Курсовая работа (т): Анализ легального и нелегального секторов экономики России

. Дезорганизующая функция заключается в отсутствии организованности в производственных процессах в официальной экономике и препятствии созданию нормально работающих, "здоровых" экономических организаций. Действительно, теневая деятельность снижает управляемость работников, ослабляет их трудовую мотивацию, нередко приводя к их деквалификации, и в итоге может вызвать дезинтеграцию коллектива и производства.

. Дестабилизирующая функция. Происходит снижение конкурентоспособности экономики в связи с изъятием из легального производства значительной доли средств и снижением объема инвестиций и оборотных средств. В совокупности с уменьшением фонда рабочего времени это ведет к резкому снижению объема ВВП по сравнению с его потенциальной величиной.

. Блокирующая функция теневой экономики связана с проблемами коррумпированности государственного аппарата, низкой роли права и судебной системы, ее подчиненности административному аппарату и "теневому" капиталу. Образование в экономической среде кланов - устойчивых властно-хозяйственных структур, имеющих покровителей в органах государственной власти, распоряжающихся крупными суммами накопленного различными путями капитала и ведущих широкомасштабную коммерческую деятельность, - вызывает блокирование конкуренции на финансовых рынках, на рынках основных товарных групп и даже во внешней торговле.

. Криминализация общества. Теневая экономика способствует усилению криминогенной обстановки в обществе, порождающей многочисленные конфликты, разрешаемые в том числе и с применением насилия (рэкет, вымогательство и т.д.).

. Расширение неконтролируемой торговли низкокачественными товарами.

. Асоциальная функция, предполагающая размытость принципов социального поведения, когда не работает механизм поощрения за следование социальной норме и наказания за ее нарушение. Подрыв хозяйственной этики, который может привести к установлению хаоса и нестабильности в обществе, если люди начинают терять всякое представление об общепринятых "правилах игры" и живут по принципу «все дозволено». В качестве подтверждения можно привести неформальную институционализацию. Например, большая часть хозяйственных руководителей, заключая фиктивные контракты, переводят безналичные деньги в наличные. Эта операция, по сути, незаконна и должна быть наказуема. Однако к обналичиванию денег в текущей деятельности часто прибегают и органы государственной власти, и правоохранительные структуры. Таким образом, эта незаконная операция фактически получила социальное одобрение.

Тень способна значительно деформировать структуру экономики. Она вызывает рост инвестиционных рисков, снижение инвестиционной активности, уменьшение спроса на инвестиционные ресурсы. Это в свою очередь подрывает устои государства, отвлекает огромные ресурсы капиталов из производственной сферы в другие, не позволяет создать условия для стабилизации экономики и дальнейшего подъема производственного потенциала государства.

. Социальная незащищенность. Теневая экономика стала одной из причин сокращения доходов бюджета и соответственно финансирования государственных программ и институтов, а значит, невыполнения государством социальных программ, обязательств перед населением. Это происходит в тот период, когда уровень социальной дифференциации населения достиг критической величины и значительная его часть живет ниже уровня бедности. Таким образом, высокая социальная цена реформ усугубляется неэффективной социальной политикой.

. Влияние на кредитно-денежную сферу проявляется в деформации структуры платежного оборота, стимулировании инфляции, деформации кредитных отношений и увеличении инвестиционных рисков, нанесении ущерба кредитным институтам, инвесторам, вкладчикам, акционерам, обществу в целом.

. Исключение долгосрочного инвестиционного развития тесным образом связано с диспропорциями в структуре экономики. Доступность к сокрытию средств в сфере торговли и услуг приводит к желанию (в том числе крупного капитала) вкладывать в эти сферы, что в результате приводит к их искусственному гиперразвитию (при минимальной отдаче, например, бюджетам) и в определенной мере тормозит развитие производственного сектора.

. Разрушение системы централизованного управления экономикой. Приписки создают у правительства ложное ощущение благополучия, хотя необходимо проведение экстренных реформ; "теневая" занятость приводит к увеличению бюджетного дефицита и т.д.

Соотношение позитивных и негативных эффектов теневой экономики зависит от ее масштабов (рисунок 1).

Рисунок 1 - Зависимость эффектов теневой экономики от ее масштабов

Позитивный эффект возрастает по параболе, т.е. темп его роста замедляется с увеличением относительной величины теневой экономики. Зато негативный эффект имеет ярко выраженную тенденцию к ускоренному росту по мере увеличения теневой экономики. В таком случае результирующий эффект сначала будет иметь положительный знак и расти (участок ОА), потом этот рост остановится (в точке А), начнется процесс спада (участок АВ), а затем результирующий эффект приобретет отрицательное значение, величина которого будет стремительно расти (после точки В).

Данная графическая модель показывает важность контроля над масштабами теневой экономической деятельности. Общественное благосостояние максимизируется, если величина теневой экономики равна ОА, так как при этом результирующий эффект имеет максимально позитивное значение. В крайнем случае можно допустить разрастание теневой экономики до величины ОВ, когда позитивный и негативный эффекты взаимно гасятся. Если величина теневой экономики превышает ОВ, то общество несет чистые потери.

Отсутствие должного контроля над теневой активностью со стороны государства привело не только к ее расширению, но и к тому, что в процессе эволюции теневой сектор перерос в целостную систему, самостоятельную экономику. Мир теневого бизнеса во многом копирует мир бизнеса легального, заимствуя эффективные формы организации: там существует своя система неформального права, устойчивые организации, которые координируют контакты теневиков друг с другом и с законными государственными институтами.

2. Соотношение легального и нелегального секторов экономики

Криминальная экономическая деятельность является не только следствием деформаций экономической структуры, но и ее фактором. Это касается практически всех ее видов. Начиная от сокрытия разрешенной законом экономической деятельности, и заканчивая наиболее опасными формами организованной преступности. Рассмотрим некоторые аспекты этого влияния.

Во-первых, криминальная экономическая деятельность, как правило, способствует возрастанию инвестиционных  <#"822967.files/image002.gif">

Рисунок 2 - Порочный круг нелегальности

Рисунок 3 - Последствия порочного круга нелегальности

В России гораздо сложнее выделить чисто легальный и число нелегальный сектора экономики, они сильно переплетены. Однако это не избавляет нас от необходимости исследовать эти процессы в чистом виде, так как увеличение нелегальной деятельности сужает сферу легальной и наоборот.

Поэтому раскол общества на легальный и нелегальный бизнес "оказывает негативное воздействие на экономику в целом, выражающееся в снижении производительности, сокращении инвестиций, неэффективности налоговой системы, удорожании коммунальных услуг, замедлении технического прогресса и многочисленных трудностях в формулировании макроэкономической политики, и отнюдь не освобождает общество от необходимости совершенствования институциональной структуры.

Почему же в России господствуют «плохие» законы? Дело в том, что правительство занято, главным образом, перераспределением имеющихся доходов, а не созданием нового богатства. Поэтому лучшие умы страны и энергия предпринимателей расходуются не на достижение реального прогресса, а на ведение перераспределительных войн. В результате оказывается, что нет равенства людей перед законом, потому что для одних законы сулят привилегии, а другим они не доступны. Между тем «развитие возможно лишь в том случае если действенные правовые институты досягаемы для каждого гражданина».

Большинство законов государства принимаются органами исполнительной власти с нарушением и в обход элементарных демократических процедур и публикуются в такой печати, которую никто никогда не читает. "Процедуры эти зависят от каждого министра" и при смене начальства изменяются вновь и вновь. Наши законы нестабильны и непредсказуемы, ибо зависят от того, кто выиграл перераспределительную войну. В стране, где закон можно купить, где можно быть щедрым за чужой счет, пышным цветом расцветает коррупция. Чем обширнее система регулирования и контроля, тем на более низкие ступени перемещается принятие решений и реальная возможность активно воздействовать на механизмы перераспределения. Поэтому власть становится исключительным достоянием самых мелких бюрократов, не брезгующих ничем. "В силу правовой и политической традиции, наши правители, даже демократически избранные, получают абсолютную власть над экономической и социальной деятельностью и невозможно вообразить какие-то права собственности или контракты, которые государство не может произвольно нарушить.

Практически во всех случаях отсутствует механизм эффективной защиты прав большинства граждан от государства.

Характерно, что это типично и для правых и для левых политических партий. И те, и другие способствуют экспансии государственной деятельности и непосредственно вмешиваются в экономику. И левые, и правые делают это при помощи плохих законов. И те, и другие видят причину неудач не в отсутствии институциональных условий развития экономики и производства реального богатства, а в недееспособности принятых ими (плохих!) законов. И левые, и правые фактически способствуют не развитию рыночной экономики, а её дискредитации в глазах большинства населения.

Нетрудно заметить, что российские экономические проблемы, в сущности, не так уж далеки от тех, которые приходится решать в латиноамериканских странах. Рост нелегального сектора воспринимается многими односторонне - лишь как деградация национальной экономики. Однако, как показывает опыт развития, наша страна страдает не столько от чрезмерного, сколько от недостаточного развития рыночных отношений. В таком случае в развитии теневого бизнеса следует видеть признаки не только болезни, но и начала выздоровления. Что же нужно сделать? С точки зрения Э. де Сото, необходимо приблизить правовую систему к действительности. Для этого необходимо решить институциональные проблемы, как в настоящем, так и в будущем.

Для настоящего наиболее актуальным является ликвидация препятствий, мешающих интеграции легального и теневого секторов, создание единой правовой и экономической системы, исключающей дискриминацию. Это предполагает три меры:

упрощение, т.е. оптимизация функционирования правовых институтов путем устранения дублирующих и ненужных законов;

децентрализация, т.е. передача законодательной и административной ответственности от центрального к региональным правительствам, с тем чтобы приблизить власти к реальной жизни и насущным проблемам;

дерегулирование, т.е. рост ответственности и возможностей для частных лиц и сужение их для государства.

Для будущего необходимо изменить сами процедуры принятия новых законов, с тем, чтобы не повторять ошибки прошлого. Это предполагает:

публикацию законопроектов для их свободного обсуждения;

анализ законопроектов в терминах "издержки выгоды", с тем чтобы оказать дисциплинирующее воздействие на правительство и отвергнуть несовершенные законопроекты ещё до их публикации;

Только при таких условиях люди почувствуют вкус к независимости и поверят в плодотворность своих усилий", т.е. "смогут поверить в себя и в экономическую свободу.

Рисунок 5 - Взаимосвязь политической и экономической нестабильности

Однако в современной России к порочным кругам в экономике добавляются порочные круги политической нестабильности. В условиях нестабильного политического режима высока опасность нарушения прав собственности, национализации частных предприятий, ограничения вывоза прибылей и т.д. Всё это резко повышает трансакционные издержки.

Угроза экспроприации в случае прихода к власти крайне левых (или правых) партий, а также высокие трансакционные издержки не благоприятствуют привлечению в страну иностранных инвестиций, с одной стороны, и увеличивают бегство национального капитала за границу, с другой. Низкие темпы сбережения отражаются на низких темпах инвестирования, что приводит к стагнации или даже падению национального производства, высокому уровню инфляции, что, кроме всего прочего, способствует росту маргиналов и усилению социальной напряженности. Рост бедности и обострение социальных конфликтов, в свою очередь, создает благоприятную почву для популяризации идей крайне левых (или правых) группировок, а это создает угрозу резких политических изменений, со всеми вытекающими из них негативными последствиями (рисунок 5).

Сложность ситуации заключается также и в том, что негативные количественные изменения, накапливаясь, переходят в новое качественное состояние. Возникают так называемые "институциональные ловушки", приводящие к тому, что дальнейшее развитие начинает идти не в сторону рынка, а в направлении к псевдорыночным формам и воспроизводству неотрадиционных отношений.

Какие же следует сделать выводы? Нам необходимо понимание, какую систему экономических связей мы хотим создать, какие инструменты проведения реформ можно использовать в конкретных условиях современной России. Таким образом, общество предъявляет экономистам социальный заказ на разработку российской модели смешанной экономики. Создать такую модель можно только при ясном понимании ее сходства и отличия от других моделей развития экономики. При этом важно не совершить ошибку, противоположную первоначальной, - не преувеличить степени отличия российского хозяйства от зарубежных моделей.

Необходимо четко понимать, что надежды построить преуспевающую рыночную экономику за ближайшие "500 дней" есть бесполезная и вредная иллюзия. Рыночная модернизация экономики России - длительный процесс, и нам надо найти в себе мужество научиться жить самим и научить других жить в этих непростых условиях. В связи с этим резко возрастает роль экономического образования вообще, и экономической науки в частности.

Идеи теорий развития представляют огромную ценность для современной России. Особенно это относится к институциональным концепциям, которые в нашей стране пока еще слабо известны не только широкой общественности, но даже специалистам. В связи с этим первостепенной задачей экономистов должны стать их изучение и максимальная популяризация.

Вместо подготовки изданий на русском языке все новых и новых типовых учебников по микро- и макроэкономике с математическими моделями (формально верными, но совершенно не связанными с российскими реалиями), надо обратить первостепенное внимание на работы по теории и практике рыночной модернизации, обобщающие реальный опыт стран Восточной Европы, Азии, Африки и особенно Латинской Америки со всеми его достоинствами и недостатками.