Отметим, что С. Кутб призывал к радикальному разрыву со сложившимися в стране и существовавшими веками религиозными нормами, что привлекало к нему определенную часть молодежи, как образованной, так и малоимущей. Он стремился сформировать «новое кораническое поколение», главной целью которого было бы создание новой исламской общности на руинах национализма, подобно тому, как пророк Мухаммад и его сподвижники построили государство из общины правоверных на обломках языческого учения. С. Кутб ратовал за создание исламского государства посредством вооруженного джихада. При этом он выступал против устоявшихся исламских юридических взглядов на то, что джихад - это прежде всего борьба за духовное самосовершенствование (джихад аль-нафс) или оборонительная война для защиты мусульманской общины. Он оправдывал вооруженный, наступательный джихад, в том числе против правителей мусульманского мира, которые используют не исламские правовые кодексы, а потому являются частью современной джахилийи и, следовательно, не могут считаться настоящими мусульманами. Он утверждал, что с ними необходимо бороться, как с неверными, и отстранять их от власти, потому что главная цель мусульман - установить господство Бога на земле (божественный хукм). Такой джихад, по мнению С. Кутба, является наиболее эффективным способом борьбы с джахилийей, которая препятствует построению справедливого и свободного общества, основанного на принципах таухида [2, с. 25].
Таким образом, вслед за Ибн Таймийей С. Кутб отрицал деление джихада на малый (вооруженный) и большой. Кроме того, сегодня приверженцы радикальных трактовок джихада, ссылаясь на труды Ибн Таймийи и его последователей - Ибн аль- Кайима, Кутба и др., утверждают, что в ходе исламистского джихада убийство гражданского населения можно убивать мирных граждан. Так, Ибн Таймийя, что, когда неверные убивают мирных мусульман, становится дозволенным убивать мирное население противника [3, с. 85]. Современные джихадисты трансформировали аргументацию Ибн Таймийи в выгодном для себя ключе и взяли на вооружение принцип, что людей, которые помогают вражеской армии в бою, даже если они не являются военными, можно законно уничтожать. Напомним, что подобные радикальные трактовки методов ведения джихада присутствовали в учениях различных хариджитских сект. Однако на протяжении всей исламской истории существовало общее понимание того, что гражданские лица не должны становиться мишенью на войне. Но экстремистские группировки трактуют термин «ражданское население» таким образом, чтобы превратить каждого человека, живущего в западных странах, в объект для террористических атак.
Подчеркнем, что развитие С. Кутбом в радикальном ключе концепций джахилийи и джихада стало явным отходом от традиционной точки зрения исламских теологов, и даже от позиции основателей партии «Братья-мусульмане». Считается, что он не довел развитие этих постулатов до логического конца только потому, что в августе 1966 года был повешен в каирской тюрьме за свою антигосударственную деятельность. Однако его последователи, особенно египтяне А. Фарадж и А. Завахири, еще более радикализовали эти концепции, чтобы использовать их не только на смену власти, но и на борьбу со всем обществом. По их мнению, все египетское общество не является мусульманским. Данная точка зрения является хариджитской и большинство улемов на протяжении веков не придерживались ее, поскольку следование ей приводит к раздорам внутри мусульманского сообщества. Именно подобные концепции и подготовили почву для развития различных форм современного терроризма. Различные интерпретации учения С. Кутба распространились и за пределами Египта. Сегодня многие ученые небезосновательно утверждают, что С. Кутб является главным идеологом современного исламистского терроризма.
Идейными наследниками С. Кутба стали египтяне - Мухаммад Абдуссалям Фарадж (1954-1982) и его единомышленники, основавшие в 1979 году группировку «Исламский джихад». Именно боевиками этой организации во время парада в Каире был убит президент Анвар Садат (1918-1981). За то Фарадж и двое его сообщников были казнены в каирской тюрьме Баб аль-Хальк. Фарадж обучался на инженера- электрика и работал по этой специальности в Каирском университете, что давало ему дополнительную возможность вербовать сторонников среди молодежи. Но так или иначе именно он, вслед за С. Кутбом внес значительный вклад в усиление роли вооруженного джихада в деятельности радикальных организаций в конце 70 - начале 80-х гг. прошлого столетия, проповедуя свои идеи в мечетях Египта и активно вербуя сторонников.
Основной тактикой «Джихад ислами» стало проведение вооруженных атак против высокопоставленных правительственных чиновников, чаще всего с помощью заминированных автомобилей, а также террористических акций против коптского населения. Считается, что именно А. Фарадж в ХХ в. перевел понятие «джихад» из теоретической в практическую плоскость. Свое видение концепции джихада Фарадж изложил в брошюре «Джихад - забытый долг» [12; 13]. Он напоминал своим приверженцам о необходимости ведения джихада, который он провозгласил шестым столпом веры. Это произведение считается одним из наиболее последовательных манифестов современной джихадистской идеологии. В основном она построена на интерпретации работы Ибн Таймийи «Китаб аль-джихад» («Книга о джихаде»).
Следуя идеям Ибн Таймийи, Фарадж отнес джихад к категории «фард-айн» и провозгласил его индивидуальной обязанностью каждого мусульманина. Если Ибн Таймийя считал джихад возможным только в случае нападения врагов на мусульманские земли, то Фарадж утверждал, что он обязателен в принципе. При этом, как и С. Кутб, он отвергал понятие «большого джихада» как борьбы со своими страстями. Отметим, что в этой книге А. Фарадж постоянно упрекает исламских теологов в том, что они пренебрегают и даже отрицают обязательность джихада [13, с. 12]. За ним в этом вопросе следуют и другие исламские идеологи джихадизма, которые полагают, что ведение джихада сегодня остается обязательным для каждого мусульманина до тех пор, пока не будет освобожден последний клочок земли, населенный мусульманами, но который был оккупирован неверными [4, с. 32].
А. Фарадж считал, что невозможно построить подлинно исламское общество мирным способом, и это реально только с помощью джихада [13, с. 14]. Он был уверен в том, что джихад позволит мусульманам править миром и восстановить халифат. В начале XXI в. идеи Фараджа могли быть реализованы Аль-Багдади, основавшим на базе «Аль-Каиды в Ираке» новую группировку - «Исламское государство Ирака и Леванта» (ИГИЛ, или ИГ).
Вслед за Ибн Таймийей его последователь Фарадж занял довольно радикальную позицию в вопросе наказания «вероотступников» (в Египте под вероотступниками он подразумевал в первую очередь, представителей государственной власти - И. Д.) и, ссылаясь на работы Ибн Таймийи, утверждал, что они достойны более сурового наказания, чем представители других религий. В своей работе Фарадж, в частности, пишет, что согласно Сунне было установлено, что отступника от мусульманской веры следует наказывать гораздо серьезнее, чем представителя другой религии. Согласно одному из видов наказания вероотступника необходимо убить: от него не принимается джизья (подушная подать), как от людей Писания, и с ним нельзя заключать никакие соглашения. Считается, что вероотступник должен быть убит даже в том случае, если он не способен защитить себя, в отличие от представителей других религий, которые не воюют с мусульманами [13, с. 15].
К числу вероотступников вслед за Ибн Таймией он относил мусульман, которые по каким-либо причинам соблюдают не все законы шариата, даже в том случае, если они произносят исламские молитвы. В этой связи он полагал, что мусульмане, которые не соблюдают какие-либо предписания Шариата, находятся в худшем положении, чем те, которые вообще никогда не были мусульманами. Поэтому он считал необходимым сражаться с каждой группой мусульман, которая совершила малейшее отступление от норм шариата [12, с. 16]. Здесь четко видно, что данный постулат заимствование Ибн Таймийей и Фараджем из воззрений различных хариджитских сект. Также со времен хариджитов среди различных экстремистских групп считалось, что осуществление власти - это прерогатива Бога, а не людей.
Особенно негативно Фарадж относился к руководству Египта и других мусульманских стран, считая их отступниками. Вслед за С. Кутбом правителей исламских стран он называет ближними врагами, а неисламские страны - дальними врагами [12, с. 28].
Отметим также, что А. Фарадж, в отличие от представителей других радикальных группировок, не одобрял деятельность исламских благотворительных организаций, так как она находится под контролем государства. Он говорил, что их работа не способствует созданию Исламского государства, а это он считал смыслом всей своей жизни [12, с. 12].
Идеи, содержащиеся в брошюре «Джихад - забытый долг», активно использовались египетскими исламистскими группировками на протяжении 80-90-х гг. прошлого столетия. Известно, что нынешний лидер «Аль-Каиды» Айман аль- Завахири был другом и ближайшим соратником А. Фараджа и использовал его идеологическое наследие применительно к группировкам «Аль-Каида» и ИГИЛ.
Риторика, разработанная Ибн Таймийей, содержится и в книге идеологического преемника А. Фараджа - Салиха Сарийи «Рисаля аль-иман» («Трактат веры»). Он считает, что любое законодательство, противоречащее исламу, кяфирское, и тот, кто подготовил такое законодательство, участвовал в его разработке, вменил его в обязанность или применил его и не отверг, является неверующим. Подобно Ибн Таймийе и Фараджу, он считал джихад ради свержения правительств, которые не следуют шариату, индивидуальной обязанностью каждого мусульманина [5, с. 144].
В течение многих веков мусульманские ученые вели полемику об отношении мусульман к тем людям, которые мусульманами не являются. Как следствие появилась концепция, получившая название «Дружба и непричастность в исламе». Ее положения нашли отражение в небольшой брошюре с одноименным названием, принадлежащей перу Салеха бен Фаузана аль-Фаузана. В ней автор требует от мусульман отвергать дружбу с «неверными», а проявлениями этой «дружбы», как подчеркивает аль-Фаузан, являются:
- уподобление им в одежде, словах и прочем;
- проживание в странах неверных и отказ от переезда в какую-нибудь из стран ислама ради сохранения своей религии;
- совершение поездок в страны неверных для развлечений и наслаждений;
- оказание им помощи и содействия против мусульман, а также их восхваление и защита;
- обращение к ним за помощью, оказание им доверия, назначение их на те посты, пребывание на которых позволит им узнать тайны мусульман, и избрание их в качестве приспешников и советников;
- использование их летоисчисления, особенно если речь идет об их обрядах и праздниках наподобие Рождества;
- участие в проведении их праздников, оказание им помощи в их организации и поздравление их в связи с этим;
- их восхваление за достижения их культуры и цивилизации и выражение восхищения их нравами и мастерством, без учета порочности их воззрений и ложности их религии;
- использование их имен;
- испрашивание для них прощения и обращение к Аллаху с молитвами о ниспослании им милости [11].
Дальнейшее развитие идеологической доктрины такфиритов-джихадистов связано с Айманом аз-Завахири, который был главным теоретиком «Аль-Каиды», а после уничтожения американцами Усамы бен-Ладена стал лидером «Аль-Каиды». Он, опираясь на труды своих предшественников и единомышленников, адаптировал их доктрины и концепции, включая «Дружбу и непричастность в исламе», к целям радикального исламистского движения. Разработанная им радикальнейшая лженаучная концепция «Симпатии и антипатии» («Аль-валяа ва-ль-бараа») [7, с. 14] делит всех людей на планете на три группы:
1. те, кого следует только любить, не испытывая к ним никакой враждебности;
2. те, кого следует только ненавидеть, не испытывая к ним ни любви, ни дружеских чувств;
3. те, кто, с одной стороны, заслуживает любви, а с другой стороны - ненависти.
Разумеется, в первую группу попадают единомышленники, во вторую - все немусульмане. Что касается третьей группы, то речь идет о тех мусульманах, кто не встал на путь радикального исламизма. Таких людей надо убеждать, осуществляя т. н. «исламский призыв», вплоть до включения в свои ряды. Если же эти меры не приведут к желаемому результату, то «непокорных» следует обвинить в «неверии», «многобожии», «отступничестве» или «лицемерии» со всеми вытекающими отсюда последствиями [5, с. 148-150].
Доктрина, разработанная Айманом аз-Завахири, на сегодняшний день является самой радикальной. Хотя это вовсе не означает, что не найдется новый теоретик, который еще сильнее радикализирует идеи наработки своих предшественников.
Заключение
Исходя из анализа содержания идеологических доктрин исламистов от Ибн Ханбала до Аймана аз-Завахири, можно сделать вывод, что их доктринальные интерпретации основываются на требовании очищения ислама вплоть до достижения состояния «чистого ислама» [6, с. 202-216] через определение т. н. «врагов ислама» (неверные, многобожники, отступники, лицемеры) и ведение против них вооруженного джихада, несмотря на то, являются ли эти «враги» военными или гражданскими. Руководствуясь концепцией «врагов дальних» и «врагов ближних», упор в последние два десятилетия исламисты делают на «врагов дальних», что позволяет, в принципе, говорить, о возможности террористических атак радикалов на объекты в США (9/11). Однако сомнения на этот счет все же остаются.