Он был потрясен:
-- Замечательно! Просто замечательно! Удивительные, великолепные стихи! Не ожидал!..
-- А почему не ожидал? Чего?
-- Не ожидал такого поворота. Молодец!..»
«Нынче 21-IX-80 г., воскресенье.
. Звонил Булат. Хочет, чтобы я дал ему текст стихотворения "Из больничной тетради”.
Буду, -- говорит, -- пропагандировать. Очень ему понравилось стихотворение.
То самое,-- говорит,-- что оканчивается словами "дорогие мои”».
Строки из стихотворения Жигулина «Из больничной тетради»:
Ничего не могу и не значу.
Словно хрустнуло что-то во мне.
От судьбы получаю в придачу
Психбольницу --
К моей Колыме.
Отчужденные, странные лица.
Настроение -- хоть удушись.
Что поделать -- такая больница
И такая «веселая» жизнь...
«28-IX-80 г., воскресенье.
Был у Булата. Он переписал для себя мои стихи "Из больничной тетради” Показывал мне книгу своих песен, изданную, кажется, в США. Прекрасно издано. Большой формат, все тексты по-русски и по- английски, с нотами и многими фотографиями».
Речь идет о сборнике произведений Булата Окуджавы «65 песен» (Ann Arbor, Michigan: Ardis, т. 1, 1980. Музыкальная запись, редакция, составление В. Фрумкина). В 1986 году вышел второй том этого сборника.
Во время одной из встреч, узнав о том, что А. В. Жигулин собирается писать цикл стихов на историческую тему, Б. Ш. Окуджава предоставил ему подборку редких книг о гражданской войне в России и революции.
Листая дома эти книги, Жигулин пишет:
«25 сентября 1983 года, воскресенье.
... Здесь мемуары Родзянко, Милюкова, Керенского, Шульгина, Деникина, Краснова, всех не перечесть. Книги эти чудовищно редкие. И, конечно, их можно почитать лишь в Ленинке или в Государственной исторической библиотеке в закрытых фондах».
«1 апреля 1984 года, воскресенье.
... Был у Булата. Он написал стихотворение- песенку, которую решил посвятить мне. Обе песни (он их мне спел) хороши. Но посвященная мне -- великолепна. Смысл: кружится черный ворон. Кружит и кружит. И люди собирают ружья, заряжают ружья (надо ворона застрелить). И уже огромно количество заряженных ружей. (И ворон застрелен кем-то.) Но заряженных ружей так много, что люди начинают стрелять друг в друга».
Песенка «Ворон» Булата Окуджавы, посвященная Анатолию Жигулину, впоследствии вошла в альбом «Когда опустеет Париж» (1996).
Лихие 1990-е годы сблизили их еще больше: они искренне переживали за судьбу страны, создавали новый Союз российских писателей, помогали друг другу в трудную минуту.
«22 мая 1990 года, вторник.
Был у Булата. ... Подарил мне две книги. Сдал свой партийный билет Леночке в партком. Она не поняла кому письмо, а потом радостно догадалась:
-- А! Это партийный билет! Сейчас многие сдают».
Как свидетельствуют дневниковые записи, тяжелая болезнь и смерть Б. Ш. Окуджавы стали большим личным горем для А. В. Жигулина.
«12 июня 1997 года, четверг.
... Полночь, час ночи на 13-е. Печальная новость. Поздно вечером в четверг в военном госпитале в Париже умер Булат Окуджава. Царствие небесное тебе, Булат!.. К трагическому сообщению за целый день уже подготовило нас телевидение. По всем программам говорили, что Булат очень плох, что приехал он во Францию по частному приглашению, что решил устроить в Париже небольшой концерт для друзей, что у него уже была операция на сердце и др. подробности. Показывали кадры с ним и его портреты.
Господи! Сколько крупных талантов ушло от нас в последний год, в последнее время! Б. Можаев, В. Соколов, В. Солоухин, Ю. Левитанский, И. Бродский. И вот Б. Окуджава. Смерть словно косой косит. Почти пусто вокруг!..»
В этих записях А. В. Жигулина содержатся не только горестные переживания о смерти друга, но и важные сведения о последнем этапе жизни и судьбы Б. Ш. Окуджавы, в частности о его крещении.
«13 июня 1997 года, пятница.
Спал пять с половиной часов. Мало. Наступает, гремит где-то гроза. Звонки о Булате -- И. Ришиной, Л. Абаевой. Ришина сказала, что Булат перенес грипп. Впрочем, об этом говорили и по телевизору. Отек легких. Умер без сознания. Последние его слова были: "Как бы я хотел очутиться сейчас в московской больнице!” Его лечили в 23-й градской, как и меня, те же врачи. . Завтра его будут отпевать в Париже в православной церкви. Похороны на Ваганьковском кладбище 18-го.
Весь вечер читали с Ирой вслух стихи Булата из книги "Посвящается Вам!”. Прекрасные стихи, которые опрокидывают расхожее утверждение, что у Булата Окуджавы есть только песенные тексты».
«14 июня 1997 года, суббота.
. В парижском православном храме Александра Невского отпели Булата Окуджаву. А крещен ли он? Оля-то (Ольга Владимировна Окуджава -- вторая жена писателя.-- В. К.) крестилась. Это я знаю. В раннем детстве Булата крестить не могли -- родители были ревностными партийцами. Может, отец Александр Мень его крестил?.. И какое православное имя дали ему при крещении? Богдан? Борис? Или грузинское Бидзин? Еще на "Б”: Боголен и Боян. Больше нет имен в святцах».
«18 июня 1997 года, среда.
Днем и вечером слушали с Ирой пластинки Булата. . Замечательное поэтическое и музыкальное явление -- Булат Окуджава. Мудрость, философичность. Пение и слова многих песен очаровывают. Я особенно люблю "Грузинскую песню”, "Мы за ценой не постоим”, "Чудесный вальс”, "Прощание с новогодней елкой”, "Песенку о Моцарте”, многие другие. Всех не перечислить. Да. Конечно, "По Смоленской дороге”, "Полночный троллейбус”. Это из самой первой маленькой пластинки. Талант, конечно, огромный. Что и говорить».
«19 июня 1997 года, четверг.
Прощание с Булатом. Три красные розы (Ира купила). Дождь. Булата привезли к дому. ... В "Московском комсомольце” на первой странице сказано, что: "В Париже перед смертью Булат Окуджава принял крещение. В Москву он вернулся Булатом -- Иоанном”. Слава Богу!
А то ведь Булат всю свою жизнь был атеистом, хотя часто упоминал Бога в своих стихах и песнях. Господь в его творчестве был неким абстрактным литературно-эмоциональным понятием, поэтическим знаком, образом.
Надеюсь, что крестили Булата не в бессознательном состоянии».
«23 июня 1997 года, понедельник.
... Слушали с Ирой Булата. Две пластинки. Это уникальное музыкально-поэтическое и личностное (голос, интонация) явление. Жаль Булата! Ему бы еще жить да жить. Когда он уезжал в Германию, он сказал мне, что едет лечиться, а на самом деле читал там лекции, деньги зарабатывал. И во Франции собирался выступать. И вот нету его. ...
Вечером снова слушали с Ирой Булата: "Чудесный вальс”, "Он, наконец, вернулся в дом”, "Прощание с новогодней елкой”, "Молитва Франсуа Вийона”, "Песенка о Моцарте”, "О Володе Высоцком”, "Примета”. Господи! Какая это невосполнимая потеря! Но хорошо, что хоть голос его остался. Это словно душа Булата».
«24 июня 1997 года, вторник.
... Опять слушал Булата и грустил о нем».
Одна из последних записей А. В. Жигулина о Б. Ш. Окуджаве:
«7 сентября 1998 года, понедельник.
... Ездили к Ирине Ришиной и Льву Шилову в Дом-музей Булата Окуджавы. Очень хорошо и интересно. Я подписал книгу так: "Дому-музею Булата Окуджавы -- сердечно!
ПОДРАЖАНИЕ БУЛАТУ
Музыкант в лесу под деревом
наигрывает вальс
И уже листы берез поблескивают ржаво.
Что касается меня, то я прослушиваю Вас!
И не могу наслушаться я Вас,
Маэстро Окуджава!..»
В музее на полках -- как бы уголки друзей. Есть и мой. В центре его полураскрытая книга "Черные камни 1996” с надписью, мой портрет с номером на груди работы Корзанова. По сторонам -- ксероксы; стихи Булата "Ворон”, посвященные мне, и мое стихотворение "Черный ворон, белый снег”, посвященное Булату.
Есть одна очень интересная фотография: на сцене за столом (видимо, в ЦДЛ) четыре поэта: я, Булат, Глазков, Белла. Такой фотографии у меня нет. Видимо, середина 70-х годов. Я рассказывал о Булате (как познакомились в Ленинграде в ноябре 1963 года, как общались, живя в одном доме, и многое др.).
Пел песни Булата, а также "Колымскую песню» и "Даль и душа прояснились..” Беседовали о Булате. Все это снимал видеокамерой Лев Шилов. И Ришина сейчас, поздно вечером, позвонила и сказала, что уже видела запись, что получилось великолепно. Пили крепкий чай с пряниками».
Заключение
Подводя итоги, можно сделать следующие выводы.
Первый. Творческие и личные отношения, которые связывали А. В. Жигулина и Б. Ш. Окуджаву на протяжении более 30 лет, являются одной из ярких и чистых страниц истории отечественной литературы. В основе этих отношений были взаимное уважение, искренний интерес к творчеству друг друга, схожие взгляды на литературу и жизнь.
Второй. Оба писателя ярко и талантливо отразили в своих произведениях главные события в истории нашей страны: Великую Отечественную войну, развенчание культа личности Сталина, оттепель, перестройку, рождение новой России.
Третье. В своем творчестве во главу угла оба писателя ставили честное и правдивое отражение действительности, искренний и открытый диалог с читателем, уважение к мнению и позиции других.
Изучение писательского дневника А. В. Жигулина, в том числе его записи о творческих и личных отношениях с Б. Ш. Окуджавой, продолжается.
Литература
1. Жигулин А. В. Дневники и рабочие тетради (19542000) / Фонд А. В. Жигулина // Воронежский областной литературный музей им. И. С. Никитина.