Статья 833 |
В.В. Байбак, А.Г. Карапетов |
|
|
прямую, а в результате зачета. Насколько это нормально? Этот вопрос в контексте общих правил о цессии пока не решен. Как бы то ни было, правила о факторинге этот вопрос решают, блокируя возможность зачета в описанной ситуации.
Данный подход направлен на повышение ликвидности денежных требований и их оборотоспособности, в том числе посредством факторинговых операций, и соответствует современным тенденциям международного регулирования (аналогичные правила см. п. 3 ст. 18 Конвенции ООН об уступке дебиторской задолженности, п. 3 ст. III.–5:108 Модельных правил европейского частного права). Соответственно, любые денежные требования, независимо от их наименования или характера (суммы договорной неустойки, убытков и т.п.), которые возникают у должника к клиенту в связи с нарушением последним договорного запрета (ограничения) на уступку, не могут быть использованы должником для зачета против финансового агента. Вместе с тем правила комментируемой статьи не ограничивают самой возможности сторон согласовать уплату таких сумм и не препятствуют их взысканию должником с клиента.
2.1. Квазизачетные конструкции. Положения п. 2 комментируемой статьи mutatis mutandis применяются и к иным правовым конструкциям, которые не являются зачетом в истинном смысле, но производят правовой эффект, идентичный зачету (квазизачетным конструкциям).
Так, не может быть противопоставлена фактору договоренность клиента и должника об уменьшении покупной цены в случае уступки требования о ее оплате. Не имеет силы против фактора соглашение клиента и должника об «автоматическом» зачете против требования к должнику согласованной сторонами на случай уступки неустойки.
В случае неисполнения клиентом своих обязательств по договору, заключенному с должником, последний не вправе требовать от финансо вого агента (фактора) возврат уплаченных ему сумм. Соответствующее требование может быть предъявлено должником клиенту.
Комментарий
Комментируемая статья защищает финансового агента от рисков, связанных с требованиями, возникшими из двусторонне обязывающих
809
Статья 833 |
В.В. Байбак, А.Г. Карапетов |
|
|
договоров. Очевидно, что подавляющее большинство денежных требований, передаваемых по договорам факторинга, как раз и возникают из таких двусторонне обязывающих договоров: поставка, аренда, подряд и т.п. Особенность таких договоров состоит в том, что на клиенте, уступающем денежное требование, лежит встречная обязанность перед должником.
В большинстве случаев данное обязательство уже исполнено к моменту уступки, и уступается полноценная дебиторская задолженность. Но могут быть ситуации, когда должник, получивший исполнение от клиента, узнает о наличии у него оснований для отказа от договора и возврата уплаченной цены или соразмерном уменьшении цены. Например, клиент (поставщик по договору поставки) уступает фактору денежное требование на оплату поставленной должнику партии товара. После этого выясняется, что переданный покупателю товар имел существенные скрытые недостатки, в силу которых покупатель мог отказаться от договора и вообще не оплачивать дефектный товар либо заявить о соразмерном уменьшении цены и платить меньше, чем цена договора поставки.
Если должник в такой ситуации еще не осуществил платеж фактору, следует руководствоваться общими правилами гл. 24 ГК РФ, в частности ст. 386 ГК РФ, о возражениях должника против исполнения уступленного требования. Соответственно, в данном случае должник может выдвинуть против требования фактора возражения, основанные на дефектности товара, и не платить в целом или в части (последнее
вслучае правомерной реализации права на соразмерное уменьшение цены). Это, в свою очередь, будет означать нарушение общих гарантий, за которое цедент (в нашем – случае клиент) будет отвечать перед цессионарием (в нашем случае – финансовым агентом) в силу ст. 390 ГК РФ. То же касается и ситуации, когда клиент вовсе не исполнил свои встречные обязательства перед должником или допустил иные нарушения, дающие должнику право на отказ от договора или уменьшение цены.
Но что, если должник уже совершил платеж фактору и лишь после этого узнал о наличии у него права на отказ от договора и возврат всей или части уплаченной цены (например, выявил скрытый дефект
вотгруженном товаре)? В таком случае должник, который уже совершил платеж фактору, может адресовать свои требования лишь своему контрагенту (в нашем случае – клиенту). Особенность этой ситуации заключается в том, что, если должник воспользуется своим правом на отказ от договора или соразмерное уменьшение цены, в силу правил ст. 453 ГК РФ возникает обязательство вернуть весь долг или часть
810
Статья 833 |
В.В. Байбак, А.Г. Карапетов |
|
|
уплаченной цены. К такому иску в силу ст. 453 ГК РФ применяются нормы гл. 60 ГК РФ о неосновательном обогащении. С целью защиты финансового агента от рисков, связанных с исполнением двусторонне обязывающих договоров, закон запрещает должнику требовать возврата этих уплаченных средств от фактора и предлагает ему адресовать свои требования клиенту. И это кажется вполне логичным.
Мотивы законодателя в комментируемой статье (защита интересов фактора) подкрепляются историческим толкованием. Следует обратить внимание на то, что комментируемая статья существенно изменилась с 1 июня 2018 г. А именно в соответствии с прежней редакцией должник все же мог потребовать от финансового агента возврата уплаченных денежных средств, при условии что должник был не вправе взыскать их с клиента. Таким образом, например, риск неплатежеспособности клиента в рассматриваемой ситуации возлагался на финансового агента, а не на должника. В настоящее время законодатель отдает предпочтение интересам финансового агента, и это кажется логичным.
Данное решение выглядит целесообразным для любой модели факторинга – безвозвратной, обеспечительной и инкассо.
Тот же подход закреплен и в ст. 1 Конвенции ООН об уступке дебиторской задолженности.
В то же время следует обратить внимание, что Оттавская конвенция 1988 г. в этом аспекте закрепляет два исключения из правила о невозможности для должника потребовать от фактора возврата уплаченной ему цены своего договора с клиентом. Согласно п. 2 ст. 10 Конвенции «дебитор, располагающий правом требовать у поставщика возврата суммы, уплаченной фактору в погашение дебиторской задолженности, имеет право требовать возврата фактором подобной суммы, при условии что: а) фактор не выполнил свое обязательство уплатить поставщику сумму в счет уступленных требований; или б) в момент уплаты фактором поставщику указанной суммы ему была известна информация о неисполнении, ненадлежащем или несвоевременном исполнении договора купли-продажи товара, в счет оплаты которого дебитор осуществил платеж». Как мы видим, российский закон не содержит таких исключений и в этом аспекте в большей степени защищает фактора. Есть ли основания выводить такие исключения через применение указанной нормы Оттавской конвенции 1988 г. по аналогии закона или из общих принципов разумности, справедливости и добросовестности, вопрос пока не вполне проясненный. Как представляется на первый взгляд, определенная логика в этих исключениях имеется.
Глава 44. БАНКОВСКИЙ ВКЛАД
1.По договору банковского вклада (депозита) одна сторона (банк), принявшая поступившую от другой стороны (вкладчика) или посту пившую для нее денежную сумму (вклад), обязуется возвратить сумму вклада и выплатить проценты на нее на условиях и в порядке, предус мотренных договором. Если иное не предусмотрено законом, по просьбе вкладчика-гражданина банк вместо выдачи вклада и процентов на него должен произвести перечисление денежных средств на указанный вклад чиком счет.
2.Договор банковского вклада, в котором вкладчиком является гра жданин, признается публичным договором (статья 426).
3.К отношениям банка и вкладчика по счету, на который внесен вклад, применяются правила о договоре банковского счета (глава 45), если иное не предусмотрено правилами настоящей главы или не вытекает из суще ства договора банковского вклада.
Если иное не предусмотрено законом, юридические лица не вправе перечислять находящиеся во вкладах (депозитах) денежные средства другим лицам.
4.Правила настоящей главы, относящиеся к банкам, применяются также к другим кредитным организациям, принимающим в соответствии
сзаконом вклады (депозиты) от юридических лиц.
Комментарий
1. Природа банковского вклада. Банковский вклад представляет собой самый типичный способ привлечения банками и иными кредитными организациями заемного финансирования. В этом плане банковский вклад зеркален кредиту. Если в кредитном договоре заемщиком является клиент банка, то в договоре банковского вклада заемщиком является сам банк, а вкладчик – займодавцем. Так как задолженность банка перед вкладчиком отражается на счете, к договору банковского вклада применимы нормы о договоре банковского счета (см. комментарий к п. 3 настоящей статьи).
Законодатель вводит тождественный по значению «вкладу» термин «депозит». Технического значения этот термин не имеет, поскольку в дальнейшем в главе о вкладах этот термин нигде, кроме этой статьи,
812
Статья 834 |
С.В. Сарбаш |
|
|
не используется, если не считать деление сертификатов на сберегательные и депозитные.
спроцентами. Соответственно, для того чтобы договор мог считаться договором вклада, необходимо, чтобы были соблюдены следующие квалифицирующие признаки договора вклада:
а) одно лицо передает другому в собственность1 деньги; б) деньги предоставляются на возвратной основе: договор бан-
ковского вклада всегда влечет обязанность банка по возврату вклада. Если по договору с банком такой обязанности не возникает, данный договор банковским вкладом не является;
в) получателем финансирования является банк (согласно п. 4 комментируемой статьи им может быть и иная кредитная организация, которой в силу закона предоставлена возможность привлечения вкладов); г) учет задолженности банка осуществляется посредством специаль
ного банковского счета; д) предоставление финансирования осуществляется под процент.
По сути, с содержательной точки зрения единственным квалифицирующим признаком, который отличает вклад от обычного процентного займа, предоставляемого банку, является учет задолженности банка посредством специального банковского счета (о возможности привлечения банками финансирования в рамках обычной заемной модели см. комментарий к п. 3 ст. 835 ГК РФ). По субъектному составу договор банковского вклада отличается от процентного займа тем, что заимствование привлекает банк или иная кредитная организация, имеющие лицензию на привлечение вкладов. Кроме того, если заем может быть и беспроцентным, по вкладу всегда начисляется процент. Несмотря на очевидное сходство займа и вклада, в правовом регулировании договора займа и банковского вклада имеется достаточное число отличий (например, отсутствие исковой давности для требования о возврате вклада).
1.2.Существенные условия. Если договор квалифицирован как договор вклада, для того чтобы он признавался заключенным, необходимо, чтобы в нем были согласованы соответствующие существенные усло-
1 Передача в собственность понимается здесь в широком смысле, так как во вклад можно зачислить и безналичные средства, которые вещами не являются и объектом права собственности формально быть не могут. Та же проблема возникает в отношении критерия передачи в собственность в рамках определения договора займа (см. комментарий к п. 1 ст. 807 ГК РФ).
813