Журнал не ограничивался сугубо антирелигиозной направленностью, публиковались новости науки. Например, в № 5-6 за 1929 г. было опубликовано сообщение ученого секретаря Бурят-Монгольского ученого комитета Л.Ф. Ескевич «Новости Буручкома», в котором сообщалось о проходивших прошлым летом научных экспедициях по изучению родовой структуры и дацанского искусства; об изучении студентом Бурпедтехникума Рыгдылоном древней истории и культуры по реке Селенга; о планах по изданию трудов М. Забанова и Б. Барадина; о составе Буручкома по решению ЦИК Бурят-Монголии. Так, в состав Уч- кома вошли: председатель Хабаев, заместитель Б. Ба- радин, члены Искра, Д.М. Иванов, Л.Ф. Ескевич, заведующий государственной выставкой Чилагунов. Почетными членами Учкома числились от академии наук Н.И. Марков, С.Ф. Ольденбург, А.Н. Фарсман,
А. А. Жарилов, от комитета по изучению производительных сил ССР - профессор Чойжи и ректор Иркутского госуниверситета [4. С. 49-51].
Журнал «Наука и религия» отражает исторические реалии того времени, на его страницах можно проследить также и языковую политику, смену графической системы письма. С 1931 г. повсеместно стала внедрятся новая графика на латинице. В журнале «Наука и религия», публиковавшемся на старописьменном монгольском языке, все больше размещалось материалов на латинице. В № 5-6 за 1929 г. была дана информация об обсуждении в секторе языка и литературы Бурят-Монгольского ученого комитета новой письменности на основе латиницы, составленной профессором Бадзаром Барадиным, и постепенно в журнале начали присутствовать сообщения на латинской графике. В номере № 1 за 1931 г. была добавлена лишь одна фраза на латинице «Давайте все вместе, словно один человек, реализуем решения второго съезда Бурят-Монгольского союза воинствующих безбожников». Следующий номер журнала содержал на латинице статью Ц. Дона «Новая письменность как острое орудие для воинствующих безбожников», расположенную в конце выпуска. В последующих номерах на латинице стали публиковаться стихи, методические и просветительские статьи. Но основной графической системой продолжало оставаться вертикальное монгольское письмо.
В журнале освещалась внутриламская борьба, текущее положение дел борьбы с религией. Так, в статье Хоринского «О расколе среди лам» подробно изложены основные различия четырех групп лам (обновленцев; лам, поддерживающих новую власть; консерваторов; нирванистов) [5. С. 3-23]. Данный материал полностью отвечал положениям «Резолюции по ламскому вопросу», в которой отмечалось, что «лам- ство все еще продолжает оставаться крупнейшей реакционной силой в нашей Республике». Потому следует обратить внимание «на раскол ламства, на внутреннюю ламскую борьбу, которая несомненно дезорганизует ряды ламства в целом». Но в то же время «внутриламская борьба... укрепляет связь ламства с населением, поскольку во внутриламскую борьбу втягивается это население. Поэтому особенно важно именно теперь развернуть антирелигиозную пропаганду, разъяснить сущность происходящей борьбы внутри ламаизма, чтобы не дать отдельным течениям вести за собой бедняцко-середняцкие массы» [6].
Помимо методических указаний о проведении антирелигиозной работы, публиковались новости и обзор проводимых мероприятий. В статье Б. Тогмитова освещены итоги диспута 1928 г., разъяснена ложность некоторых положений, выдвинутых сторонниками обновленческого движения, например, о близости идей К. Маркса и учения Будды. Так, во время диспута были высмеяны некоторые высказывания хамбо
А. оржиева: о том, что сутра «Жадомба» была принесена из страны Шамбалы, что благодаря чтению мани могут вырасти зубы и появится утраченное зрение [7]. Ряд публикаций имел ярко выраженный антирелигиозный характер с передергиванием и искажением смысла религиозных постулатов.
Тем не менее некоторые статьи дополняют фактологию по истории буддийской церкви, хотя и печального характера. В № 2 за 1929 г. сообщалось о закрытии Аларского дацана, на котором 1 марта был снят ганджир и водружен красный флаг. Помещение дацана было отдано под нужны народного клуба физвос- питания.
Для подготовки статей обращались к официальным данным, например, при описании противоправных деяний лам были приведены статистические данные из Министерства юстиции. За полтора года, начиная с 1927 г., были осуждены за различные противозаконные дела ламы и хувараки по следующим статьям: 1) за неприятие революции и проявление деяний белогвардейского характера - осуждено 109 лам; 2) за распространение противореволюцион- ных слухов - 15 лам; 3) за незаконное пересечение границы и контрабанду - 30 лам; 4) за оказание медицинской помощи ради наживы, повлекшей смерть больного или тяжкие последствия для здоровья - 15 лам; 5) за нанесение побоев, поджоги и убийства лам-обновленцев было осуждено 15 лам-консерваторов; 6) за принятие в хувараки лиц, не достигших 18 лет, содержание их при себе в качестве прислуги, и за другие нарушения законов привлечено к ответственности 66 священнослужителей; 7) за сокрытие от государственной регистрации дацанского имущества - 6 лам; 8) за сопротивление мероприятиям, направленным на уплату налогов - 17 лам; 9) за воровство и грабежи - 48 лам; 10) за мошенничество - 27 лам; 11) за оказание противодействия представителям советской власти - 10 лам; 12) за насилие в отношение женщин и хувараков - 39 лам; 13) по другим эпизодам осуждено 21 лама. Всего 418 человек [8].
Заслуживает внимание статья монгольского ученого, литератора Ц. Дамдинсурэна о положении лам в монгольской гоби [9]. Дамдинсурэн описывает свои наблюдения, сделанные в монастыре старого Зун бэйсэ хурэ. Данный монастырский комплекс состоял из четырех храмов, 150 домов для проживания лам и 310 поставленных в ограде юрт. Всего было около 400 лам старше 18 лет. По словам нирбы (казначея), этот монастырь стоял на прямом пути от Их Хурэ (Улан-Батора) до Лхасы, потому был посещаем всеми паломниками, направляющимися в Тибет. С момента основания на протяжении 120-130 лет в монастыре придерживались строгого монастырского уклада. Всего в монастыре насчитывалось 22 жиса - казны. Скот стоимостью более 120 тыс. тугриков находился на содержании у скотоводов, живущих вблизи. В Жи- бхуланту сомоне, где располагался описываемый монастырь, насчитывалось 9 844 человек, в том числе 918 лам. Что составляло 19% всего мужского населения и около 30-40% мужчин зрелого возраста. В статье приведена таблица, в которой наглядно показано количество скота (овец, КРС, коз, лошадей, верблюдов и ослов) у лам и аратов. Продемонстрировано преобладание скота у аратского населения на июль 1930 г. Автор осуждает эксплуатацию аратов, большое количество лам и святых перерожденцев, распространение ими ложных слухов, подчеркивает суровые условия проживания в гоби.
Закрытие и ликвидация дацанов, изъятие имущества, обмирщение большинства священнослужителей было малорезультативным в борьбе с религией. Перед безбожниками-агитаторами стояла задача по искоренению из сознания распространенных в среде мирян- буддистов религиозных понятий «хорошие (благие) дни», «чтение мани», «соблюдение поста», «проведение спасительных гурумов», «каждодневное чтение молитв», все то, что могло совершаться верующими дома, без посещения культовых мест. Особое внимание уделялось праздникам, таким как Цагалган.
Отдельные статьи рассматривали такие широко известные среди мирян буддийские идеи кармического воздаяния, как «десять белых благодеяний и десять черных грехов», «деяние и последующий результат». В антирелигиозной пропаганде делался упор на угнетении трудовых масс, на отвлечение бедноты от проблем этой жизни путем обещаний благ в последующей при условии праведного поведения. Внимание уделялось высмеиванию неблаговидных качеств служителей буддийской церкви, осуждению религиозных предрассудков.
Подробно освещались мероприятия, направленные на реализацию антирелигиозной пропаганды: «Как проводить антирелигиозную работу в школах», «Краткий план по антирелигиозной работе в сельской местности», «Члены потребкооперации сражайтесь с религией!», «Коллективизация и цели безбожников», «Об улучшение работы союза безбожников» и др.
В журнале затрагивались вопросы медикосанитарной грамотности. Например, в статье «Почему ломаются кости?» были изложены правила оказания первой медицинской помощи при переломах. В конце статьи автор обращался к читателем со словами: «Легко поверить в то, что такое неожиданное несчастье неспроста, но не верьте обманщикам ламам» [10].
В июне 1929 г. состоялся II съезд Союза безбожников, который определил антирелигиозную борьбу как важнейший участок классовой борьбы, а сама организация была переименована в Союз воинствующих безбожников. Публикации о необходимости усилить борьбу с религиозными пережитками постепенно приобрели более жесткие положения. В первых публикациях часто использовались глагольные формы побудительного залога «давайте предпримем меры, будем исполнять» и т.д., а к 1931 г. чаще употреблялись утвердительные конструкции. Например, статья Б. Цыренова «Что сказано о просвещении на 6 съезде Совета?» завершается обращением к сельским членам Союза безбожников о необходимости ожесточенно бороться с проведением обо, молебствий и других религиозных праздников, так как «если не будет борьбы (т.е. проведение антирелигиозной работы на должном уровне), то это будет считаться за оказание Вами помощи классовым врагам» [11].
В «Кратких новостях» № 5-6 за 1930 г. сообщалось о планах по открытию Антирелигиозного музея в г. Верхнеудинске (Улан-Удэ), об утверждении плана расходов на его содержание, а также о принятии в дар различных религиозных предметов. Там же сообщалось, что 19 июня 1930 г. состоялся съезд Бурят- Монгольского областного совета Союза воинствующих безбожников, на котором был заслушан доклад руководителя Сибирского совета безбожников товарища Долотова об организационной структуре Областного союза безбожников. Предполагалось 4 основных отдела: 1) организационный отдел - руководитель Базар Ванчиков; 2) учебно-методический отдел, который возглавляет Батодалай Тогмитов; 3) отдел пропаганды учения среди населения - руководитель Б. Чимитов; 4) научно-исследовательский отдел - возглавляет До- лотов. Во время съезда руководителем Бурят- Монгольского областного совета союза безбожников был утвержден Б. Тогмитов, его первым заместителем - Долотов, секретарем - товарищ Б. Ванников. Также были определены сроки проведения очередных заседаний: в восточных аймаках Бурят-Монголии собрания членов союза следовало организовывать до начала сенокоса, а второй областной совет провести в октябре месяце [12. С. 36-37]. Редколлегия обращалась к сельским членам союза безбожников с просьбой сообщать в редакцию новости о своей работе и других культурных достижениях.
О работе союза безбожников имеются и другие материалы. К осени 1930 г. центральным Советом воинствующих безбожников был изготовлен специальный значок для членов союза безбожников двух видов: значок для молодых - по цене 25 копеек и значок для возрастных членов союза безбожников - 60 копеек [12. С. 38].
Согласно опубликованной статистической заметке «60 и 236 членов», на Монголрабфаке в октябре 1931 г. при организации ячейки воинствующих безбожников насчитывалось 60 членов, а спустя полгода уже 236 человек. Раз в 10 дней проводятся специальные занятия по антирелигиозной работе. Также для помощи организованного движения безбожников под названием «Он- гоца» было собрано 110 руб. 58 коп. [13. С. 17].
Нехватка квалифицированных кадров решалась путем проведения краткосрочных курсов подготовки антирелигиозных работников. Осенью 1929 г. был произведен первый набор слушателей. Как сообщает Б. Ванников, к первому сентября прибыло 27 человек из восточных аймаков республики. Из них: 24 мужчины и 3 женщины; 8 членов партии, 17 комсомольцев и два беспартийных. Все состояли членами Областного союза безбожников. По имущественному положению была следующая градация: 15 бедняков, 5 членов коммун и 7 середняков. В ходе проведения данных курсов выявлено много проблемных моментов, главным их которых отмечена недостаточность учебной литературы на родном языке [14. С. 53-54].
Подводя итоги, следуют сказать, что в начале XX в. религиозность бурятского населения составляла практически 100%. Религиозное сознание и национальная культура были переплетены между собой, особенно в восточных аймаках Бурреспублики. К концу 1920-х - началу 1930-х гг. были предприняты решительные меры по искоренению взаимосвязи буддизма и бурятской культуры, резкой критике подвергались любые проявления религиозного сознания, был сделан упор на создание новой социалистической культуры.
Союзом воинствующих безбожников были реализованы различные формы и методы атеистической пропаганды. Издание журнала «Наука и религия» оказало существенное влияние на развитие атеистического движения в республике, наряду с более доступными формами печатной пропаганды в виде плакатов, а также других зрелищных средств, таких как кино, театр [15. С. 183]. Недостаточность печатной антирелигиозной пропаганды для широкой аудитории была реализована по линиям Наркомпро- са, Наркомздрава. На страницах периодической печати (главным образом, газета «Бурят-Монгольская правда») освещение социально-культурных, хозяйственных вопросов происходило в тесной связи с пропагандой нового образа жизни и антирелигиозным воспитанием. В целом журнал «Наука и религия» компенсировал проблему нехватки специализированной литературы на бурятском языке, являясь единственным методическим руководством для сети ячеек безбожников в сельской местности. В журнале освещались самые разнообразные стороны жизни бурятского населения с обязательным акцентом на научность и естественность событий и явлений.
Литература
Курас Л.В., Цыремпилова И. Религиозные конфессии в Бурят-Монгольской АССР в 20-30-е годы ХХ в. // Конфессии народов Сибири в
XVII - начале XX вв.: развитие и взаимодействие. Материалы Всероссийской научной конференции (3-4 февраля 2005 г.). Иркутск : Оттиск, 2005. URL: http://mion.isu.ru/filearchive/mion_publcations/sb-confess/ (дата обращения: 27.06.2019).
Шаданов Ф.И. Усилить антирелигиозную пропаганду // Бурят-Монгольская правда. 1928. № 11 (14 янв.). С. 4.
Синицын Ф.Л. Антибуддийская деятельность Союза воинствующих безбожников (1925-1941) // Информационная безопасность регио
нов. 2012. № 1 (10). С. 153-157. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/antibuddiyskaya-deyatelnost-soyuza-voinstvuyuschih-bezbozhnikov- 1925-1941 (дата обращения: 06.11.2018).
Yeskiivici. Erdem soyul-un kuriyeleng-un sonin (Ескевич Л.Ф. Новости Буручкома) // Erdem ba sasin (Наука и религия). 1929. № 5-6. C. 49-51.
Qori-yin. Lama-yin sasin-u dumdaki ebderel tuqai (Хоринский. О расколе среди лам) // Erdem ba sasin (Наука и религия). 1929. № 1 (4). C. 3-23.
Центр восточных рукописей и ксилографов (ЦВРК). Ф. 28. Оп. 1. Д. 24. Л. 53.