С.КРАМЕР. ШУМЕРЫ
4.Две строки из гимна Нинурте, опубликованного как текст № 61 в моей работе «Шумерские литературные тексты из Ниппура», звучат так: «Сердолик и ляпис-лазурь вы принесли (?) из страны Мелухха». Это утверждение является частью фрагмента, воспевающего бога Нинурту как «подателя» металлов, камней и минералов из стран, где их добывают. Известно, что сердолик был действительно характерным для Мелуххи камнем, но странно упоминание
отом, что Мелухха славилась также и ляпис-лазурью.
5.Пока неопубликованный вариант отрывка из мифа «Энки и Нинхурсаг», представляющий собой в основном благословение Энки Дильмуну, звучит так:
Пусть страна Туркиш везет тебе золото (из) Харали. ляпис-лазурь (и)
Пусть страна Мелухха (везет ?) тебе соблазнительным драгоценный сердолик, месшаган-перево, прекрасное
«морское» (?) дерево и большие суда; Пусть страна Мархаши (везет ?) тебе могучую медь, силу
диорит, у-камень и шумам-камень; Пусть «Морская страна (?)» везет (?) тебе черное дерево (?), украшение ...царя, Пусть страна Заламгар доставляет тебе шерсть, (?), хорошие
|
руды |
(?) (и) .... |
Пусть страна Элам доставляет тебе шерсть (?) |
(и) тяже- |
|
лую (?) дань; |
везет (?) тебе зерно, |
|
Пусть Ур, царский престол, город |
||
масло сезама, благородные одежды прекрасные одежды,
(и) большие суда; Пусть широкое море приносит (?) тебе свое изобилие; Город — дома его хорошие дома, Дильмун — дома его хорошие дома, Ячмень его — очень мелкий ячмень, Даты его — большие даты, Урожаи приносят три Деревья его....
Здесь Мелухха описана как страна, знаменитая своим сердоликом и двумя видами древесины, а Маган славится медью и тремя видами камня. Поскольку некоторые из этих наименований значатся в хозяйственных документах как характерные для Магана и Мелуххи, есть основания полагать, что шумерские беллетристы имели
310
НАСЛЕДИЕ ШУМЕРА
неплохое представление об экономической важности двух стран, а также об их местонахождении. Этот отрывок сравнительно мало рассказывает нам о Магане и Мелуххе, но он бесценен описанием Дильмуна и даже в какой-то мере полезен для поисков географического положения этой страны.
6. Выдержка из мифа «Энки и мировой порядок» звучит так:
Земли Маган и Дильмун Взглянули на меня, Энки,
Пришвартовали (?) судно Дильмуна к суше, Нагрузили судно Магана до неба;
Судно Магилума (из) Мелуххи Доставляет серебро и золото,
Везет их в Ниппур для Энлиля, царя всех земель.
Хотя значение нескольких слов и предложений неясно, смысл фрагмента в целом вполне понятен: народ Магана и Мелуххи доставляет на судах свои богатства в храм Энлиля в Ниппур, т. е. конечно же в Шумер. Обратите внимание, что судно Магилума четко соотнесено с Мелуххой. Вряд ли возможно, что это описание «международных отношений» 3-го тысячелетия до н. э. было всего лишь плодом фантазии наших поэтов; было общеизвестно, что эти три страны снабжали Шумер многими предметами хозяйственной необходимости либо в виде вынужденной дани, либо в ходе коммерческого обмена, либо и в том и в другом случае.
7. Другой фрагмент на ту же тему из того же мифа, состоящий из шестнадцати строк, содержит благословение Энки Мелуххи. Хотя отдельные слова и выражения этого отрывка пока неясны, очевидно, что поэт знал Мелухху (названную здесь также «черная страна») как процветающую многонаселенную страну, богатую деревом, травами, быками, птицей дар (об этих птицах Мелуххи известно также по хозяйственным документам, подтверждающим, что поэт не выдумал описание страны), птицейхайа и различными металлами.
31
С. КРАМЕР. ШУМЕРЫ
Все эти свидетельства в полной мере не решают проблемы местонахождения Мелуххи и ее опознания. Но где бы она ни находилась, тот факт, что шумерские поэты и литераторы были столь благосклонно расположены к ней, указывает на довольно тесные и близкие отношения между Мелуххой и Шумером, гораздо ближе и намного теснее, чем всегда было принято считать.
Страна Дильмун, о которой пойдет разговор, была, похоже, еще теснее связана с Шумером, нежели Маган
иМелухха. Большинство ученых отождествляют Дильмун
состровом Бахрейн в Персидском заливе; большая и высококомпетентная датская археологическая экспедиция вела там раскопки на протяжении последних десяти лет, будучи уверена в истинности этого тождества. Как покажет анализ соответственного литературного материала, однако, есть изрядная доля скептицизма в этом вопросе. В действительности может статься, что Дильмун вбирал в себя часть территории Пакистана и Индии, где к концу 3-го тысячелетия расцвела замечательная городская, высокая культура, так называемая хараппанская, или культура долины Инда.
Довольно четкое указание на основное направление, в котором следует искать Дильмун, дано в последних строках шумерского мифа о потопе, согласно которому Зиусудре, герою шумерского потопа, дарована вечная жизнь, и великие боги Ан и Энлиль переносят его в Дильмун, о котором говорится как о «месте, где восходит солнце». И эпитет «место, где восходит солнце» плохо согласуется с островом Бахрейн, расположенным строго к югу от Шумера, у арабского побережья, и было бы намного справедливее соотнести его с областью реки Инд или, может быть, Белуджистаном.
Внадписи Лугаланнемунду восемь земель, которые Лугаланнемунду называет подконтрольными себе, перечислены несколько раз в одном порядке, а именно: «страна кедра», Элам, Мархаши, Гутии (Кутии), Субир (Сиппар), Марту, Сутиум (Сузы) и Эанна. По вполне обоснованным предположениям, этот список географически ориентирован. «Страна кедра» относится если не к Ливану, лежаще-
312
НАСЛЕДИЕ ШУМЕРА
му к запалу, то к землям на востоке от Элама. Это основано на том факте, что бог солнца Уту описан в шумерской литературе как бог, который «восходит из страны ароматов и кедра». Вполне вероятно, что эта страна, действительно лежащая к востоку, тождественна «стране кедра» из надписи Лугаланнемунду. Более того, поскольку «страна кедра» является местом восхождения солнца, неудивительно было бы обнаружить, что «страна кедра» и Дильмун, «место, где восходит солнце», — это примерно одно и то же. И правда, кедр упоминается как дерево Дильмуна в загадочном и до сих пор не разгаданном отрывке ламентации Думузи:
Плечо мое — кедр, грудь моя — кипарис,
... мо(й ?) — священным кедр. Кедр, священный для Хашура, Тень Дильмуна.
Если идентификация «страны кедра, места, где восходит солнце», с Дильмуном верна, тогда страна, в которую Гильгамеш и Энкиду предприняли опасное путешествие в эпическом сказании «Гильгамеш и Страна Жизни», также должна оказаться Дильмуном, хотя в поэме она ни разу так не названа. Ибо эта страна тоже характеризована как страна кедров, и божество, ответственное за нее, не кто иной, как бог солнца Уту. Более того, ее эпитет «Страна Жизни», возможно, указывает на тождество с Дильмуном, поскольку, согласно поэме «Энки и Нинхурсаг: миф о шумерском рае», Дильмун представлен страной, где
Слабый зрением говорит: «Я не слаб зрением», Слабый головой говорит: «Я не слаб головой», Старуха там (в Дильмуне) говорит: «Я не старуха», Старик говорит: «Я не старик».
Эти строки, похоже, косвенно намекают на то, что Дильмун — страна бессмертия и вечной жизни. Это, конечно, объясняет, почему Зиусудрабыл перенесен в Дильмун, когда боги наделили его бессмертием. В действительности может оказаться, что Гильгамеш путешествовал в «Страну Жизни» испросить бессмертия, несмотря на го
313
С. КРАМЕРШУМЕРЫ
что в первых строках поэмы «Гильгамеш и Страна Жизни» побудительной причиной названы поиски имени и славы.
Где бы Дильмун ни находился, из вышесказанного ясно, что шумеры воспринимали его благословенным раем, тесно связанным с Шумером, особенно в религиозном и духовном кон тексте. Согласно мифу «Энки и Нинхурсаг», он оказывается родиной Энки, где он произвел на свет немало божеств. Великая богиня Нинхурсаг тоже, по-видимому, чувствует себя дома в Дильмуне. Действительно, он оказывается местом встреч всех богов. Его верховным божеством была богиня с хорошим шумерским именем Нинсикиль, «чистая госпожа», и ее рожденный Энки супруг Эншаг, «справедливый владыка». Из варианта фрагмента поэмы «Энки и Нинхурсаг», найденного в Уре, текст которого приведен выше, мы выносим ощущение, что Дильмун был одной из самых богатых и могущественных стран Древнего мира.
Так, Дильмун перестает быть только литературным вымыслом, несуществующей страной, созданной богатым воображением шумерских бардов и поэтов. У него долгая история, если судить по вотивным надписям и хозяйственным документам, начиная со времени Ур-Нанше, в чьих записях «корабли Дильмуна доставляли ему древесину в качестве дани чужих земель». Суда Дильмуна бросали якорь в доках Агаде наряду с теми, что прибывали из Магана и Мелуххи во времена Саргона Великого. Согласно хозяйственным документам времен Третьей династии Ура и последовавшего затем периода Исин-Ларса, из Дильмуна ввозили золото, медь и медные изделия, ляпис-лазурь, столы, инкрустированные слоновой костью, «рыбьи глаза» (вероятно, жемчуг), слоновую кость и изделия из нее (гребни, нагрудные щиты, шкатулки, а также фигурки людей и животных и элементы отделки для мебели), бусы из полудрагоценных камней, финики и лук. «Дильмунский лук» упоминается в хозяйственных текстах уже в XXIV в. до н. э. На протяжении 2-го и 1-го тысячелетий до н. э. Дильмун упоминается в аккадских документах. Там говорится о дильмунских послах и караванах. Ассирийский царь Тукулти-Нинурта в своих письмах использует выра-