Значение учения о правовой методологии при обосновании вопроса исключительности методологии науки гражданского права
Г.В. Колодуб
Кандидат юридических наук, доцент кафедры гражданского и международного частного права
Саратовская государственная юридическая академия
410056, г. Саратов, ул. Вольская, 1
E-mail: kolodub-ssla@yandex.ru
Аннотация
Статья посвящена проблеме соотношения положений методологии теории государства и права и методологии цивилистики, остающейся не решенной до сегодняшнего времени. При этом формирование логического обоснования межотраслевого свойства, по затронутому вопросу, видится обязательным аспектом актуальной тематики цивилистического исследования - методология науки гражданского права. Цель: автор анализирует объективные и субъективные факторы, повлекшие укоренение суррогатного (негативного) представления о методологическом учении в сфере цивилистики, представляемого в качестве зависимого, технического придатка не только философской науки, но и общей теории государства и права. Методы: использованы эмпирические методы сравнения, измерения, описания, интерпретации; теоретические методы формальной и диалектической логики; историко-правовой и сравнительно-правовой методы. Результаты: автор полагает, что в области цивилистической науки должна быть налажена работа не только по выделению необходимых методологических компонентов, но и, что самое главное, организации процесса приспособления, модификации отдельных методов при изучении вопросов, составляющих самостоятельное, исключительное содержание предмета цивилистики. Выводы: исключительность цивилистической методологии не подвергается автором сомнению, однако связывается не с обоснованием самостоятельных методов научного исследования, а с научной деятельностью, способной позволить сформировать механизм применения методологии в науке гражданского права, который должен иметь статус элемента правовой методологии.
Ключевые слова: методология как учение; методология права; цивилистическая методология; методологические уровни; системность методологического учения; механизм применения методологии
Введение
В условиях некоего устоявшегося понимания, касающегося сферы действия, определенной компетенции отдельных правовых наук методологический вопрос априори изымается из сферы частного права. Для многих становится бесспорным вывод о том, что философское начало науки о науке (методологии) не позволяет в необходимом объеме внедрить в практически направленные отраслевые образования - отраслевые науки, условно обозначаемого учения о методах. Как следствие, можно обнаружить достаточно резкие высказывания, подтверждающие достаточно устоявшийся подход: «науки, которые имеют повод заниматься учением о своих собственных методах, являются... больными науками» [4, с. 121]. С данным выводом следует отчасти согласиться, при этом отметив ряд аспектов, непосредственно связанных с нашим стойким убеждением о самостоятельном статусе методологии цивилистики.
Во-первых, по нашему мнению, неверно рассуждать о наличии отраслевых методов научного познания. Представляется, что необходимой степени «абстракцизации» для обоснования самостоятельного метода невозможно добиться на отраслевом уровне, который является производным по отношению к общеправовому уровню. Как минимум, в ближайшей перспективе подобный вывод не подвергается нами сомнению.
Во-вторых, методология, как правовое учение, не должна отождествляться с учением о методах и т.п. образованиях. Так, с точки эрения Е.Г. Комисаровой, «под методологией принято понимать многое - в этом типичность подходов к определению методологии и наполнению ее "тела"» [1, с. 247]. При этом, по нашему мнению, развести между собой понятия «методология», «метод», «прием» и т.п. можно за счет правильного использования для обозначенных концептов их парных понятий. В частности, понятие «учение» и «концепция» - как общее и частное, где статус привата заслуживает понятие «учение», обнимающее такое научное образование, как методология. Отдельные компоненты учения - методы, приемы, средства и более крупные (базовые компоненты) - принципы, функции и другие должны лишь в совокупности отождествляться с системой (методологией), но никак не по отдельности ее поглощать. Соответственно необходимо признать порочной практику синонимичного рассмотрения научного концепта «методология» через такой термин, как «метод». Методология, как правовое учение, совокупно образовывается концепциями о методах, приемах, средствах научно-исследовательской деятельности.
В-третьих, необходимо определиться со структурным построением методологии в праве. Представляется, что определенную перспективность в этом случае должен иметь подход, предопределяющий построение нескольких уровней методологических учений. Тем самым будет возможно выделить свойство системности для методологической области, которое, к сожалению, не представляется возможным выявить сейчас не только для методологии права, но и, что нас более всего беспокоит, для методологии цивилистики. Считаем, что именно за счет самоорганизации, в том числе и на отраслевом уровне, можно устранить или существенно продвинуться в решении целого комплекса проблем, относящихся к цивилистической методологии, а также способствовать решению проблем общеправового содержания.
В-четвертых, цивилистическая методология должна выступать не простым (техническим) продолжением правового методологического учения. Философская наука, ее выводы, результаты методологического содержания, в частности выделенные идеальные научные парадигмы - методы, должны в итоге быть способны не только к восприятию в сфере отраслевых наук, но и к прохождению промежуточного этапа, этапа юридической актуализации, который логично относить к методологическому уровню общей правовой науки. Отраслевые науки, наука гражданского права должны базироваться на подобных выводах и положениях. Но этим нельзя ограничиваться, так как задачей отраслевой, производной методологии может являться верификация научного знания о методах, приемах средствах и т.п., а также формирование отраслевых знаний, о специфике использования методологического инструментария. Данный процесс конкретизации правовой методологии на уровне цивилистической науки видится залогом успешности, качественности не только целого направления самой науки гражданского права, но и залогом развития общей теории государства и права (философии права).
Гражданское право, являясь базовой отраслью российского права, а также самостоятельной правовой наукой, существует и развивается в период активной работы, одним из направлений которой становится обновление условных границ ее системного построения. В данных реалиях поднимаемые в специальных отраслевых образованиях актуальные вопросы в своем решении должны опираться на объективно сформированные и претендующие на истинность знания, применительно к государству и праву, закономерностям их функционирования его разнохарактерного развития. Очевидным проявлением обозначенных процессов стала набирающая объемы научная дискуссия о методологических вопросах, для которой можно выделить ряд разнохарактерных факторов развития:
- целый массив качественного научного материала методологического содержания, сложившегося в общей теории права, который в обобщенный виде содержится в таком структурном разделе данной науки, как правовая философия;
- теоретический материал из области общей теории права «прижился» в частноправовой науке в извращенном виде, что породило сомнения в качестве методологического учения в праве в общем, а также вывод об отсутствии методологии в науке гражданского права;
- несмотря на то, что происходящие обновления правового материала наиболее «текстурно» проявляются в гражданско-правовом законодательстве (масштабные изменения общих положений Гражданского кодекса РФ об обязательствах являются наглядным этому подтверждением), высокая интенсивность проводимых модернизационных процессов подтверждает востребованность и значимость знаний методологического свойства, которые никогда не устранялись, но длительное время намеренно приуменьшались;
- профессиональное владение действующими цивилистами методологией научного познания, творческое и адекватное адаптирование общих приемов и способов научного поиска по отношению к специфике предмета той или иной правовой науки, а также, что для нас приобретает концептуальное значение, обоснование исключительности механизма применения правовой методологии в области цивилистики - одна из немногих комплексных целей современной науки гражданского права.
Однако данная цель становится недостижимой, если, во-первых, не будет проведена первичная ориентация за счет осознания философских корней методологической идеи, а во-вторых, не будет выявлен и подтвержден конкретный статус методологических положений из области общей теории права для механизма применения цивилистической методологии.
Основной контент
Представляется возможным заключить, что преобладающая в научной среде точка зрения о тождественности методологии общей теории права и методологии гражданского права или более резкое проявление данного мнения - отсутствие в целом методологии гражданского права имеет очевидные и логически понятные причины.
Как справедливо было отмечено В.М. Сырых, в 30-50-х годах двадцатого века успехом увенчалась работа по преодолению догматизма и схоластизма, свойственных советскому правоведению. По авторитетной точке зрения известного теоретика права, подобного «преодоления» удалось добиться за счет расширения эмпирической базы научных исследований, осуществления аналитики особенностей социального действия права, разработке методологии изучения эффективности правовых норм, расширения тематики компаративистских исследований зарубежного законодательства [5, с. 24].
Столь существенные результаты не могли не сказаться на распространенности общетеоретического учения в разрезе построения методологического инструментария, которое в итоге полностью поглотило отраслевые науки. Несмотря на то, что все из предложенных моделей, имевших методологическое содержание, проходили апробацию в рамках специальных отраслевых исследований, хаотичность подобных процессов не позволяла, а точнее, не заставляла ученых, в нашем случае цивилистов, обращать внимание на происходящую корректировку, а в некоторых случаях модернизацию методологических моделей, отобранных в области общей теории права.
В итоге на сегодняшний день Е.Г. Комиссарова совершенно справедливо обращает внимание на одну из множества методологических проблем уже самой гражданско-правовой науки - недостаточную понятность, предопределяющую «недостаточную функциональность методологического инструментария, его общую оценку и весьма настороженное отношение к самой методологии как исследовательскому феномену» [2, с. 310].
Таким образом, мы считаем, что высокая результативность методологических достижений общей теории права (положительный аспект) вместе с изолированностью построения системы правопонимания, только в рамках данной науки (негативный аспект), устранили методологический вопрос из перечня предметных разработок цивилистов, предопределив образование научного вакуума и научного анархизма.
При этом одно из методологических достижений общей теории права, которым для нас является обоснование необходимости системного взгляда на методологическое учение юридической науки, в самой области теории государства и права (философии права) окончательно не укоренился. Однако именно системный подход должен позволить обосновать научное знание, противопоставляющее простому техническому описанию общенаучных, частнонаучных, междисциплинарных и специальных методов. Так, общая теория права за счет обоснования такого структурного свойства, как системность, и наполнения отдельных компонентов методологической системы правовым содержанием могла бы предложить более качественное размежевание между чисто философскими и правовыми методами, полновесно ответить на вопросы о первоосновности родственных явлений двух наук и наличии междисциплинарных связей.
Необходимо признать, что в науке гражданского права последняя тенденция также проецируется, но уже применительно к соотношению частной науки и общей теории государства и права. Сходность негативного качества проявляется и в том, что и для методологии общей теории государства, и права, и для методологии науки гражданского права отмечается производность образования. Так, теория права, несомненно, основывается на философском учении о логике и методологии научного познания. Использование философских компонентов имеет концептуальный характер, подтверждением чего является особая значимость для правовой теории такого изначально философского компонента, как восхождение от абстрактного к конкретному. Для развития науки гражданского права важно определиться с тем, какое воздействие оказывает философское «учение о методах» непосредственно на механизм применение правовой методологии (этап правовой конкретизации, происходящий на уровне цивилистической методологии), или же воздействие следует выделять только на этапе правовой актуализации, когда философия права формирует систему методологического инструментария.
В качестве определенного подтверждения того, что отсутствие подхода, объясняющего системную координацию внутри методологического знания (методологическое учение из области философской науки - философия права - методология цивилистики), негативным образом сказывается на ведении научно-исследовательской деятельности, следовательно и на количественных показателях объема научного знания, важно рассматривать один из выводов О.А. Кузнецовой. Данный ученый, как специалист по общим вопросам теории и практики гражданского права, совершенно справедливо отмечает, что «описывая методологию диссертационной работы, авторы, как правило, не указывают философскую основу исследования, свою мировоззренческую позицию и тип правопонимания, смешивают общенаучные, междисциплинарные и специальные методы, не разграничивают теоретические и эмпирические методы» [3, с. 263].
Однако, несмотря на сказанное и в целом данную нами негативную оценку, формирование и последующее использование обобщенного опыта разработки методологических проблем в правоведении на сегодняшний день все же позволяет говорить, о формировании самостоятельной системы методологического учения, базирующегося на постулатах общей теории государства и права (философии права). Данная система, несмотря на то, что часть из ее компонентов изначально не имеют правовых истоков, являясь философскими, все же исключительна в своей совокупности. Распространенность сформированной и содержательно наполненной именно в области общей теории права методологии, которая распространилась по отдельным правовым наукам, является очевидным тому подтверждением.