Святогорский след в судьбе волынского православного монаха и Великого князя Литовского Войшелка (1223-1267)
Шумило С.В.
Судьба Великого князя Литовского Войшелка (Войшелго) (12231267) тесно связана с Галицко-Волынским краем и местным монашеством. Будучи сыном основателя объединенного литовского государства и первого литовского короля Миндовга (ок. 1195-1263), он стал православным монахом, однако, несмотря на это, некоторое время вынужден был продолжать управлять страной, много сделав для распространения православия среди своих подданных.
Подробные сведения о жизни, деятельности и трагической гибели князя-инока содержатся в Галицко-Волынской летописи XIII в., вошедшей в Ипатьевский летописный свод Полное собрание русских летописей (ПСРЛ). М., 1962. Т. 2., а также в Новгородской первой летописи Новгородская Первая летопись. М. -- Л., 1950., немецкой «Рифмованой хронике» кон. XIII в. Livlдndischc Reimchronik. Paderborn, 1876. Стихи 7133-8008., «Кройнике Литовской и Жмотийской» кон. XVI в. «Кройника Литовская и Жмойтская» опубликована в 32-м томе «Полного собрания русских летописей». М., 1980., хрониках Быховца Хроника Быховца. Предисловие, комментарий и перевод Н. Н. Улащика. М., 1966. и Матвея Стрыйковского Kronika polska, litewska, zmodzka i wszystkiej Rusi Macieja Stryjkowskiego. Warszawa, 1846. T. 1.. Кроме того, имеются сообщения в хрониках Яна Длуго- ша, Мацея Меховского, Мартина Кромера, Мартина Бельского и других авторов, а также в некоторых литовских «хрониках» и «летописцах» позднего периода Литовские «хроники» и «летописцы» опубликованы в 35-м томе ПСРЛ. (М., 1980).. Среди ученых, уделявших внимание этому выдающемуся государственному и церковному деятелю, особо стоит отметить работы Т. Нарбутта Narbutt Т. Pomniki do dziejow Htewskich. Wilno, 1846., В. Пашуто Пашуто В. Т. Образование Литовского государства. М., 1959. С. 37-42., Д. Огицкого Огицкий Д., проф. Великий князь Войшелк (Страница из истории православия в Литве) // Богословские труды. Научно-богословский журнал. 1983. Вып. 24. С. 171-196. и других.
Несмотря на то, что биография русско-литовского князя-монаха Вой- шелка раскрыта довольно подробно, все же остается недостаточно изученным святогорское влияние в его судьбе.
Летописное предание сообщает, что принятие князем православия было глубоко осознанным внутренним актом, в корне изменившим всю его жизнь. Войшелк был язычником, когда начал княжить в Новгородке (ныне Новогрудок -- город в Гродненской области Беларуси). Причем до принятия Крещения летописец изображает его довольно жестоким и необузданным в страстях правителем. «Посем же вниде страх Божий во сердце его, помысли в собі хотя прияти святое Крещение и крестися ту в Новігородьці и нача быти во хрістьянстве» ПСРЛ. Т. 2. Стб. 858., -- сообщает летопись. Произошло это между 1246-1252 гг.
Однако на этом духовные поиски князя не заканчиваются. Вскоре он вовсе отказывается от княжеской власти в пользу галицко-волынских князей и под влиянием русского святогорского старца Григория По- лонинского (t после 1268) принимает монашеский постриг и, прожив у старца около трех лет, по его благословению отправляется в путешествие к Святой Горе Афон.
Летопись об этом так сообщает: «И по семь иде Войшелк до Галича к Данилови князу и Василкови, хотя приятн мнискии чин. Тогда же и Войшелк хрести Юрья Лвовича, тоже потом иде в Полонину ко Гри- горьеви в монастырь и пострижеся во черньці и бысть в монастыри у Грнгорья 3 лета, оттоле же поиде во Святую Гору, приемь благословение от Григория» Там же. Стб. 859..
О самом старце Григории не сохранилось подробных известий. Из ряда скупых и косвенных упоминаний в летописях можно предположить, что он пришел со Святой Горы. Возможно, на Афоне он подвизался в древнерусской обители «Ксилургу» или «Русик» Акты Русского на Святом Афоне монастыря св. великомученика и целителя Пантелеимона. К.: Тип. КПЛ, 1873. С. 68-89; Августин (Никитин), архим. Афон и Русская Православная Церковь (обзор церковно-литературных связей). СПб., 2015. С. 11-13, 29-32; История Русского Свято-Пантелеимонова монастыря на Афоне с древнейших времен до 1735 года. Серия: «Русский Афон XIX -- ХХ веков». Т. 4. Афон: Русский Пантелеимонов монастырь, 2015. С. 65-105; Шумило С. В. «Духовное Запорожье» на Афоне. Малоизвестный казачий скит «Черный Выр» на Святой Горе. К.: Издательский отдел УПЦ, 2015. С. 8-12.. Где находился основанный им Полонинский монастырь, в котором он постриг литовского князя, сведения тоже не сохранились Огицкий Д. Указ. соч. С. 180-181.. Однозначно, что действовал он в пределах Галицко-Волынского княжества, предположительно где-то в Карпатах, неподалеку от Галича или Холма. Как известно, полонина -- это название, традиционно употребляемое в Галиции для обозначения безлесного участка в Карпатских горах, используемого как пастбище и для сенокоса.
Из Галицко-Волынской летописи кон. XIII в. мы лишь знаем, что князь Войшелк пришел «в Полонину ко Григорьеви в манастырь и пострижеся во черньці» из своей вотчины в Новогородке, проведя «в манастыри у Григорья три лета» ПСРЛ. Т. 2. Стб. 859.. При этом летописец о старце отмечает, что «Григории же бяшет человек свят, якогоже не бысть перед ним и ни по нем не будет» Там же. Стб. 859..
Как уже было сказано, перед принятием пострига Войшелк отказался от княжеской власти и передал Новогородское княжение сыну Даниила Галицкого -- Роману, «а сам просися ити во Святую Гору» Там же. Стб. 831..
По мнению Д. Огицкого, «есть основание для предположения, что в Крещении Войшелк получил имя Василий, а при пострижении наречен Лавром или Лаврентием» Огицкий Д. Указ. соч. С. 181..
По прошествии трех лет послушания в Полонинском монастыре, старец Григорий благословляет князю-иноку, дабы усовершенствоваться в иноческих подвигах, отправиться на Афон, откуда и сам пришел ранее: «оттоле же поиде во Святую Гору, приемь благословение от Григория» Там же. Стб. 859.. По всей видимости, это было заветной мечтой и самого литовского князя, поскольку не каждый мог отважиться на столь дальнее, непростое и небезопасное по тем временам путешествие. Кроме того, упоминание в хронике, что Войшелк еще до принятия пострига, отказавшись от княжения, «просися ити во Святую Гору» Там же. Стб. 831., дает повод считать, что этой идеей князь проникся очень давно, еще до ухода в монастырь.
Паломничество к далеким святым местам, сопряженное в пути со многими трудностями, лишениями и опасностями, в эпоху средневековья приравнивалось к аскетическому подвигу Шумило С. В. Уявлення про Київ як «другий Єрусалим» в церковно-суспільній думці Русі-України // Із Києва по всій Русі: збірник матеріалів наукової конференції, присвяченої 1025-літтю Хрещення Київської Руси. К., 2013. С. 214-215.. И лишь сознательная целеустремленность приобщиться к святыням и наследию Святой Горы могла заставить подвижника решиться на такой шаг. Из этого вытекает, что князь-инок Войшелк перед этим, должно быть, очень много слышал от старца Григория и читал в книгах о подвижниках и святынях Афона, что произвело на него глубокое впечатление, благодаря чему в его сердце и зажегся такой благочестивый порыв.
Предприняв длительное и нелегкое путешествие на Балканы, князь- инок так и не смог добраться до вожделенного Афона. Прибыв в Болгарию и посетив здешние монастыри и святыни, он вынужден был, по прошествии некоторого времени, возвратиться обратно из-за разразившейся тогда в Македонии войны Болгарского царства с Никейской империей: «Воишелкъ же не може доити до Святіи Горі, зане мятежь бысть великъ тогда в тіх землях. И приде опять в Новъгородокъ и учини собі монастырь на ріці на Немні межи Литвою и Новымъгородъкомъ и ту живяше» ПСРЛ. Т. 2. Стб. 859..
Некоторую путаницу в эти события вносит Новгородская Первая летопись. В частности, в ней сообщается, что князь Войшелк, будучи «поборником по правой вере», удалился «от отца своего, и от рода своего, и от поганыя веры своея» на Святую Синайскую гору, где в одном из монастырей крестился, обучался грамоте и принял монашество Новгородская Первая летопись. М.-Л., 1950. С. 84; также см.: ПСРЛ. СПб., 1856. Т. 7. С. 253; ПСРЛ. СПб., 1907. Т. 17. Стб. 593, 601.. Непонятно, почему летописец утверждает, что князь удалился на Синай, где будто бы провел около трех лет. По всей видимости, повествователь перепутал Синай с Афоном, что и нашло свое отражение в такой странной интерпретации. Однако почему летопись утверждает, что Войшелк все же дошел до Святой Горы и подвизался там в одном из монастырей, -- на этот вопрос пока что не было дано обоснованного ответа. Тема эта еще ожидает своего более глубокого исследования. князь литовский войшелк монашество
Как бы там ни было, достоверно известно, что, по возвращении из путешествия на Святую Гору Афон, князь-инок Войшелк основал собственный православный монастырь на Немане. «И приде опять в Новъ- городокъ и учини собі монастырь на ріці на Немні межи Литвою и Новымъгородъкомъ и ту живяше. Отец же его Миндовгъ укариваше его по его житью» ПСРЛ. Т. 2. Стб. 859.. Предположительно, этой новооснованной князем- иноком обителью был Лавришевскиий монастырь, где первым игуменом стал преподобный Елисей Лавришевский Огицкий Д. Указ. соч. С. 181-184..
Миндовг был крайне недоволен выбором сына и настоятельно убеждал его отречься от монашеской жизни и вновь «прияти княжение свое» ПСРЛ. Т. 2. Стб. 859.. Войшелк долгое время категорически отказывался уступить требованиям отца, однако в 1258 г. произошли события, заставившие его временно покинуть монастырь.
В связи с нашествием ордынских полчищ Бурундая Войшелк вынужден был прийти на помощь своему отцу для защиты родной земли, временно приняв на себя правление Новогородским княжением. Когда в 1263 г. в результате заговора был убит его отец Миндовг, Войшелк объединил пинские и новогородские дружины и, разбив войска противников, занял отцовский престол Великого князя Литовского ПСРЛ. Т. 32. С. 28; М. Стрыйковский. Цит. соч. С. 299.. После этого заключил союз с галицко-волынскими князьями Шварном (Свароми- ром) Даниловичем и Васильком Романовичем ПСРЛ. Т. 2. Стб. 862-863.. Более того, первого он объявил своим соправителем, а второго -- «отцом» и «господином» Там же. Стб. 862-863., тем самым признав над собой сюзеренитет волынского князя. По мнению проф. Д. Огицкого, Войшелк стремился к созданию прочного союза и объединенного православного Русско-Литовского государства Огицкий Д. Указ. соч. С. 185, 191..
В летописях отмечается, что и на Великокняжеском престоле Вой- шелк оставался православным монахом, а поверх княжеских одеяний носил на голове монашеский клобук ПСРЛ. Т. 32. С. 29.. Как подчеркивает Д. Огицкий, «свое пребывание вне стен монастыря он считал положением временным, вызванным необходимостью оказать в критический момент помощь родной земле» Огицкий Д. Указ. соч. С. 188.. В Новгородской Первой летописи говорится, что Войшелк дал Богу обет вернуться в монастырь через три года и что, будучи князем, он продолжал соблюдать монашеский устав Новгородская Первая летопись. С. 84. О том же: ПСРЛ. Т. 17. Стб. 601.. По словам «Кройники Литовской и Жмойтской», и на княжеском престоле Войшелк «трвал (пребывал) набожне в законі чернцем, бо завше (всегда) на княжих сукнях (одеждах) світло-дорогих на голові зверху клобук чорный носил» ПСРЛ. Т. 32. С. 29.. Об этом же говорится и в польской «Хронике» М. Стрыйковского М. Стрыйковский. Цит. соч. С. 301..
В период правления Войшелка православие стало приоритетной религией в Литве Огицкий Д. Указ. соч. С. 188-191.. Иоакимовская летопись сообщает, что Войшелк, придя к власти в Литве, «многих крести и церкви и монастыри воздвиже» Цит. по: Огицкий Д. Указ. соч. С. 188.. Однако такая политика вызывала недовольство как местной языческой знати, так и католических соседей -- Тевтонского ордена и Польши. Не признал прав на трон Войшелка и римский папа, который благословил чешскому королю Пшемыслу Оттокару II поход против «неверных» литовцев, ятвягов и пруссов (папская булла 1264 г. упоминала Литву как враждебную страну, где победили «схизматики»). Поэтому Войшелку совместно с православными галицко-волынскими союзниками довелось вести войны еще и с католическими Чехией, Польшей и Тевтонским орденом ПСРЛ. Т. 2. Стб. 864-867..
Одержав победы над врагами и стабилизировав ситуацию в Великом княжестве Литовском, Войшелк, несмотря на просьбы Шварна остаться у власти и править совместно ПСРЛ. Т. 2. Стб. 867., покинул престол и вернулся к монашеской жизни. Трон Великого князя Литовского он добровольно передал своему другу -- Великому князю Галицкому Шварну (Сваромиру) Даниловичу Там же., а сам поселился в волынском православном монастыре в Уг-
ровске Там же..
Ипатьевская летопись так сообщает об этом: «Посем же Воишелк да княжение свое зятю своему Шварнови, а сам опять восхоті прияти мнискии чин. Шварно же моляшеться ему по велику, абы еще княжил с ним в Литві, но Воишелк не хотяшеть, тако река: согрешил есмь много перед Богом и человіки, ты княжи, а земля ть опасена. Шварно же не може умолити его и тако нача княжити в Литві, а Воишелк иде до Уг- ровьска в монастырь ко святому Данилыю и взя на ся чернічьскии порты и поча жити в монастьірі, тако река: се ми зде близ мене сын мои Шварно и другии господин мои отец князь Василко, а тіма ся иму утішива- ти» Там же..
Вернувшись к монастырской жизни, князь-инок продолжал следовать духовным наставлениям своего духовного отца и святогорского старца Григория Полонинского, приезжавшего к нему в обитель наставлять «на путь чернечьскии » Там же. Стб. 867-868. Там же.. Как сообщается в Ипатьевской летописи, «Григоріи же Полониньскыи и еще бяше жив, наставник его. Воишелк же, вопрошав о животі его, рад бысть, посла по нь, река: господине отче, приіди семо, он же приіxa к нему и настави его на путь чернечьский».
Отказ Войшелка от власти и передача трона Великого князя Литовского своему другу -- галицкому князю Шварну (Сваромиру) Даниловичу открывали новые перспективы перед Русью и Литвой, испытывавшими давление как с Востока -- от Золотой Орды, так и Запада -- католической Польши и Тевтонского ордена. По сути, этот акт можно считать попыткой восстановления могущества и единства былого Древнерусского государства под властью великого князя Галицкого, как законного наследника киеворусской династии св. Владимира Крестителя и Рюриковичей. Как отмечает Д. Огуцкий, «результатом этого шага Войшелка было объединение Литвы с Галицкой Русью под властью общего Великого князя. Казалось, сбылась заветная мечта Войшелка, ради осуществления которой он всегда готов был жертвовать узколичными интересами. Создавшееся теперь положение могло бы быть равнозначным персональной унии двух государств, если бы не раздоры в Галицко-Во- лынском княжестве после смерти Даниила...» Огицкий Д. Указ. соч. С. 191.