Генетическая связь постлакановского анализа Люблян с Франкфуртской школой, к которой имел отношение (через посредничество Э. Фромма) и «Свободный еврейский дом учения», на уровне историографии может помочь объяснить фактическое родство концептов «сферы между» (Бубер) и «любви как комедии» (Зупанчич), «истины-события» (Бадью) и «гипостазиса» (Левинас), но их смысловая корреспонденция вне хронотопа оказывается гораздо важнее как с точки зрения политической (антифашизм), так и с этической (универсализм). В этом свете самым сложным персонажем для обсуждения является фигура Другого, потому что его ипостась варьирует от дискурса сходства до дискурса отличия, рискуя быть то чрезмерно унифицируемой, то чрезмерно абсолютизируемой. Преувеличение отличий Другого в мультикультурализме - обратная сторона их преуменьшения в глобализме, поскольку и глобализм, и мультикультурализм являются двумя крайностями одной сущности - проявлениями западного империализма на его колониальной (империалистической) и постколониальной (постимпериалистической) стадиях развития. Мы рискнем противопоставить глобализму и мультикультурализму две парадигмы Другого: диалогическую (традиционную религиозную этику иудеохристианства) и универсалистскую (современный секулярный фрейдомарксизм).
Субъекты М. Бубера и Э. Левинаса в философии диалога и субъект А. Бадью в критической теории - это открытые Другому герои, стремящиеся к объединительным приоритетам, выраженным в следующих эпистемологических метафорах: «сфера между / сообщающееся молчание» (Бубер), «лицо / Третий / Откровение Бога / нагость» (Левинас), «Мы / активисты истины / братья» (Бадью). «Иное» как ключевое положение левинасизма подразумевало отличие как механизм раскола тотальности через религиозное переживание общности, но в логике мультикультурализма оно стало самой тотальностью, лишившейся своего сакрального начала и укрепляющего гегемонию за счет стравливания «иных» с «иными». Ответственность за смерть Другого, ставшая столпом этической философии Э. Левинаса, присутствует в этике «Бессмертного» А. Бадью как христианские ценности веры (убеждения), надежды (упорства) и любви (деяния). Другой у Э. Левинаса есть всегда Третий (общее), «второй Другой» (внутреннее): не внешняя субстанция Закона, но Благодать сердца, исполненного добротой. Та же доброта в бадьюанстве звучит как личное переживание истины Откровения в виде солидарного «Мы». Этика солидарности не просто предлагает негативную программу революционного отрицания несправедливости общества со стороны угнетаемых и недовольных. Любые великие сдвиги в политике, любви, науке и искусстве сопровождаются тем, что событиям их непосредственные участники должны давать имена, соответствующие сути самих событий, а эти имена уже присутствуют в аутентичной диалогистике.
Список источников
1. Baudrillard J. Ecstasy of Communication // The Anti-Aesthetic. Essays on Postmodern Culture / ed. H. Foster. Port Townsend : Bay Press, 1983. P. 126-133.
2. Badiou A. Logics of Worlds: Being and Event II. London-New, York: Bloomsbury Academic, 2019. 632 p.
3. Bauman Z. Liquid Modernity. Cambridge: Polity Press, 2000. 228 p. URL: https://giuseppecapograssi.files.wordpress.com/2014/01/bauman-liquid-modernity.pdf (accessed: 26.06.2021).
4. Хюбнер Б. Произвольный элч^ и принудительность эстетики / пер. с нем. А. Лаврухина. Минск: Пропилеи, 2000. 152 с.
5. Малахов В.А. Рассуждения о доброте // Вопросы философии. 2020. № 11. С. 25-35.
6. Бубер М. Я и Ты // Бубер М. Два образа веры / пер. с нем. В.В. Рынкевича. М.: Республика, 1995. С. 15-92.
7. Зупанчич А. О любви как о комедии / пер. с англ. А. Смирнова // Долар М., Божович М., Зупанчич А. Любовная машина. Лакан и Спиноза. Комедия любви. СПб.: Алетейя, 2020. С. 6791.
8. Бадью А. Апостол Павел. Обоснование универсализма / пер. с франц. О. Головой. М.; СПб.: Московский философский фонд, Университетская книга, 1999. 94 с.
9. Durand G. Fondements et perspectives d'une philosophie de l'imaginaire. URL: http://www.religiologiques.uqam.ca/no1/fondements.pdf (accessed: 26.06.2021).
10. Левинас Э. Время и Другой / пер. с франц. А.В. Парибка // Левинас Э. Время и другой. Гуманизм другого человека. СПб.: Высшая религиозно-философская школа, 1998. С. 21-122.
References
1. Baudrillard, J. (1983) Ecstasy of Communication. In: Foster, H. (ed.) The Anti-Aesthetic. Essays on Postmodern Culture. Port Townsend: Bay Press. pp. 126-133.
2. Badiou, A. (2000) Logics of Worlds: Being and Event II. London-New, York: Bloomsbury Academic.
3. Bauman, Z. (2000) Liquid Modernity. Cambridge: Polity Press.
4. Huebner, B. (2000) Proizvol'nyy etoc i prinuditel'nost' estetiki [Arbitrary Ethos and Forced Aesthetics]. Translated from German by A. Lavrukhin. Minsk: Propilei.
5. Malakhov, V.A. (2020) Discourse on kindness. Voprosy filosofii - Russian Studies in Philosophy. 11. pp. 25-35. (In russian). DOI: 10.21146/0042-8744-2020-11-25-35.
6. Buber, M. (1995) Dva obraza very [Two Images of Faith]. Translated from German by V.V. Rynkevich. Moscow: Respublika. pp. 15-92.
7. Zupanchich, A. (2020) O lyubvi kak o komedii [About love as a comedy]. Translated from English by A. Smirnov. In: Dolar, M., Bozhovich, M. & Zupanchich, A. Lyubovnaya mashina. Lakan i Spinoza. Komediya lyubvi [Love Machine. Lacan and Spinoza. Comedy of Love]. St. Petersburg: Aleteyya. pp. 67-91.
8. Badiou, A. (1999) Apostol Pavel. Obosnovanie universalizma [Apostle Paul. Justification of Universalism]. Translated from French by O. Golova. Moscow; St. Petersburg: Moskovskiy filosofskiy fond, Universitetskaya kniga.
9. Durand, G. (n.d.) Fondements et perspectives d'une philosophie de l'imaginaire. [Online] Available from: http://www.religiologiques.uqam.ca/no1/fondements.pdf (Accessed: 26th June 2021).