Многим ученым-американистам Тихий океан до середины нашего века представлялся непреодолимой преградой для древнего человека между островным миром Полинезии и Меланезии с одной стороны и Южной Америкой -- с другой. Именно поэтому норвежский путешественник Т. Хейердал решился в 1947 году на рискованный эксперимент -- плавание через Тихий океан на плоту -- чтобы убедить ученый мир в принципиальной возможности преодоления столь обширных водных просторов при уровне развития мореходства, каким обладали далекие предки современных аборигенов Америки и Океании. В последнее время появились новые данные, позволяющие пересмотреть категорическую позицию отрицания вероятности таких миграций. Известный американский археолог, куратор археологического музея Университета Аляски Дж. Диксон в вышедшей в 1993 году книге «Исследование происхождения первых американцев» (Dixon 1993) допускает, хотя и с большими оговорками, возможность
спорадических посещений берегов Южной Америки отдельными небольшими группами выходцев с островов Полинезии и Меланезии, причем в очень давние времена. Дж. Диксон -- обычно убежденный сторонник «берингоморской» теории заселения Нового Света -- приходит к этому выводу, ссылаясь на новые находки археологов при раскопках в западной Океании, в частности -- на Соломоновых островах, где самые ранние стоянки первых островитян имеют древность до 33 тысяч лет. Следовательно, искусство мореплавания у океанийских народов возникло очень давно, и гипотеза пересечения Тихого океана верхнепалеолитическим человеком десятки тысяч лет назад уже не представляется абсурдной, а значит не исключено, что каменные орудия, найденные археологами в нижних слоях стоянок Монте Верде (Чили) и Педра Фурада (Бразилия), имеющих возраст свыше 30 тысяч лет, связаны не с древнеиндейскими культурами, а с австронезийскими. Известный мексиканский антрополог Хуан Комас выдвинул гипотезу трансатлантического пути переселения европейских групп в Америку в доисторические времена, основываясь на убеждении, что пересечение Атлантического океана было осуществимо даже при наличии самых примитивных средств навигации. Автор этого предположения не исключает вероятности миграции европеоидов в Новый Свет этим путем еще в Мадленскую эпоху, то есть 10-15 тыс. лет назад причем допускается, что это событие могло хотя бы в небольшой мере повлиять на физический тип населения Нового Света (Comas 1973).
Еще в 1937 г . Я.Я. Рогинский выдвинул и сформулировал гипотезу заселения Америки популяциями-носителями древнего азиатского несформировавшегося -- по параметрам таксономии современных рас -- комплекса, чертами которого, по сравнению с современными монголоидами, были меньшая уплощенность лица, более выступающий нос, высокое переносье. Я.Я. Рогинский приводил в качестве примера такого несформировавшегося, или «недифференцированного» морфотипа уже упоминавшийся выше череп № 101 из верхнего грота Чжоукоудянь. Исходя из морфологических особенностей этого черепа, можно было бы также добавить такие признаки, как резко выраженная гипси-долихокрания и сильно развитые надбровные дуги, то есть те черты, которые сразу напоминают нам лагидоидный палеоамериканский комплекс. Протоморфный и недифференцированный характер верхнепалеолитических расовых типов Восточной Азии отразился также на двух женских черепах из упомянутого выше верхнего грота (№№ 102 и 103), один из которых был отнесен к меланезийскому, другой -- к эскимоидному типу. Конечно, мы не можем идти путями индивидуально-типологических оценок, но когда исследователь имеет дело с единичными находками, их краниометрическая и краниоскопическая характеристика волей-неволей побуждает его констатировать сближение объекта с тем или иным известным расовым комплексом, что в определенных рамках теории вероятности дает более или менее объективную информацию, особенно если сочетание взятых признаков имеет ярко выраженный, повторяющийся облик.
По Я.Я. Рогинскому, современный монголоидный расовый тип с уплощенным лицом и эпикантусом сложился сравнительно поздно, причем в Восточной Азии его предшественниками были носители «нейтральных» вариантов. Такой же точки зрения придерживался американский антрополог У. Хауэлз (Howells 1940), полагавший, что заселение Америки имело место в эпоху господства в Восточной Азии «мало специализированных типов», дальнейшая специализация которых продолжалась в Старом Свете и привела к становлению современного монголоидного комплекса. Эта гипотеза подтверждается отсутствием на территориях Восточной Азии и Америки сложившихся монголоидных форм в верхнем плейстоцене. Достаточно снова вспомнить черепа из верхнего грота Чжоукоудянь, а также палеоамериканские варианты. Исследователи, занимавшиеся палеоантропологией Америки, могли констатировать принадлежность древнейших черепов лишь к «протоиндейским монголоидам» («Миннесота-Леди» по Дж. Дженксу), либо к «протомонголоидам» («Трэнквилити» по Дж. Энджелу), а чаще вообще ссылались на слабую выраженность монголоидных черт, как например, С. Роджерс при описании черепа из Юха, не говоря уже о многочисленных примерах выявления инорасовых комплексов, как в случае с серией из Лагоа-Санта. Неспециализированный в расово-таксономическом отношении характер древнего населения Восточной и Юго-Восточной Азии проявляется также в сохранении в ряде племен морфотипов, не укладывающихся в рамки какой-либо одной большой расы и, в то же время, по ряду признаков сближающихся с америндами (седанги и баанары Индокитая по Я.Я. Рогинскому). Чем древнее азиатская форма, тем менее четко выражен у нее монголоидный краниологический комплекс и отчетливее просматриваются черты сходства с австрало-меланезийскими вариантами.
Индонезийский антрополог Т. Джекоб (Jacob 1967) проследил последовательность микроэволюции популяций острова Бали, причем обнаружилась определенная тенденция к «монголизации» в направлении к современности и «австрализации» по мере увеличения древности находок. Более широкое расселение в древности австралоидов, точнее -- австрало-веддоидов, доказывается также сохранением черт этого типа в ряде этнорасовых групп Камбоджи, Вьетнама, Индии. В моих прежних работах (Зубов 1968а, 1979а-б, 1993) не раз высказывалась мысль, что Новый Свет заселялся последовательными волнами мигрантов, каждая из которых по физическому типу отражала стадию, этап, формирования монголоидного расового типа и дифференциации первичного «восточного» -- монголо-австралоидного недифференцированного проторасового ствола. При этом первая, древнейшая волна, естественно, должна была соответствовать наиболее ранней стадии этого процесса, когда первичный общий «восточный» ствол еще не разделился на монголоидную и австралоидную ветви (Зубов 1968б, 1977), сохраняя черты обеих будущих рас. Именно этот древнейший протоморфный вариант был характерен для «первооткрывателей» Америки -- палеоамериканоидов или лагидоидов. Таким образом, для объяснения поликомпонентности как палеоамериканского, так и в целом американоидного типа не обязательно прибегать к поискам генетических корней отдельных сочетаний признаков и объяснять их присутствие разными миграционными путями монголоидных и австрало-меланезийских элементов: и те и другие могли входить в древний протоморфный комплекс, который в целом проник в Америку через Берингов пролив. Продолжающийся поступательный процесс дивергенции монголоидной ветви «восточного» типа обусловил возрастающую «монголизацию» последовательных волн переселенцев, проникавших в Америку, так что более поздние волны приобретали более выраженный монголоидный облик, а более ранние содержали в себе много протоморфных черт австрало-меланезийского характера.
Прогрессирующую «монголизацию» мигрантов в Америку отметил в своем обширном краниологическом исследовании Х.В. Родригес (Rodriguez 1987). Согласно вычислениям этого исследователя, удельный вес монголоидного компонента (в краниологическом комплексе, а не в геноме!) у палеоамериндов при первоначальном заселении Америки равнялся 62,6%, что примерно аналогично показателям монголоидности уральской расы; более поздняя волна мигрантов -- предков племен языковой семьи на-дене имела уже более высокий «уровень принадлежности» к монголоидному комплексу (85,7%); наконец, эскимосы и алеуты могут в краниологическом отношении считаться «чистыми» монголоидами (удельный вес компонента -- 100%). Конечно, эти цифры в сильной степени зависят от набора признаков и достаточно условны, но они все же хорошо иллюстрируют поступательный характер специализации монголоидной ветви «восточного» расового ствола в ходе заселения Нового Света.
Х.В. Родригес замечает, что расовая вариабельность америндов, особенно центральных и южных, имеет в своей основе протоморфность палеоамериканского субстрата, где монголоидные и австралоидные элементы были слиты в едином корне. В ходе дифференциации в гетерогенных экологических условиях Американского континента в разных регионах, благодаря селективным процессам и генному дрейфу, возникали локальные тенденции к усилению тех или иных особенностей комплекса, создавая впечатление расового разнообразия, какое возникает обычно при сложных и многокомпонентных процессах метисации. Х.В. Родригес детально изучил явления эпохальной изменчивости -- секулярного тренда -- в Америке, убедительно показав, что в ряде районов Нового Света, начиная с III-I тысячелетия до н.э., и в особенности, -- после X-XI веков н.э., происходил быстрый процесс брахикефализации, так что без какого-либо притока инородных генов черепной указатель в ряде регионов быстро менялся, долихокранные формы сменялись мезокранными и далее -- брахикранными. Автор объясняет этот феномен переходом к оседлости и новому типу хозяйства -- земледелию, что вызывает «пищевую революцию», ослабление нагрузок на зубо-челюстной аппарат и соответствующую перестройку связанных с жевательной мускулатурой отделов черепа. С учетом всех перечисленных факторов расообразования в Америке и на базе проведенного исследования, Х.В. Родригес выделяет в аборигенном населении Америки к моменту прихода европейцев два основных крупных морфо-географических комплекса, аналогичные тем, которые описаны в упомянутой работе В.П. Алексеева ( 1974 г .). 1. североамериканский, 2. центро-южноамериканский, разграничительная линия между которыми проходит примерно между 30 и 35° северной широты.
Североамериканский комплекс подразделяется на несколько вариантов: 1. циркумарктический (эскимосы и алеуты); 2. тихоокеанский, включающий языковую группу на-дене (атапаски, тлинкиты, хайда, апачи, пуэбло); 3. северо-атлантический, «алгонкинский» (сиу, черноногие, понка, арикара, гуроны, чейены); центро-южноамериканский комплекс также делится на варианты: 1. центральноамериканский (включая часть индейцев современных южных районов США); 2. циркумкарибский (индейцы современных территорий северной Колумбии, Венесуэлы, Гайаны, Суринама, Антильских островов); 3. андийские регионы Колумбии, Эквадора, Перу, Боливии, Чили; 4. южный вариант (аргентинская пампа, Огненная Земля, часть Чили, Боливии и Амазонского бассейна; 5. амазонский вариант, материал по которому очень скуден, так что можно лишь судить о значительной гетерогенности и притоке генов из циркумкарибского, андийского и южного регионов (Rodriguez 1983. Цитируется по работе того же автора 1987 г .) Дополнительный анализ показал, что центроюжноамериканский комплекс наиболее близок к палеоамериканскому типу, а также позволил констатировать наиболее отчетливое выделение эскимосско-алеутского комплекса и типа на-дене среди всего аборигенного населения Нового Света. Графический анализ межрасовых отношений на краниологическом материале показал в общем преимущественную близость америндов к монголоидам, хотя наблюдался и некоторый уклон в сторону других расовых типов, в частности -- полинезийского. Сходство всех индейцев в целом с монголоидами здесь, возможно, несколько преувеличено, т.к. в анализируемом материале преобладали серии, относящиеся к сравнительно поздним волнам миграций («монголизированным»). Если бы были взяты «чисто» палеоамериканские черепа результат мог бы быть несколько иным. К тому же набор использованных признаков мог в некоторой степени акцентировать наличие монголоидного компонента. Х.В. Родригес не заостряет внимание на вопросах, связанных с наличием или отсутствием инорасовых компонентов в индейском населении.
Эта проблема поставлена в другом краниологическом исследовании, выполненном бразильскими антропологами (Neves, Pucciarelli 1989), которые воспользовались современным многомерным статистическим анализом для выяснения таксономического положения нескольких древних черепных серий (Текендама из Колумбии, Лагоа-Санта из Бразилии, черепа из нескольких могильников Бразилии, относящихся к концу плейстоцена -- началу голоцена).
Анализ четко показал наибольшую близость исследованных палеоамериканских выборок к австралийским аборигенам, тасманийцам, меланезийцам. Только в одном из вариантов анализа по второй главной компоненте обнаружилось сходство с монголоидами. Авторы пришли к выводу, аналогичному заключениям прежде упоминавшихся ученых (Рогинский 1937; Howells 1940; Зубов 1968а, 1977, 1993), что предками палеоамериканских групп были племена недифференцированного австрало-монголоидного типа, жившие в Азии до формирования «классических» монголоидов. Морфотип америндов, или точнее, -- конгломерат морфотипов, восходит к древнему протоморфному «восточному» стволу, общему для предков монголоидов, австралийцев, веддов, тасманийцев. Краниология не дает достаточных оснований для включения всех америндов в состав монголоидной большой расы.
Можно лишь говорить о родстве с последней на уровне общего древнего протоморфного ствола, причем почти на том же основании можно говорить и о родстве аборигенов Америки с австралоидами. Надо учесть, что австралоидные черты наиболее отчетливо проступают в морфологии древнейших, палеоамериканских черепов. Американская исследовательница М. Лар (Lahr1995) в своей недавней работе пришла к выводу, что, во всяком случае первые обитатели Нового Света были не монголоидами, а австралоидами. Вопрос, казалось бы сводится только к пути проникновения австрало-океанийского компонента в Америку -- через Тихий океан, либо через Берингию.
Однако, сложность проблемы заключается еще и в том, что черепа первых древнейших америндов не во всем повторяют морфологический комплекс австралийцев, меланезийцев, либо полинезийцев. Весь процесс формирования американоидов уникален.