Социально-философский анализ особенностей взаимовлияния и характеристики взаимосвязи динамики власти и транзитивного состояния общества
Нарыков Николай Владимирович
Аннотации
В статье подробно анализируются два типа транзитивности: онтологическая и гносеологическая. Для онтологического типа в контексте вопроса о динамике власти делается два вывода. Первый - это констатация невозможности абсолютной социальной стабильности. Общество постоянно находится в состоянии перехода и изменения, и даже если переход не очевиден, это лишь свидетельствует о его латентном, неявном состоянии или низкой скорости процессов. Второй вывод - это утверждение необходимости эволюции (постоянного движения и становления) политических систем в меняющемся обществе. При этом состояние стабильности - один из наиболее опасных периодов ввиду того, что необходимость к изменению и адаптации постоянна, а ее очевидность не выявлена. Гносеологическая транзитивность предполагает, что есть субъект или совокупность субъектов, для которых в познавательном аспекте интересна стадия перехода. Основной гносеологической характеристикой транзитивного этапа в развитии современного общества автор определяет то, что это принципиально новый этап развития, а значит, многие традиционные методы оценки действительности здесь не работают. онтологический социальный стабильность
Ключевые слова: политическая власть, государство, транзитивность, динамика власти, интенсификация социальных процессов.
Abstract. In the article two types of transitivity are analyzed in detail: ontological and gnoseological. For ontological type in the context of an issue of dynamics of the power, two conclusions are drawn. The first is an ascertaining of impossibility of absolute social stability. Society constantly is in a condition of transition and change and even if transition is not obvious, it only testifies to its latent, implicit state or low speed of processes. The second conclusion is a statement of need of evolution (the continuous movement and formation) of political systems in the changing society. Thus a condition of stability - one of the most dangerous periods in view of the fact that need to change and adaptation is constant, and its evidence is not revealed. Gnoseological transitivity assumes that there is a subject or set of subjects which are interested the transition stage in informative aspect. By the main gnoseological characteristic of a transitive stage in development of modern society the author determines that it is an essentially new stage of development, so, many traditional methods of an assessment of reality do not work here.
Keywords: political power, State, transitivity, dynamics of the power, intensification of social processes.
Социальная транзитивность как состояние переходного этапа, становления чего-то во что-то на самом деле может иметь две разновидности: онтологическую и гносеологическую. Фактически во втором случае речь идет о мнимой транзитивности и естественной (следует понимать, что здесь имеется в виду разница подходов, тогда как в действительности мнимая транзитивность может быть естественной, а естественная мнимой). Рассмотрим подробнее два типа переходности.
Онтологическая транзитивность предполагает естественный ход событий, развитие системное и поступательное. Такое развитие является постоянным, это диалектическое усложнение мира, при этом отправной точкой переходного периода можно считать возникновение того, что переживает переходный период, а конечной точкой транзитивности - разрушение и гибель. Существуют также временные явления стабильности, которые представляют собой временные периоды, характеризующиеся определенным набором признаков. Разница в скорости процессов изменчивости, на первый взгляд, позволяет выделить периоды стабильности и транзитивности. Однако, во-первых, на общем системном уровне временная стабильность является частью процесса всеобщего структурного изменения, во-вторых, даже в процессе видимой стабильности происходят изменения, и здесь следует говорить об относительной стабильности.
В контексте вопроса о динамике власти можно сделать два вывода. Первый - это констатация невозможности абсолютной социальной стабильности. Общество постоянно находится в состоянии перехода и изменения, и даже если переход не очевиден, это лишь свидетельствует о его латентном, неявном состоянии или низкой скорости процессов. Второй вывод - это утверждение необходимости эволюции (постоянного движения и становления) политических систем в меняющемся обществе. При этом состояние стабильности - один из наиболее опасных периодов ввиду того, что необходимость к изменению и адаптации постоянна, а ее очевидность не выявлена. По мнению Е.С. Адуловой, "устойчивость и равновесность являются свидетельствами тупикового эффекта (застоя) в развитии любого политического процесса. Поэтому без ресурсного резервного хаоса (неустойчивости) не может быть и устойчивого развития" [1,с.69]. Отсюда следует, по мнению исследователя, что решающим аспектом самоорганизации политической системы "выступает хаос (нестабильность), который в определенных условиях может быть контролируемым и выступать условием стабильного и динамического развития, поскольку только неравновесные системы (т. е. системы в состояниях неустойчивости) способны спонтанно организовывать себя и развиваться" [Там же]. Стоит отметить, что на общем онтологическом уровне речь идет скорее об активном начале процесса изменчивости и понятии цели изменения. При этом активное начало, включающее в себя инициатора политического изменения действительности, конкретной политической программы и план промежуточного результата, сможет оказать векторное, но не абсолютное влияние на процесс изменения. Более того, данное влияние не может быть постоянным. Оно ориентировано на конкретный результат, тогда как в онтологически транзитивной системе конечного результата быть не может, кроме тотального уничтожения всей системы.
Стоит отметить, что состояние переходного периода свойственно не только последним десятилетиям. Оно свойственно развитию социальной системы и проявляется в моменты качественного изменения социального бытия. В начале XX в. концепция переходного периода в общих чертах угадывалась в разработках Р. Парка, который считал (и вполне оправданно), что мир меняется слишком быстро, чтобы оставаться в рамках традиции [2]. При этом Н. Гартман отмечал свойство переходного периода быть в основании своем скрытым от понимания, но проявляться как феномен и уже искать "оправдания" среди познающих и воспринимающих субъектов постфактум [3].
Гносеологическая транзитивность предполагает, что есть субъект или совокупность субъектов, для которых в познавательном аспекте интересна стадия перехода. Переходный процесс становится объектом знания и информацией. Последний аспект позволяет говорить о ситуации мнимой транзитивности в нескольких интерпретациях понятия "мнимость". Как уже было показано, общество постоянно переходит из одной стадии в другую, и это процесс естественный. Мнимая транзитивность проявляется тогда, когда процесс изменения общества и перехода его на новую стадию развития ускоряется. Тогда развитие, как движение, приобретает скорость и становится более заметным. В результате транзитивное состояние общества становится достоянием общественного мнения. Появляются теории и прогнозы, согласно которым переходный период займет столько-то времени, в итоге будущее видится с определенными характеристиками и т. д. Прогнозируется, сколько необходимо ресурсов, чтобы выстоять переходный этап, как ускорить процесс, как замедлить. При этом в онтологическом смысле транзитивный этап как таковой постоянен, он есть совокупность сменяющих друг друга этапов. В относительном смысле переходным этапом можно называть такое состояние, когда общество переходит с одного "уровня" на другой.
Эти "уровни" есть состояние продолжительной мнимой стабильности, в процессе которой происходят структурные изменения менее быстрого характера. Как правило, такому уровню соответствует определенная парадигма социального мышления, определенный уровень развития науки, культуры, социальной структуры. Ввиду того, что общество не равномерно и не согласованно, оно не может пройти этап изменения одновременно. Как правило, существует какой-то определенный социальный элемент, в рамках которого начинается переход в новое состояние. Это начало переходного периода как процесса, отраженного в сознании людей. В процессе транзитивности происходит постепенный переход различных элементов на новый уровень. При этом одни элементы отстают, другие доходят до пиковой точки данного этапа развития. Состояние транзитивности тем самым можно сравнить с прибытием на вокзал поезда длиной в несколько километров. Когда одна часть общества уже обладает всем потенциалом нового уровня, другая может только осознавать необходимость перехода или же предсказывать такую необходимость. Для государства состояние перехода означает неодновременное развитие (прогрессивное или регрессивное), при этом неодновременность отражена в деятельности основных социальных институтов.
Транзитивность существенно отражается на социальной жизни, когда изменение проходят разные составляющие общества с разной скоростью. Тогда возникает ситуация дисбаланса и стремления к тому состоянию, когда система находится в мнимом состоянии покоя, а изменения носят сравнительно медленный характер. Отражаясь на всех сторонах социальной жизни, ситуация переходного периода становится объектом общественного сознания. В результате появляется общее социальное ощущение транзитивности. Появляется расхожее мнение о том, что переходный этап ограничен временными рамками, у него есть начало и есть результат - новое состояние относительной стабильности. Однако, как было показано ранее, в рамках онтологической модели это состояние мнимое, оно подчинено ряду условностей и стереотипов. Один из стереотипов связан с логической ошибкой понимания целого и части.
Наиболее конкретный пример данной ошибки в рамках настоящего переходного этапа можно продемонстрировать на примере транзитивности в современном обществе вообще и в рамках развития конкретных государств. В масштабах мировой системы транзитивность означает как минимум развитие процесса глобализации, тогда как в судьбе каждого из государств переходный этап происходит по-разному. Единственное, что можно сказать в общем, это то, что транзитивность для частей мирового целого есть переход из одного состояния в другое, но какая бы то ни было качественная определенность для различных государств будет разная.
В первую очередь, качественное различие затрагивает две области - экономику и политику, при этом насколько макроэкономика политична, настолько можно говорить о том, что современный переходный период - это политическая трансформация социума глобального масштаба. И если речь идет о процессе глобализации, то основной проблематикой на политическом уровне становится вопрос о том, где будет расположен центр глобализации (если он будет). Также попутно ставятся вопросы о новых центрах политического противостояния. Среди наиболее ярких исследователей-прогнозистов в этой области можно назвать С. Хантингтона, который подробно рассматривает изменение геополитической полярности. Так, в работе "Столкновение цивилизаций" Хантингтон пишет: "Нация-государство останется главным действующим лицом в международных делах, но наиболее значимые конфликты глобальной политики будут разворачиваться между нациями и группами, принадлежащими к разным цивилизациям. Столкновение цивилизаций станет доминирующим фактором мировой политики. Линии разлома между цивилизациями - это и есть линии будущих фронтов" [4, с.294.]. Далее он пишет: "С окончанием холодной войны подходит к концу и западная фаза развития международной политики. В центр выдвигается взаимодействие между Западом и незападными цивилизациями. На этом новом этапе народы и правительства незападных цивилизаций уже не выступают как объекты истории - мишень западной колониальной политики, а наряду с Западом начинают сами двигать и творить историю" [Там же.].
Стоит отметить, однако, что, несмотря на авторитетность Хантингтона как ученого, в данной публикации он выступает в первую очередь как политик. Он создает научное исследование, посвященное политической трансформации современного общества. В исследовании предлагаются конкретные модели и сценарии не только будущего, но фактически настоящего. Данная публикация становится достоянием массового информационного пространства и не может не влиять на него. Для дальнейшего контекстуального анализа мы вынуждены дать полную цитату ключевых положений. Вот к каким выводам приходит автор исследования.
"Судя по всему, центральной осью мировой политики в будущем станет конфликт между "Западом и остальным миром", как выразился К. Махбубани [5, р.3-13], и реакция незападных цивилизаций на западную мощь и ценности. Такого рода реакция, как правило, принимает одну из трех форм, или же их сочетание.
Во-первых, и это самый крайний вариант, незападные страны могут последовать примеру Северной Кореи или Бирмы и взять курс на изоляцию - оградить свои страны от западного проникновения и разложения и в сущности устраниться от участия в жизни мирового сообщества, где доминирует Запад. Но за такую политику приходится платить слишком высокую цену, и лишь немногие страны приняли ее в полном объеме.
Вторая возможность - попробовать примкнуть к Западу и принять его ценности и институты. На языке теории международных отношений это называется "вскочить на подножку поезда".
Третья возможность - попытаться создать противовес Западу, развивая экономическую и военную мощь и сотрудничая с другими незападными странами против Запада. Одновременно можно сохранять исконные национальные ценности и институты - иными словами, модернизироваться, но не вестернизироваться" [4, с.197]. Как таковые тенденции развития мировой политической системы были описаны Хантингтоном еще в ранних работах, таких как "Политический порядок в меняющихся обществах", а окончательно концепция цивилизационного противостояния выразилась в работе "Кто мы? Вызовы американской национальной идентичности". Как идеолог, Хантингтон не только описывает ситуацию и приводит аргументы, раскрывая перспективы развития мирового политического пространства. Он влияет на мировую политику посредством науки и средств массовой информации, он дает конкретные модели развития, он говорит последовательно, логично и выдает аналитическую информацию. Но, участвуя в мировой политике на уровне информации, невозможно не влиять на вектор движения трансформации общества.