Дополнительным объектом правонарушения являются жизнь и здоровье граждан либо сохранность имущества.
Для правильной квалификации важно определить предмет правонарушения. Согласно ч. 1 ст. 345 УК - это автомобиль, троллейбус, трамвай либо другие механические транспортные средства. Под другими механическими транспортными средствами понимаются тракторы, мотоциклы и самоходные машины (экскаваторы, автокраны, грейдеры, катки) (п. 8 ст. 3 УК) [7].
Таким образом, предметом автотранспортного правонарушения являются механические транспортные средства, приводимые в движение двигателем: автомобили (автобусы, легковые и грузовые автомашины), мототранспорт (мотоциклы, мотороллеры), электротранспорт (трамваи, троллейбусы), трактора и иные самоходные машины (скреперы, грейдеры, асфальтоукладчики, дорожные катки, экскаваторы, самодвижущиеся краны и т. д.). Не являются предметом правонарушения мопеды, оборудованные двигателем с рабочим объемом не более 50 куб. см. и имеющие максимальную конструктивную скорость не более 50 км/час, велосипеды с подвесным двигателем и другие транспортные средства с аналогичными характеристиками, а также гужевой транспорт.
Объективная сторона правонарушения характеризуется тремя обязательными признаками:
а) нарушением правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств;
б) наличием вредных последствий, указанных в законе; в) причинной связью между нарушением указанных правил и наступившими вредными последствиями.
Диспозиция ст. 345 УК имеет бланкетный характер и для правильной квалификации правонарушения следует обратиться к Закону РК «О дорожном движении» от 17 апреля 2014 г. и Правилам дорожного движения - основным нормативным актам, регламентирующим правовые основы и общие условия функционирования дорожного движения и обеспечения его безопасности в Республике Казахстан, права и обязанности всех участников дорожного движения.
Для привлечения к уголовной ответственности лица, управлявшего транспортным средством, следует установить сам факт нарушения правил, допущенных водителем, и конкретные пункты нарушенных правил. В противном случае возможны ошибки в квалификации деяния.
Материалы судебной практики, сбор материалов по результатам прохождения практики:
Так, К. был осужден судом к четырем годам лишения свободы за то, что, управляя автомашиной ВАЗ, превысил скорость движения и, не справившись с управлением, сбил пешехода, который от полученных травм скончался на месте происшествия. Судебная коллегия по уголовным делам Западно-Казахстанской области, изучив дело, вернула его на дополнительное расследование, указав, что суд первой инстанции в приговоре только описал обстоятельства дорожно-транспортного происшествия и не указал, какие пункты Правил дорожного движения нарушены виновным и в чем это нарушение выразилось.
Верховный суд РК в нормативном постановлении от 29 июня 2011 г. «О практике применения уголовного законодательства по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств» прямо указал нижестоящим судам, что «в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, в обвинительном заключении (протоколе обвинения, протоколе упрощенного досудебного производства), приговоре (постановлении) суда должно содержаться указание о том, какие конкретно пункты правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств нарушены виновным, а также должно быть раскрыто содержание этих нарушений».
Правонарушение может быть совершено путем действия или бездействия. Анализ практики показывает, что нарушение правил дорожного движения чаще всего выражается в превышении скорости, несоблюдении очередности проезда перекрестков, неподчинении сигналам светофоров, выезде на встречную полосу движения, неправильном обгоне, и т. п. Нарушением правил эксплуатации признается управление технически неисправным транспортом, перевозка людей или грузов в необорудованной автомашине, перевозка негабаритных грузов, запрещенных горючих или взрывоопасных предметов (веществ), стоянка транспорта в ненадлежащем месте, управлении автомашиной в болезненном или утомленном состоянии, в состоянии алкогольного, наркотического или иного опьянения и др. Так, в январе 2018 г. в Актюбинской области сгорел автобус с трудовыми мигрантами, который направлялся из Узбекистана в Россию. Было установлено, что во время движения автобуса пассажиры обогревались паяльной лампой. Внезапно в салоне вспыхнул пожар, в котором погибли 52 человека.
Судебной практике известны случаи нарушения при производстве ремонтных, погрузочно-разгрузочных, уборочных и тому подобных работ во время движения автомашины. При этом нарушаются другие объекты уголовно-правовой охраны - жизнь, здоровье человека, безопасные условия труда, потому виновный должен отвечать не по ст. 345 УК, а за нарушение правил, правил охраны труда, производства определенных работ, или за правонарушения против жизни и здоровья граждан. В этом отношении характерен следующий пример.
Так, Г. на автомашине ЗИЛ подъехал к рабочим, производящим ремонт дороги, чтобы выгрузить щебень. При движении задним ходом он не убедился в безопасности маневра и смертельно травмировал рабочего. Органы следствия квалифицировали деяние как неосторожное причинение смерти. Суд, тщательно изучив обстоятельства дела, указал, что Г. в момент наезда на потерпевшего непосредственно к разгрузке щебня еще не приступал, поэтому его действия следует рассматривать как нарушение правил безопасности движения или эксплуатации транспортных средств. Вывод суда о виновности лица может быть сделан только на основе тщательного исследования места и времени дорожно-транспортного происшествия, погодных условий, видимости, состояния дорожного покрытия, технического состояния транспортного средства, роли каждого участника дорожного происшествия и других немаловажных обстоятельств.
Состав правонарушения материальный и ответственность водителя возможна только в случае наступления вредных последствий, указанных в ст. 345 УК - причинение средней тяжести вреда здоровью человека (ч.1); причинение тяжкого вреда здоровью человека (ч. 2); смерть человека (ч. 3); смерть двух или более лиц (ч. 4). При этом вред может быть причинен только третьим лицам, включая членов семьи и родственников виновного. Если же пострадал сам виновник аварии, то уголовная ответственность по рассматриваемой уголовно-правовой норме исключается. Степень тяжести причиненного вреда здоровью потерпевшего определяется путем проведения судебно-медицинской экспертизы в соответствии с Правилами по организации и производству судебно-медицинской экспертизы, утвержденной приказом Министра здравоохранения РК от 2017 г.
На практике возможна ситуация, когда рассматриваемым правонарушением вред различной степени тяжести одновременно причиняется нескольким потерпевшим. Согласно разъяснению нормативного постановления Верховного суда РК от 29 июня 2011 г. «О практике применения уголовного законодательства по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств», такое деяние надлежит квалификации по той части ст. 345 УК, предусматривающей ответственность за наиболее тяжкое последствие. Деяния с различными вредными последствиями, совершенные одним лицом в разное время и не связаны между собой, должны квалифицироваться по совокупности правонарушений. Понятие смерти потерпевшего в дорожно-транспортном происшествии должно трактоваться точно так же, как оно понимается применительно к составам правонарушений против жизни человека.
Причинная связь между действием водителя и наступившими вредными последствиями обладает сложным, специфическим характером. Ее специфика заключается в том, что вредные последствия нередко являются результатом взаимодействия целого ряда причин и условий (большей частью объективно неблагоприятных), от субъекта не зависящих и ему не подвластных, но среди которых обязательно присутствует фактор в виде нарушения специальных правил. Ими могут быть не только противоправные действия водителей, но и неправильное поведение других участников дорожного движения, неисправность транспортного средства, сложные погодные условия и т. д.
Поэтому на практике установление причинной связи по делам данной категории представляет определенную трудность. Так, Ю. был осужден судом по ч. 2 ст. 296 УК к пяти годам лишения свободы за совершение правонарушения при следующих обстоятельствах: управляя автомашиной, он увидел женщину, стоящей на середине проезжей части. Полагая, что она его пропускает, Ю. продолжил движение. Когда расстояние сократилось до десяти метров, она неожиданно побежала. Во избежание наезда водитель резко затормозил, но наезда на пешехода избежать не удалось. От полученных травм женщина скончалась на месте происшествия. Суд в приговоре указал, что Ю. нарушил п. 11.1. Правил дорожного движения. На приговор суда поступил протест заместителя председателя Верховного суда РК, в котором предлагалось его отменить за отсутствием в действиях Ю. состава преступления. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда РК согласилась с протестом и отметила в определении, что водитель следовал с допустимой скоростью, соответствовавшей с интенсивностью движения, дорожным и метеорологическим условиям, а при возникновении опасности принял все зависящие от него меры для предотвращения наезда на пешехода. Причиной происшествия стали неправильные действия самой потерпевшей, переходившей дорогу в неположенном месте.
Как видно приведенного примера, причинная связь исключается, если нарушение правил не было допущено, а водитель не имел технической возможности избежать наезда, или установлено, что аварийная ситуация возникла по вине других водителей или потерпевших. Если Ю. сбил бы женщину в результате превышения скорости, проезда на запрещающий сигнал светофора и т. д., то отсутствие технической возможности предотвратить вредные последствия не имело бы юридического значения.
На развитие причинной связи нередко влияет состояние здоровья потерпевшего. Так, У., управляя автомашиной «Москвич», превысил скорость и допустил столкновение со встречным автомобилем. В результате пассажир К. от полученной травмы скончался в больнице. По заключению судебно-медицинской экспертизы смерть наступила от острой кровопотери на фоне тяжелого хронического заболевания - лейкоза с нарушением свертываемости крови и анемии. Легкий вред здоровья, причиненный К., сам по себе не мог повлечь наступления его смерти. Неверно оценив заключение экспертизы, органы следствия квалифицировали действия У. по ч. 2 ст. 345 УК. Суд напротив, тщательно исследовав обстоятельства дорожно-транспортного происшествия и заключение судмедэксперта, не выявил причинной связи между действиями У. и смертью потерпевшего, и потому оправдал водителя.
Таким образом, факт нарушения правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств и наличие вреда еще не указывает на существование между ними причинной связи.
Субъективная сторона правонарушения характеризуется неосторожной формой вины в виде самонадеянности или небрежности. Такой вывод непосредственно вытекает из диспозиции ст. 345 УК. Установление вида неосторожности имеет значение для правильной квалификации содеянного, определения степени вины и, наконец, индивидуализации наказания, выбора профилактических мер воздействия на осужденного.
Субъект самонадеянности предвидит возможность наступления общественно опасных последствий нарушения правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств, но легкомысленно рассчитывает на их предотвращение. Этот расчет опирается, например, на большой водительский стаж, техническое состояние автомашины, знание участка дороги и уровня интенсивности движения по ней и т. п.
Субъект небрежности вообще не предвидит возможность наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия), хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен и мог предвидеть эти последствия. При самонадеянности следует выяснить, какие именно обстоятельства укрепляли уверенность лица в том, что вредные последствия нее наступят. При небрежности - в силу чего субъект был обязан предвидеть общественно опасные последствия, какие у него имелись основания их предвидеть. В процессе квалификации анализируемого деяния определенную сложность представляет разграничение самонадеянности и косвенного умысла. В таких случаях следует обратиться к анализу объективной стороны конкретного правонарушения. Только характер действия (бездействия) может объективно свидетельствовать о помыслах виновного, его отношении к деянию и вредным последствиям.
В зависимости от характера и степени тяжести наступивших последствий различают уголовно-наказуемые нарушения правил дорожного движения и эксплуатации транспорта и административные правонарушения на транспорте. Отличительным моментом является степень тяжести причиняемых последствий.
Одной из особенностей транспортных уголовных правонарушений является то, что они, как правило, связаны с причинением значительных травм потерпевшим (средней тяжести или тяжкого вреда здоровью) или смерти. В этой связи, важным обстоятельством, требующим доказывания, является психическое отношение лица к наступившим в результате дорожно-транспортного происшествия последствиям.
В следственно-судебной практике споры вызывает квалификация таких преступлений (уголовных правонарушений), а именно включение в совокупность преступлений (уголовных правонарушений) деяния, предусмотренного ст. 119 УК «Оставление в опасности».
Если потерпевший, которому в результате дорожно-транспортного происшествия причинен тяжкий или средней тяжести вред здоровью и который не мог принять меры к самосохранению в силу малолетства, старости, болезни или беспомощного состояния, был заведомо оставлен в опасном для его жизни или здоровья состоянии лицом, совершившим деяние, предусмотренное ст. 296 УК, то при наступлении по неосторожности смерти потерпевшего или иных тяжких последствий в результате оставления в опасности, содеянное в целом - подлежит квалификации по совокупности по соответствующей части ст. 296 УК, ст. 297 УК и ч. 2 ст. 119 УК. Если причиненный при дорожно-транспортном происшествии вред здоровью заведомо для виновного не создавал опасности для жизни или здоровья потерпевших либо когда потерпевший сразу погиб на месте дорожно-транспортного происшествия, то в действиях водителя, оставившего место дорожно-транспортного происшествия, отсутствует состав оставления в опасности; оставление потерпевшего в опасности водителем в местах, где потерпевшему могла быть оказана помощь другими лицами, не исключает его ответственности по ст. 110 УК».
Вопросы судебного толкования уголовно-правовых норм об ответственности за транспортные преступления были изложены в новом нормативном постановлении Верховного Суда Республики Казахстан от 29 июня 2011 года № 3 «О практике применения уголовного законодательства по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств» [9]. При этом в данном нормативном постановлении по непонятным причинам отсутствуют вышерассмотренные положения о квалификации транспортных преступлений в совокупности со ст. 119 УК «оставление в опасности».