Изменения в пенитенциарной политике были во многом связаны с изменением социального состава заключённых и ростом их численности. В период нэпа наблюдается резкий рост уголовной преступности, значительное увеличение бандитских проявлений, имущественных и экономических преступлений. Так, в 1924 г. число осуждённых за уголовные преступления по сравнению с 1922 г. увеличилось вдвое - с 1 до 2 млн. человек . В последующие годы в стране наблюдается постоянный рост числа заключённых. Если в 1922 г. было 70 тыс. заключённых, то в 1930 - 179, в 1937 - 820,8, в 1939 - 1669,6, а в 1941 - 2204,4 тыс. человек . Однако следует учитывать, что абсолютное большинство заключённых - представители пролетарских слоёв населения, преимущественно крестьяне и рабочие промышленных предприятий, фабрик и заводов, опять-таки в основе своей, бывшие крестьяне. Уменьшение числа представителей интеллигенции среди отбывавших наказание не могло не сказываться на качестве культурно-просветительной работы.
Заметим, что во второй половине 1930-х гг. задача воспитатель-ного (исправительного) характера не ставилась по отношению к тем, кто был осуждён за контрреволюционные преступления - только карательные. Об этом, в частности, свидетельствовало «Положение о культурно-воспитательной работе в исправительно-трудовых лагерях и колониях НКВД», начинавшееся со слов: «Культурно-воспитательная работа в исправительно-трудовых лагерях и колониях НКВД СССР имеет своей целью… перевоспитание заключённых, осуждённых за бытовые и должностные преступления…» .
Таким образом, по мере удаления от начала 1920-х гг. «театральная» жизнь в местах заключения претерпела изменения - всё меньше стали ставиться театральные постановки, всё больше крен делался в сторону проведения литературно-музыкальных вечеров и праздничных концертов. Одной из главных причин этому стало изменение социального положения заключённых, преимущественно представлявших выходцев из «социально близкой» для большевиков среды. В ещё большей степени влияние оказало изменение политики по отношению к заключённым, в сторону её ужесточения. Не способствовали развитию этого нововведения, как одной из форм воспитательного воздействия на заключённых, тяжёлое материальное положение всей пенитенциарной системы страны, низкие образовательный и общий уровни развития основной массы её сотрудников. «Тюремные» театры, будучи задуманными, как часть системы перевоспитания, таковыми не стали, постепенно превратившись в исключение из правил. Многие из задач, направленных на перевоспитание и перековку преступивших закон, не прошли испытания повседневной обыденностью в местах заключения. Культурно-просветительная работа всё-таки носила эпизодический характер, так как главной задачей мест заключения считалась изоляция преступников.
Литература
1. Циркуляр отдела юстиции Сибревкома «Задачи культурно-просветительной работы в местах лишения свободы» [март] 1820 г. // ГАНО. Ф. Р-467. Оп. 1. Д. 63.
2. Быков А. В. Становление и развитие пенитенциарной системы в Западной Сибири в 1920-е гг. Омск, 2011.
3. Отчёт о деятельности мест заключения Сибири за октябрь - декабрь 1925 г. // ГАНО. Ф. Р-20. Оп. 2. Д. 63. Л. 2-4.
4. Отчёт о деятельности Омской губпрокуратуры за 2-е полугодие 1924 г. // ГАНО. Ф. Р-20. Оп. 3. Д. 23. Л. 105.
5. Протокол междуведомственного совещания по борьбе с преступностью при Омском губпрокуроре от 15 сентября 1925 г. // ГАНО. Ф. Р-20. Оп. 1. Д. 59. Л. 17.
6. Отчёт прокуратуры Алтайской губернии за 1-е полугодие 1924 г. // ГАНО. Ф. Р-20. Оп. 3. Д. 19. Л. 24-25.
7. Отчёт о деятельности прокуратуры Новониколаевской губернии
за 2-е полугодие 1924 г. // ГАНО. Ф. Р-20. Д. 22. Л. 64.
8. Доклад прокуратуры Сибири о результатах работы во 2-м полугодии 1926 г. // ГАТО. Ф. Р-20. Оп. 1. Д. 105. Л. 78.
9. Иванов А. А. Индивидуализация исполнения наказания в России. Теория, история и практика. М.: ЮНИТИ-ДАНА: Закон и право, 2010.
10. Отчёт о деятельности отдела юстиции Сибревкома (сентябрь 1920 г.) // ГАНО. Ф. Р-467. Оп. 1. Д. 44.
11. Кузьмина А. С. Становление исправительно-трудовых учреждений в Сибири (1917-1924 гг.) : учебное пособие. Омск: ОВШМ МВД СССР, 1989.
12. Выписка из отчёта Томского губернского исправительно-трудового отдела «О культурно-воспитательной работе», опубликованном в материалах НКЮ, выпуск XIV, 1921 г. // ГАТО. Ф. Р-188. Оп. 1. Д. 8. Л. 351.
13. Марченко С. Г. Страницы истории уголовно-исполнительной системы Кемеровской области. Кемерово, 2009.
14. Отчёт о работе театра Томского дома заключённых за 1922 год // ГАТО. Ф. Р-188. Оп. 1. Д. 8.
15. Пенитенциарное дело в 1922 году. Отчёт НКВД по Главному управлению местами заключения Х съезду Советов рабочих, красноармейских и крестьянских депутатов. М., 1922.
16. Доклад прокурора Сибири «О состоянии революционной законности в Сибири» в Сибкрайком РКП (б) (1925 г.) // ГАНО. Ф. Р-20. Оп. 2. Д. 19.
17. Главное управление внутренних дел Кемеровской области. 1917-2002. Страницы истории. Кемерово, 2002.
18. Говоров И. В. Уголовно-правовые принципы государственной политики в области борьбы с профессиональной преступностью в Советской России (1920-1940-е гг.) // История государства и права. 2004. № 1.
19. Зубков А. И. Карательная политика России на рубеже тысячелетий. М., 2000.