Материал: Сулейменов М.К. - Актуальные проблемы МЧП

практике, хотя в целом просматривается тенденция в пользу при- знания такой обязательности71.

Подобный подход к переходу вместе с цессией и условия об арбитражном соглашении был продемонстрирован президиумом Высшего арбитражного суда РФ в решении по конкретному делу72.

В то же время имеет хождение и другая точка зрения.

При разрешении одного из споров Внешнеторговая арбитраж- ная комиссия (ВТАК) при Торгово-промышленной палате СССР

пришла к заключению, что арбитражное соглашение вообще не может быть предметом цессии. Будучи автономным процессуаль- ным договором, оно требует самостоятельного согласия цессионе- ров на подчинение той юрисдикции, которая была избрана сторо- нами в договоре (решение ВТАК от 9 июля 1984 г.). Это решение получило широкую известность и было опубликовано за рубежом.

Наша точка зрения на этот вопрос заключалась в том, что ар- битражное соглашение относится к условиям осуществления пере- даваемых прав, кредитор же, безусловно, знал или должен был знать о наличии такой оговорки. Для того чтобы уменьшить объем передаваемых прав или изменить условия их осуществления, сто- роны должны специально оговорить это в договоре цессии73.

Развивая эту точку зрения, можно сказать, что арбитражное со- глашение действительно является автономным соглашением. Од- нако есть принципиальное отличие между признанием контракта недействительным и цессией.

В первом случае такое признание никак не связано с волей сторон и основания признания контракта недействительным могут быть различными для разных соглашений. Если, например, основ- ной контракт был признан недействительным вследствие наруше- ния законодательства (как это было в вышеприведенных случаях), это не значит, что арбитражное соглашение противоречит законо- дательству и должно быть признано недействительным.

При передаче прав по цессии ситуация иная. Здесь кредитор в курсе всех прав, которые передаются. Он знает или должен знать

ред. М.К. Сулейменов и Ю.Г. Басин. – Алматы, 1998. – С. 258.

166

обо всех пунктах контракта, в том числе и об арбитражной оговор- ке. Поэтому предполагается, что он дал согласие принять все пра- ва по договору, в том числе и связанные с арбитражной оговоркой. Проблема может возникнуть только при третейской записи, когда арбитражное соглашение содержится в отдельном соглашении. Но

ив этом случае существует презумпция того, что кредитор знал или должен был знать об этом соглашении. В крайнем случае кре- дитор может доказывать в суде, что он не знал о наличии арбит- ражного соглашения, но – как общее правило – права по этому со- глашению переходят при цессии вместе с другими правами.

Что же касается согласия должника на передачу прав по арбит- ражному соглашению другому кредитору, то здесь применяется общее правило ГК РК о том, что при уступке права требования не требуется согласия должника (п. 2 ст. 339).

Арбитражное соглашение (так же, как и пророгационное) – это гражданско-правовой договор, хотя он и касается процессуальных вопросов. Поэтому он подчинен общим положениям о договоре, содержащимся в ГК. В частности, в соответствии со статьями 273

и404 ГК недопустим односторонний отказ от договора.

Но при уступке права требования нет одностороннего отказа от договора. Обязательства по контракту и арбитражному соглаше- нию сохраняются в полном объеме, только меняется кредитор в соответствии с правилами о правопреемстве.

167

Тематический план издания КОУ, 2011 г.

Сулейменов М.К.

АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ МЕЖДУНАРОДНОГО ЧАСТНОГО ПРАВА

Учебное пособие

Редактор Шупшибаева Н.С.

Технический редактор Сансызбаева Г.З.

РЕКОМЕНДОВАНО: Ученым советом КОУ

СОГЛАСОВАНО: зав. кафедрой частно-правовых дисциплин, д.ю.н., профессором Мороз С.П.

Подписано в печать 24.01.2011 г.

Тираж 100 экз. Формат 60х84/16. Бумага типографская №1 Объем 10,5 печ. л. Заказ № 2449

Издание Каспийского общественного университета Отпечатано в типографии НИЦ КОУ

г. Алматы, пр. Сейфуллина, 521. тел. 250-69-34, 250-69-35

168