Исследование показало, что в процессах восприятия изучаемых имен лиц задействованы как их формально-семантические связи с производящими словами, так и связи ономасиологические, понятийные.
Формально-семантические мотивации по линии корня/основы, а также по линии общности словообразовательного средства фиксируются в ассоциативных парах S ученик - R учитель 8, учителя 1; S соученик - R учитель 5, учителя 1, учителя моего 1; S учить - R учитель 4, учителя 1; S учитель - R мучитель 3, преподаватель 2, ученик 2; S учительница - R учитель 7, наставница 1; S научить - учитель 2; Sучащийся - учитель 1; Sучительская - учитель 2; S наставник - R наставляет 1; S преподаватель - R учитель 8, мучитель 1, слушатель 1; S руководитель - R учитель 1. Безусловно, и в этом ряду ассоциаций, объединенных морфемной общностью (общностью корня или словообразовательного аффикса), очевидны также и связи ситуативно-тематические (учитель - ученик, учащийся, учительская; преподаватель - слушатель). Однако еще более отчетливы тематические связи в ассоциатах, не имеющих формальной общности.
Взаимодействие семантико-деривационной стратегии ассоциирования (по линии категориального словообразовательного значения) и понятийнотематических мотивов вербальных ассоциаций проявляется в ассоциативных связях типа S учитель - R наставник 1; S преподаватель - R наставник 1; S наставник - учитель 35, преподаватель 1; S учительница - R преподаватель 8, наставник 2. В подобных случаях ассоциативной связью скреплены производные слова с тождественной ономасиологической структурой, т. е. включенные в один понятийный класс как по линии ономасиологического базиса (отнесенность к категории «деятель» выражена суффиксально), так и по линии ономасиологического признака (выраженного производящей основой), характеризующего род деятельности. При этом общность референции рассматриваемых имен лиц (отношения лексической синонимии) обусловливает нейтрализацию различий (дифференциальных компонентов) в зоне ономасиологического признака, что приводит к вариативности его лексических заполнителей. В процессе ассоциирования роль признаковых, мотивационных единиц для каждого из анализируемых имен лиц с равной вероятностью могут выполнять глаголы учить, преподавать, наставлять. Ср.: S учить - R преподаватель 2; S преподаватель - R учить 1, учит 1; S обучение - преподаватель 2; S преподавать - R учительница 1.
Нейтрализация, укрупнение дифференциальных семантических признаков охватывает и ономасиологический базис, нивелируя различия между отдельными частными подкатегориями семантико-словообразовательной категории, ср., например, нейтрализацию семантики феминности (в качестве дифференциального признака в составе категории агенса) в ассоциациях на Sучительница -- R преподаватель, наставник. Редукция семантики феминности в ассоциативных связях феминативов отражает также производный характер данного семантического компонента, его когнитивнокоммуникативную вторичность, факультативность по отношению к семантике маскулинности.
Пересечение разнокорневых производных на основе их тематической общности отражают также такие ассоциаты, как S учительская -- R преподаватель 1; S соученик -- R преподавателя 1.
Сила формально-семантических и понятийно-тематических связей неодинакова в сознании носителей русского языка для каждого из анализируемых имен лиц. Как показывают приведенные выше примеры, наиболее значимы формально-семантические словообразовательные связи для имени учитель, слабее связи этого типа у слов учительница, преподаватель, слабо выражены они у существительных наставник и наставница и вовсе не представлены в ассоциативных связях слова преподавательница (этот феминатив отмечен лишь в ассоциативной паре S грамотная -- R преподавательница 1). Ранжирование обсуждаемых имен лиц на шкале формально-семантических / ономасиологических вербальных ассоциаций еще раз подтверждает высказанное положение о зависимости деривационной стратегии осознания слова (ее проявленности и характера) от объема его языкового словообразовательного гнезда и речевой употребительности. деривационный вербальный существительный семантика
Окказиональное ассоциирование, реализующее деривационную стратегию осознания слова-стимула.
Все проанализированные нами виды деривационных связей производных слов в вербальных ассоциациях находят подтверждение в разных случаях окказионального ассоциирования. К окказиональным ассоциациям мы относим, во-первых, случаи реагирования квазисловами (они приведены со знаком *), появление которых спровоцировано концентрацией фокуса внимания респондентов на компонентах структуры производного слова- стимула. Во-вторых, в качестве окказиональных нами рассматриваются те узуальные слова-реакции, которые весьма условно, на основе внешнего сходства соотносятся с корневой или формантной частью производного слова-стимула и являются в этом смысле тоже квазикопиями элементов его структуры. В подобных реакциях реализована наивная стратегия воспроизведения словообразовательной структуры стимула, воспринимаемой нередко «лишь по внешнему сходству... но далеко не всегда по морфологическому составу»; такие ассоциации «являются аналогами деривационной структуры стимула» [28. С. 88].
В нашем материале отмечены окказиональные реакции (а) гнездового типа; (б) реакции, копирующие словообразовательную модель слова- стимула или откликающиеся на его морфемную / фонетическую структуру (аналогические); (в) реакции, в которых ассоциирование опирается на значение словообразовательного форманта слова-стимула. Ср. в РАСШ:
а) Окказиональные реакции гнездового типа:
S выборы - R *вборы 1, * выбранив 1, *избирательство 1, *переборы 1, *хрыборы 1;
S выставка - R *выставление 2, *выстанаваливать 2;
S кубики - R *кубечница 1;
S передача - R *передачный 1.
Проявлением окказиональной стратегии ассоциативного реагирования служит также регулярное ассоциирование слова-стимула с единицами других словообразовательных гнезд по принципу корневого созвучия (наличия совпадающих звуковых элементов в корнях ассоциируемых слов) - своего рода квазигнездовое реагирование. Ср.:
S вешалка - R висит 10, виселица 9, весит 6, висеть 5, весить 2, вес 1, весы 1;
S воин - R вой 2 Данная реакция может быть также интерпретирована как результат декомпозиционной операции в отношении суффиксально-производного слова-стимула, разлагаемого на компоненты вой- и -ин.;
S впечатление - R печать 5, печь 1, печка 1;
S выборы - R бор 1;
S кубики - R кубинцы 1 ;
S передача - R удача 1;
S предложение - R предлог 31;
S простота - R простить 2, простор 2, просторно 2, просторная 1, простуда 1, простынь 1, простыня 1;
S старец - R стоять 3, стая 2, стол 2, таять 2, стал 1.
Явление контаминации, «пересечения» в одной и той же ассоциативной статье компонентов разных, но близких гнезд, отмечено Ю.Н. Карауловым как свидетельство смешения в наивном языковом сознании среднего носителя «синхронических законов словообразования и диахронических связей между разными корнями и основами» [22. С. 158]. Добавим к этим наблюдениям, что контаминация единиц разных словообразовательных гнезд, как показывают приведенные примеры, имеет нередко и сугубо формальную основу, базируясь на звуковом сходстве разных, этимологически не связанных корней-основ.
б) Одномодельные окказиональные реакции:
S выставка - R * выпалка 1, *выступка 1, * выноска 1;
S голосование - R *орание 1;
S матушка - R *папушка 5;
S молчание - R *читание 1;
S простота - R *легкота 6,*сложнота 2, *скромнота 1, *труднота 1, *умнота 1.
Вариантом стратегии одномодельного реагирования является аналогическое ассоциирование, которое обнаруживается в реакциях, не строго повторяющих структурно-семантическую модель слова-стимула, а лишь отдельные элементы его морфемной или фонетической структуры. Ср.:
S волшебник - R *изумрудник 1;
S выборы - R выбивание 1, вымыл 1, вышли 1;
S выставка - R выстрел 2, выступаю 2, поделка 2, выбирайте 1, выбирают 1, выгуливать 1, выдаёт 1, вынул 1, высок 1, выступать 1, лепка 1, подделка 1;
S кубики - R бублики 2, *друбики 1, мультики 1, ходики 1, ящики 1;
S матушка - R матрёшка 3, старушка 2, катушка 1, подушка 1;
S птенчик - R венчик 1, голубчик 1, *денчик 1, любимчик 1, *набекренчик 1, чепчик 1;
S старец - R младенец 4, горец 3, заяц 2, *государец 1, жрец 1, индеец 1, *марец 1, *марец-барец 1, огурец 1, палец 1, песец, 1 *поставец 1.
в) Окказиональные слова-реакции, ориентированные на значение словообразовательного форманта слова-стимула В приведенных в этом пункте примерах ассоциативной связью объединены слова разных структурно-семантических типов (производные разных словообразовательных моделей), связанные лишь общностью значения формантных частей ассоциатов. Вербальные ассоциации, откликающиеся на значение словообразующего форманта слова- стимула, могут служить показательным материалом для выяснения сущности словообразовательного значения, не имеющего общепринятого определения (о трактовках данного феномена см., напр., [30]). :
S воин - R *сражатель 1;
S волшебник - R *творитель 2, *магист 1;
S впечатление - R *задумье 1, *размышлиность 1, *чувствие 1;
S простота - R *бестолковье 1, *добрость 1, *лопушиность 1, *умность 1;
S птенчик - R *пусик 1.
Окказиональные реакции подтверждают психологическую реальность разнонаправленных деривационных связей слов. Они свидетельствуют также о тесном взаимодействии, пересечении деривационных и понятийно-тематических связей. Ср.: матушка - R *папушка; S простота - R *сложнота, *труднота, *умность, *бестолковье, *добрость,
*лопушиность; S волшебник - R *изумрудник, *творитель, *магист; S воин - R *сражатель; S впечатление - R *чувствие.
По нашим наблюдениям, соотношение собственно деривационных и понятийно-тематических связей меняется в пользу последних с возрастом говорящих.
Так, с возрастом ослабевает сила мотивационных связей производных слов-стимулов со своими производящими. Чем старше группа информантов, тем менее частотны такие реакции. Типичным является следующее соотношение: R вешать (с учетом лемматизации встречающихся в ассоциативном гнезде словоформ) на S вешалка в группе испытуемых 1-4 кл. встретилась 25 раз; у учащихся 5-6 кл. ее частотность равна 8; в группах респондентов 7-8 кл. - 6 таких реакций; 9-11 кл. - 1 реакция; в РАС (испытуемые - в основном молодежь студенческого возраста) мотивирующий глагол в ассоциативном гнезде стимула не представлен. Ср. также: R ста-
вить на S выставка: 1-4 кл. - 5; 5-6 кл. - 1; 7-8 кл. - 1; у учащихся 911 кл. и у информантов РАС такая ассоциативная связь отсутствует; R дать на S передача представлена только в возрастных группах с 1-го по 6-й кл.; R брать на S выборы и R банда на S бандит встретились только в вербальных ассоциациях учащихся младшей возрастной группы - 1-4 кл.
Напротив, в положительной корреляции с возрастом информантов находится динамика стратегии семантического реагирования. С возрастом этот тип реагирования приобретает все больший вес. Ср., например, соотношение «структурных» реакций, ориентированных на точное копирование структурно-семантической модели слова-стимула (а), и реакций «семантических», базирующихся на ономасиологической общности, общности категориального значения (б), в ассоциативных полях стимула сражение у младшей и старшей возрастных групп школьников:
1-4 кл.: (а) жжение, расписание, выражение, уменьшение, *пересражение (всего 7 таких реакций); (б) война, битва, бой, борьба, драка, победа, убийство, выигрыш, побоище, схватка (всего 126 реакций этого типа);
9-11 кл.: (а) вычитание (1 реакция); (б) битва, война, бой, борьба, убийство, драка, победа, бойня, схватка, война с немцами, выстрел, гибель, кровопролитие, Ледовое побоище, побои, потери, резня, свалка, спор, удар (всего 160 реакций).
Возрастной тренд в сторону активизации собственно семантической стратегии в кластере деривационно ориентированного ассоциирования показывают и окказиональные реакции. Если у младших школьников такие окказиональные реакции чаще реализуют структурный тип ассоциирования, то у старших носят семантический характер.
Заключение
Анализ деривационной стратегии реагирования на производные слова- стимулы позволяет сформулировать ряд положений о деривационных связях слов как компоненте языкового сознания говорящих.
Деривационные связи слов выступают как существенный, но не основной компонент языкового сознания говорящих. Преобладают связи понятийно-тематического характера. Основным мотивом ассоциативных реакций на стимул является объективация его содержательных (концептуальных) связей, а реакции, опирающиеся на словообразовательную структуру слов, их деривационные отношения, выступают в роли удобного механизма, компактного средства осуществления по преимуществу ономасиологической стратегии восприятия слова.
Условиями активизации деривационных связей, композиционного осознания слова являются следующие факторы: прозрачная словообразовательная и морфемная структура, значительный объем соответствующего языкового словообразовательного гнезда, продуктивность словообразовательной модели.
Психологическое осознание деривационных связей не полностью соответствует их моделированию на собственно языковом материале; структурно-семантические и психолингвистические модели деривационных отношений находятся в отношениях частичного совпадения.