Часто подростку в силу своего максимализма кажется, что именно в его руках сохранить семью и взаимоотношения между родителями, приложив все возможные усилия. Подросток свято верит в это и желает, чтобы это так и произошло. Но чуть позже он осознает, что где-то переоценил свои возможности. И тут приходит время собственного разочарования. У подростка резко снижается самооценка, пропадает желание любить себя. Всё это препятствует затяжной депрессии, если вовремя не помочь ему разобраться со своими эмоциями. Подростки очень злятся на родителей из-за случившегося развода, они сильно нервничают, невыносимо страдают, чувствуют себя одинокими и беспомощными. На этой почве появляется головная боль, расстройство аппетита и т.д.
Нужно сказать о том, что поведение девочек и мальчиков при разводе родителей имеют особые отличия между друг другом.
Мальчики более восприимчивы к стрессу, у них ухудшается способность сосредоточиться. Они больше, чем раньше, конфликтуют с ровесниками из своего окружения. Также, могут проявлять агрессию по отношению к когда-то любимому домашнему питомцу. У мальчиков подростков на фоне развода родителей проявляется осторожность и избегаю всевозможных даже мелких неудач. Плюсом ко всему, они склонны к длительному и мучительному для самих себя внутреннему переживанию неприятных ситуаций.
Девочки-подростки же приспосабливаются достаточно быстрее, чем мальчики в этой же ситуации развода родителей. Девочки подавляют свои настоящие чувства, делая вид, что они взрослые и всё прекрасно понимают. Но часто подавленные эмоции позже всё равно напоминают о себе только уже во взрослом возрасте. Девочки-подростки в ситуациях фрустрации уделяют чрезмерное внимание удовлетворению ситуативно возникающих потребностей. Они совершенно не склонны искать помощь в поддержке окружающих, желая решить внутренний конфликт. Они характеризуются преобладанием активных видов агрессии, состоянием постоянного возбуждения, эмоциональной неустойчивости, с преобладанием пониженного настроения. Отличительная черта переживания ситуации развода родителей девочек от переживания мальчиков - негативно окрашенное внутренне напряжение в учебной деятельности: страх при оценке или проверке способностей, тревога.
Чем раньше пришелся развод родителей на долю ребёнка, тем негативнее относятся к собственному будущему и мальчики, и девочки из неполных разведённых семей. Разумеется, взаимоотношение подростка, живущего с мамой и папой, имеют существенные различия. Отношения между одинокой мамой и ее ребёнком-подростком оказывают влияние на формирование неблагоприятных, асоциальных личностных особенностей подростка. [3].
Матери часто всеми силами пытаются найти в своем сыне то, чего не получилось найти в бывшем партнере. Такие мамы достаточно часто переносят на детей-сыновей нереализованную любовь, искренне надеясь, что они станут для мам самой настоящей опорой. Чтобы подольше удержать сына возле себя, мама прибегает к манипуляциям. Например, убеждает своего ребенка, что он абсолютно несамостоятельный, что он буквально пропадёт без мамы. Такая детская ведомость впоследствии перерастет в тревожность. Но бывает так, что мальчик всячески противится такой гиперопеке и необъятной любви и доказывает, тем самым, свои мужские проявления (грубость, брошенная учеба, делинквентное поведение, агрессия) [6]. Дезадаптивное отношение матери к подростку в ситуации после развода обусловлено влиянием следующих психологических факторов: отчуждение, детские проблемы, нереализованные возможности, ревность к супругу, взаимное непонимание; такие психологические факторы, как: отвергание матери, материнская отчужденность, обвинение матери.
Отец, следует отметить, психологически всегда присутствует в семье. Это присутствие утвердилось в тот момент, как только общество перешло к моногамной семейной модели взаимоотношений, включающей женщину, мужчину и ребенка. Несмотря на то, что физически очевидно заметное отсутствие отца в семье, но это не мешает ему существовать в форме некоего образа или же символа. Многие исследователи высказывают предположения о том, что бессознательная связь со своим отцом и отцом своего отца (дедушкой) может прослеживаться на протяжении нескольких поколений. Такая «трансгенерационная» связь или преемственность, передача между поколениями проявляется в феноменах «синдрома годовщины», описанного Д. Хиллгард, А. Шутценбергер, «склепа и призрака», описанного Н. Абрахамом и М. Терек, «скрытой лояльности семье», как неосознанной идентификации с членом семьи, описанной И. Бузореми-Надем, в виде «семейных мифов» [6].
Таким образом, мы пришли к выводу, что в любом случае отец будет присутствовать всегда в жизни подростка-мальчика. Общение с отцом при условии, что развод был вызван не насилием в семье, необходимо рассматривать как обязательную традицию. Особенности общения подростка с отцом заключается в чувстве дискомфорта и вины, которые чувствует отец при общении с ребенком. Мужчина, является защитником семьи, а именно эту роль он не выполнил. Этапы обучения при общении с сыном после развода также не могут быть честными и открытыми, что вполне очевидно и разумно, потому, что поступок отца перечеркивает все его наставления. Это и будет являться критическим и кульминационным моментом в общении подростка со своим отцом, так как любовь и нежность в полной мере, особенно после развода, несет смысловой образ матери.
Ситуация развода может быть достаточно драматичной и для девочек наравне с переживаниями мальчиков в этом же случае, если они привязаны к отцам и имеют более тесные отношения, чем с мамой. В связи с этим, возникающие реактивные наслоения нередко усугубляются беспокойством по поводу возможной потери матери, т.е. тревогой одиночества и социальной изоляции. Нередко девочки (и мальчики, похожие на отца) не отпускают мать от себя, испытывая каждый раз острое беспокойство при ее уходе. Им кажется, что мать может не вернуться или что с ней может произойти что-то невероятно страшное. Нарастает общая боязливость, усиливаются страхи, идущие из более раннего возраста, и частыми диагнозами в этом случае будут невроз страха и истерический невроз, нередко перерастающие в старшем подростковом возрасте в невроз навязчивых состояний.
При сравнении практики матерей и отцов, по результатам опроса мальчиков-подростков, выявляются определенные характерные различия. При психологическом принятии родителями сына у отцов по сравнению с матерями доминирует отсутствие тенденции к лидерству, поскольку они стремятся достичь расположения и почитания их авторитета, не прибегая к силе, в отличие от матерей, которые в исключительных случаях позволяют себе авторитаризм в межличностных отношениях "ради блага" ребенка. В то же время у матерей в качестве позитивного интереса мальчики отмечают критический подход к ним и сверх опеки, тогда как у отцов более выражена независимость и твердость позиций. У матерей, в отличии от поведения отцов, на первый план выступает тенденция к покровительству, поскольку матери более склонны воздействовать на детей индуктивной техникой. Матери готовы идти на любой компромисс, а отцы добиваются своей цели с помощью авторитета силы. Враждебность матерей отличается от аналогичной характеристики отцов тем, что у матерей она проявляется в результате борьбы за свою независимость, а у отцов - это скорее тенденция к конформности по отношению к окружающим [7].
Важные различия в оценках воспитательной деятельности матерей и отцов девочками-подростками выглядят иначе. При позитивном интересе и психологическом принятии у матерей, в отличие от отцов, на первый план выступает доверие и подчиняемость. У отцов же доминирует уверенность в себе и отсутствие жесткости, авторитарности в отношениях с дочерью, что исключает воспитание посредством силового давления. Директивность матерей основана исключительно на амбициозных претензиях к власти и жесткому контролю за поведением дочери, а директивность отцов наряду с этим, выражается еще и в зависимости от мнения окружающих и самовлюбленности. При враждебности, эмоциональном отвержении у матерей выявляется упрямый конформизм и слабовольная зависимость от мнения окружающих, что исходит из претензий отца на ведущие позиции. У отцов же при враждебной воспитательной практике по отношению к дочери-подростку на первый план выступает жестокость и самоутверждение властью и силой. Автономность со стороны матерей отличается отсутствием добрых человеческих отношений и отгороженностью от проблем и интересов дочери, а у отца автономность выражается в его безоговорочном лидерстве в семье и в недоступности общения с ним для дочери. При непоследовательной воспитательной практике в контексте противоречивости проявлений характеристики отцов и матерей представляются одинаковыми.
Основываясь на проанализированной научной литературе, можно сказать о том, что подростки, пережившие развод родителей, чаще склонны к проявлению девиантного поведения (употреблению наркотиков и алкоголя, курению и суицидам).
3. Особенности делинквентного поведение подростков
Делинквентное поведение подростков является одной из актуальных проблем современности. Несмотря на все предпринимаемые государственными органами меры профилактического характера, количество несовершеннолетних, имеющих отклоняющиеся формы поведения, по-прежнему остается высоким, что свидетельствует о необходимости пересмотра концептуальных подходов профилактики противоправных проявлений среди несовершеннолетних. В работе обобщен опыт психолого-педагогического сопровождения делинквентных подростков, накопленный в отечественной и зарубежной психологии, раскрывается специфика и особенности делинквентного поведения подростков, выявлены и описаны экзогенные (совокупность внешних условий, образующих социокультурную ситуацию развития подростка) и эндогенные (половозрастные характеристики, характеристики, выделяемые в зависимости от рода занятий, личностные особенности) детерминанты делинквентности. Учитывая полидетерминированный характер описываемого явления, автор обосновывает необходимость и предлагает модель межведомственного взаимодействия и социального партнерства в решении вопросов профилактики делинквентности и ресоциализации делинквентных подростков.
Современный период исторического развития России характеризуется кризисными явлениями во многих сферах социальной жизни, которые, оказывая значительное воздействие на психику, способствуют распространению в обществе -- и особенно в детской и подростковой среде -- различных негативных явлений, увеличению частоты встречаемости делинквентного поведения.
Несмотря на все предпринимаемые государственными органами меры профилактического характера, количество несовершеннолетних, имеющих отклоняющиеся формы поведения, по-прежнему остается высоким, а примерно каждое десятое преступление в России совершается несовершеннолетними или при их участии.
Особую тревогу вызывает то обстоятельство, что, при снижении статистических показателей, в структуре преступности несовершеннолетних доля тяжких и особо тяжких преступлений остается высокой: по таким видам преступлений, как изнасилования, грабежи, кражи личного имущества, несовершеннолетними совершается каждое третье четвертое преступление; отмечены значительные удельные показатели по численности несовершеннолетних, совершивших преступление в группе; наблюдается снижение возрастных границ несовершеннолетних правонарушителей (11-12 лет) и среднего возраста осужденных (за последние 5 лет на 10,4% возросло число осужденных в возрасте 14-15 лет); происходит увеличение количества несовершеннолетних, совершивших преступное деяние в состоянии опьянения.
Указанные факты свидетельствуют о необходимости коренного пересмотра концептуальных подходов к сопровождению подростков с делинквентным поведением и к профилактике противоправных проявлений среди несовершеннолетних.
Понятие делинквентности было введено в науку в 1950х г.г. А. Коэном, который определял делинквентное поведение как антиобщественное противоправное поведение индивида, воплощенное в его поступках (действиях или бездействии), наносящих вред как отдельным гражданам, так и обществу в целом [19].
В современной зарубежной литературе термин «делинквентность» часто используется в сочетании с понятием «юношеский» и означает действия, совершаемые молодежью в нарушение каких-либо законов. В отечественной научной литературе делинквентное поведение также рассматривается в контексте социальной активности, связанной с нарушением норм, влекущих за собой уголовное наказание. Поэтому основным критерием делинквентного поведения выступают уголовные правонарушения [18].
Одним из ключевых при решении данной проблемы является вопрос о причинах подростковой делинквентности, осознание которых становится отправной точкой для разработки системы мероприятий, направленных на профилактику, предупреждение, а также ресоциализацию делинквентных подростков. Предпринятый нами анализ литературных источников, посвященных обсуждению данного вопроса, свидетельствует о полидетерминированности делинквентности. В самом общем виде можно выделить две группы предикторов делинквентного поведения: экзогенные и эндогенные. Эндогенные предикторы делинквентного поведения включают в себя совокупность внешних условий, образующих социокультурную ситуацию развития подростка. Рассмотрим основные из них.
Безусловно, изучение проблем подростковой преступности требует учета макросоциокультурной ситуации, сложившейся в обществе. Установлена прямая корреляционная зависимость между преступностью среди несовершеннолетних и общесоциальными проблемами общества [16]. К сожалению, приходится констатировать, что в настоящее время в России происходят сложные процессы, связанные с обострением социальной ситуации в стране, которые отражаются на людях, их физическом, психическом, материально финансовом благополучии и, косвенно, на всей криминогенной обстановке в целом. Особенно остро на эти изменения реагируют дети и подростки [10].
Существенное влияние на культивирование делинквентности оказывают средства массовой информации, и прежде всего телевидение и интернет. Европейское общество защиты детей подсчитало, что в фильмах и передачах по всем каналам ежечасно показывают не менее двадцати убийств, образцов жесткого (агрессивного, насильственного) поведения и других нарушений норм права [5]. Поскольку подростки проводят в среднем от 4 до 8 часов в день у экрана, то можно представить силу воздействия СМИ на их неокрепшую психику.