Межгрупповые этнические взаимодействия были одинаково общенеприемлемыми для религозно отличающихся групп (например, сунниты и шииты). Также один из респондентов высказал мнение, что негативные межстрановые отношения однозначно повлияли бы на его отношение к стране, с которой они испортились. Практически все иностранные студенты испытывают гордость за принадлежность к своей национальности и стране.
Исходные или скорректированные пребыванием в Томске установки иностранных приезжих на выстраивание типа взаимоотношений и взаимодействия с представителями принимающей стороны также важны для понимания вклада образовательных мигрантов в сферу межнациональных отношений в регионе. Способность мигрантов в эпоху «транснационализма» сочетать в себе несколько идентичностей (в том числе идентичность представителей местного сообщества) создает условия, при которых успешное взаимодействие с местным населением становится критически важным как еще один фактор привлекательности региона. Многие томские образовательные мигранты открыты для общения с населением, находятся с россиянами в деловых, дружеских отношениях. Открытость иностранных мигрантов в отношении инокультурной среды принимающей стороны выразилась в довольно широких уровнях принятия и приближения ее: респонденты отметили следующие возможности: все можно: дружба, брак (Мали); просто друзья (Индонезия); ...вместе учиться и работать (Китай); ...соседство, трудовая деятельность (Вьетнам). Можно сказать, что у приезжих образовательных мигрантов в целом нет установок на изоляцию, у всех проявляется готовность, по меньшей мере, к совместной учебе, дружеским отношениям.
На основании вышеизложенного можно сделать следующие выводы. Во- первых, межэтнические отношения в Томской области, со слов образовательных мигрантов, можно определить в целом как благоприятные. В части ответов респондентов пребывание в Томске характеризуется выражением «как дома». Наши респонденты затруднялись рассказать о причинах и примерах притеснений иностранцев в России. Некоторые из них отметили, что со стороны томичей чувствуется страх в отношении мусульман «из-за угрозы террористических действий».
Во-вторых, существует иерархия в отношении к разным категориям образовательных мигрантов со стороны принимающего сообщества, связанная с социокультурными и социально-прихологическими факторами. В качестве рекомендации в образовательном процессе и на бытовом уровне (проживание в общежитии) следует избегать совмещения политически или религиозно потенциально конфликтных образовательных мигрантов и уделять внимание всем иностранным студентам, обучающимся в томских вузах, независимо от страны исхода.
В-третьих, изменяющаяся внешняя политическая ситуация может повлиять как позитивно, так и негативно на отношения между трудовыми мигрантами, образовательными мигрантами и принимающей стороной.
Как показали материалы интервью, мигранты в Томской области практически не встречаются с проявлениями открытой ксенофобии и национального превосходства. Однако латентное недовольство со стороны россиян присутствует и связано, вероятно, с конкуренцией за бюджетные места, недостаточным финансированием системы образования, террористической фобией, стереотипами восприятия, возможно, с другими причинами, требующими осмысления.
Литература
1. Ford R. Acceptable and unacceptable immigrants: the ethnic hierarchy in British immigration preferences // Journal of Ethnic and Migration Studies. 2011. № 37. P. 1017--1037.
2. Hainmueller J., HangartnerD. Who gets a Swiss passport? A natural experiment in immigrant discrimination // American Political Science Review. 2013. № 107. P.159-187.
3. Hagendoorn (1995) Hagendoorn L., et al. (1998). Inter-ethnic preferences and ethnihierar- chies in the former Soviet Union // International Journal of Intercultural Relations. № 22. P. 483-503.
4. Bessudnov A. Ethnic Hierarchy and Public Attitudes towards Immigrants in Russia European Sociological Review Advance Access published February 13 2016 European Sociological Review, 2016. P. 1-14
5. Bridges S., Mateut S. Should They Stay or Should They Go? Attitudes Towards Immigration in Europe // Scottish Journal of Political Economy. 2014. № 61. P. 397-429.
6. Полетаев Д.В., Дементьева С.В., Лебедева С.Г. Вузы России как механизм адаптации учебных мигрантов. 2009. № 375.
7. Рыкун А.Ю., АбрамоваМ.О., СухушинаЕ.В. Отношение молодежи г. Томска к трудовым и образовательным мигрантам (на примере исследования молодежи г. Томска) // Вестник Томского государственного университета. Философия. Социология. Политология. 2017. № 37. С. 171-183.
8. Погодаев Н.П. Владение русским языком как условие адаптации студентов-мигрантов из Таджикистана в университетском пространстве Томска // Вестник Томского государственного университета. Философия. Социология. Политология. 2015. № 1 (29). C. 91-103.
9. Нам И.В. «Новые этнические группы (диспоры) в г. Томске // Вестник Томского государственного университета. История. 2015. № 5 (37). С. 33-43.
10. Китайские, вьетнамские, монгольские образовательные мигранты в академической среде / науч. ред. Е.Ю. Кошелева. Томск : ТПУ, 2013. 418 с.
11. Кушнарева А.А. Реализация образовательных возможностей студентов-мигрантов в вузах России и Великобритании: на пути к решению // Профессиональное образование в России и за рубежом. 2012. № 1 (5). С. 16-23.
12. Деева А. Из России с дипломом : В томские вузы наберут иностранных студентов // Портал Smartnews, 30 апреля 2017 года.
13. Радина Н.К. Образовательная миграция в контексте новой миграционной политики России // XV апрельская международная научная конференция по проблемам развития экономики и общества: в 4 кн. / под ред. Е.Г. Ясин. М., 2015. Кн. 4. С. 271-278.
14. Tatyana A Bulatova, Tomsk State Pedagogical University (Tomsk, Russian Federation).
15. Andrey P. Glukhov, Tomsk State Pedagogical University (Tomsk, Russian Federation).
References
1. Ford, R. (2011) Acceptable and unacceptable immigrants: the ethnic hierarchy in British immigration preferences. Journal of Ethnic and Migration Studies. 37. pp. 1017-1037.
2. Hainmueller, J. & Hangartner, D. (2013) Who gets a Swiss passport? A natural experiment in immigrant discrimination. American Political Science Review. 107. pp. 159-187.
3. Hagendoorn, L., et al. (1998) Inter-ethnic preferences and ethnihierarchies in the former Soviet Union. International Journal of Intercultural Relations. 22. pp. 483-503.
4. Bessudnov, A. (2016) Ethnic Hierarchy and Public Attitudes towards Immigrants in Russia. European Sociological Review. 32(5). pp. 567-580.
5. Bridges, S. & Mateut, S. (2014) Should They Stay or Should They Go? Attitudes Towards Immigration in Europe. Scottish Journal of Political Economy. 61. pp. 397-429.
6. Poletayev, D.V., Dementyeva, S.V. & Lebedeva, S.G. (2009) Vuzy Rossii kak mekhanizm ad- aptatsii uchebnykh migrantov [Russian universities as a mechanism for the adaptation of educational migrants]. Demoskop Weekly. 375.
7. Rykun, A.Yu., Abramova, M.O. & Sukhushina, E.V. (2017) Otnosheniye molodezhi g. Tomska k trudovym i obrazovatel'nym migrantam (na primere issledovaniya molodezhi g. Tomska) [Attitude of the Tomsk youth to the work and educational migrants (a case study of the Tomsk youth)]. Vestnik Tomskogogosudarstvennogo universiteta. Filosofiya. Sotsiologiya. Politologiya - Tomsk State University Journal of Philosophy, Sociology and Political Science. 37. pp. 171-183.
8. Pogodayev, N.P. (2015) Competence in the Russian language as a condition of adaptation of students from Tajikistan at the universities of Tomsk. Vestnik Tomskogogosudarstvennogo universiteta. Filosofiya. Sotsiologiya. Politologiya - Tomsk State University Journal of Philosophy, Sociology and Political Science. 1(29). pp. 91-103. (In Russian).
9. Nam, I.V. (2015) New ethnic groups (diaspora) of Tomsk. Vestnik Tomskogogosudarstvennogo universiteta. Istoriya - Tomsk State University Journal of History. 5(37). pp. 33-43. (In Russian).
10. Kosheleva, E.Yu. (ed.) (2013) Kitayskiye, v'yetnamskiye, mongol'skiye obrazovatel'nyye mi- granty v akademicheskoy srede [Chinese, Vietnamese, Mongolian educational migrants in the academic environment]. Tomsk: Tomsk Polytechnical University.
11. Shaev, A. (2017) TSU, TPU and SibGMU entered the list of universities for the export of Russian education.
12. Kushnareva, A.A. (2012) The Implementation of Equal Educational Opportunities of Migrant Students at Universities of Russia and the UK: towards a Solution. Professional'noye obrazovaniye v Rossii i za rubezhom - Professional Education in Russia and Abroad. 1(5). pp. 16-23. (In Russian).
13. Deyeva, A. (2017) Iz Rossii s diplomom. V tomskiye vuzy naberut inostrannykh studentov [From Russia with a diploma. Tomsk universities will recruit foreign students].
14. Radina, N.K. (2015) Obrazovatel'naya migratsiya v kontekste novoy migratsionnoy politiki Rossii [Educational migration in the context of the Russian new migration policy]. In: Yasin, E.G. (ed.) XV aprel'skaya mezhdunarodnaya nauchnaya konferentsiya po problemam razvitiya ekonomiki i obshchestva: v 4 kn. [The 15th April International Scientific Conference on the Problems of the Development of the Economy and Society: In 4 books]. Book 4. Moscow: HSE. pp. 271-278.