Институт демографических исследований Федерального научно-исследовательского социологического центра РАН
Рост семейного насилия во время чрезвычайных ситуаций и пандемии СОУГО-19
Тамара К. Ростовская
Наталья А. Безвербная
Москва
Аннотация
Проблема положения женщин, столкнувшихся с семейным насилием в условиях чрезвычайных ситуаций, среди которых экологические и техногенные катастрофы, пандемии, остается малоизученной. Основной корпус научных публикаций по данной теме представлен количественными и качественными исследованиями, проведенными в Австралии, Канаде, Новой Зеландии, США. В России за последние несколько лет произошли события, усугубившие проблему семейного насилия: во-первых, прекращен статистический учет правонарушений, связанных с нанесением побоев членам семьи и другим близким лицам. Поэтому основные данные получены авторами от некоммерческих организаций, оказывающих помощь пострадавшим от семейного насилия. Второе событие, которое коснулось каждой страны и территории - пандемия СОУГО-19: первая и вторая волна пандемии повлекли за собой ограничительные меры, что спровоцировало социально-экономическую напряженность в условиях изоляции. Декларацией Всемирной организации здравоохранения пандемия СОУГО-19 классифицирована как чрезвычайная ситуация в области общественного здравоохранения, имеющая международное значение. В этом контексте вопрос о рисках семейного насилия приобретает особую актуальность.
Ключевые слова: гендерное насилие, семейное насилие, экологическая катастрофа, стихийные перемещения, пандемия СОУГО-19
Abstract
Rising domestic violence during emergencies and the COVID-19 pandemic
Tamara K. Rostovskaya
Institute for Demographic Research - Branch of the Federal Center of Theoretical and Applied Sociology of the Russian Academy of Sciences, Moscow
Natal'ya A. Bezverbnaya
Institute for Demographic Research - Branch of the Federal Center of Theoretical and Applied Sociology of the Russian Academy of Sciences, Moscow
The issue of the situation of women facing domestic violence in emergency situations, including the environmental and man-made disasters, pandemics, in general, remains poorly understood. The main body of scientific publications on the topic is represented by quantitative and qualitative research conducted in Australia, Canada, New Zealand, and the USA. Several important events have taken place in the Russian Federation over the past few years, which, in our opinion, have aggravated the issue of domestic violence: firstly, cessation of the statistical recording of offenses related to beating the family members and other close persons, therefore, the main data were obtained by the authors from non-profit organizations that provide assistance to victims of domestic violence. The second event that affected every country and territory is the COVID-19 pandemic: the first and second waves of the pandemic entailed restrictive measures, which provoked socio-economic tensions in isolation. The COVID-19 pandemic is classified as a public health emergency of international concern by the World Health Organization Declaration. In that context, the issue of the risks of domestic violence is of particular relevance
Keywords: gender-based violence, family violence, environmental disaster, spontaneous displacement, COVID-19 pandemic
Введение
Основное внимание после катастроф и чрезвычайных ситуаций уделяется ликвидации последствий, помощи пострадавшим, недопущению вспышки инфекционных заболеваний, восстановлению инфраструктуры, удовлетворению основных потребностей, однако проблема насилия, в том числе семейного, в условиях чрезвычайных ситуаций остается практически незамеченной. Исследования, проведенные в ряде зарубежных стран, подтверждают гипотезу о том, что насильственные действия со стороны членов семьи, жестокое обращение с детьми, сексуализированное насилие широко распространены после чрезвычайных ситуаций.
В частности, первые исследования рисков семейно-бытового насилия после извержения в 1980 г. вулкана Сент-Хеленс на северо-западе США позволили выявить следующую негативную динамику - на 45,6% увеличилось зарегистрированных полицией случаев семейного насилия, а выдача судебных предписаний увеличилась вдвое после урагана Эндрю в 1992 г. (атлантический тропический ураган 5-й категории, третий по величине ураган, достигший берегов США в ХХ в.) [Rodriguez et al. 2006].
К сожалению, за последние годы не проводились фундаментальные исследования, связанные с изучением жестокого обращения в семейных отношениях после катастроф и чрезвычайных ситуаций. Вместе с тем начавшаяся в 2019 г. пандемия новой коронавирусной инфекции COVID-19, которая стала катализатором конфликтов в межличностных отношениях, способствовала активизации научных исследований по обозначенной проблеме.
Рост насилия после чрезвычайных ситуаций, вызванных экзогенными факторами
Рост насилия был отмечен в первые шесть месяцев после обрушения урагана «Флойд» на Северную Каролину, США, в 1999 г., вызвав одну из крупнейших по величине эвакуаций в истории Америки. Частота черепно-мозговых травм у детей в возрасте до двух лет увеличилась в пять раз в округах, сильно пострадавших от урагана, в то время как в округах, менее пострадавших или не пострадавших, этот показатель не увеличился Le Masson V., Lim Sh, Budimir M, Selih Podboj J. Disasters and violence against women and girls. Can disasters shake social norms and power relations?: Working paper. Другие исследования в США также показали рост числа сообщений о жестоком обращении с детьми после стихийных бедствий.
Рост уровня насилия в межличностных отношениях между партнерами был отмечен на Филиппинах после извержения вулкана «Пинатубо» в 1991 г., в Никарагуа после урагана «Митч» в 1998 г., который вызвал серьезнейшие социально-экономические последствия (более 2,7 млн чел. потеряли жилье, пострадали и пропали без вести более 11 тыс. чел.), в США после землетрясения в Лома-Приета в 1989 г., и эксплозивного извержения вулкана Сент- Хеленс (1980 г.) [Enarson 1999].
Научный интерес исследователей к риску насилия в отношении женщин и детей значительно возрос после землетрясения в Индийском океане в 2004 г., урагана «Катрина» в США в 2005 г., а также землетрясения на Гаити в 2010 г. В то время СМИ привлекли внимание общественности к проблеме траффикинга, сексуального насилия после стихийных бедствий, но в исследовании Л. Страк и А. Эйджер [Stark, Ager 2011] было отмечено, что современные методы оценки распространенности гендерного насилия в сложных чрезвычайных ситуациях, как правило, основаны на выборках, не поддающихся проверке. Популяционный мониторинг проводится сравнительно редко. Насилие со стороны интимного партнера, физическое насилие и изнасилование были тремя категориями насилия, наиболее часто измеряемыми.
Ряд исследований, проведенных в США, Австралии и Новой Зеландии, также подтверждают корреляцию между экологическими и техногенными катастрофами и рисками семейно-бытового насилия: исследователями был отмечен 400%-ный рост спроса на приюты для женщин после Великого потопа вдоль рек Миссисипи и Миссури в США, произошедшего в 1993 г. После урагана Катрина был зафиксирован четырехкратный рост насилия со стороны интимных партнеров, кроме того, был отмечен 98%-ный рост физической виктимизации женщин. Тем самым был сделан вывод о том, что риск [насилия со стороны интимного партнера] повышается после крупномасштабных катастроф [Schumacher et al. 2010].
Таким образом, стихийные бедствия разрушают физическую и социальную среду, создавая неблагоприятные условия, следствием которых может быть насилие. Эти последствия могут оказывать как непосредственное, так и долгосрочное негативное влияние на человека, в частности повышенный стресс и чувство бессилия из-за тяжелой утраты, потери имущества и потери средств к существованию; проблемы психического здоровья, такие как посттравматическое стрессовое расстройство; потеря здоровья - в таких условиях люди, особенно менее защищенные слои населения, подвержены дополнительным рискам, среди которых разные формы насилия.
Рост насилия после чрезвычайных ситуаций, вызванных эндогенными факторами
Вспышка вируса Эбола началась в Гвинее в декабре 2013 г. Это была самая крупная из когда-либо зарегистрированных вспышек лихорадки Эбола, охватившая множество стран и континентов. Случаи заболевания были зарегистрированы в трех странах с широко распространенной и интенсивной передачей инфекции (Гвинея, Либерия и Сьерра-Леоне) и других странах с первоначальным случаем (случаями) или локализованной передачей. В качестве мер по предотвращению распространения инфекции были введены карантинные меры. После введенных ограничений женщины и девочки стали чаще подвергаться сексуальному насилию, принуждению и эксплуатации, однако жалобы о насилии не учитывались и не признавались. Кроме того, молодые женщины и девочки- подростки не могли посещать общественные собрания и получать инструкции о том, как защитить себя от этой болезни. Однако в то время как женщины и девочки сталкивались с участившимися случаями жестокого обращения и насилия, неспособностью уделять приоритетное внимание гендерному насилию, наряду с неэффективной системой здравоохранения и отсутствием координации, доступность услуг для выживших серьезно пострадала в этих странах. Например, в Сьерра-Леоне услуги по борьбе с гендерным и семейным насилием в системе общественного здравоохранения были серьезно нарушены из-за переориентации ресурсов и персонала. Несколько кризисных центров не прекращали свою работу, и число женщин и девочек, получающих доступ к медицинским услугам, консультациям, увеличилось на 19% по сравнению с предыдущими месяцами кризиса. В Либерии люди, пережившие насилие, были лишены доступа к базовым услугам общественного здравоохранения из-за страха, что медицинские работники могут заразиться. Полицейская и судебная системы были перегружены, что могло привести к дальнейшему росту насилия в отношении женщин, поскольку была создана «атмосфера безнаказанности». В Либерии более 27% людей высказались о том, что полиция и судебная система не справляются должным образом со случаями насилия. Кроме того, отсутствие доступа к базовым услугам в области репродуктивного здоровья привело к 75%-ному росту материнской смертности в Гвинее, Либерии и Сьерра-Леоне, поскольку среди молодых женщин в Западной Африке возросло число незапланированных беременностей. семейный насилие уязвимость кризисный
Женщины, которые были в абьюзивных отношениях до катастрофы, могут испытывать насилие большей степени тяжести после катастрофы по причине того, что они отделены от семьи, друзей, убежищ и кризисных центров, которые ранее предлагали им некоторую меру защиты. После катастрофы женщины могут быть вынуждены полагаться на преступника для того, чтобы выжить.
Риски семейного насилия в период COVID-19
Угрожающие международному общественному здравоохранению события, такие как пандемия свиного гриппа H1N1, распространение полиомиелита в 2014 г., эпидемия лихорадки Эбола, вспыхнувшая в Западной Африке, вспышка вируса Зика в 2016 г., вспышка лихорадки Эбола в Киву в 2018-2019 гг.), квалифицируются ВОЗ как чрезвычайные ситуации, имеющие международное значение (PHEIC - Public Health Emergency of International Concern). Термин «чрезвычайная ситуация в области общественного здравоохранения, имеющая международное значение» появился в 2005 г. в Международных медико-санитарных правилах2 (договор, в обязанности которого входит предоставление ВОЗ полномочий действовать в качестве главной глобальной системы эпидемиологического надзора).
ВОЗ объявила о чрезвычайной ситуации в области общественного здравоохранения в январе 2020 г. [Beeching et al 2020] и пандемии в марте 2020 г. По состоянию на 11 февраля 2021 г. зарегистрировано более 107 млн случаев заражения и более 2,35 млн случаев смерти, ставшие следствием COVID-19.
По прошествии полугода с начала пандемии стало очевидно, что это событие существенным образом повлияло на жизни миллионов людей, поэтому необходимо было провести параллель между чрезвычайными ситуациями и пандемией COVID-19 с точки зрения катализатора обострения межличностных отношений, что привело по всему миру к росту разных форм и видов насилия.
Один из важнейших вопросов исследования - является ли чрезвычайная ситуация причиной насилия в семье. Потеря жилья и работы, травматические переживания, потеря родных и близких, 2 WHO Library Cataloguing in Publication Data. International health regulations. 2nd ed. (2005) 1. Legislation, Health. 2. Communicable disease control - legislation. 3. Disease notification - legislation. 4. International cooperation. World Health Organization. II. Title: IHR (2005). ISBN 978-92-4-158041-0.угнетенное психологическое состояние, употребление алкоголя и наркотиков - все это, с одной стороны, последствия чрезвычайных ситуаций и катастроф, но это также факторы риска для роста семейного насилия. Локдаун - как одна из мер, предпринятая большинством государств, препятствующая распространению ко- ронавирусной инфекции, повлекла за собой повышенный контакт между членами семьи, часто в стесненных условиях, что привело к нарастанию напряжения.
Проблему семейного насилия существенно осложняет отсутствие официальной статистики, что стало следствием принятия Федерального закона «О внесении изменений в статью 116 Уголовного Кодекса Российской Федерации» от 07.02.2017 № 8-ФЗ Федеральный закон от 07.02.2017 № 8-ФЗ «О внесении изменений в статью 116 Уголовного Кодекса Российской Федерации» // Консультант- Плюс, поскольку данная статья ранее регулировала семейно-бытовое насилие в российских семьях. Однако согласно законодательству, нанесение побоев членам семьи и другим близким лицам, с момента вступления в силу Федерального закона, не относится к уголовному преступлению и может оцениваться как административное правонарушение [Ростовская, Безвербная 2019]. Кроме того, даже с учетом официальной статистики семейное насилие характеризуется высокой степенью латентности, поскольку не всегда пострадавшие от подобных действий решались обращаться за помощью в правоохранительные органы. Вместе с тем кризисные центры продолжают вести внутреннюю статистику, которая представлена ниже.
Данные исследования, проведенного Лабораторией гендерных проблем ИСЭПН ФНИСЦ РАН Результаты выборочного социологического опроса населения РФ в зависимости от пола и возраста, выполненное в рамках государственного задания на 2018-2020 гг. на тему: «Гендерные аспекты социально-экономической динамики современной России» (№ 0165-2018-0001, д-р экон. наук, проф. В.Г. Доброхлеб). и представленные на рис. 1, подтверждают латентность семейно-бытового насилия, однако сорокапроцентный показатель о редких случаях семейного насилия свидетельствует о высокой виктимизации, потому как случаи семейного насилия могут характеризоваться крайней жестокостью, вызывая общественный резонанс.
Рис. 1. Часто ли вы узнаете о проявлении насилия в семьях вашего населенного пункта?
Поскольку коронавирус продолжает распространяться по всему миру, а правительства принимают меры социального контроля, жертвы домашнего насилия, чаще всего женщины, сталкиваются с двойной угрозой: смертельный вирус снаружи и агрессор дома. По истечении полугода с начала пандемии стало ясно, что COVID-19 затронул абсолютно все сферы нашей жизни. Несмотря на тот факт, что почти все страны и люди попали под воздействие вируса, его влияние на различные группы людей оказалось неодинаковым.
Если говорить о статистике насилия в семье в период карантина в России, некоторые некоммерческие организации, работающие в сфере борьбы с домашним насилием, привели следующие цифры Домашнее насилие в условиях COVID-19 в России: Доклад семи организаций по защите прав женщин.