Сюжет о передаче кубка с гербом, символизирующим союзнические отношения между русским царем и горномарийским князем, не представлен широко в современной устной традиции. В большинстве населенных пунктов Горномарийского р-на предание «о чаше Ивана Грозного» практически не известно, и только жители пос. Еласы воспроизводят данный сюжет. Образ чаши может быть интерпретирован как элемент их локальной идентичности: этот предмет, являясь местной мифической достопримечательностью, воспринимается горномарийцами как символический атрибут «своей» истории. «Вот тут видите, здание разрушенной церкви, в которой хранилась чаша Ивана Грозного, он ее подарил Акпарсу. Сейчас, где она? Я не знаю, но раньше еще хранилась тут» (ПМА 2020: инф. М.И.; Еласы, Горномарийский р-н).
Второй сюжет об Акпарсе более динамичен: князь не только принял непосредственное участие во взятии Казани, но и проявил при этом тактическое мышление, рассчитав, где необходимо сделать подкоп для подрыва крепостной стены. Расстояние Акпарс мерил шагами, играя при этом на гуслях; завороженные музыкой казанские воины прекратили стрельбу (отсюда приписывание Акпарсу необыкновенного музыкального таланта). Первая попытка подрыва не удалась (по одной из версий не загорелась свеча), за что Иван Грозный хотел даже казнить горномарийского князя, однако Акпарс сумел уговорить царя дать ему еще один шанс. После взятия Казани в благодарность князю Иван Грозный смягчил повинности горномарийцам Поволжья (Бахтин 2007: 132-134; Акцорин 2000; Четкарев 2007; Сануков 2007).
К.А. Четкарев считает, что цикл легенд об Акпарсе возник на исторической почве, при этом акцент исследователь делает на проявленном одним из горномарийских князей «племенном», локальном героизме (Четкарев 2007: 48), который затем, по моему мнению, был возведен в статус этнического горномарийского героизма. В исторических источниках о взятии Казани Акпарс не упоминается, что позволяет говорить о фольклорном происхождении этого персонажа и связанных с ним сюжетов (Айплатов 1967: 103). Тем не менее отдельные исследователи склоняются к тому, что такой князь был в действительности или что у него был конкретный прототип: «... можно выразить уверенность в том, что Акпарс существовал как реальное историческое лицо, что доказывают компоненты различных преданий» (Акцорин 2000: 65).
Научные публикации во многом и определяют сюжеты современных несказочных текстов фольклора. Описания похода Акпарса на Казань отличаются шаблонностью. Респонденты с разной степенью детализации воспроизводили один и тот же текст:
Это памятник Акпарсу, он местный герой. По легенде он брал крепость Казань вместе с Иваном Грозным. Шел от крепости с гуслями, играл, считал шаги. И так играл, что все заслушивались. И пришел - раз, два, три - и вот на этом месте, это, сделали потом подкоп. Но я сильно это не помню (ПМА 2020: инф. Х.Х.; Виловатово, Горномарийский р-н).
Вы, наверное, знаете уже, Акпарс был гусляром, он играл на гуслях у Ивана Грозного и, вот, помог ему взять Казань, привлек горных марийцев на сторону Ивана Грозного (ПМА 2020: инф. Т.В.; Чаломкино, Горномарийский р-н). исторический этносимволический горный мариец акпарс
Исландский антрополог В. Хафстейн выделяет два пласта фольклорного текста: «индивидуальный» (создание) и «социальный» (копирование) (Hafstein 2004: 9). С этой точки зрения можно говорить, что нарративы об Акпарсе -- это социально установленный (и одобряемый), воспроизводимый в современной массовой культуре текст. Предание с сюжетом, основанным на местной истории, становится своего рода устным памятником этнической идентичности.
Большинство респондентов всех возрастных групп на вопрос: «Откуда Вам известен Акпарс?» - ответили, что о нем, как и о других марийских богатырях, они узнали либо в школе на уроках горномарийской литературы или ИКН Марий Эл (история и культура народов Марий Эл), либо из художественной и научной литературы.
Нет, дома такого не говорили, как-то больше, вот, я знаю от бабушки, но про Акпарса не помню я, наверное, да, в школе нам рассказывали (ПМА 2020: инф. Н.К.; Козьмодемьянск, Горномарийский р-н).
Нет, да у нас работали все, некому было. больше рассказывали сказки, вот я помню про тележку, про, вот, чтобы духи какие-то, я не знаю. Говорила бабушка про великанов, про Онара. Про Акпарса уже мы позже узнали (ПМА 2020: инф. Ф.В.; Чувакино, Горномарийский р-н).
Нет, про Акпарса знаю, но бабушка больно-то не говорила, про овду вот было, про Чувашину гору у нас тут говорят, Акпарс - это уже мы из книг знаем (ПМА 2020: инф. Р.М.; Шиндырьялы, Горномарийский р-н, пер. с горномар).
Часто респонденты в качестве источника упоминали художественную литературу (роман «Марш Акпарса» А. Крупнякова, изданный на русском языке в 1978 г.), научные труды В.А. Акцорина, реже - газетные статьи. Лишь отдельные респонденты из разных возрастных групп (проживающие как в селе, так и в городе) указали на передачу текста «из уст в уста»: они слышали предание в бытовой обстановке от родственников, соседей или жителей своего населенного пункта Образ Акпарса и связанные с ним эпические сюжеты воспроизводятся в научном, образовательном и художественном региональных дискурсах, при этом текст исторического предания, как и его главное действующее лицо, приобретает этнически окрашенный патриотический характер.
Эпические богатыри играют важную роль в становлении и поддержании идеи этнической консолидации. К. Перри в статье «Формирование героя и миф о национальной идентичности» демонстрирует, как в «героических нарративах» о реальных персонажах современной эпохи могут проявляться «мифологические паттерны геройства» и атрибуты национальной идентичности (Parry 2020: 16). Акпарс, обладая чертами реального исторического персонажа, в устных текстах приобретает патриотически окрашенное воплощение, ассоциируясь респондентами с различными элементами этнорегиональной горномарийской идентичности. В текстах об Акпарсе, на мой взгляд, репрезентированы паттерны независимости (от других марийцев), сопротивления казанскому хану, единения с Русским государством.
Имя Акпарса известно и другим группам марийского населения, проживающим в Марий Эл. Образ национального героя, как пишет Дж. Майер, может быть использован этническими сообществами для реконструкции собственных нарративов об идентичности, он позволяет группе, «присваивающей» себе легендарного персонажа, и соседним этническим и территориальным группам взаимодействовать (Mayer 2011: 24). Луговые марийцы и русские в ответах на вопрос о самых известных персонажах фольклора называли Акпарса, Онара, Акпатыра (но при этом не всегда соотносили их с конкретными территориальными группами марийского населения):
Есть Акпарс, я слышал, но это, вроде бы, не наш, наверное, на той стороне он, у горных. Есть еще Акпатыр, Чумбулат, Онар, но я про них мало знаю (ПМА 2020: инф. К. (русский); Йошкар-Ола).
Национальные герои, национальные герои. Онар, я слышала, это богатырь или великан, еще Акпарс, но у нас таких нет историй про них, у нас своего героя нет (ПМА 2020: инф. З.Х. (татарка); Параньга, Параньгинский р-н).
Говорят, про Акпарса, но он больше к горным марийцам, наверное, относится, у нас как-то другие персонажи, наверное, так, мы его своим не считаем (ПМА 2020: инф. В.А. (луговая марийка); Мри-Турек, Мари-Турекский р-н).
У русского, татарского и луговомарийского населения республики Акпарс ассоциируется с горномарийцами. Его образ используется представителями других этнических групп марийцев для выстраивания дихотомии «свои-чужие»: этот фольклорный герой воспринимается ими как маркер «горномарийской культуры», и, таким образом, эта дихотомия, подчеркиваемая с помощью символов этничности и идентичности, воспроизводится в устной народной традиции (Zhang 2015: 459460). Сами горные марийцы выделяют Акпарса как своего, в противовес Акпатыру, Онару, Чумбулату и другим «национальным героям»: «У нас говорят, вот, говорят про Акпарса, есть Онар. это Вам надо в библиотеках поспрашивать, ну, наверное, есть. но не у горных марийцев (ПМА 2020: инф. С.И.; Чувакино, Горномарийский р-н).
Образ правителя репрезентирован в различных сферах культурной жизни Горномарийского р-на. Так, на центральном стадионе пос. Виловатово крупными буквами выведен «девиз» района: «Восславим землю Акпарса!»; спортивный клуб МарГУ (Марийского государственного университета) и хоккейная команда г. Волжска также названы в честь князя, а творческая организация детей Горномарийского р-на именуется «Наследники Акпарса». Таким образом, национальные активисты и местные лидеры внедряют в спортивные и образовательные практики образ полулегендарного героя, возводя его в статус символа локального этнического патриотизма. Имя Акпарса носил кинотеатр в г. Козьмодемьянске (ныне не работает), так называются банк в г. Йошкар-Оле, горномарийская радиостудия и даже салат в меню ресторана «Мари Сийгудо» (ПМА 2020), т.е. имя Акпарса становится этносимволическим атрибутом массовой культуры. В социальной сети «ВКонтакте» имя Акпарса встречается в названиях интернет-сообществ, посвященных национальным движениям и спорту.
В 2007 г. активистами Горномарийского р-на Акпарсу был поставлен памятник (трасса Р 172, Картуковский поворот): князь играет на гуслях, а на постаменте размещен барельеф, изображающий его пожимающим руку Ивану Грозному. В памятнике (пока единственном увековечивающем Акпарса) исторически репрезентирована идентичность горных марийцев как отдельной этнической группы. Примечателен выбор места для скульптуры - на трассе, а не в каком- либо населенном пункте, возможно, чтобы привлечь внимание проезжающих автомобилистов (ПМА 2020).
В Горномарийском районе, как и в других регионах республики образ Акпарса представлен также в коммеморативных практиках, приуроченных ко Дню национального героя (26 июня). Этот праздник впервые был проведен в 1917 г., в Марий Эл официально он отмечается с 1990 г. и ранее был посвящен богатырям (патырам); в память о них проводят конференции, круглые столы, образовательные форумы, чаще всего их организуют при библиотеках и домах культуры. В дальнейшем к категории «национальных героев» стали причислять князей, ветеранов и видных исторических деятелей.
Приходят дети, разные дети, мы им рассказываем про наших защитников, про богатырей, про Акпарса, конечно же, говорим, да, литературу им показываем, конкурсы делаем, кто больше знает марийских героев... (ПМА 2020: инф. Т.В.; Козьмодемьянск, Горномарийский р-н);
Вообще вспоминаем всех: и реальных героев - наших ветеранов, кто тут жил, и об Акпарсе говорим, и об остальных тоже. Этот праздник давно уже мы празднуем, ну, наверное, с 90-х, я уже не помню точно, когда это началось. (ПМА 2020: инф. К.Н.; Козьмодемьянск, Горномарийский р-н).
Подобное «оформление» фольклорной традиции в виде праздников, фестивалей и памятных дат способствует формированию более осознанного отношения этнической группы к своей собственной культуре, устанавливает ее рамки, усиливает чувство коллективной принадлежности (Hafstein 2018: 137). Идея «фольклорной идентичности», рассмотренная Дж Чаном, базируется как раз на коллективных практиках использования фольклора (Zhang 2015: 460). Современными СМИ под определением «национальные герои марийцев» обычно понимается определенный набор фольклорных персонажей: Акпатыр, Акпарс, Онар, Чумбулат и др. (Марийские герои б.г.), часто в публикациях фигурируют 12 героев (Акшиков 2012). При этом важно отметить, что, в отличие от других мест компактного проживания марийцев, в Горномарийском районе образ национального героя Акпарса не сакрализован: по крайней мере, свидетельств поклонения ему в рощах или в других культовых местах нет. В ряде районов (Волжский, Советский) проводятся моления патырам, а в нарративах они представлены обожествленными героями, наделенными сакральными функциями (ПМА 2020). Такое различие можно объяснить тем, что в Горномарийском районе отсутствуют языческие практики - здесь повсеместно распространено христианство.
Предикативные атрибуты образа Акпарса представлены в этнической музыке: среди горных марийцев популярна игра на гуслях. В Горномарийском районе открыто обучение по классу «гусли» в нескольких музыкальных школах, при них создаются ансамбли народных инструментов, объединяющие местных жителей всех возрастов. Самой популярной мелодией, ассоциируемой респондентами с «аутентичной» горномарийской культурой, является композиция «Марш Акпарса», записанная в 1959 г. А.Р. Сидушки- ной - гусляршей и собирательницей музыкального фольклора (Акцорин 2000: 61). Популярно здесь, да, мы и до сих пор играем, выступаем, вот скоро, завтра, на конкурс в Дагестан. Это связано, конечно, с Акпарсом, с тем, что тут был записан «Марш Акпарса» (ПМА 2020: инф. Л.З.; Еласы, Горномарийский р-н).
Да, очень много детей приходят играть, а теперь они уже взрослые и все равно приходят. Даже дети их тоже приходят, несколько поколений. Гусли потому, что считаются у нас национальным инструментом, «Марш Акпарса» знают все, обязательно. Эту мелодию он наигрывал, когда шел от стен Казани (ПМА 2020: инф. Ф.И.; Еласы, Горномарийский р-н).
Примечательно, что несмотря на ассоциации гусельной музыки с образом героя-богатыря, в ансамблях преимущественно играют девушки и женщины, освоившие этот инструмент в музыкальной школе: «Нет парней, вот это - да. Как придет, так сразу говорят, ой, девочка ты.» (ПМА 2020: инф. Ф.И.; Еласы, Горномарийский р-н).