шаткое соглашение. Когда 31 августа Раджаи объявил состав правительства, Банисадр отказался санкционировать назначение некоторых членов кабинета. 10 сентября меджлис утвердил 14 министров, против назначения которых президент не возражал. По регламенту в правительство должен был войти 21 человек.
С момента начала деятельности правительства Раджаи, начался новый этап борьбы за власть. Руководимая Бехешти группировка стала вести линию на достижение полного политического преобладания в высших эшелонах власти.
В сложившейся ситуации Банисадр занялся поисками политических союзников, без которых он был не в состоянии вести эффективную борьбу против группировки Бехешти. Однако расширявшиеся связи с буржуазно-либеральными кругами не могли содействовать укреплению социально-политической опоры президента. Это объяснялось следующими обстоятельствами. В тот период антиамериканские, антизападные настроения в широких массах были очень сильны. Поэтому критические высказывания президента в адрес студентов, продолжавших удерживать американских дипломатов в качестве заложников, его попытка найти политические пути ослабления ирано-американского противостояния, стремление добиться смягчения враждебного курса в отношении представителей крупного иранского капитала и другие шаги, свидетельствовавшие о его умеренности в области внутренних и внешних проблем, воспринимались фундаменталистами как признак отхода от революционного курса. Антисоветские высказывания Банисадра лишь подчеркивали его умеренные, но устойчивые прозападные настроения.
Оценивая политическую линию Банисадра и его сторонников как заговор прозападного толка, руководители просоветски настроенных левых не учли, что уход с политической авансцены Банисадра и других буржуазно-либеральных деятелей неминуемо приведет к упрочению позиций консервативных хомейнистов, возглавляемых Бехешти.
Для пропаганды своих идей и ведения активной полемики со своими политическими противниками президент издавал собственную газету «Исламская революция». Но ему не удалось создать какую-либо организацию из числа своих единомышленников. Одновременно с обострением борьбы за власть между Банисадром и возглавляемой аятоллой Бехешти группой исламистов
начались враждебные действия иракских вооруженных сил против Ирана. В начале сентября 1980 г. вооруженные стычки между двумя странами значительно участились. 17 сентября 1980 г. президент Ирака Саддам Хусейн заявил парламенту об аннулировании договора 1975 г. с Ираном. 22 сентября иракские самолеты нанесли бомбовые удары по 10 военно-воздушным базам Ирана. Для Банисадра, исполнявшего обязанности верховного главнокомандующего, это событие не было неожиданным. По некоторым данным у него были сведения о военных приготовлениях Ирака. Он воспринимал войну с Ираком как шанс для упрочения своих политических позиций. Помимо всего, пост главнокомандующего предоставлял ему возможность укрепить свои контакты с Хомейни.
Президент много времени проводил на фронтах, стремясь найти общий язык с офицерами из бывшей шахской армии, и это ему удавалось. В ноябре 1980 г. Банисадр открыто выступил против политического курса Партии исламской революции. Взаимоотношения между последователями Хомейни из числа религи- озно-политических деятелей (Бехешти, Хашеми-Рафсанджани и др.) и президентом приобретали все более откровенный характер.
4 декабря Хосейн Хомейни, внук духовного руководителя ИРИ, в своем газетном интервью обвинил сторонников Банисадра в подготовке заговора против Хомейни. В течение последующих двух дней, вопреки призывам Хомейни, X. Монтазери и других религиозных авторитетов, в десятках городах страны произошли серьезные стычки между враждующими сторонами. Было убито несколько человек. Несмотря на серьезные угрозы Хомейни, вражда не прекращалась.
Во время митинга в Исфахане 12 декабря 1980 г. сторонники президента в знак протеста разорвали портреты аятоллы Хомейни. Последний продолжал свои призывы к сохранению единства. 15 января 1981 г. прозвучало его обращение к своим сторонникам и ко всем иранцам не выступать с лозунгами ни против президента, ни против правительства. В январе под руководством Банисадра было осуществлено первое крупное контрнаступление иранской армии с участием Корпуса стражей. Оно завершилось освобождением Сусангерда.
Что касается самого Хомейни, то он первоначально временами поддерживал Банисадра. Однако, по мере развития противоборства между двумя соперничавшими группировками, он все
больше отдавал предпочтение Бехешти и его сторонникам. Их устойчивый курс, направленный на вытеснение с политической арены всех «неисламских» группировок, импонировал Хомейни.
Религиозно-политические деятели, захватившие после крушения шахского режима важные позиции в новой политической структуре страны (а в некоторых сферах, таких как судопроизводство, господствующее положение), сосредоточили свое внимание на борьбе с теми, кто пытался внедрить в иранскую политическую систему элементы буржуазной демократии. Активное участие этих сил в общественно-политической жизни могло воспрепятствовать монополизации верховной власти шиитскими деятелями и их сторонниками из числа мелкобуржуазных политиков. Поэтому политика Банисадра и его единомышленников, направленная на ликвидацию или ограничение деятельности революционных трибуналов, других учреждений подобного типа, находившихся фактически под полным контролем шиитских богословов, была продолжением линии, которая до начала ноября 1979 г. проводилась правительством Базаргана. В условиях, когда в иранском обществе широкую популярность приобрели не только идеология патриотизма и ирано-мусульманского национализма, но и ксенофобия, вражда ко всему западному, группе Бехешти не составляло особого труда дискредитировать прибывшего из Парижа интеллектуала Банисадра и его окружение, обвинив их в западничестве. В недрах парламента, который был переименован в «Меджлис исламского совета», шла консолидация сторонников М. Бехешти. Депутаты активно использовали обострившийся, в связи с захватом посольства США, кризис в ирано-американских отношениях для усиления нападок против президента и его соратников.
Тем временем Банисадр все отчетливее становился лидером прозападно настроенных либералов. Являясь по своему мировоззрению мелкобуржуазным демократом, Банисадр предпринял шаги для установления союза с прокапиталистическими деятелями. Он встал в оппозицию к группировке хомейнистов и сблизился с деятелями либерального толка - М. Базарганом, С. Готбзаде и др. Он выступал за установление контактов с США, призывал «признать собственные ошибки» и освободить американских заложников. Как и Базарган, он пытался внушить Хомейни мысль о том, что «коммунистическая опасность» для ИРИ более значительна, чем западная.
Вместе с тем в последние месяцы своего пребывания на посту президента и главнокомандующего вооруженными силами Банисадр стал блокироваться с левыми группировками, прежде всего - с руководителями молодежной левоисламской организации «Моджахедин-е халк».
Желая завоевать симпатию среди либерально-буржуазных и видных представителей интеллигенции, Банисадр утверждал, что страна вступила в фазу «зарождения тирании».
Банисадра открыто или тайно поддерживали представители крупной торговой буржуазии (Тегеранского базара), группа армейских офицеров, часть либеральной интеллигенции, члены и сторонники ряда продемократических и левоэкстремистских националистических организаций. Это давало ему возможность некоторое время противостоять натиску группировки Бехешти. Однако логика словесного диалога вынуждала его раскрывать свои пробуржуазные взгляды. Все более прозрачными становились его соглашательские настроения в отношении США. В результате в конце 1980 - начале 1981 гг. его политические позиции сильно пошатнулись.
К концу января 1981 г. иранская делегация под руководством Бехзада Набави в Алжире достигла соглашения с США относительно освобождения 52 американских заложников. Вашингтон разморозил иранские активы на сумму 12 млрд. долл. Из них огромная часть ушла на выплату по искам 330 американских компаний и частных лиц (4 млрд. долл.). Иран также согласился на возвращение своих долгов различным иностранным банкам на сумму 3,7 млрд. долл. Чистая сумма, которую получило иранское правительство, составила 2,3 млрд. долл. И это заметно укрепило положение группы М. Бехешти - М. Раджаи. После 444 дней плена все 52 американских дипломата и служащие посольства 20 января 1981 г. были освобождены и на борту «Боинга 727» вылетели из Мехабада в Вейсбаден, на американскую военную базу в ФРГ.
Правительство и меджлис это событие оценили как серьезную победу «над большим сатаной». Однако соглашение с США вызвало резкую критику со стороны президента и его сторонников. Хомейни продолжал призывать враждующие стороны к сглаживанию разногласий. Он отдал специальное указание радио и телевидению не поддерживать ни ту, ни другую сторону. Он пытался сохранить нейтралитет.
Ко второй годовщине победы антишахской революции напряженность на внутриполитической арене продолжала нарастать. 11 февраля Хомейни обратился к народу, вновь убеждая представителей духовенства отказаться от вмешательства «во все государственные дела, в которых они некомпетентны». Он говорил, что такое вмешательство может лишить их доверия народа.
Однако в столице не прекращались уличные столкновения. Новым этапом в обострении конфликта между светскими и
клерикальными политиками стали события 5 марта 1981 г. в Тегеране. В этот день продемократические круги решили отметить годовщину со дня рождения Мосаддыка в кампусе Тегеранского университета. Банисадра пригласили выступить с речью, посвященной памяти Мосаддыка. Узнав об этом, Хомейни посоветовал президенту отказаться от этого намерения. Однако Банисадр принял приглашение. Речь его была полна резких выпадов против правительства Раджаи и руководства ПИР. Он обвинил их в попытке «подрыва демократии» и в стремлении к «монополизации власти». Банисадр назвал активистов партии Бехешти «бандитами, действующими посредством силы и предательства». Участники митинга выкрикивали лозунги: «Смерть погромщикам!», «Смерть Бехешти!» и т. д.
По подсчетам прессы, этот митинг собрал около ста тысяч человек. Туда пришли не только сторонники президента и либералов, но и немалое число их противников - членов отрядов «хезболла» (т. е. «партии аллаха»). Этими отрядами руководил аятолла Хади Гаффари. Их набирали из городских низов и обычно они выполняли роль ударной силы в уличных стычках. Во время митинга люди из этих отрядов разрезали кабели громкоговорителей и стали выкрикивать враждебные лозунги в адрес Банисадра. Охрана президента произвела среди них аресты. Когда проверили документы ряда задержанных, оказалось, что их удостоверения личности оформлены при содействии ПИР, КСИР и связанных с ними революционных комитетов.
Уличные столкновения 5 марта привели Хомейни в состояние настоящего шока. Представитель канцелярии сообщил, что следующие десять дней имам никого принимать не будет. Кризис достиг высокой отметки [39].
Соперничество Банисадра с Бехешти развивалось в стиле интриг французского королевского двора в описании романов