правительственного кабинета. В секретном отчете, отправленном в начале 1956 г. из английского посольства в Тегеране в Лондон, говорилось, что «имеется большое подозрение, что за последние месяцы нахождения у власти его (т. е. Захеди - С.А.) главной целью было набить свои карманы и карманы своих друзей» [10].
Преувеличивая свою роль в осуществлении правительственного переворота в августе 1953 г., в результате которого была восстановлена власть шаха, генерал и его сын Ардешир Захеди в обществе своих близких друзей называли себя «таджбахш» (в переводе с перс, «даровавший корону»). Во время одной из личных встреч с британским послом Ф. Захеди мимоходом указал на «неискренность и интриганство» шаха, но тут же, видимо опомнившись, добавил, что «шах имеет для Ирана существенное значение и нельзя сменить шаха всякий раз, когда это кому-то хочется». [11] Судя по имеющимся данным, Ф. Захеди добровольно не пожелал уйти в отставку. Шаху пришлось оказать на него сильное давление. Отстранение генерала стало для шаха неизбежным после получения данных из внутренних и иностранных источников. Но скрытные происки Захеди с целью сохранить свой пост изменить что-либо не могли. Окончательное решение о его отстранении шахом уже было принято. Захеди ничего не оставалось, как подать в отставку.
На посту премьер-министра его сменил Хосейн Ала (17.VII.1956), бывший министр двора, один из близких шаху придворных деятелей старшего поколения. Он был выходцем из аристократического рода Каджаров. Еще в 1919 г. он был направлен в США в качестве посланника, где ему удалось заручиться определенной поддержкой американской администрации в вопросе, касавшемся участия Ирана в работе Парижской мирной конференции. По поручению премьера Кавам ос-Салтане он подписал в США соглашение о деятельности американской финансовой миссии в Иране. Миссию возглавил известный эксперт по налоговофинансовым вопросам д-р А. Мильспо. Впоследствии он входил
всостав иранских правительств, возглавлял дипломатические представительства в Париже, Вашингтоне и т. д.
Возглавив правительство, X. Ала успешно выполнил возложенную на него шахом миссию - организовал вступление Ирана
вБагдадский пакт. При этом за свои энергичные действия в этой области он чуть не поплатился жизнью. Перед самым отъездом в
Багдад, где должна была состояться церемония оформления официального вхождения Ирана в пакт, он был слегка ранен членом организации «Исламские федаины» [12].
Возглавляемое X. Ала правительство предприняло новые шаги в области развития ирано-американских политических отношений. Оно одобрило «доктрину Эйзенхауэра». Визит в декабре 1956 г. американского президента явился новым выражением возраставшей поддержки шаха правительством США. Оказываемая в конце 50-х гг. по различным линиям помощь шахским властям со стороны Вашингтона имела огромное значение для известной стабилизации внутриполитического положения в Иране. Однако время от времени вновь давала о себе знать политическая напряженность. Американские друзья постоянно напоминали шаху о необходимости общественно-политических реформ.
С присоединением Ирана к Багдадскому пакту четко определился внешнеполитический курс режима. Несколько позже руководители окрестили линию иранской политики «позитивным национализмом». Сам глава государства противопоставлял новый курс «негативному равновесию» Мосаддыка (т. е. отрицательному отношению к противостоянию великих держав и к вызывавшим напряженность международным конфликтам). Доктор Мосаддык полагал, что Иран может плодотворно развиваться лишь в обстановке политической разрядки, поэтому должен соблюдать нейтралитет в условиях возраставшей напряженности между капиталистическим Западом и социалистическим Востоком, своей политикой способствуя сохранению мира. Шах отвергал идею «негативного равновесия» как несостоятельную с точки зрения интересов Ирана. Он утверждал, что сторонники Мосаддыка, настойчиво выступая против Великобритании, будто в то же время открыли двери «для проникновения в Иран коммунизма».
Характеризуя идею Мосаддыка о нейтралитете как «пассивный национализм», как политику самоизоляции, шах утверждал, что «позитивный национализм... подразумевает политику максимальной политической и экономической независимости, совместимую с интересами определенного (иностранного) государства. В то же время позитивный национализм не предполагает политику неприсоединения или выжидания» [13].
Шах также отмечал, что его страна готова «принять дружбу любого государства». При этом он подчеркивал огромное значе-
ние американской поддержки для сохранения существовавшего в Иране политического строя, особенно в августе 1953 г. (речь идет об антимосаддыковском перевороте. - С.А.).
6.2. Хрущевская инициатива
Преобладание в иранской внешней политике явно проамериканской ориентации, однако, не помешало шаху позитивно относиться к предложениям советского руководства, направленным на улучшение взаимоотношений между двумя государствами. Эти предложения были сформулированы по инициативе и при участии Н. С. Хрущева, нового советского руководителя. В декабре 1954 г. было заключено соглашение по пограничным и финансовым вопросам. В частности, были удовлетворены справедливые финансовые претензии Ирана, связанные с периодом Второй мировой войны [14]. Были разрешены и некоторые другие спорные вопросы.
В апреле 1957 г. в Тегеране были подписаны протоколы о декларации редемаркации советско-иранской границы, а также соглашение о транзите через территорию СССР. В августе того же года было заключено соглашение о совместном использовании ирригационных и энергетических ресурсов пограничных участков рек Араке и Атрек, а в январе 1958 г. - соглашение о железнодорожном сообщении между Москвой и Тегераном. Однако выполнение некоторых соглашений, заключенных с Советским Союзом, иранской стороной затягивалось, что отчасти было связано с дальнейшим сближением Тегерана с Вашингтоном.
Американцы продолжали оказывать Ирану финансовую помощь. Иранская армия получала из Америки также вооружение и военную технику. Но объем поставок не удовлетворял иранских руководителей. Шах усердно добивался вступления США в Багдадский пакт. Однако вначале Дуайт Эйзенхауэр отрицательно относился к предложениям шаха. Это было связано с тем, что заключение американских экспертов относительно шахского режима носило негативный характер. В аналитических записках и статьях они обращали внимание на рост авторитарности шахского правления и расширение масштабов коррупции среди руководителей властных структур, особенно среди членов правительственного кабинета. Подчеркивалось: иранские лидеры не сумели эффективно воспользоваться нефтяными поступлениями и собственно американской помощью. Американцы полагали, что
шахская армия в критической ситуации будет не в состоянии выполнить роль союзника США и НАТО [15].
В то же время происходившие на Арабском Востоке значительные политические перемены 50-х годов вызвали усиление советского влияния в регионе. Американская реакция на эту ситуацию нашла свое воплощение в провозглашенной 5 марта 1957 г. так называемой «доктрине Эйзенхауэра». Президент писал о необходимости оказания помощи государствам Среднего Востока в «укреплении их национальной независимости от угрозы коммунизма». Америка решила расширять свое официальное сотрудничество с восточными участницами Багдадского пакта.
Попытка реализации военно-политических задач Багдадского пакта на деле обернулась его развалом. В июле 1958 г., в связи с антизападными выступлениями в Ливане, король Иордании Хусейн попросил у иракских властей военной поддержки. Однако офицеры девятой иракской бригады, получившие приказ о направлении в Иорданию, подняли мятеж и двинулись в Багдад. В столице они объявили о свержении короля Фейсала II и торжественно провозгласили образование Иракской Республики. Это событие получило название «Революция 14 июля 1958 года». Король Ирака Фейсал П, его регент Абдулла, премьер-министр Нури Саид и ряд других представителей правящей династии были казнены [16].
Вруководство республики вошли офицеры - приверженцы идей арабского национализма. Иракская Республика вышла из Багдадского пакта. Военный союз сохранился. Он получил новое название - «Сентрал Трити Организейшн» - СЕНТО.
Новое иракское руководство ликвидировало иностранные военные базы и разорвало неравноправные соглашения с Великобританией. Изменилась нефтяная политика республиканского правительства.
Врегионе сложилась новая геополитическая ситуация. Между Ираном и Иракской Республикой с самого начала
возникли серьезные разногласия по пограничным и другим вопросам. На осложнение этих разногласий значительное воздействие оказывали проблемы Персидского залива, связанные с усилением борьбы западных компаний за богатые нефтяные месторождения в континентальном шельфе. Немаловажное значение имело и предстоявшее вынужденное предоставление Великобританией государственной независимости ряду стран арабской части залива.
Происходившие на Среднем Востоке перемены спровоцировали советских лидеров на ответные действия. Рассматривая заключенные с Ираном в конце 50-х годов соглашения как солидную политико-экономическую базу, председатель советского правительства Н. Хрущев решился на прорыв в отношениях с Тегераном. Еще во время визита иранского монарха в СССР летом 1956 г. советское руководство прозондировало возможность заключения с шахом нового всеобъемлющего договора. По сути, он должен был служить целям переустройства советско-иранских отношений. При этом наиболее важным мотивом для СССР было желание предотвратить военное присутствие американцев в Иране.
Уже в начале переговоров выяснилось, что участие Ирана в СЕНТО является главной преградой для заключения с Тегераном документа под рабочим названием Договор о дружбе и ненападении. В случае выхода Ирана из пакта советское правительство было готово денонсировать статьи 5 и 6 советско-иранского договора 1921 г. [17]. Во время переговоров выражалась надежда на рассмотрение и ряда других вопросов: о судоходстве на Каспии, о советско-иранском договоре 1927 г. и др.
Переговоры по советско-иранскому соглашению происходили в Тегеране. Они начались 30 января 1959 г. К этому времени обе стороны уже представили свои проекты. Ожидалось, что в Тегеране будет утвержден текст договора, поскольку у сторон не было серьезных возражений по проектам. Однако в ходе переговоров возникли острые разногласия, которые не удалось разрешить [18].
Дело в том, что «мирный демарш» Н. Хрущева в отношении шахского Ирана был актом запоздалым.
Со времени официального визита шаха в СССР в 1956 г. международное положение Ирана существенно изменилось. Прежде всего, оно было вызвано политикой Иракской Республики. Новое руководство Ирака, пришедшее на смену прозападной монархии, полностью переориентировало внешнюю и военную политику. Иракский лидер генерал Абдулкарим Касим значительно увеличил численность вооруженных сил. Особое значение для Багдада приобрели отношения с Советским Союзом, который стал главным источником поставок вооружения и военной техники.
Политическое влияние Москвы особенно возросло после возвращения из СССР на родину Моллы Мостафы Барзани и подъема курдского национального движения. Этому также способ-