Материал: 382

Однако данное положение на практике реализовано слабо, что обусловлено отсутствием законодательного закрепления порядка проведения новых процессуальных средств проверки.

Особенной новизной, порождающей сложности в применении, среди них отмечены:

–получение объяснений;

–истребование и изъятие предметов и документов;

–назначение судебной экспертизы до возбуждения уголовного

дела.

Необходимо отметить отсутствие единообразия в применении процессуальных средств проверки сообщений о преступлениях, а следовательно отсутствие единообразия в толковании закона.

Опрос – процессуальный способ проверки сообщения о преступлении, осуществляемый уполномоченным на то лицом, с целью получения значимой информации, позволяющий установить наличие или отсутствие признаков преступления и иные значимые обстоятельства, отражающийся в форме объяснения и составляющий 86% от всех проверочных действий1.

С.М. Кузнецова предлагает отличать объяснения между собой по субъекту и форме их получения: полученные в результате не процессуальной деятельности (оперативно-розыскной, административной) и полученные дознавателем, следователем, руководителем следственного органа в рамках процессуальной деятельности, осуществляемой в порядке, регламентированном ст. 144 УПК РФ. Делая вывод о том, что объяснения, полученные в рамках ст. 144 УПК РФ надлежащими субъектами, могут быть использованы в качестве доказательств, а объяснения, полученные в рамках не процессуальной деятельности, руководствуясь мнением В.С. Балакина2, следует использовать в качестве доказательств только при наличии гарантий их достоверности3.

В.М. Быков предлагает придать получению объяснений процессуальную форму, установив четкий порядок: в частности, предусмотреть порядок вызова опрашиваемого для получения объяснения и процессуальный порядок фиксации результатов полученного объяс-

1Удовыдченко И.В. Проверка сообщения о преступлении на стадии возбуждения уголовного дела. Ставрополь: СФ КрУ МВД России, 2010. С. 46.

2Балакшин В.С. Объяснение как доказательство в уголовном и административном судопроизводстве // Рос. юрид. журнал. 2012. № 5. С. 125–126.

3Кузнецова С.М. Проблемы использования объяснений, полученных на стадии возбуждения уголовного дела в доказывании // Алтайский юридический вестник. 2014.

№5. С. 58–61.

26

нения, кроме того, автор указывает на необходимость законодательного закрепления статуса участников, у которых они отбираются1.

В. Хомич считает, что объяснения не имеют доказательственной силы и не могут являться доказательствами2. А.Г. Маркелов отмечает, что только соблюдение всех требований УПК РФ, предъявляемых к проведению следственного действия в виде допроса, с которым по форме и содержанию может быть отождествлено получение объяснений, гарантирует получение объяснения как полноценного доказательства по делу3.

Тем не менее, объяснения, полученные в ходе предварительной проверки сообщения о преступлении, могут быть использованы в качестве доказательств, так как заключают в себе ценную первоначальную информацию, которая с течением времени может быть утрачена, также они могут быть перепроверены, конкретизированы в ходе дальнейших допросов.

Истребование предметов и документов является достаточно распространенным способом получения доказательств.

Данное процессуальное действие предусматривалось ст. 109 УПК РСФСР в рамках рассмотрения сообщений о преступлении, а также упоминалось в ст. 70 УПК РСФСР как способ собирания доказательств. Истребование документов и предметов по инициативе органа, осуществляющего производство по делу, включает в себя требование представить уже имеющиеся документы и предметы; требование составить и представить документы (справки, характеристики и т. п.)4.

Кроме того, возможность истребования предметов и документов на этапе проверки сообщения о преступлении была закреплена п. 4 ч. 1 ст. 13 Федерального закона от 7 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции»5. Из смысла статьи следует, что данная возможность реализуется путем направления запросов.

По мнению В.В. Артемовой процедура истребования в порядке ст. 144 УПК РФ охватывает собой действия уполномоченного на то

1Быков В.М. Новый закон о порядке рассмотрения следователем и дознавателем сообщения о преступлении // Рос. юстиция. 2013. № 5. С. 41

2Хомич В. Предварительная проверка материалов, послуживших поводом к возбуждению уголовного дела // Законность. 1995. № 12. С. 23.

3Маркелов А.Г. Объяснение как доказательство в уголовном судопроизводстве // Уголовный процесс. 2014. № 1. С. 36.

4Сазонова Т.П. Истребование предметов и документов как способ собирания доказательств. Вестник ЮУрГУ. Сер. Право. 2009. № 19. С. 48.

5О полиции: федер. закон от 7 февр. 2011 г. № 3-ФЗ (в ред. от 25 июня 2012 г.) // Собр. законодательства РФ. 2011. № 7. Ст. 900.

27

лица по направлению предписания гражданину или организации предоставить необходимые материалы, передачу истребуемого и процессуальное оформление этих фактов1.

Между тем, порядок фиксации процедуры истребования и изъятия предметов и документов в уголовно-процессуальном законе не нашел отражения.

О.А. Чабукиани предлагает привлекать к изъятию и истребованию предметов и документов следователей, которые будут оформлять проводимые действия протоколом2. Очевидно, что не всегда существует возможность привлекать к этому следователей, кроме того, круг лиц, уполномоченных на проведение проверочных мероприятий значительно шире.

На практике оформление рассматриваемых действий происходит протоколом изъятия, используемым в оперативно-розыскной и административной деятельности, что, соответственно, влияет на доказательственный статус проведенного проверочного действия.

Кроме того, Уголовно-процессуальный закон не содержит разъяснения, какие именно предметы могут и должны быть истребованы и изъяты и в какой форме.

О.А. Чабукиани дает классификацию документов и предметов, которые могут быть истребованы или изъяты в ходе предварительной проверки сообщения об интернет-преступлении:

–непосредственно связанные с преступным событием, например документы или предметы со следами подделок, подчисток;

–данные из криминалистических, оперативных и иных учетов, информационных систем;

–данные из учетов учреждений и организаций (например, из медицинских учреждений, учебных заведений, военных комиссариатов, предприятий связи, мест работы, бухгалтерии жилищного эксплуатационного участка, путей сообщения и т. д.);

–материалы различного рода проверок (акты ревизий, докумен-

тальных проверок, проводимых ранее и не связанных с проверяемым событием; протоколы административного задержания)3.

1Артемова В.В. Проблемные аспекты реализации истребования и изъятия предметов и документов на этапе возбуждения уголовного дела // Рос. следователь. 2014.

№3. С. 3.

2Чабукиани О.А. Истребование или изъятие следователем предметов и документов как проверочное действие стадии возбуждения уголовного дела // Научный диалог. 2013. № 12. С. 69.

3Чабукиани О.А. Указ. соч. С. 69.

28

А.Ю. Терехов и В.Н. Григорьев отмечают, что основным критерием отбора истребуемых и изымаемых материалов является их относимость1.

«При проверке сообщения о преступлении дознаватель, орган дознания, следователь, руководитель следственного органа вправе… истребовать документы и предметы, изымать их в порядке, установленном настоящим Кодексом…»2.

Толкование данной нормы в буквальном смысле может позволить отождествлять изъятия на стадии проверки сообщение о преступлении с выемкой3.

Полагается, что изъятие предметов и документов, предусмотренное ст. 144 УПК РФ не может быть отождествлено со следственным действием – выемкой, так как при их проведении участвует различный круг субъектов, изъятие не обеспечено мерами процессуального принуждения, а главное – порядок его проведения не регламентирован Уголовно-процессуальным законом.

Однако некоторые авторы4 предлагают закрепить в Уголовнопроцессуальном кодексе РФ статью, регламентирующую порядок истребования и изъятия предметов и документов на этапе проверки сообщения о преступлении, фактически приравняв его к следственному действию, обеспечив допустимость полученных результатов.

Другие же авторы высказывают спорную позицию, считая изъятие недопустимым действием на рассматриваемой стадии и указывая на отсутствие уголовно-процессуальной регламентации порядка его проведения5.

Мы допускаем возможность придания доказательственного статуса полученным таким образом предметам и документам в случае их получения путем направления запросов в соответствующие учреждения и добровольной выдачи. Отметим, что по делам о интернет-

1Терехов А.Ю., Григорьев В.Н. О познавательной сущности способов собирания доказательств // Вестн. Волгоградской академии МВД России. 2014. № 3. С. 172.

2Там же. Ст. 144.

3Яблоков Я.П. Криминалистика: учеб. 2-е изд, перераб. идоп. URL: http://www.bibliotekar.ru/criminalistika-3/213.htm (дата обращения: 21.08.2015).

4Более подробно см.: Сазонова Т.П. Указ. соч. С. 50; Кузнецов А.Н. Истребование и представление предметов и документов как способы собирания доказательств // Судебная власть и уголовный процесс. 2012. № 1. С. 88–91; Семенцов В.А. Избранные статьи по уголовному процессу. Краснодар: Просвещение – ЮГ, 2013. С. 20.

5Шаталов А.С. Особенности возбуждения уголовного дела и типичные следственные ситуации на первоначальном этапе расследования преступлений, связанных с наркотиками // Следователь. 1998. № 2. С. 24; Рыжаков А.П. Уголовный процесс: возбуждение и отказ в возбуждении уголовного дела. Тула, 1996. С. 95.

29

преступлениях имеющие значение для уголовного дела предметы и документы могут быть легко и безвозвратно утрачены.

На основании вышеизложенного, можно сделать вывод, что истребование и изъятие предметов и документов, проводимое в форме направления официальных запросов, может быть осуществлено в отношении юридических лиц, истребование же у физических лиц предметов и документов может осуществляться в устной форме с последующим оформлением процедуры изъятия соответствующим протоколом.

Впервые о возможности назначения экспертизы до возбужде-

ния уголовного дела высказывался Я.П. Нагнойный1.

На протяжении долгого времени его взгляды разделяли такие ученые, как А.А. Чувилев и Р.С. Белкин, также были и противники назначения экспертизы до возбуждения уголовного дела (И.Н. Сорокотягин и др.).

До вступления в силу рассматриваемых изменений в случае необходимости применения экспертных познаний на этапе доследственной проверки назначалось исследование, отличающееся от экспертизы кругом участников, оформлением результатов и глубиной.

Расширение средств предварительной проверки сообщений о преступлениях посредством назначения и производства судебной экспертизы имело целью ликвидировать практику применения специальных познаний с дублированием процедур2.

Е.С. Чекулаев находит данные изменения прогрессивными, в части определение времени и порядка назначения и производства экспертиз, однако отмечает, что при детальном рассмотрении данного нововведения с позиции практики возникает ряд вопросов об их «жизнеспособности» в части использования специальных знаний на стадии предварительной проверки сообщения о преступлении3.

1Нагнойный Я.П. О возможности назначения судебной экспертизы до возбужденияуголовногодела// Криминалистикаисудебнаяэкспертиза. Киев, 1967. Вып. 4. С. 176.

2Муравьев К.В., Седельников П.В. Вопросы назначения и производства судебной экспертизы до возбуждения уголовного дела // Законодательство и практика. 2013.

№2. С. 61.

3Чекулаев Е.С. Экспертиза и исследование на стадии предварительной проверки сообщения о преступлении в редакции Федерального закона № 23-Ф3 от 04.03.2013 // Известия Тульского государственного университета. Экономические и юридические науки. 2013. Вып. № 2–2. С. 224.

30