1
Судьбы закон
А.Н. Павлов
Когда мы говорим о судьбе, то, имеем в виду существование некой информационной тайны. Подразумевается, что развитие событий в мире подчинено какой-то целесообразности, какому-то общему закону, для нас неизвестному, но обязательно существующему. Видимо, постигнуть этот закон нам не дано, во всяком случае, на строгом научном уровне. Но как-то ориентироваться в этом вопросе, наверное, всё-таки можно.
Я думаю, что опираться здесь надо на два понятия - память и эволюция. Не случайно, видимо, один из фильмов о возможном посещении Земли инопланетянами назывался, кажется, «Воспоминания о будущем». Что нас ждёт? Авторы фильма отвечают:
То, что уже было.
Память это как бы консервативное начало, связанное с прошлым.
Из только что завершённого разговора о проблемах пространства и времени мы поняли, что пространственно-временное прошлое несёт в себе информацию о будущем, которое уже состоялось. Было замечено, что в этом «состоялось» просматриваются некоторые тенденции. И они получили название эволюции.
Традиционная наука всегда пыталась найти какой-то материальный носитель информации и материальную форму её переработки, кодирования и хранения. На этом поприще сегодня достигнуты огромные успехи. Но эти успехи не сняли проблему, а только обострили её. Вслед за всякой детализацией неизбежно наступает интерес к интеграции. За анализом должен следовать синтез, поскольку всякий анализ сам по себе заводит в тупик.
Если говорить очень прямолинейно, то можно обсуждать, скажем, такую цепочку: память человечества, память народа, память человека, память клетки и т.д. Разные масштабы, разные механизмы, но ... суть одна.
Хранить информацию может и неживая материя: например, библиотеки, книги, рисунки, магнитные диски и т.п. Правда, эти формы хранения информации придумал и создал человек. Но и неживая природа, созданная не человеком, а Богом, тоже обладает памятью, тоже умеет принимать и хранить информацию.
Сегодня, например, многое известно о так называемой структурной памяти воды. Суть этого явления сводится к тому, что при фазовых перестройках наблюдается определённая инерционность в структуре и свойствах вещества Н2 О. Скажем, вы растопили лёд. Твёрдая фаза перешла в жидкую. Но какое-то время эта жидкая фаза ещё сохраняет структурные черты льда. Вы охладили воду, предположим, от 50 0С до 10 0С. Однако какое-то время свойства десятиградусной воды и, в частности способность её растворять вещества будут соответствовать 50-ти градусной воде. Нетрудно увидеть, что фазовая память воды не вечна, она укладывается в опредёленный временной интервал, связанный со структурной инерционностью. Структура, как и всё остальное, не может разрушиться мгновенно и мгновенно новообразоваться. Всегда есть какой-то временной интервал перестройки.
Изучение облачности в пределах тропосферы позволило и у неё обнаружить способность к структурной памяти: мезомасштабные особенности поля облачности контролируются морфологией подстилающей поверхности и её термической неоднородностью. Структурная унаследованность присуща и тропопаузе в целом. Так, генерализированная её форма, так же как и форма Земли, может быть аппроксимирована поверхностью двухосного эллипсоида, а воздушные фронты удивительно хорошо экстраполируются на критические широты (300 - 400).
Морфологическое устройство Земли через тропопаузу передается и в мезосферу. Возможно, поэтому контуры зимних мезосферных циклонов достаточно хорошо согласуются с общими очертаниями береговой линии океанов.
В качестве еще одного примера передачи и хранения информации в неживой природе можно привести морфологическое сходство поверхности Земли (рельефа) и так называемого зеркала (уровня) грунтовых вод (см. рис.1).
Механизм здесь довольно прост. Атмосферные осадки, просачиваясь в горные породы, переходят из атмосферы в верхнюю часть земной коры. Капельки, струйки этой воды и являются носителями информации о рельефе. Они в общих чертах воссоздают его на глубине, формируя поверхность так называемой зоны насыщения.
Рис. 1. Схема, на которой показаны локальный уровень подвешенной воды (верховодка) и положение регионального уровня грунтовых вод по отношению к долине, возвышенности, постоянной реке, озеруи болоту (Из книги [Аллисон, Палмер, 1984]).
Примеров такого рода можно привести очень и очень много. Можно подробнейшим образом описать их, чтобы раскрыть глубинную связь вещей. Но и сказанного, наверное, достаточно. И все же мы хотим привести ещё один пример, чтобы, как говориться, поставить точку над i .
На рис. 2 изображен стратиграфический разрез по одному из внутренних регионов США. Каждая из пород, название которой записано на рисунке справа, возникла в определенных ландшафтных условиях и имеет свою историю. Например, уголь возник из скоплений растительной органики, песчаники - это сцементированные пески, представляющие собой остаточные продукты выветривания и переноса различных пород, известняки - продукт органического или химического накопления карбоната кальция и т.д.
Рис.2. Разрез осадочных пород (Из книги [Аллисон, Палмер, 1984].
Таким образом, каждый слой на приведённом рисунке доносит до нас информацию об условиях своего происхождения, а окаменелые организмы, сохранившиеся в них, и о времени формирования. Разве это не иллюстрация памяти. Сам порядок слоёв позволяет нам с уверенностью говорить о том, какие из них появились раньше, какие - позже, в какой последовательности это происходило и о многом, многом другом.
Читателю достаточно познакомиться с элементарными основами геологии, чтобы понять, что прошлое эта наука реконструируют только благодаря такому явлению как геологическая память (память Земли).
Итак, можно констатировать, что объекты и живой и косной материи обладают свойствами памяти. А могут ли они этой памятью обмениваться? Люди - да. Животные - тоже. Растения? Скорей всего - да, хотя вопрос этот изучен слабо. А живое с неживым? Ведь мир-то един.
В соответствии с принципом неопределенности Гейзенберга на этот вопрос тоже следует ответить положительно. Вспомните - нельзя увидеть или измерить что-то, не воздействовав на это что-то.
Одно направление: косная живая материяматерия принципиальных вопросов, как будто не вызывает. Человек, животные, растения неживую природу воспринимают и реагируют на её форму и содержание. А вот обратная связь не так очевидна. Какие-то научные исследования по этому вопросу нам неизвестны, хотя в литературе, в фильмах эта идея отражена, что называется, прямым текстом.
У Рабиндраната Тагора, например, есть рассказ «Голодные камни». Все события этого небольшого художественного произведения строятся на том, что дворец шаха Махмуда Второго, выстроенный 250 лет тому назад, сохранил память о тех, кто населял его в те времена, и эта память воздействует на потомков - людей, являвшихся современниками Тагора:
Когда-то этот дворец был местом, где разыгрывались страшные человеческие драмы, - здесь бушевали страсти, пламя неудовлетворенных желаний жгло сердца и в зловещем огне непрестанных наслаждений сгорали человеческие души. Сколько проклятий слышали эти стены ... . Камни дворца впитали эти проклятия, и теперь, голодные и жаждущие, как чудовище, которому долго не давали есть, они жадно бросаются на каждого, осмелившегося приблизиться к ним.
И еще из этого же рассказа:
И вдруг мне начало мерещиться, что именно эта призрачная жизнь - непостижимая, недоступная разуму, сверхъестественная - и была единственной правдой на земле, а всё остальное - просто игра воображения.
Подобного рода фабула имеет разные варианты у разных авторов. Но суть их одна. Место жизни может быть для человека плохим или хорошим. Оно влияет на его судьбу, психику, определяет удачливость или несчастливость. Возможно, любое место генерирует информационное поле предков, генерирует память о них. Само место - это информационный банк духовной энергии.
Предки общаются с потомками через косный мир, через пространство настоящего.
Сегодня специалисты в области парапсихологии не только способны привести множество примеров, свидетельств и экспериментальных доказательств ясновидения, но и успешно согласовывают это явление с современными физическими теориями.
Талантливые писатели, наверное, во многом как дети. Они легко могут медитировать: отключаться от впечатлений окружающего мира. Как пишет Ю. Линник [1996], тогда к ним прикасается благодать, они созерцают лазурь вечности и слушают гармонию сфер.
Это означает, что они, как и дети, в этот момент подключаются к полям тонкого мира, получают из него энергетическую подзарядку души и считывают информацию, хранящуюся в запредельном, в мире вечных идей. Ю.Линник пишет, что чуткость к запредельному дана детям от Бога.
Таким образом, мы приходим к пониманию того, что
Память консервативна. Она и есть прошлое.
Эволюция же - это процесс, процесс поглощения времени в форме квантов действия (Дж.с) пространством (безвременным настоящим D, м). [См. Павлов А.Н. Пространственно-временные основы геологии, ЭФР]. В этом случае память можно определить ещё и как генерирующую составляющую эволюции, её напряжённость.
Пытаясь разобраться в функциях памяти, человек создал представления о детерминизме и случайности, построил для себя ещё и смешанный причинно-вероятностный мир.
Это довольно сложные вопросы, в чём легко убедиться, обратившись к специальной литературе. Мы не будем подробно их обсуждать, а лишь коснёмся главного - человек и здесь пытается делить неделимое, из цельного делает куски, надеясь, что какой-то кусок окажется истиной.
Но истина не в куске, она - в ЦЕЛОМ.
Всякое событие имеет причину. Но всякое событие, как и его причина, бесконечно разнообразны и многолики. Выделить какую-то одну «чистую причину» для какого-то одного «чистого следствия» ещё не удалось никому. Да и, навряд ли, удастся. Это можно сделать лишь теоретически. Понятие «чистая причина» и «чистое следствие» являются только теоретическими. Это лишь наш вымысел. На большее наш разум не способен, хотя и жаль.
Можно рассматривать отдельную причину движения отдельной молекулы газа и тогда предсказать её новое местоположение и время в пути. Но это не реальная ситуация. Реально в любом малом, но достаточном для движения молекулы объёме, присутствует много молекул этого газа и движение каждой из них подчиняется уже статистическим правилам. Результат их движения может быть оценен лишь в терминах вероятности.
Поэтому из многих великих правыми были, скорей всего, Эйнштейн, Планк, де-Бройль, Шредингер и другие, разделяющие концепцию причинности и детерминизма (детерминизм обычно рассматривается как формализованная в математических терминах причинно-следственная связь) как идеологии процессов с абсолютной памятью. И здесь полезно привести два отрывка из писем Эйнштейна. (Письма Дж.Франку и М. Борну. Взяты из книги М.Клайна [1988]: