Материал: Islam_i_prava_chelovea
136 |
Л.Р. Сюкияйнен |
в этом отношении является ст. 24 Исламской Декларации прав человека 1990 г., согласно которой, как отмечалось ранее, все закрепленные в данном документе права и свободы ограничены нормами шариата92.
Приведем также пример основного низама (регламента) Саудовской Аравии 1992 г., фактически играющего роль конституции страны. Ст. 26 данного акта предусматривает, что государство защищает права человека в соответствии с исламским шариатом. Более того, согласно ст. 1, истинной конституцией Королевства является Книга Всевышнего Аллаха (т.е. Коран) и Сунна Его Посланника, а в ст. 7 говорится, что государственная власть черпает свои полномочия именно из этих источников, которые стоят над указанным низамом и всеми иными принимаемыми государством актами.
Такое соотношение права и религии позволяет уточнить особенности так называемых религиозных правовых систем. Очевидно, религиозный характер таких систем (например, исламского права) проявляется не только в том, что их основные принципы, институты и нормы, так или иначе, связаны с религиозными постулатами и логично вытекают из них. Не менее важно то, что данные системы в первую очередь ориентированы на общество, где преобладает религиозное сознание, а в иерархии ценностей и правил поведения центральное место отводится религиозным предписаниям и мотивам.
92 См.: Сюкияйнен Л.Р. Исламская концепция прав человека: теоретические основы, тенденции и перспективы развития //Права человека: итоги века, тенденции, перспективы. М., 2002.
Ислам и права человека в диалоге культур и религий |
137 |
Иными словами, религиозная природа исламского права (как и иных религиозных правовых систем) находит свое выражение как в содержании действующих юридических норм, так и в правосознании. Причем речь идет не только о правовой идеологии – юридических концепциях, понятиях, теориях, – но и о массовой правовой психологии, для которой характерен приоритет религиозных ценностей в сравнении с иными регуляторами индивидуального поведения.
Интересно, что в период становления и на начальных этапах развития практически все основные правовые системы современности опирались на теологические источники. Но в своем нынешнем виде европейское право уже никак напрямую не связано с религией, а исламское право, наоборот, в целом не может рассматриваться вне религиозного сознания и соответствующей ему нравственности. Данная особенность служит подтверждением того факта, что если в Европе в целом достаточно давно произошло отделение религиозного от мирского, то в мусульманском мире до сих пор ислам охватывает, по сути, все стороны жизни общества и мусульман. Здесь и в наши дни религиозное и мирское начала сосуществуют в рамках ислама, выступающего, как говорят мусульманские мыслители, одновременно и религией, и государством. Поэтому даже с учетом заметных различий между этими двумя сторонами жизни мусульманского общества они теснейшим образом взаимодействуют.
В итоге исламское право, будучи в целом юридическим феноменом, испытывает серьезное влияние религии ислама и соответствующих нравственных
138 |
Л.Р. Сюкияйнен |
стандартов. Условно говоря, над исламским правом как правовой системой стоит шариат, который выступает преимущественно в качестве религиозного феномена
Отмеченные особенности дают возможность дать более точную оценку тех проблем, которые сопровождают появление и быстрый рост мусульманских меньшинств на Западе, прежде всего, в Европе, а также представить пути и средства снижения уровня возникающей при этом напряженности.
Ислам и мусульмане в Европе: правовые, культурные и политические аспекты конфликта
Хорошо известно, что превращение мусульманских меньшинств, состоящих преимущественно из иммигрантов, в заметный элемент европейского социального, культурного и даже политического пространства повлекло за собой немало проблем и конфликтов. Большинство из них, так или иначе, напрямую связано с различиями культурных традиций, несовпадением образов жизни и менталитетов. Вопрос об интеграции мусульманских меньшинств в европейский социум нередко оказывается в центре политических дебатов, привлекает повышенное внимание европейских законодателей, пронизывает многие решения Европейского суда по правам человека и даже отражается на взаимных контактах европейских и мусульманских стран. Учитывая, что для Европы и Запада в целом все эти противоречия и прямые столкновения получают, прежде всего, правовое измерение, проблема сводится к противостоянию правовых культур, кото-
Ислам и права человека в диалоге культур и религий |
139 |
рое порой приобретает характер противоборства цивилизаций. По крайней мере, на уровне острого соперничества представлений о праве и его соотношении с религией и нравственностью.
Важно отметить, что ключевая роль правовых вопросов в указанных конфликтах объясняется не только характером европейского сознания, но и особенностями исламского мировоззрения. Дело в том, что почти все сложности, с которыми сталкиваются мусульманские меньшинства на Западе, относятся к предмету фикха – исламской науки, занимающейся правилами внешнего поведения людей, в том числе и даже преимущественно правовыми.
Именно в рамках фикха в значении всеобъемлющей системы указанных норм сложилось исламское право как юридическое явление93. Поэтому практически все конфликты, связанные с мусульманскими меньшинствами на Западе, автоматически превращаются в противостояние принципиально отличающихся друг от друга правовых культур. Одна из них, как уже отмечалось, исходит их абсолютного приоритета юридических критериев, а другая – из верховенства императивных религиозных предписаний.
Характерным примером в этой связи является прямо противоположное восприятие известной фетвы первого после исламской революции лидера Ирана имама Хомейни, вынесенной в начале 1989 г. в отношении писателя Салмана Рушди. Дан-
93 О соотношении шариата, фикха и исламского права см.: Сюкияйнен Л.Р. Исламское право: взаимодействие юридического и религиозного начал //Ежегодник либертарно-юридической теории. Выпуск 1. М., 2007.
140 |
Л.Р. Сюкияйнен |
ный документ предусматривает ответственность автора в виде смертной казни за его книгу «Сатанинские стихи», которая с позиций шариата оценивается как отрицание незыблемых исламских постулатов, относящихся к основам веры94.
Общественность и официальные структуры европейских стран крайне негативно отнеслись к такому решению как к посягательству на свободу слова и выражения мнения, обвинив ислам в стремлении ограничить права человека. А в мусульманском мире и в среде мусульманских меньшинств на Западе преобладает прямо противоположная позиция, которая опирается на два основных аргумента
впользу упомянутой фетвы. Во-первых, исламское правосознание категорически не приемлет оскорбления религиозных чувств и святынь, причем не только мусульман, но и последователей иных мировых богооткровенных религий – иудаизма и христианства. А, во-вторых, (и это главное!) для подавляющего большинства мусульман является императивной предусмотренная шариатом смертная казнь за вероотступничество.
Дело в том, что богохульное по исламским меркам произведение написал не кто-нибудь, а именно мусульманин, который поэтому и обвиняется
вотходе от ислама. Следует, правда, уточнить, что, с точки зрения фикха, фетва, в отличие от судебного решения, не является обязательной. Вместе с тем, в случае ее вынесения авторитетным лицом на практике она, чаще всего, воспринимается мас-
94 См.: Mozaffari, Mehdi. Fatwa. Violence & Discourtesy.