Технико-юридический характер принципов правотворчества
Болдырев Сергей Николаевич
начальник кафедры теории государства и права
Ростовского юридического института МВД России
кандидат юридических наук, доцент
Аннотация
В статье говорится о роли принципов технико-юридического характера в отношении правотворческого процесса. Ведь известно, что далеко не все члены представительных органов власти имеют юридическое образование. Более того, не юридическое образование является показателем состоятельности законодателя, а защита и реализация им в ходе законотворческой деятельности интересов граждан, его избирателей.
Ключевые слова: правотворчество, юридическая техника, норма права, принципы права, правовое регулирование, нормативность права, правовая культура.
Boldyrev Sergey Nikolaevich - Head of the Department of Theory of State and Law, the Rostov Law Institute of the Ministry of Internal Affairs of Russia, PhD in Law, Associate Professor.
Technical and legal nature of the principles of law-making
Annotation
правотворчество нормативный обязанность
It is described the role of the principles of a technical and legal nature in relation to the law-making process. After all, it is known that far from members of representative bodies of power have legal educations. Moreover, it is not legal education that is an indicator of the legislator's consistency, but its protection and implementation of the interests of citizens and his voters in the course of lawmaking activities.
Keywords: law-making, legal technique, rule of law, legal culture.
Рассматривая правотворчество, необходимо отметить, что оно является частью более широкого процесса, связного с происхождением права, как процессом объективным, в ходе которого возникает совокупность прав и обязанностей, развития права. Этот процесс принято называть правообразованием, характеризующимся системой внутренних детерминант. Что же касается правотворчества, то данное понятие отражает процесс развития права, субъектами которого являются соответствующие правотворческие органы. Учитывая же, что данный процесс непосредственно связан с разработкой и реализацией соответствующей идеи, замысла нормативно-правового акта, решающего соответствующую совокупность задач правового регулирования общественных отношений, он имеет творческое начало. Поэтому он и получил наименование правотворчества.
По мнению И.Н. Сенякина, следует выделять узкое и широкое понимание правотворчества. В первом узком смысле правотворчество представляет собой формирование правовой нормы соответствующим правотворческим субъектом. В широком же смысле правотворчество означает всю совокупность действий, начиная с возникновения идеи нормативно-правового акта и до его реализации в правовой действительности - principles of law, legal regulation, normativity of law, [7, с. 412].
Правотворчество является сложным процессом, включающим в себя разные уровни, основными из которых следует признать процедурно-организационные и, собственно, правотворческий. По мнению Р.А. Гончарова, «то, что в содержание процесса правотворчества включены кроме организационных аспектов и процедурно-процессуальные действия, рассмотрение и обработка предшествующего опыта правового регулирования соответствующей области общественных отношений, представляется важным для интерпретации элементов механизма разрешения юридических коллизий» [4, с. 101].
В контексте правотворчества разрешение юридических коллизий связано с целым рядом процедур, включающих как отмену нормативного правового акта, так и внесение в него соответствующих корректив, введением или исключением из его содержания коллизирующих норм. Однако важнейшую роль в правотворчестве как средстве разрешения юридических коллизий играет систематизация законодательства. В процессе систематизации законодательство не только делается более компактным и удобным для применения, но оно освобождается от соответствующих изъянов. Так, в процессе систематизации ликвидируются пробелы в праве, исключаются дублирующие нормы. Но, что особенно важно в контексте научной статьи, результатом систематизации является исчезновение юридических коллизий.
Авторы монографии «Систематизация законодательства в Российской Федерации» полагают, что ликвидация юридических коллизий посредством правотворчества возможна в рамках четырех основных способов. Так, по их мнению, во-первых, это возможно в результате отмены коллизирующих норм или нормативно-правовых актов. Во-вторых, посредством официального признания утратившими силу тех нормативно-правовых актов, которые порождали коллизию. В-третьих, путем внесения изменений в соответствующий нормативно-правовой акт посредством введения и опубликования новой нормы. В-четвертых, посредством опубликования, введения в законодательство коллизионных норм [8].
Необходимо отметить, что некоторые авторы абсолютизируют роль нормотворчества в процессе разрешения юридических коллизий. Согласно их подходу, который можно назвать нормативистским, юридические коллизии могут разрешаться только в результате правотворчества, в правотворческом процессе. Что же касается правоприменения, то характер этой деятельности, также как и характер юридических коллизий, не дают оснований для утверждения, что эта задача может решаться в данной сфере. Кроме того, и деятельность судьи, который обладает полномочиями субсидиарного характера, также может разрешать юридические коллизии, поскольку он контролирует легитимность правовой нормы (закона).
По нашему мнению, в деятельности судьи юридические коллизии могут устраняться в результате обнаружения судебных разногласий, которые в дальнейшем могут получить разрешение в результате оценки, например, конституционности того или иного акта Конституционным судом РФ. В остальных же случаях этого рода юридические коллизии разрешаются на основе нормотворчества.
Поскольку как правотворчество в целом, так и отдельные его приемы и правила в рассматриваемом контексте представляют собой средство и способы разрешения юридических коллизий, то существенно, что оно основано на соответствующих принципах, которые и определяют их содержание, являются теми началами, обуславливающими закономерности в данной сфере. По нашему мнению под принципами правотворчества следует понимать совокупность идей, лежащих в основе как разработки и принятия нормативно-правового акта (нормы права), так последующих дополнений, изменений законодательства, отмены нормативно-правового акта (нормы права), внесения иных корректив. То есть, принципы законотворчества представляют собой некоторую идейную основу правотворческого процесса, которой руководствуется законодатель, орган, ответственный за правотворческую деятельность. Правотворческие принципы в своей совокупности играют конструктивную роль в отношении регулирования общественных отношений средствами права, то есть представляют собой его конструкцию или модель. Поэтому они определяют содержание тех правил правотворчества, которые характерны для него. В свою очередь соблюдение этих правил должно обеспечить эффективность правового регулирования в соответствии с его целью и задачами.
В отечественной юридической литературе сложилась совокупность подходов к проблеме определения принципов правотворчества, которые в целом не противореча друг другу, делают акцент на том или ином начале в соответствии с интерпретацией теоретиков цели и задач правотворчества. Здесь необходимо отметить, что данная проблема по своей сути смыкается с проблемой ценностей правовой политики или политики права, тем самым, выходя за пределы позитивной правовой теории. По этой причине трудно выделить строгую объективную основу определения как самих принципов правотворчества, так и их иерархию, главенство и определяющее значение того или иного принципа. Сама по себе правовая идеология является не столько юридическим феноменом, сколько феноменом политическим, опираясь на аксиологическую интерпретацию правового процесса, ту совокупность ценностей, которые обусловлены социальными и политическими интересами, получающими правовую институционализацию в результате правотворчества. В этом смысле можно сказать, что данная проблема смыкается и с проблемой правопонимания, тем или иным ее типом, которые в своей конструкции воспроизводят политико-идеологические ориентации правотворцев, ориентируясь на либеральные, ценности и идеи.
В связи с этим, по нашему мнению, научный подход к проблеме определения принципов правотворчества, реализуемый именно правовой теорией, а не политологией или философией, социологией права, должен содержать в себе известную долю догматизма, который как методологический принцип включат в себя нормативизм. Анализ принципов правотворчества должен основываться на изучении действующего права, той совокупности лежащих в его основе общеправовых и отраслевых идей и принципов, которые нашли юридическое закрепление и являются основой совокупности правил правотворчества. Лишь в этом случае возможен строгий научный анализ данной проблемы и, соответственно, научно обоснованные выводы относительно того, какими принципами должен руководствоваться законодатель и каким должны быть правила правотворческого процесса.
Говоря же о подходах к этой проблеме, сложившихся в российской правовой науке, необходимо привести несколько точек зрения. Так, по мнению А.Б. Венгерова, всю совокупность принципов можно свести к четырем - «демократизм, законность, научность, исполнимость (учет финансовых, кадровых, организационных, юридических условий реализации принимаемых нормативно-правовых актов)» [2, с. 84]. Некоторые исследователи добавляют к этому перечню принципов еще и принцип народности, исключая при этом принцип исполнимости [9].
Примечательно, что ряд исследователей включает в данную совокупность принципов и некоторые идеи социального или политического толка, указывая на то, что право является социальным и политическим феноменом, а значит, в основе правотворчества должны лежать идеи, выражающие эту факторную обусловленность. Это, например, такие принципы, как «...законность, демократизм, научная обоснованность, всесторонний учет и обеспечение прав и свобод личности, учет интересов всех общественных групп и слоев, взаимозависимость региональных и общегосударственных интересов» [3, с. 132].
Известный учебник по теории государства и права выделяет такой ряд принципов, как «.. .дeмокоaIмзм, кнканостъ, заккнность и профессионализм, научность и связь с правоприменительной практикой» [10, с. 413]. Подобный перечень принципов правотворчества встречается довольно часто. Так, например, уже цитированная выше монография под редакцией профессора А.С. Пиголкина, по сути дела, повторяет данный перечень, дополняя его лишь принципом гуманизма [8].
Некоторые подходы отличаются оригинальностью, включая некоторые нетрадиционные для большинства вариантов их типологизации принципы. Так, например, помимо перечисляемых разными авторами принципов, в данную систему предлагается включить и принцип учета правовых идей и норм международного права [1].
Однако наиболее развернутая систематизация принципов правотворчества была предпринята С.Г. Дробзянко и В.С. Козловым, включающая десять принципов правотворчества. По их мнению, это такие принципы, как:
юридическая систематизация субъектов правотворчества;
демократическое участие субъектов правотворчества в выработке проектов источников права;
обеспечение в подготавливаемых проектах соответствия их содержания принципам права;
непрерывность эволюционирования субъектов правотворчества;
научно-практическая значимость проектов нормативно-правовых актов;
многополярность в принятии особо допустимых предложений;
профессионализм выработки правовых источников;
персонифицированность инициаторов-разработчиков проектов источников права;
научно-профессиональная экспертиза подготовленных актов;
законность в правотворчестве» [5, с. 94].
Несмотря на то, что данная проблема рассматривается в качестве одной из актуальных современным российским правоведением, следует констатировать, что она еще далека от своего разрешения. Об этом свидетельствует отсутствие единого подхода к ее решению, отсутствие системности выделения принципов правотворчества многими авторами, включение в систему принципов разнокачественного характера, эклектическое соединение во многих классификациях общеправовых, общесоциальных принципов и принципов юридической техники.
По нашему мнению, сказанное объясняется не только и не столько низким уровнем развития теоретико-правовых исследований в данной сфере, но и разнообразием правопонимания, которым руководствуются ученые. Можно предположить, что в качестве основных типов правопонимания в контексте этих исследований можно найти как элементы социологического, нормативного правопонимания, так и элементы общего правопонимания.
Значительная часть исследователей в качестве важного принципа указывают на профессионализм субъектов правотворчества. Однако, несмотря на то, что профессионализм действительно является важным фактором, обуславливающим качество нормативного правового акта, есть сомнение в том, что его следует рассматривать в качестве принципа правотворчества.
Если вести речь о правотворчестве не только как о правовом явлении, но и как о социальном, политическом, то, очевидно, что перечень его принципов, то есть, идей, определяющих его содержание, должен быть достаточно широк. Здесь мы можем включить отражение интересов различных слоев населения, и демократизм правотворчества, также как и профессионализм их участников. Однако если речь идет о правотворчестве как о правовом явлении, необходимо исходить из юридического анализа данных принципов.