение представлена в текстах рассмотренных нами инструкций, на наш взгляд, не менее противоречиво. Так в тексте инструкции по применению лекарственного препарата Дротаверин (ООО «РОЗФАРМ», Тверская область) в разделе Противопоказания указывается, что «Данная лекарственная форма не применяется у детей младше 2 лет». Раздел «Способ применения и дозы» не дает указаний относительно того, сколько раз в день и в каком количестве данный препарат может принимать ребенок старше двух лет. Текст инструкции по применению лекарственного препарата Но-шпа (ХИНОИН Завод Фармацевтических и Химических Продуктов А. О.) в разделе Противопоказания содержит несколько иную информацию относительно возрастного ограничения на прием данного лекарственного средства: «Форма таблеток не должна назначаться детям в возрасте до 1 года». Раздел «Способ применения и дозы» данной инструкции дает четкие указания относительно того, как необходимо принимать данный препарат детям в возрасте от одного до двух лет и старше: «Дети: рекомендованная суточная доза для детей в возрасте 1-6 лет составляет 40-120 мг (в 2-3 приема), в возрасте 6 лет - 80-200 мг в 2-5 приемов)».