91
ПОЛИТОЛОГИЯ КАК МЕТАДИСЦИПЛИНАРНАЯ МАТРИЦА
проблему можно сформулировать так: совершенствование количественных методов остается важным компонентом эффективности современного социо-гуманитарного знания, однако необходимо помнить, что в подобных исследованиях объекты выглядят как пакеты переменных.
Еще одним проблемным измерением нынешнего этапа развития оказывается вопрос о релевантности применяемых подходов к оценке эффективности научной деятельности, в том числе посредством использования наукометрических показателей. Фигурирующий в настоящее время показатель «число патентов на изобретение» в качестве критерия оценки эффективности исследовательской деятельности
всоциально-гуманитарных науках может вызвать разве что грустную улыбку.
Не будем лукавить: методика – прозаическая материя, однако насущно востребованная, ибо проще научиться, чем научить. Конечно, справедлива Гераклитовская максима о том, что многознание не научает уму. Однако знание может удержать от того, что хуже преступления – от ошибки, которая в области международных отношений может стоить многих жизней, так как ее ценой может стать военный конфликт. Без качественной методики отношения науки и образования рискуют остаться игрой с нулевой суммой.
Даже о такой точной науке, как история,
впрофессиональной среде родилась шутка о том, что она предстает порой подобием «битвы экстрасенсов», и ничто не меняется так быстро, как прошлое, а потому история – столь ответственное дело, что ее нельзя доверять историкам. В связи же с вероятностной природой международнополитической науки качественная экспертиза учебного материала, на котором зиждется образовательный процесс, востребована в еще большей степени. К сожалению, порой методическое поле этой специальности в еще большей степени, чем история, наводнено продукцией «экстрасенсов от конспирологии» – низкокачественными сочинениями, а иногда и вовсе откровенными спекуляциями.
3
Базовый смысл реализуемой в настоящее время Министерством образования и науки России реформы методического измерения образовательного процесса состоит в существенном расширении возможностей сотрудничества государства и гражданского общества в лице профессиональных сообществ в процессе принятия ключевых решений в области образования. Этому призвано служить создание девяти Координа ционных советов (в соответствии с выделенными областями знания), в том числе по «общественным наукам», и общероссийских площадок в лице 57 учебно-методиче- ских объединений (УМО), призванных существенно расширить объем своего участия в методическом обеспечении образовательного процесса.
Миссия созданной Министерством сис темы – в формировании предпосылок для реализации государством атрибутивной функции стратегического целеполагания в сфере образования. Прежде методическое обеспечение образования складывалось стохастически: учебно-методические объединения существовали на базе вузов, и эволюция (именно эволюция, а не системное развитие) происходила преимущественно без стратегии. Не случайно существовало бесчисленное количество учебников по политологии и истории, причем зеркально противоречащих друг другу по ключевым сюжетам.
Позитивные исключения, несомненно, были, и к их числу, безусловно, относится опыт работы УМО по международным отношениям, зарубежному регионоведению и связям с общественностью на базе МГИМО. Для того чтобы отдельные прецеденты сложились в эффективную систему общенационального масштаба, а вузы, издательства и библиотеки имели содержательные ориентиры, соответствующие ключевым принципам государственной политики в сфере образования, потребовалось создание комплекса Федеральных УМО, которая вносит концептуальность и системность в процесс методического обес печения образования благодаря целеполагающей роли государства.
Mеждународные процессы. Том 14. Номер 1 (44). Январь–март / 2016
92
ОКСАНА ГАМАН-ГОЛУТВИНА
Насколько оправданно объединение МО, политических наук и регионоведения в рамах одного учебно-методического направления? Дифференциация в рамках системы ФУМО не идеальна, и вряд ли может быть таковой, поскольку сам принцип разделения областей знания и выделения в их рамках групп специальностей не может быть бесспорным. Этому препятствует частичное пересечение предметных полей, методологий и методов различных наук, а также междисциплинарность многих направлений.
Однако небезупречная система лучше отсутствия системности. Объединение трех крупных направлений в единое федеральное учебно-методическое объединение соответствует применяемому в рамках всей системы образования принципу кластеризации близких, но не совпадающих направлений. В ее рамках, например, сформированы ФУМО «Физика и астрономия», «Социология и социальная работа», «СМИ и библиотечное дело», «Философия, этика и религиове дение», «Сценические искусства и литературное творчество». Принципиально важно отметить, что нахождение в одной учебнометодической группе отнюдь не означает сведение регионоведения к политологии.
Утвержденный формат оправдан, поскольку адекватно представляет объемное и сложносоставное предметное поле политических наук, МО и регионоведения (востоковедение и африканистика – по существу часть зарубежного регионоведения, хотя весьма обширная и специфическая по объекту, предмету, методологии и используемым методам). Он позволяет, несмотря на технологические и организационные сложности, реализовать плодотворное сотрудничество представителей перечисленных специальностей.
А.В. Лукин справедливо отмечает, что важнейшая черта российского подхода к социо-гуманитарным исследованиям – синтетическое отношение к знанию, понимание условности разделения специалистов по школам, языкам, государствам и дисциплинам. Такое отношение сегодня в значительной степени утеряно на Западе, в особенности в США и Великобритании,
где сложился партикуляристский подход к знанию, сегодня представляющийся неоптимальным [Лукин, Лукин 2015: 214].
Предметное поле политических наук многосоставно и полиаспектно. В связи с их мозаичностью Г. Алмонд метафорически сравнил политологию с множеством столиков в кафе, имея в виду сосуществование в политической науке различных исследовательских стратегий [Алмонд 1997]. Применительно к отечественному профессиональному сообществу проблема состоит в формате сопряжения предметных полей, чтобы внутренний дизайн достигнутого многообразия стал не вавилонской башней, но цветущей сложностью, соответствующей многослойности своего объекта – бесконечно сложного мира относительных истин.
* * *
Сегодня на развитие рынка образовательных услуг существенное влияние оказывают внешние обстоятельства. Среди них первое место занимает сокращение числа студентов по причине демографического кризиса и обострение межвузовской конкуренции. Вместе с тем сохраняются и внутренние проблемы. В первую очередь, слабая связь обучения с практикой, и соответственно неразвитые инструментальные навыки обучающихся. В связи с этим в чис ле существенно значимых задач профессионального сообщества видится разработка стандартов подготовки специалистов.
В рамках этой работы представляется целесообразным исходить из следующих задач:
–необходимо увязать профессиональную подготовку, прежде всего магистров, с сегментами рынка, которые успешно развиваются и в ситуации кризиса; адаптировать образовательные профили к конкретным интересам работодателей;
–инкорпорировать прикладные измерения и практически ориентированную деятельность в систему профессиональной подготовки;
–вывести на новый качественный уровень работу по координации действий академического и профессионального сооб-
Mеждународные процессы. Том 14. Номер 1 (44). Январь–март / 2016
93
POLITICAL SCIENCE AS A METADISCIPLINARY MATRIX
ществ. Новый формат работы с ними позволит повысить привлекательность меж- дународно-политической тематики в восприятии абитуриентов.
Для решения поставленных задач принципиально важным представляется продолжение работы созданного федерального учебно-методического объединения с вузами, в первую очередь, с региональной их сетью. Целесообразным видится сохранение опыта проведения методических конференций для университетского сообщества. В рамках профессионального сообще-
Список литературы
ства необходимо внедрять и новые формы сотрудничества.
Среди них могла бы оказаться инициация совместных коллективных научно-об- разовательных проектов, в том числе, имея в виду более широкое вовлечение бакалавров и магистрантов в проектную работу. Весьма перспективным представляется использование электронного обучения и дистанционных образовательных технологий в образовательном процессе. Это позволяет расширять аудитории и обретать новые возможности финансирования.
Алмонд Г.А. Политическая наука: история дисциплины // Полис. Политические исследования. 1997. №6. С. 175-183.
Баталов Э.Я. Современные глобальные тренды и новое сознание // Международные процессы. Том 10, № 1(28). Январь-апрель 2012.
Бек У. Общество риска. На пути к другому модерну. М.: Прогресс-Традиция, 2000. 384 с. Гаман-Голутвина О. В. Политическая наука перед вызовами современной политики. К 60-летию
САПН / РАПН . // Полис. Политические исследования. 2016. № 1. С. 8-28. DOI: 10.17976/ jpps/2016.01.02
Гидденс Э. Ускользающий мир: как глобализация меняет нашу жизнь. М.: Весь мир. 2004. 116 с. Лукин А.В., Лукин П.В. Умом Россию понимать. М.: Весь Мир, 2015. 384 с.
Полунин Ю.А., Тимофеев И.Н. Нелинейные политические процессы. Учебное пособие. М.: МГИМОУниверситет, 2009. 204 с.
Российская политическая наука: Истоки и перспективы. В 5 томах / отв. ред. О.В. Гаман-Голутвина. М.: Аспект Пресс, 2015-2016.
Смирнов В.А. Политическая элита в контексте глобальных социальных изменений // Политический класс в современном обществе / отв. ред. О.В. Гаман-Голутвина. М.: РОССПЭН, 2012.
Талеб Н.Н. Антихрупкость. Как извлечь выгоду из хаоса. М.: КоЛибри, Азбука-Аттикус, 2014. 768 с. Уолфорт У. «Российско-западным отношениям недостает реалистского мировосприятия, причем
с обеих сторон…» // Международные процессы. 2015. №4. С. 153-165. DOI 10.17994/ IT.2015.13.4.43.11
Foucault M. Histoire de la sexualit
, 1: la volont
de savoir. Paris:
ditions Gallimard, 1976. 168 p. Giddens A. Modernity and Self-Identity: Self and Society in the Late Modern Age. Cambridge: Polity Press,
1991. 256 p.
POLITICAL SCIENCE AS A METADISCIPLINARY MATRIX
OKSANA GAMAN-GOLUTVINA
MGIMO University, Moscow, 119454, Russia
Abstract
Political Science, International Relations and Area Studies emerged in the Russian University system as independent and rapidly developing educational and research disciplines. However, recognition of their importance beyond the professional community remains far from universal.
International Trends. Volume 14. No. 1 (44). January–March / 2016
94
OKSANA GAMAN-GOLUTVINA
Therefore, Russian Universities are struggling to create training programmes, aimed to prepare specialists capable of dealing with various urgent issues of domestic politics and foreign policy. This task presumes careful study of rising challenges in the global system as well as advantages and shortcomings of the existing educational model in Russia. The current article seeks to identify major conditions, determining future prospects of teaching in international politics. The author claims that in recent decades three major transformations appear as crucial. First, the rise of New Modernity reflected the growing nonlinearity in societies. Second, political orders experience a continuous reshuffling after the collapse of the Soviet Union. Third, major centers of economic production are transferring to Asia. Russian tradition of Political thought opens wide opportunities for understanding these shifts. However, the professional community has to adapt to the new conditions and, first and foremost,cope with the existing gap between University studies and practice. This requires provdingstudents with methodological and other tools to conduct professional expertise of complex strategic interactions. The current reform of methodological organization of the educational process enables to solve this problem systematically through a specialized institution – federal University associations for educational methodology. In accordance with the reform, the renewed FUAEM incorporates separate, but interrelated disciplines – Political Science, International Relations and Area Studies. Bringing them together within a single institution does not presume their unification, but rather amobilization of intellectual and organizational resources.
Keywords: education in Political Science, Area studies, Universities, tradition of political thought, qualitative and quantitative methods, nonlinearity, educational reform, University associations for educational methodology.
References
Almond G.A. (1997). Politicheskaya nauka: istoriya distsipliny [Political Science: History of the Discipline].
Polis. Politicheskie issledovaniya. No. 6. P. 175-183.
Batalov E. (2012) Sovremennye globalnye trendy i novoe soznanie [Contemporary Megatrends and a New Consienceness]. Mezhdunarodnye Protessy. Vol. 10. No. 1 (28). January - April.
Beck U. (2000). Obschestvo riska. Na puti k drugomu modernu [Risk Society: Towards a New Modernity]. Moscow: Progress-Traditsiya. 384 p.
Foucault M. (1976). Histoire de la sexualit
, 1: la volont
de savoir. Paris:
ditions Gallimard. 168 p. Gaman-Golutvina O.V. (2016). Politicheskaya nauka pered vyzovami sovremennoj politiki. K 60-letiyu SAPN
/ RAPN [Political Science Facing Challenges of Current Politics. To the 60s Anniversary of SAPN / RAPN]. Polis. Politicheskie issledovaniya. No. 1 P. 8-28. DOI: 10.17976/jpps/2016.01.02
Gaman-Golutvina O. (ed.) (2015-2016). Rossijskaya politicheskaya nauka: Istoki i perspektivy [Russian Political Science: Roots and Prospects]. Moscow: Aspekt Press.
Giddens A. (1991). Modernity and Self-Identity: Self and Society in the Late Modern Age. Cambridge: Polity Press, 1991. 256 p.
Giddens A. (2004). Uskol’zayuschij mir: kak globalizatsiya menyaet nashu zhizn’ [Runaway World: How Globalization is Reshaping Our Lives]. Moscow: Ves’ mir. 116 p.
Lukin A.V., Lukin P.V. (2015). Umom Rossiyu ponimat’ [To Understand Russia Consciously]. Moscow: Ves’ mir. 384 p.
Polunin Ya.A., Timofeev I.N. (2009). Nelinejnye politicheskie protsessy [Nonlinear Political Processes]. Moscow: MGIMO University. 204 p.
Smirnov V.A. (2012). Politicheskaya elita v kontekste global’nykh sotsial’nykh izmenenij. In Politicheskij klass v sovremennom obschestve. Ed. by O.V. Gaman-Golutivna. Moscow: ROSSPEN.
Taleb N.N. (2014). Antikhrupkost’. Kak izvlech vygody iz khaosa [Antifragile: Things That Gain From Disorder]. Moscow: KoLibri, Azbuka-Attikus. 768 p.
Wohlforth W. (2015). “Rossijsko-zapadnum otnosheniyam nedostaet realistskogo mirovospriyatiya, prichem s obeikh storon…” [Russian-Western Relations Suffer from the Lack of Realist Vision from Both Sides…]. Mezhdunarodnye Protsessy. No. 4. P. 153-165. DOI 10.17994/IT.2015.13.4.43.11
International Trends. Volume 14. No. 1 (44). January–March / 2016