Внутренняя картина дефекта и дидактогении обучающихся с ограниченными возможностями здоровья
В.А. Калягин, Т.С. Овчинникова
Статья посвящена терминологическим и содержательным аспектам категорий «внутренняя картина дефекта» и «дидактогении», как состояний, вызванных некомпетентностью педагогов и психологов при обучении детей с ограниченными возможностями здоровья. Дидактогении в практике коррекционного педагога и литературе практически не представлены, в отличие от ятрогений, изучению и описанию которых посвящены работы Р. А. Лурии. Именно эти терминологические коллизии отражены авторами данной статьи. В работе произведен анализ становления понятия «внутренняя картина дефекта» и определено общее и различное с понятием «внутренняя картина болезни» -- наиболее устоявшейся категорией, применяемой в медицине. Внутренняя картина дефекта рассматривается как субъективная система психических реакций на дефект с позиций обучающегося с ограниченными возможностями здоровья и субъективные представления о дефекте у коррекционного педагога, учителя, родителя.
Ключевые слова: внутренняя картина болезни, внутренняя картина дефекта, ятрогении, дидактогении, врачебные ошибки, педагогические ошибки, комплаенс.
V Kalyagin, T. Ovchinnikova
THE INTERNAL PICTURE OF A DEFECT AND DIDACTOGENESIS IN STUDENTS WITH DISABILITIES
The article focuses on the terminological and meaningful aspects of such categories as “the internal picture of a defect” and “didactogenesis” as a condition caused by the incompetence of educators and psychologists in the education of children with disabilities. Didactogenesis lacks representation in the practice of a corrective teacher and in literature, unlike iatrogenesis that was described and studied by R. A. Luria. These ambiguities motivated the authors to conduct the present research. The authors examined the formation of the “the internal picture of a defect” concept and defined the common and different features it has with the concept of “the internal picture of a disease” -- the most established category applied in medicine. The internal picture of a defect is defined as a subjective system of mental reactions of the student with disabilities to the defect and subjective ideas about the defect in their corrective teacher, teachers, and parents.
Keywords: the internal picture of a disease, the internal picture of a defect, iatrogenesis, didactogenesis, medical errors, pedagogical errors, compliance.
Введение
Актуальность темы настоящей публикации определяется растущим вниманием в коррекционной педагогике не только к методам и приемам обучения, технологиям коррекционной работы, но и к субъектам, участвующим в образовательном процессе. Теоретической основой такого подхода стала концепция внутренней картины дефекта (ВКД), восходящая к работе Р А. Лурии, изданной в 1935 году под названием «Внутренняя картина болезней и ятрогенные заболевания» (ВКБ). Причастность авторов настоящей публикации к переносу концепции ВКД из медицины в коррекционную педагогику [8], впервые использовавших этот термин в контексте написания учебника «Логопсихология», и дальнейшее активное распространение термина в специальной психологии побудило авторов подвести определенные итоги его применения. На основе осмысления использования категории другими авторами, исказившими смысл предложенного тезауруса, авторы посчитали необходимым провести работу над ошибками и внести разъяснения, способствующие пониманию предложенной категории в дефектологии.
Сосредоточенность на самой ВКД приводит к потере ее значения как механизма преодоления дефекта. Она теряет это свое значение, становясь как бы частью дефекта и целью коррекции, а не ее средством, что выразилось в появлении термина «внутренняя картина здоровья», но целью помощи является восстановление здоровья, а не его картины.
Прежде чем рассмотреть развитие обозначенной Р. А. Лурией темы в работах его последователей, следует уточнить некоторые с нашей точки зрения существенные характеристики обоснования автором ее актуальности. В целом публикация носит в значительной мере характер обмена с коллегами опытом и размышлениями над волнующей его проблемой, а также является страстным призывом к ее решению. О ее поисковом характере свидетельствует и стиль изложения материала, проявляющийся, в частности, в использовании разных терминов для обозначения одних и тех же явлений.
Поскольку обязательной для большинства работ по этой теме является ссылка на упомянутую книгу Романа Альбертовича Лурии, стоит обратить внимание на то, что в ряде публикаций ее авторство приписывается Александру Романовичу Лурии. Из этой неточности или небрежности следует, что, скорее всего, не все авторы знакомы с текстом книги, а значит, стоит уточнить ее содержание, чтобы лучше представлять ход развития его идей, в том числе приведших к возникновению понятия ВКД, тем более что в ряде случаев современные авторы вкладывают в нее представления о ВКБ, принадлежащие уже последователям Р. А. Лурии в процессе разработки его концепции.
Р. А. Лурия рассматривал ВКБ в тесной связи с ятрогенными заболеваниями. Ятрогения -- это «расстройство, вызванное врачом. Этот термин обычно употребляется для обозначения любого патологического состояния, физического или психического, которое было вызвано в результате попыток лечения» [1, с. 534]. Неправильное поведение медицинского работника, как правило, вызвано недостаточным вниманием к больному и профессиональной некомпетентностью, в том числе в отношении его ощущений и представлений о болезни. С помощью примеров ятрогений, приводящих не только к ухудшению состояния больного, но в некоторых случаях и к его смерти, Р А. Лурия аргументирует необходимость изучения внутреннего мира больного. Под внутренней картиной он подразумевает субъективную сторону болезни, по сути рассматривая эти определения как синонимы. Он характеризует их содержание предельно широко, что многие его последователи, включая авторов настоящей публикации, рассматривают как перспективную основу развития концепции. Это касается и переноса идей Р. А. Лурии в дефектологию.
Термин ВКД был предложен авторами настоящий публикации в рамках раздела специальной психологии (логопсихологии) впервые в логопедии применительно к лицам с речевыми расстройствами по аналогии с термином медицинской психологии -- ВКБ. Задача авторов состояла в том, чтобы привлечь внимание педагогов, не имеющих медицинского образования, к существующей проблеме -- внутреннему состоянию человека, у которого есть тот или иной дефект. Мы исходили из того, что учет не только объективных показателей дефекта, но и субъективного отношения к нему во всей полноте позволяет сделать образовательный процесс обучающегося с ограниченными возможностями здоровья (ОВЗ) более качественным и продуктивным.
По мере совершенствования и технологизации диагностического инструментария в медицине и в педагогике, к сожалению, все чаще теряется сам человек с его отношением к болезни (дефекту), а остаются только его объективные цифровые характеристики. Еще в 30-е годы Р. А. Лурия предостерегал молодых врачей от опасности «потерять больного», если отдавать явное предпочтение результатам объективных исследований сведениям, получаемых от самого больного. Эта проблема также остро стоит и в специальной педагогике. Коррекционный педагог, выстраивая свою работу, часто не уделяет достаточного внимания субъективной картине дефекта, складывающейся у обучающегося с ОВЗ, обусловленной комплексом факторов, а значит, утрачивает целостность восприятия стоящих перед ним проблем, что существенно влияет на эффективность коррекционной работы. Учет особенностей ВКД может существенно повысить эту эффективность, а недостаточное внимание привести даже к негативным последствиям.
В мировой практике помощь лицам с ограниченными возможностями здоровья оказывают врачи и педагоги, и от их взаимодействия зависит результат этой помощи. Многолетнее сотрудничество в этом важном деле авторов настоящей публикации, врача и педагога, свидетельствует о том, что наряду со специфическими, свойственными каждой специальности, компетенциями большое значение имеют общие, позволяющие достигать взаимопонимания и согласованности действий. Рассматриваемая концепция с нашей точки зрения относится к таким компетенциям. Первые шаги по применению концепции ВКБ в дефектологии были сделаны в отношении лиц с нарушениями речи. Наиболее ранней работой в этом направлении была диссертация А. Б. Хавина «Отношение к своему дефекту индивида и его окружения (на модели заикания)» [18]. Автор рассматривает заикание как базовую модель взаимоотношений человека со своим дефектом. С помощью батареи психодиагностических методик ему удалось показать значимость индивидуальных особенностей индивидуума для реагирования на имеющийся речевой недостаток, а также зависимость отношения к нему окружающих людей от характера переживаний своего дефекта.
Диссертационная работа Т. А. Виноградовой посвящена ВКБ больных с легкой формой афазии, в которой она рассматривает особенности субъективного отражения больными своего заболевания как одну из центральных в медицинской психологии. Ведущее место в изучении этой проблемы занимает анализ особенностей субъективного отражения больными своего заболевания, или ВКБ [2]. Это утверждение представляется справедливым и для специальной психологии. Автору удалось показать наличие особенностей нарушения мотивационной и эмоциональной сфер личности при различной локализации поражения головного мозга, вызывающих расстройства речи. Т. А. Виноградова обращает внимание на важное методологическое обстоятельство, связанное с тем, что ВКБ строит личность, и в случае расстройства личности, возможного при повреждении мозга, невозможно говорить о полноценной ВКБ. Это замечание существенно и в отношении детей, у которых личность еще только формируется.
Наиболее детально ВКБ при расстройствах речи и ее роль в диагностике и психотерапии была рассмотрена в 1996 году в диссертации В. А. Калягина [7]. Вслед за А. Б. Хавиным автор рассматривал заикание как базовую модель ВКБ при речевых расстройствах, обосновав такой выбор разнообразным характером его клинических проявлений, в том числе сочетаний речевой и психической симптоматики. Были изучены все компоненты ВКБ, выделенные к тому времени (сенситивный, эмотивный, интеллектуальный и волевой), показана возрастная динамика их изменений, индивидуальная вариативность, добавлен такой важный компонент, как фиксация на дефекте, впервые выявленный Г. Д. Неткачевым [13], способствующий формированию ВКБ. Выявлена зависимость степени фиксации на своем речевом дефекте от индивидуальных психических особенностей пациента; показана связь переживаний по поводу своего дефекта со степенью его тяжести; установлены закономерности возникновения тревожного комплекса и явлений социофобии. Показаны различия в проявлениях субъективного отношения к нарушению речи в зависимости от возраста. Был разработан метод оценки адаптивных стилей поведения в условиях интерперсонального взаимодействия как важного фактора успешности речевой коммуникации. Адаптирована методика оценки коммуникативных отношений R. Erickson и выделены в ней три субшкалы, характеризующие разные аспекты коммуникации. Показано, что методика может быть применена для оценки коммуникативных отношений не только заикающихся, но лиц с другими нарушениями речи, например, ринолалии, дисфонии. Предложена методика психотерапии с учетом выявленных особенностей ВКБ при речевых расстройствах.
В. В. Николаева внесла важное понятие о факторах возникновения ВКБ [14], которые могут быть полностью применимы к понятию ВКД. К ним относятся: а) сам дефект; б) ближайшее социальное окружение человека с ОВЗ; в) личность человека с ОВЗ. Очевидно, что при значимости всех трех решающим или ключевым фактором является личность человека с ОВЗ. Об этом свидетельствуют два крайних варианта реагирования на дефект: а) полное его игнорирование; б) ложный дефект при полном отсутствии его объективных проявлений. Она также расширила ее структуру, предложенную еще А. Гольдшедером [4], до четырех компонентов: 1) сенситивного, 2) эмотивного, 3) интеллектуального и 4) мотивационного, к которым позже были добавлены фиксация на дефекте [7] как факторе, способствующем образованию ВКД, а также возможность ее сознаваемых и неосознаваемых проявлений [17].
Необходимо обратить внимание на то, что концепция ВКБ разрабатывалась преимущественно в отношении взрослого контингента лиц с такими расстройствами, как афазия, заикание, нарушения голоса, и в меньшей степени в отношении детей, психика которых претерпевает существенные изменения в процессе развития, а согласно определению, дефект представляет собой «1. Недостаток. 2. Неспособность функционировать вследствие такого недостатка» [1, с. 230].
Поскольку подавляющее количество дефектологов оказывает помощь детям, следует отметить полезность для понимания механизмов ВКД работ Д. Н. Исаева, который показал, что переживания детей в ситуации болезни или дефекта носят менее развернутый характер, чем у взрослых, но при этом могут оказывать либо отрицательное, либо положительное влияние на результат оказываемой им помощи, а также на отношения в семье, успеваемость, становится причиной душевных конфликтов [5]. Образно говоря, ВКД ребенка носит его мама, что подчеркивает значимость при оказании ему психической помощи работы с родителями и другими близкими родственниками.
Существенный вклад в развитие концепции ВКД внесла Е. А. Гайдукевич, работа которой посвящена детям с детским церебральным параличом. В своей работе она рассматривает ВКД как отражение личностной реакции на дефект; автор выделила типы ВКД (астенический, компенсаторный, астено-компенсаторный, гиперкомпенсаторный, вытеснение), показала связь типов ВКД с тяжестью дефекта и предложила направления социально-психологической профилактики и коррекции неблагополучных типов ВКД обучающихся с ДЦП, учитывающие детерминанты становления этих типов [3].