Обобщая вышесказанное, отметим, что не все существующие словари Италии, изданные в эпоху фашизма, имели ярко выраженную профашистскую ориентацию. Словарные статьи, семантизирующие лексикон фашистского дискурса, отличались от статей слов общей лексики в основном большим количеством строк и способом кодификации, толкования были сделаны с учетом реалий и доминант тоталитарной идеологии [Kolb 1990: 184].
Очевидным представляется факт, что лексикографические источники эпохи итальянского тоталитаризма являлись средством пропаганды для привлечения широких народных масс к идеям дуче. Кроме того, словари служили проводниками основных направлений языковой политики тоталитарной Италии, в частности, идей пуризма как составной части лингвистической автаркии (autarchia linguistica) (термин, предложенный в 1937 г. Б. Мильорини) и борьбы за единый язык.
В Албанской Народной Республике (АНР) после победы социалистического строя Секцией языка и литературы Института наук был осуществлен ряд проектов, среди которых издание первого «Толкового словаря албанского языка» (Fjalor i gjuhes shqipe), содержащего 22 000 слов, наиболее употребительных в общенародном албанском языке [Cipo 1954].
Словник отражал лексику, функционирующую в языке до 1950-х гг., соответственно в словаре не были кодифицированы неологизмы. В словаре были представлены лексемы токского и гегского диалектов, а также частично итало-албанские слова. Таким образом, словарь создавал у пользователей представление о наиболее употребительных лексемах и одновременно явился предпосылкой для разработки единого письменного языка.
Над созданием словаря трудились виднейшие лингвисты Албании, к их числу относились: К. Ципо (K. Cipo), Э. Чабей (E. Јabej), М. Доми (M. Domi), А. Крайни (A. Krajni), О. Мюдерризи (O. Myderrizi). Тем не менее, несмотря на громадный труд по составлению словаря, два его автора П. Геци (P. Gazi) и С. Малешова (S. Malesova), стоявшие в оппозиции к правящей партии, по политическим соображениям не были указаны в качестве составителей [Ляфе 2001: 348].
В двуязычной албанской лексикографии издавались словари, использовавшие преимущественно материал языков дружественных на тот период стран, прежде всего социалистических. Отметим также ряд русско-албанских словарей, например, один из первых двуязычных словарей АНР «Краткий албанско-русский словарь» (Fjalor i shkurter shqip-rusisht) [Кочи, Скенди 1950]. В преамбуле словаря указано, что основную часть словника составляют слова южного наречия. Однако в отдельных случаях составители кодифицировали лексику северного наречия, имеющую большую степень распространения. К словарю был приложен краткий очерк грамматики албанского языка, составленный Б.А. Серебренниковым. В предисловии авторы также отмечали трудности составления словаря, связанные с практически полным отсутствием справочного материала [Кочи, Скенди 1950: 5--6].
Заключение
Обобщая вышесказанное, мы выделяем следующие общие дискурсивные практики тоталитарного государства в области лексикографии.
Акцентирование внимания со стороны государства на масштабных лексикографических проектах, что нашло свое отражение в финансировании данных проектов, в создании специальных групп и комиссий.
Реализация задачи создания крупномасштабного лексикографического труда по определенному сценарию, с привлечением государственного ресурса -- законодательства, СМИ, финансирования, личной поддержки лидеров государства. Содействуя, с одной стороны, тем или иным лингвистическим проектам, государство, с другой стороны, контролирует работу ученых, навязывая им работу в нужном русле, делая их проводниками своих политических установок, языковой политики. В этой связи отметим и готовность большей части лексикографов работать по новым правилам, так как участие в крупных лексикографических проектах открывало новые возможности для публикаций, получения финансирования, роста научного авторитета.
Яркое проявление изменения политических и идеологических пристрастий государства и его лидера.
Влияние внешнеполитических связей государства, что проявляется в выборе и следовании методике семантизации и кодификации лексем, принятой в той или иной стране, что особенно типично для тоталитарных государств бывшего социалистического лагеря.
Нельзя не отметить, что словари тоталитарной эпохи, несмотря на некую конъюнктурность, в большей своей части являются основательными и авторитетными лексикографическими трудами, они послужили основой для переиздания современных одноязычных толковых, а также переводных словарей.
Безусловной заслугой составителей словарей тоталитарной эпохи является и их практическая ориентация, перечень изданий свидетельствует о том, что составители стремились удовлетворить потребности различных слоев населения, осознавая, что не существует единого универсального словаря, рассчитанного на все категории пользователей.
Библиографический список
1. Костева В.М. «Тоталитарная» лингвистика и ее проявление в языковой политике: монография. М.: МПГУ, 2013.
2. Кочи Р.Д., Скенди Д.И. Краткий албанско-русский словарь. М.: Государственное издательство иностранных и национальных словарей, 1950.
3. Ляфе Э. Развитие книжной лексики албанского языка во второй половине ХХ в. // Studia linguistica et balcanica: Памяти Агнии Васильевны Десницкой. СПб.: Наука, 2001. С. 346-- 352.
4. Bertoni G. Vocabolario della lingua italiana Edited by Giulio Bertoni, assisted by Carlo Formichi and Clemente Merlo. Milano: Soc. An. per la Pubblic. del Vocabolario Lingua It., 1941.
5. Cipo К. Fjalor i gjuhes shqipe. Tirana: Institut i shkancavet, 1954.
6. Duro A. Italienische Lexikographie // Wцrterbьcher: ein internationales Handbuch der Lexikographie / Hrsg. F.-J. Hausman. Berlin--New-York: de Gruyter, 1999.Teilbd. 2. S. 1880--1891.
7. Klein G. La politica linguistica del fascismo. Bologna: Il mulino, 1986.
8. Kolb S. Sprachpolitik unter dem italienischen Faschismus. Der Wortschatz des Faschismus und seine Darstellung in den Wцrterbьchern des Ventennio (1922--1943). Mьnchen: Voegel, 1990.
9. Panzini А. Dizionario moderno. Supplemento ai Dizionari italiani. Milano: Ulrico Hoepli Edi- tore, 1935.
References
1. Kosteva, V.M. (2013). “Totalitarian” linguistics and its manifestation in linguistic politics: Mo- nography. Moscow: MPGU. (In Russ.).
2. Kochi, R.D. & Skendy, D.I. (1950). A short Albanian-Russian dictionary. M.: State Publishing House of Foreign and National Dictionaries.
3. Lyafa, E. (2001). Development of the book vocabulary of the Albanian language in the second half of the 20th century // Studia linguistica et balcanica: In memory of Agni Vasilyevna Desnitskaya. SPb.: Nauka. pp. 346--352. (In Russ.).
4. Bertoni, G. (1941). Vocabolario della lingua italiana Edited by Giulio Bertoni, assisted by Carlo Formichi and Clemente Merlo. Milano: Soc. An. per la Pubblic. del Vocabolario Lingua It. (In Ital.).
5. Cipo, К. (1954). Fjalor i gjuhes shqipe. Tirane: Institut i shkencavet. (in Albanian).
6. Duro, A. (1999). Italienische Lexikographie In Wцrterbьcher: ein internationales Handbuch der Lexikographie / (Hrsg.) F.-J. Hausman. Berlin-NY: de Gruyter. Vol. 2. pp. 1880--1891. (In German).
7. Klein, G. (1986). La politica linguistica del fascismo. Bologna: Il mulino. (In Ital.).
8. Kolb, S. (1990). Sprachpolitik unter dem italienischen Faschismus. Der Wortschatz des Faschismus und seine Darstellung in den Wцrterbьchern des Ventennio (1922--1943). Mьnchen: Voegel. (In German).
9. Panzini, А. (1935). Dizionario moderno. Supplemento ai Dizionari italiani. Milano: Ulrico Hoepli Editore. (In Ital.).