Материал: Oazisy_shelkovogo_puti_istoricheskie_istoki_integratsionnykh

Лушников О.В. Улус Джучи (Золотая Орда) и Русское государство...

50.Савицкий П.Н. Ритмы монгольского века // Арабески истории. М.: Ди-

Дик, 1996. Т. 3. С. 565–576.

51.Сказание о Михаиле Черниговском отца Андрея // Памятники литературы Древней Руси XIII в. М., 1981.

52.Соколов С.М. Свет с Севера. Евразийская оценка Чингисхана // Чингисхан и судьбы народов Евразии. Т. 1. Улан-Удэ: БГУ. 2002. С. 161–167.

53.Тихомиров М.Н. Крестьянские и городские восстания на Руси XI–XIII в.

М., 1955.

54.Трепавлов В.В. Россия и кочевая степь: проблемы восточных заимствований в российской государственности // Восток. 1994. №2. С. 42–52.

55.Трепавлов В.В. Тюркская знать в России (Ногаи на царской службе) //

Вестник Евразии. М., 1998. № 1–2 (4–5). С. 101–114.

56.Трепавлов В.В. Белый падишах // Родина. 2003. №12. С. 89–92.

57.Трубецкой Н.С. Наследие Чингисхана. М.: Аграф, 1999.

58.Тузмухамедов Р.А. Международно-правовые и международные аспекты возникновения и распада Золотой Орды // Московский журнал международного права. 1995. №1. С. 12–23.

59.Федоров-Давыдов Г.А. Смерть Бату и династическая смута в Золотой Орде в освещении восточных и русских источников (источниковедческие заметки) // Археология и этнография Марийского края. Вып. 21. Йошкар-Ола, 1992. С. 70–82.

60.Федоров-Давыдов Г.А. Золотоордынские города Поволжья. М., 1994.

61.Федоров-Давыдов Г.А. Торговля нижневолжских городов Золотой Орды

//Материалы и исследования по археологии Поволжья. Вып. 1. Йошкар-Ола. 1998. С. 38–59.

62.Черепнин Л.В. Монголо-татарское иго на Руси // Татаро-монголы в Азии и Европе. М., 1977. С. 186–209.

Сведения об авторе:

Олег Вадимович Лушников – кандидат исторических наук, профессор, руководитель Центра Евразийских исследований им. Г.В. Вернадского Пермского государственного гуманитарно-педагогического университета (Пермь, Российская Федерация). E-mail: oleglushnikov@ya.ru

176

Зиливинская Э.Д. Диалог Востока и Запада в монументальной архитектуре…

государства, в той или иной степени вступали во взаимодействие. Великое монгольское государство, основанное кочевниками, как губка впитывало и перерабатывало традиции и культурные достижения народов, попавших в орбиту монгольской экспансии. В результате возник синтез культурных традиций степняков-номадов и оседлого населения Востока и Запада [30]. Такая широта экономических и культурных контактов множества стран и народов позволяет говорить о первой в мировой истории глобализации в масштабах Евразии [31; 32].

Большое значение имел и тот факт, что на территорию Монгольской империи приходилась практически вся протяженность Великого Шелкового пути. Как известно, Великий Шелковый путь сыграл огромную роль в развитии связей между Востоком и Западом, так как по нему происходил не только обмен товарами, но и распространение новых технологий и идей. Существенным было его значение также в обмене культурными достижениями и развитии дипломатических связей. Именно поэтому сейчас, в эпоху всемирной глобализации стала невероятно популярна идея Великого Шелкового пути, как цивилизационного моста между Востоком и Западом.

Влияние традиций различных народов как Востока, так и Запада на Монгольскую империю и Золотую Орду, как ее часть, хорошо прослеживается в области архитектуры, которая является ярчайшим отражением культурных процессов, происходящих в обществе и государстве. Культовое и гражданское зодчество золотоордынских городов складывалось под влиянием государств с многовековой градостроительной культурой. Новые города создавались руками строителей и ремесленников из Хорезма, Закавказья, Крыма, Волжской Болгарии, русских княжеств. За два века существования улуса Джучи складывается своеобразный многокомпонентный и во многом эклектичный архитектурный стиль, объединивший различные строительные традиции и включивший в себя творческие новации золотоордынских мастеров [22; 24]. Анализ монументальных построек в городах Золотой Орды позволяет выделить те или иные традиции, начиная с Дальнего Востока и заканчивая странами Латинского Запада. Посмотрим это на конкретном материале.

Центральная Азия (Дальний Восток)

Золотоордынские дома обогревались системой отопления в виде канов, которые, по мнению В.Л. Егорова, были заимствованы монголами у джурдженей и киданей [17, c. 185–187]. Л.Р. Кызласов пишет, что наиболее ранние каны прослеживаются на Дальнем Востоке (в Приамурье, Приморье, в северной полосе Китая и в Корее) в раннем железном веке [33; 34, c. 86]. В гуннское время они известны в Забайкалье и Монголии [14, c. 256]. Каны, сложенные вдоль двух или трех стен помещений, най-

178

Зиливинская Э.Д. Диалог Востока и Запада в монументальной архитектуре…

дены при раскопках городища Дён-терек и Каракорума XIII в. [15, c. 67, 78, 174, 178; 54, s. 172–175].

Правда, в Южном Казахстане и Семиречье каны были известны еще в VII–VIII и X–XI вв. Появление канов в Средней Азии в домонгольское время исследователи связывают с тюркизацией местного населения центральноазиатскими элементами сначала уйгурского, а затем – огузо-кипчакского происхождения [39, c. 64–69; 18, c. 90]. С.М. Ахинжанов и Л.Б. Ерзакович высказали предположение, что в нижневолжские города Золотой Орды каны могли быть занесены кимако-кипчакским населением из Южного Казахстана и Приаралья [6, c. 69]. С этим мнением категорически не согласен Г.А. Федоров-Давыдов, считавший, как и В.Л. Егоров, что появление канов

вЗолотой Орде связано исключительно с монгольским влиянием [48, c. 75].

Взолотоордынских городах простейшим типом наземного жилища является квадратный (или близкий к квадрату) в плане однокомнатный дом. Стены его могут быть деревянными, деревянными на сырцовом цоколе или сырцовыми. В.Л. Егоров считает, что дома этого типа возникли в результате трансформации юрты в стационарное жилище [17, c. 180–188; 46, c. 211– 214]. Исследователь приводит реконструкцию такого дома (рис. 1). Для его возведения на выровненную землю или на цоколь укладывалась рама из бруса с выдолбленными в нем пазами. В пазы вертикально вставлялись доски, а по углам стен – толстые балки. Сверху вся конструкция закреплялась еще одной рамой аналогичной конструкции. Дощатые стены снаружи и изнутри обмазывались глиняным раствором. Крыши в таких домах, по мнению В.Л. Егорова, были четырехскатными с отверстием в зените.

Трансформация юрты в стационарное жилище – процесс, который хорошо известен и неоднократно описан в этнографических исследованиях. При переходе к оседлому образу жизни бывшие кочевники или полукочевники, основным жилищем которых являлась сборно-разборная юрта (монг. гэр), состоящая из деревянного каркаса и войлочного покрытия, начинают строить стационарные жилища из других материалов – дерева, глины, камня (рис. 2). Первоначально стационарные жилища сохраняли привычную круглую в плане форму, но применение твердых строительных материалов приводило к тому, что круг постепенно превращался в правильный многоугольник и затем – в квадрат. Такие явления наблюдались у монголов [29, c. 39; 35, c. 50–56], причем стационарные жилища строились из различных материалов в зависимости от зоны обитания. В северной лесостепной части Монголии преобладали деревянные постройки, в южной степной и центральной частях – саманные, в западных горных районах – каменные. В районах Китая, населенных монголами (Внутренняя Монголия) прослежено несколько этапов эволюции стационарных юртообразных жилищ. В домах простейшей конструкции решетчатые стенки юрты утепляли тростником и обмазывали с двух сторон полужидкой сме-

179

Зиливинская Э.Д. Диалог Востока и Запада в монументальной архитектуре…

сью глины с рубленной соломой или травой. В восточной половине таких жилищ делалась обогреваемая дымоходными каналами лежанка. Иногда к круглой мазанке пристраивали хозяйственную пристройку без окон прямоугольного плана. Также с XII–XIII вв. получает распространение четырехугольное жилище (5 х 6 м) с глинобитными стенами и невысокой ку- польно-пирамидальной крышей [46, c. 191–192].

Рис. 1. Трансформация юрты в стационарное жилище (по Д. Майдару)

Монгольское влияние можно проследить и в структуре богатых усадебных домов, часть из которых можно считать настоящими дворцами. Дворцовые здания в золотоордынских городах возводились из сырцового и обожженного кирпича, в отличие от монгольских дворцов, построенных по китайским образцам. В них выделяется репрезентантное ядро, состоящее из парадного зала и соединенных с ним помещений [20; 22]. Само наличие парадного зала не является результатом влияния стран Центральной Азии. Такую структуру имеют многие дворцовые здания, например, Ирана и Средней Азии, о чем будет сказано ниже. Тут важна организация пространства парадных залов в золотоордынских усадебных домах. Вход в них всегда находится с южной стороны, а на севере имеется подиум, иногда с балдахином, на котором, вероятно, находилось почетное место хозяина дома (рис. 3). По сторонам находились места для домочадцев и гостей, а в центре

180