Материал: Bromlei_yu_v_markov_g_e_etnografiya

них подавляющее большинство относится к тюркской группе (узбеки, казахи, татары, 

азербайджанцы, туркмены, киргизы, чуваши, башкиры, якуты, каракалпаки и др.), остальные 
представлены монгольской (буряты и калмыки) и тунгусо-маньчжурской (эвенки, эвены, 
нанайцы, удэгейцы, орочи) группами. К кавказской языковой семье относится около 2,5% 
населения страны (грузины, чеченцы, аварцы, лезгины, даргинцы, кабардинцы, лаки, ингуши, 
адыги, абхазы, черкесы, абазины и др.). На языках уральской семьи разговаривает примерно 
1,7% населения (эстонцы, мордва, марийцы, коми, карелы, удмурты, саами, ханты, манси, 
ненцы, финны, венгры). Народы, принадлежащие к другим языковым семьям (палеоазиатской, 
эскимосо-алеутской, семито-хамитской, китайско-тибетской), в СССР немногочисленны. 

К ландшафтам приспособлены исторически сложившиеся формы хозяйственной деятель-

ности человека. Среди населения СССР можно встретить всевозможные типы хозяйства: в 
отдельных областях господствуют или еще недавно господствовали арктическая морская охота, 
кочевое тундровое оленеводство, речное и морское рыболовство, таежный охотничий 
промысел, кочевое скотоводство в степях, пашенное земледелие в умеренной лесной, 
лесостепной и степной зонах, горная и обрабатывающая промышленность в индустриальных 
центрах. И каждый тип хозяйства связан с определенным культурно-бытовым укладом; эти 
уклады тоже весьма неодинаковы в разных частях нашей страны. 

Многонациональный состав населения СССР, многоукладность в прошлом его хозяйства 

и быта нисколько не мешают тому, что народы нашей страны сплочены в одно нерасторжимое 
единство. Исторические связи между народами нашей страны складывались веками. Археологи 
прослеживают еще с эпохи неолита сложные и разнообразные связи между отдельными 
районами территории СССР, от Прибалтики и Приднепровья до Прибайкалья и Охотского 
моря. В более поздние эпохи экономические и культурные связи дополнялись по временам 
политическим объединением. Со времени образования 

Русского многонационального государства (17—18 вв.) хозяйственные и культурные 

связи все более расширялись и укреплялись. Особенно большое и положительное значение 
имело влияние культуры русского народа, расселившегося на север, восток и юг до крайних 
пределов государства. Феодально-крепостнический гнет царского самодержавия, 
капиталистическая эксплуатация, национальное неравноправие, умышленно поддерживавшаяся 
межнациональная рознь — все это сдерживало развитие национальных культур народов 
России. Однако приобщение к русской культуре имело для многих в прошлом отсталых 
народов, особенно на севере и востоке, большие положительные последствия. 

Октябрьская революция уничтожила все помехи социального и культурного прогресса. 

Народы СССР сплотились в дружную семью, и общение между ними ныне взаимно обогащает 
культурную сокровищницу каждого из них. 

Победа социалистического строя в СССР (как позже и в ряде других стран) создала новые 

условия жизни народов, а перед этнографами поставила новые задачи. Этнографические 
исследования в нашей стране направлены на разрешение ряда проблем, раньше никогда не 
возникавших: это социалистическая перестройка быта, борьба с вредными пережитками 
прошлого, изучение ценных национальных культурно-бытовых традиций, изучение процессов 
национальной консолидации и межэтнической интеграции. 

Многонациональность состава населения СССР отразилась и в его административно-

территориальном делении. 

Этнографический обзор народов СССР ведется по большим историко-этнографичес-ким 

областям. Такими большими областями СССР являются: 1) Европейская часть СССР (в ней 
выделяются подобласти—Центральная, населенная восточными славянами, Прибалтика, Север, 
Среднее Поволжье, Юго-Запад), 2) Кавказ и Закавказье, 3) Средняя Азия и Казахстан, 4) 
Сибирь и Дальний Восток. По этим областям и располагается в дальнейшем этнографический 
материал. 

Глава 6 

Восточнославянские народы 

Русские, украинцы и белорусы — народы, очень близкие между собой по языку, культуре, 

общности исторического развития. Среди народов СССР они составляют по численности три 

четверти всего населения. 

По официальным данным переписи населения 1979 г. в СССР проживает 137 397 тыс. 

русских, 42 347 тыс. украинцев, 9463 тыс. белорусов. Подавляющее большинство русских, 
украинцев и белорусов живет в пределах своих исторически сложившихся этнических 
территорий в Восточной Европе. Но и в других национальных республиках и областях русские, 
украинцы и белорусы расселены широко и нередко составляют значительную часть населения. 
Так, в автономных республиках Поволжья и Северного Кавказа восточнославянское население 
составляет около половины, в республиках Прибалтики — до 1/з населения, в Молдавии—
больше четверти. Несколько меньше доля восточнославянского населения в Среднеазиатских 
республиках (1/6) и в республиках Закавказья (одна десятая). В Казахской ССР русские, 
украинцы и белорусы составляют более половины населения. Среди населения Сибири 
русских, украинцев и белорусов безусловное большинство (90%). 

Такая картина расселения восточнославянских народов складывалась в течение дли-

тельного периода — на протяжении 2 тысячелетия н. э., причем это расселение шло одно-
временно со сложными процессами этнического формирования как самих восточнославянских 
народов, так и соседних с ними народов. Особенно заметна интенсивность расселения 
восточнославянского населения с 16 в. и до настоящего времени. Это приводило и приводит к 
большому влиянию культуры восточнославянских народов на жизнь и прогресс всех народов 
Советского Союза. Вместе с тем и культура самих восточнославянских народов обогащалась и 
развивалась в тесном взаимодействии с культурой других народов СССР. 

За пределами СССР проживает несколько более 2 млн. русских, украинцев и белорусов. 

Из полумиллиона всех восточных славян Европы около половины живет в Польше, Че-
хословакии, Румынии. В остальных странах Европы это сравнительно небольшие группы 
(наиболее крупные в Югославии, Англии, Франции). Значительное количество русских и 
украинцев осело в Америке (США, Канада) — 970 тыс. русских, 1250 тыс. украинцев, 40 тыс. 
белорусов. Иногда группы русского и украинского населения сосредоточены компактно в 
сельских районах, сохраняя в какой-то степени язык, некоторые черты быта и культуры. 
Большая часть иммигрантов восточнославянского происхождения переселилась в Америку еще 
до революции, в начале 20 в. Значительный поток переселенцев шел из украинских земель 
буржуазной Польши. 

Восточнославянские языки — русский, украинский и белорусский входят в славянскую 

группу индоевропейской семьи языков. Среди других языковых групп этой семьи к славянским 
близки летто-литовские языки (литовский и латышский). Исследователи отмечают большую 
близость всех славянских языков между собой. Из трех ветвей славянской группы наиболее 
сходны восточнославянские и южнославянские языки (болгарский, сербохорватский, 
македонский). Несколько меньше лингвистической общности у восточных славян с западными 
(чехами, словаками, поляками). Языковая близость славян при широком географическом 
расселении — явление трудно объяснимое. Особенно большое сходство в лексике и грамматике 
между русским, украинским и белорусским языками: практически возможно понимание 
бытовой речи без специальной подготовки. Были даже попытки считать эти три языка одним, 
разделенным на 4 наречия (А. А. Шахматов в качестве четвертого наречия выделял 
южнорусские диалекты). Как известно, язык не только лингвистическое явление, но и 
социальное. Каждый из восточнославянских языков обслуживает потребности в общении 
самостоятельных наций русских, украинцев и белорусов. На этих языках существуют и 
развиваются обширная литература (художественная, общественно-политическая, научная) и 
национальное искусство. При естественном распространении русского языка как средства 
межнационального общения всего советского народа национальные языки продолжают играть 
решающую роль во внутринациональном общении Украинской и Белорусской советских рес-
публик. 

Языковая близость восточнославянских народов привела к тому, что, с одной стороны, 

даже в конце 19 в. было трудно провести четкую языковую границу между русскими и 
белорусами, между белорусами и украинцами. Пограничные диалекты сочетали в себе 
особенности соседних языков. С другой стороны, в областях со смешанным населением 
(Донбасс, Криворожье, причерноморские земли Украины, Кубань) возникли в повседневном, 
бытовом языке нормы сочетания особенностей русского и украинского языков (в лексике, 
фонетике). Близость языков порождает и органическое двуязычие, когда использование в 

разговоре двух родственных языков нисколько не мешает взаимопониманию. Это же относится 
и к чтению литературы. 

Современное развитие культуры и образования, массовых средств информации (радио, 

телевидение) постепенно сводит на нет бытование ряда диалектов, местных говоров. Со-
храняющиеся различия сводятся в основном к фонетике. Так, в русском языке северные и 
южные говоры различались в произношении буквы «г». В литературном русском и север-
норусских говорах «г» произносится твердо, в южнорусских, как и в украинском, мягко, с 
придыханием. Севернорусское население «окает», ясно произнося «о» в безударных слогах. В 
южнорусских диалектах, как и в литературном русском, «акают». Есть и другие различия, но 
они не выходят за нормы единого языка. 

Украинский язык делится на три группы диалектов: северную, юго-восточную и юго-

западную. Литературный язык складывался преимущественно   на     базе   юго-восточных 
украинских диалектов. В белорусском языке различия между северо-восточными и юго-
западными диалектами невелики. 

Антропологически население, входящее в восточнославянские нации, относится к боль-

шой европеоидной расе. Однако сложные и длительные процессы смешения различных по 
происхождению групп населения на равнинах Восточной Европы, постепенные преобразование 
и распространение их антропологических особенностей — все это создало сложную картину 
распространения антропологических типов. В северных районах расселения русских, как и 
среди соседнего финноязычного населения, преобладает беломоро-балтийский 
антропологический тип. Кроме европеоидных признаков (четкая профилировка лица, сильное 
развитие третичного волосяного покрова, волнистые волосы) для него характерно сильное 
развитие скул. Пигментация варьируется от очень светлых блондинов до умеренных типов — 
серые глаза, русые волосы. Здесь же, на Севере, заметна и примесь лапоноид-ных черт. 
Антропологи считают их наследием древнейшего населения Северной Европы. 

В обширной области центральных районов Восточной Европы, среди русского, белорус-

ского и украинского населения распространены типы среднеевропейской малой расы. У них 
гораздо выше степень пигментации, чем у северной группы. Определенные антропологами 
особенности отдельных типов этой малой расы позволяют пока говорить лишь об очень 
большой смешанности населения этой зоны. В восточных районах нарастает степень 
проявления черт монголоидности. Это — наследие древней зоны контакта европеоидов и 
монголоидов эпохи мезолита. Влияние более поздних монголоидных групп прослеживается 
очень слабо. 

Среди степного населения южных районов Украины и Приазовья антропологами отмече-

но преобладание атланто-черноморских типов южной малой расы европеоидов. Эти типы 
распространены и среди соседних народов — от Северо-Западного Кавказа до Балкан и Дуная. 
В степных районах заметно проявляются и черты монголоидности, связанные с 
проникновением в южнорусские степи кочевников (печенеги, половцы и др.). Среди 
восточнославянского населения Сибири, Средней Азии, Кавказа заметно появление антро-
пологических черт, типичных для групп неславянского населения этих регионов. 

Этническая история. Происхождение восточнославянских народов давно интересовало 

ученых. Еще в прошлом веке было твердо установлено, что славяне как по языку, так и по 
происхождению прочно связаны с Европой. В начале 20 в. известный чешский ученый Л. 
Нидерле на базе обширнейших письменных, лингвистических, антропологических, 
этнографических и имевшихся к тому времени археологических источников попытался 
воссоздать общую картину формирования и расселения славянских народов, наметив об-
ширный ареал их формирования — от Карпат до низовьев Вислы и от Эльбы до Днепра. В 
общих чертах эта концепция разделяется и сейчас многими исследователями, хотя появление 
новых материалов, особенно археологических, позволило во многом уточнить и детализировать 
историю формирования народов Центральной и Восточной Европы. Систематические 
археологические исследования на базе современной научной методики выявили сложную 
картину взаимодействия различных групп древнего населения на протяжении большого 
хронологического периода. Безусловно, основная масса современного населения Восточной 
Европы — потомки местных племен, живших здесь в течение многих столетий до нашей эры. 
Но те же археологические данные позволили правильно оценить и роль миграций, переселений 
и смешений пришельцев с местным населением. Подобные процессы происходили 

неоднократно. За ними скрывается и сложная картина этноязыковых процессов, вытеснение 
одних языков, распространение других, процессы языковой ассимиляции. Данные языкознания 
(работы Ф. П. Филина и др.) позволяют наметить древнейший ареал становления славянских 
языков — бассейн р. Припяти и Среднее Под-непровье. Но это лишь древнейший ареал. Пока 
затруднительно соотнести какую-либо археологическую культуру или ряд культур с 
древнеславянским  населением.  На  эту  тему постоянно идут дискуссии. Даже появление 
первых упоминаний славян в письменных источниках не уточняет мест их обитания. С до-
статочной уверенностью можно утверждать, что к середине 1 тысячелетия н. э. славяноязычные 
племена были расселены на обширных пространствах в бассейнах рек Лабы (Эльбы), Вислы, в 
Среднем Поднепровье. В это же время начинается продвижение отдельных групп славянских 
племен на юг, через Карпаты, и на северо-восток в Верхнее Поднепровье и Верхнее Поволжье. 
При этом славяноязычные группы вступали с местным населением в сложные 
взаимоотношения, что вело к языковой ассимиляции местного населения и распространению 
славянских языков. 

Первую достаточно подробную карту расселения племен Восточной Европы дает нам 

«Повесть временных лет». Картина, нарисованная летописцем, отражает уже результат 
сложных этнических и политических процессов, происшедших в Восточной Европе к 8— 9 вв. 
«Племена» словен, кривичей, вятичей и другие представляли собой обширные союзы племен, в 
которых кроме славянских компонентов входили и неславянские группы. К 8—9 вв. 
объединение зашло уже настолько далеко, что большая часть населения таких племенных 
союзов была действительно по языку славянской, как об этом и рассказывает летопись. В 
летописи специально отмечается, какие из названных «племен» были славянскими, а какие—
неславянскими (меря, мурома, мещера и др.). 

Дальнейшие этнические процессы в Восточной Европе происходили уже в рамках 

Древнерусского государства. Становление феодальных отношений оказало большое влияние на 
характер и интенсивность этнических преобразований. Образование державы Рюриковичей с 
центром в Киеве, организация феодальной централизованной системы политической власти 
вызвали к жизни принятие христианства как общей идеологической надстройки, появление 
письменности, распространение древнерусского языка как общего официального языка нового 
государства, унификацию судебно-правовых норм. Активная завоевательная политика киевских 
князей включила в состав новой державы многие соседние народы: мерю, мурому и мещеру на 
северо-востоке в Волго-Окском междуречье, весь — на Севере, водь, ижору и другие группы 
финноязычного населения («чудь» русских летописей) — на северо-западе. Длительные 
взаимоотношения с кочевниками степей (половцами и др.) приводили к оседанию части этих 
племен на юго-западных границах Киевской земли. Оказавшись в составе Киевского 
государства под воздействием его феодальной государственной системы, эти народы 
постепенно ассимилировались, смешивались с переселенцами из других областей 
Древнерусского государства. Вливаясь в состав славяноязычного населения Древней Руси они 
оказывали и свое влияние на местные особенности в языке, культуре, обычаях. 

Распад Киевского государства на отдельные феодальные земли привел к тому, что 

прежние деления по племенным союзам отошли в прошлое. Население новых крупных 
государственных образований, таких, как Киевское, Черниговское, Галицко-Болынское, По-
поцкое, Владимиро-Суздальское и других княжеств, состояло из потомков разных племенных 
групп, и не только славяноязычных. Уже в 12 в. со страниц летописей исчезают последние 
упоминания прежних «племен». В то же время политические, экономические связи внутри 
княжеств постепенно объединяют их население вокруг феодальных центров — городов. 
Население такого города и окружающих его земель сознавало теперь себя определенной 
общностью (киевляне, новгородцы, смоленЦы, владимирцы и т. д.). Территориальные связи 
заняли господствующее место. Внутри таких земельных объединений интенсивнее шло 
смешение отдельных групп населения, распространение общего языка (диалектов), общего 
самосознания. Но не следует и преувеличивать роль этих процессов, так как замкнутость, 
обособленность отдельных округ при феодальном способе производства ограничивали степень 
складывания общности населения. 

Нормальное развитие древнерусских княжеств было прервано татаро-монгольским на-

шествием. Трудно представить  себе масштабы разгрома и разорения, которые обрушились на 
Русь. Опустели целые области, города лежали в развалинах, складывавшиеся веками 

хозяйственные и культурные связи были нарушены. Ослабленные борьбой с татаро-монголами 
западные и юго-западные русские княжества были захвачены усилившимся к этому времени 
литовским государством, а часть их — Польшей и Венгрией. Дальнейшее этническое развитие 
восточнославянских народов сосредоточилось теперь внутри трех областей. 

Поступательное развитие производительных сил восточнославянского населения было 

замедлено войнами и гнетом поработителей, но не остановлено. В силу ряда причин центры 
хозяйственного, торгового, политического и культурного развития сместились на северо-
восток, в лесистые области. К 15 в. заметно выдвигается на первое месте Московское 
княжество, возглавившее политическую и военную борьбу против Золотой орды. Политическая 
роль Москвы как объединительного центра всех русских земель опиралась на растущие и 
крепнущие экономические связи русских княжеств. Развитие городского ремесла, рост посадов 
и торговли, развитие сельскохозяйственного производства в лесных районах — все это 
усиливало тенденцию к централизации, объединению всех русских княжеств в единое целое. 
Московским государям удалось без особого сопротивления объединить основные русские 
земли под своей властью в 15 в., создать сильное государство и освободиться от остатков 
зависимости от Золотой орды. 

Новое государство обеспечивало благоприятные условия для дальнейшего экономиче-

ского развития объединенных земель. Быстро росло население городских и монастырских 
посадов, а вместе с этим и их торговые связи. Совершенствовалась административная система, 
организация войска. Все это потребовало единообразия норм государственной жизни (в 
налоговой системе, законах, религии и др.). Резко возросло значение письменности, единого 
языка. Естественно, что нормативом, образцом такого языка стал язык московского населения, 
сочетавший в себе признаки южнорусских и севернорусских диалектов. Москва с ее 
многотысячным населением стала формировать общерусские нормы и в других областях 
культуры. Не следует, конечно, преувеличивать значение этой культуры в жизни всего 
населения — крестьянские массы, а они составляли 97% населения, продолжали жить 
интересами узкой округи, сохраняя свои обычаи, местные диалекты, местные типы костюма, 
местные верования. Но господст-зующий слой населения, быстро увеличивавшееся служилое 
дворянство, духовенство, именитое купечество подражали теперь московским образцам жизни. 

С 16 в. начинается расширение земель Московского государства. После победы над 

Казанским ханством русские крестьяне продвигаются на восток и юго-восток, в Поволжье. Это 
продвижение вместе с русской административной системой в ряде мест приводило к обрусению 
местных групп населения, особенно в Мордовии. Медленно, но неуклонно шло возвращение в 
состав русских земель лесостепных и степных областей на юге. Продвижение все дальше на юг 
«засечных черт», т. е. полосы укреплений против крымских татар, приводило к оседанию на 
новых землях мелких служилых дворян, которых позднее стали называть «однодворцами». Эта 
своеобразная группа до 19 в. сохраняла обособленность в культуре и говоре от местного 
южнорусского крестьянского населения. За «однодворцами» стали переселяться и крестьяне, 
добровольно или по воле помещиков (иногда целыми волостями). Они вместе с остатками 
коренного домонгольского населения этих областей образовали основную массу южнорусского 
населения. Переселенцы и до 20 в. сохраняли некоторые особенности в культуре, принесенные 
с собой с прежних мест. 

Много неясного остается еще в истории формирования казачества. По ранним документам 

оно выступает как особая группа военно-служилого населения, сохранявшая почти полную 
самостоятельность. От московских государей они нерегулярно получали жалованье 
боеприпасами, тканями, деньгами за службу в интересах Москвы. Сношения с ними шли через 
Посольский приказ, как с иностранными государствами. По происхождению казачество было 
очень пестрым, вбирая в себя удальцов из русских земель, из Причерноморья, из тюркского 
населения степей, К 16 в. наметились уже центры притяжения и оседлости казачьих групп — на 
Волге, на Дону, у днепровских порогов, немного позднее — на Тереке и Урале (Яике). 
Большинство казачества было из русских и украинских земель, исповедовало православие и 
сознавало свою общность с остальным восточнославянским населением, но в ведении своих дел 
стремилось к независимости, решая все дела в казачьих «кругах». 

Казачьи области были притягательными центрами для всех недовольных властью фео-

далов и постоянно пополнялись беглыми крестьянами. Но в среде казачества были неизбежны 
имущественное неравенство и социальное расслоение. Часть пришлого населения и здесь