Однако, несмотря на то, что сфера Интернет в России развивалась более быстро по сравнению с другими странами-участницами Содружества независимых государств (СНГ), российские законодатели на протяжении начала 1990-х гг. ограничивались лишь обсуждением проблем Интернета и не принимали какого-либо закона в данной области Электронная торговля в СНГ и восточноевропейских странах: Материалы VII междунар. науч. конф., 9 ноября 2005 г., Минск / Отв. ред. Б.Н. Паньшин. - Минск: БГУ, Мн.: БГУ, 2006. - 254 с.. Одним из первых таких актов стал принятый 20 февраля 1995 г. Федеральный закон №24-ФЗ «Об информации, информатизации и защите информации». В то время целью закона, в настоящий момент утратившего силу, являлось регулирование отношений, возникающих в процессе использовании информационных ресурсов, их создания, сбора, обработки, хранения, поиска и предоставления потребителю, а также при создании и использовании информационных технологий, защите информации, прав субъектов, участвующих в информационных процессах. Данный закон не затрагивал отношений, ранее регулируемых Законом Российской Федерации «Об авторском праве и смежных правах». С 1 января 2008 г. вместо этого документа действует ч.4 Гражданского кодекса РФ.
Вместе с тем в середине 1990-х гг. принятие вышеуказанного закона имело принципиальное значение для создания правового инструментария электронной коммерции. В нем подробно раскрывались следующие понятия: информация, информатизация, документированная информация (документ), информационные процессы, информационная система, информационные ресурсы, информация о гражданах (персональные данные), конфиденциальная информация, средства обеспечения автоматизированных информационных систем и их технологий, собственник информационных ресурсов, информационных систем, технологий и средств их обеспечения, владелец информационных ресурсов, информационных систем, технологий и средств их обеспечения, пользователь (потребитель) информации. Законом также определялась государственная политика в сфере формирования информационных ресурсов и информатизации, и ее направлений. Например, речь шла о создании и развитии федеральных и региональных информационных систем и сетей, обеспечении их совместимости и взаимодействия в едином информационном пространстве Российской Федерации, о развитии законодательства в сфере информационных процессов.
Впервые на законодательном уровне рассмотрение проблем правового регулирования сети Интернет прошло в России в декабре 1996 г. во время парламентских слушаний «Россия и Интернет: выбор будущего». В 2001 г. был принят проект уже упоминаемого Федерального закона «Об электронной цифровой подписи», разработанный Минсвязи совместно с ФАПСИ, Минюстом, ФКЦБ, Госстандартом, с участием Банка России, внесенный Правительством РФ и прошедший первое, второе и третье чтение в Государственной Думе Федерального Собрания и подписанный президентом Российской Федерации 10 января 2002 г. Целью данного закона являлось в первую очередь обеспечение правовых условий для использования электронной цифровой подписи в электронных документах, при соблюдении которых электронная цифровая подпись в электронном документе признается юридически равнозначной собственноручной подписи в документе на бумажном носителе.
На сегодняшний день нормы, связанные с регулированием электронной цифровой подписи, существуют в нескольких законодательных и в ряде подзаконных актов. В частности, Гражданский кодекс РФ разрешает использование электронной цифровой подписи при совершении сделок в случаях и в порядке, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением сторон. В Федеральном законе «Об информации, информатизации и защите информации» указывалось, что электронная цифровая подпись может являться подтверждением юридической силы документа в информационной системе, а юридическая сила ЭЦП признается при наличии в системе средств, обеспечивающих ее идентификацию, и соблюдении установленного режима использования.
Следующим принятым после закона об электронной цифровой подписи законодательным актом стал Трудовой Кодекс, который содержал нормы, относящиеся к регулированию использования информационных технологий. Он был принят Государственной Думой 21 декабря 2001 г. и вступил в силу 1 февраля 2002 г. В нем содержались важные положения, которые гарантировали соблюдение информационных прав работников. Кодекс дает определение персональных данных работника как информации, необходимой работодателю в связи с трудовыми отношениями и касающейся конкретного работника и устанавливает множество требований к действиям, осуществляемым работодателем. Исходя из этих норм Трудового кодекса, можно сделать вывод, что в России в 2002 г. произошел прорыв в сфере защиты информационных прав физических лиц. Однако обеспечение такового права в сфере информационных технологий в основном зависит от руководства компаний, которые после принятия кодекса были вынуждены разработать и внедрить системы мер по обеспечению прав работников Трудовой кодекс (ТК РФ). - http://base.garant.ru/12125268.
Несмотря на большое количество имеющихся законов и поправок к ним, существует большое количество «дыр» в правовом регулировании электронной коммерции. Одним из примеров является то, что Федеральная налоговая служба Российской Федерации не выработала четких позиций по отношению к налогообложению электронной коммерции в таких вопросах, как:
- должен ли взиматься налог на прибыль и на добавленную стоимость (НДС) с иностранных компаний, которые реализуют свои товары и услуги через сеть Интернет;
- как квалифицировать налоговый статус иностранного юридического лица, осуществляющего коммерческую деятельность через свой вэб-сайт в сети Интернет;
- могут ли компании, принимающие платежи за товары и услуги в электронных деньгах, уменьшать свои налоговые выплаты.
Нововведениями с 1 января 2017 г. стал переход на упрощенную систему налогообложения: лимит для перехода на УСН повысился до 112,5 млн. рублей. Система единого налога на вмененный доход (ЕНВД) для 14 направлений бизнеса продлена до 1 января 2021 г. Среди изменений по «вмененке» также появляется и возможность ИП уменьшить ЕНВД на личные страховые взносы. Раньше, если предприниматель имел наемных работников, он мог снизить размер налога только на сумму страховых взносов в пользу работников (не более чем на 50%), но не на сумму взносов, уплаченных за себя. Для электронного бизнеса важно, что микрокомпании со штатом менее 15 человек освобождаются от необходимости утверждать локальные трудовые акты. Это положение о премировании, правила внутреннего трудового распорядка, график сменности и т. д. Нужно только разработать трудовой договор, в котором присутствуют все необходимые положения заменяемых локальных актов.
Также очевидно, что правила использования технологий электронных коммуникаций в законодательстве Российской Федерации изложены в наиболее общем виде. Целью ныне утратившего силу Федерального закона РФ «Об участии в международном информационном обмене» являлось создание условий для эффективного участия России в международном информационном обмене в рамках единого мирового информационного пространства, защита интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации и муниципальных образований при международном информационном обмене, защита интересов, прав и свобод физических и юридических лиц при международном информационном обмене Федеральный закон «Об участии в международном информационном обмене» от 04.07.1996 № 85-ФЗ (последняя редакция) // URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_10929. Однако в нем не учитывался тот факт, что по компьютерным сетям можно передавать не только содержание, но и реквизиты документов. Кроме того, законодательно не была определена единая система доказательств, принимаемых и применяемых в судебной практике при рассмотрении споров, возникающих в электронном бизнесе. Необходимо констатировать, что и сейчас большинство этих вопросов находятся в подвешенном состоянии.
Пока нет правовой ясности и в вопросах электронной торговли для полностью безбумажных трансакций, что весьма актуально, так как услуги по доступу к банковским операциям, каталогам, оплата товаров через Интернет может проходить как традиционными методами, так и электронными с использованием «электронных денег» (к примеру, Web-Money или Яндекс-деньги). В августе 2017 г. было заявлено о проекте ПАО «Сбербанк» и «Яндекса» по открытию совместного предприятия на базе «Яндекс.Маркета», стоимость которого составит около 60 млрд рублей. В совместном заявлении сторон говорится, что компании будут развивать экосистему электронной коммерции, включающую покупку и продажу товаров, в том числе цифровых, а также связанные с этим продукты и услуги. Центральный банк РФ принял решение сформировать подразделение по надзору за электронной коммерцией банков, вызванное быстрыми темпами развития Интернет-банкинга в России, которое будет заниматься разработкой нормативной базы для регулирования этой сферы деятельности. Но конкретных законопроектов, регулирующих сферу деятельности Интернет-банкинга, на рассмотрение в Государственную Думу пока не предложено.
Уровень развития сети Интернет в Российской Федерации отстает от уровня его развития в постиндустриальных странах по объемам и по достигнутым этапам, поэтому «дыры» в правовом регулировании не так сильно заметны. Для России важно не отставать в отношении правового регулирования тех процессов, которые постоянно происходят в области электронного бизнеса в связи с бурным прогрессом в области информационных технологий, чтобы не тормозить роста экономики в целом.
Также в условиях информационной глобализации государствам становится все труднее отслеживать множество локальных в пространстве и точечных во времени балансов и дисбалансов, которые возникают в результате электронной коммерции. Меняются оценки оптимальности рынков и инвестиций, эффективности различных видов занятости и т.д. В результате массовой электронной коммерции выгоды одной страны могут без надлежащего правового регулирования оборачиваться потерями другой страны. При этом вряд ли можно говорить, во-первых, о реальном продвижении к конвергенции традиционной экономики и инфономики. А, во-вторых, о справедливой глобализации, при которой достижения в ИТ-технологиях одних государств, могли бы способствовать развитию других государств, достижения в одной области были бы способны существенно улучшить состояние в другой.
Еще в середине 1960 г. сотрудниками Тавистокского института человеческих отношений Ф. Эмери и Э. был предложен термин «социотехническая система» (англ. Sociotechnical system, STS) Emery F., Trist E. The Causal Texture of Organizational Environments. - http://www.moderntimesworkplace.com/archives/ericsess/sessvol3/GEMTRCAUp53.pdf. Это определение касалось проектирования трудового процесса с точки зрения взаимодействия человека и технико-технологических факторов труда. В момент рождения этой теории обе части системы имели четкий ограниченный физическим миром вид: техническая -- представляла собой набор инструментов и методов достижения экономических целей организации; социальная -- работников организации. Но в цифровой экономике эти характеристики трансформировались. Они стали взаимно проникать друг в друга, формируя сложные социотехнические системы. С одной стороны, такой ход событий должен был привести к тому, что производственные технологии и гуманитарная компонента трудового процесса не противоречили друг другу. С другой -- возникли опасности дегуманизации самого человека. В быту это явление проявляется как Интернет-аддикция. И в трудовом процессе можно стать жертвой веб-серфинга, пытаясь найти лучшего делового партнера, наиболее привлекательные рынки, инновационные наработки и прочие. Ко всему этому добавляются преступления, совершаемые в on-line среде - хакерство, кибер-шпионаж, фишинг, троллинг...
Применение новейших информационных технологий не должно подталкивать к потере роли человеческого фактора как в работе любой организации, так и в деловых отношениях между различными структурами. Именно поэтому представляется перспективным внедрение инструментария тайм-менеджмента в такие технологии. Существенным преимуществом тайм-менеджмента видится его базирование на хронобиологических процессах человеческого организма: учет биоритмов, характера хронотипов («совы», «жаворонки», «голуби»), работы биологических часов Чижевский А.Л., Шишина Ю.Г. В ритме Солнца. - М.: Наука, 1969. - 112 с..
На сегодняшний день наиболее показательной областью соединения применения современных информационных технологий и практик тайм-менеджмента можно признать такие высокотехнологичные объекты, в работе которых присутствие человека остается обязательным условием его надежного функционирования. Это -- системы управления воздушными и космическими объектами, блоками атомных и гидроэнергетических станций, диспетчерских служб аэропортов, железнодорожных вокзалов Климов Е.А. Введение в психологию труда: Учебник для вузов. - М.: Культура и спорт; ЮНИТИ, 1998. - 350 с.. Учет хронобиологических особенностей специалистов, занятых на этих работах, позволяет принимать верные решения в нештатных ситуациях. С расширением поля применения ИКТ должна происходить экспансия методик организации времени во все экономические процессы.
Известные исследователи информационного общества М. Кастельс и П. Химанен отмечают, что глобальный тренд заключается в том, что информационная экономика подключает к своей сети тех, кто представляется для нее ценным, тем самым придавая им дополнительную ценность. Одновременно такая экономика отключает от нее тех, кто не имеет для нее ценности. Тем самым еще более уменьшаются их шансы обрести какую-то ценность, что приводит к усилению социальной несправедливости в форме неравенства доходов, поляризации общества и нищеты .н Кастельс М., Химанен П. Информационное общество и государство благосостояния: Финская модель / Пер. с англ. А. Калинина, Ю. Подороги. - М.: Логос, 2002. - 219 с..
Несмотря на все достижения инфономики, усиливается «цифровой разрыв», представляющий собой один из главных вызовов развитию цивилизации. По обе стороны имеющийся «цифровой пропасти» накапливаются собственные проблемы. И пока не будут найдены методы их разрешения, они будут способствовать сохранению цифрового неравенства. В создании «цифрового моста» необходимы не только новейшие информационные технологии, но и практика тайм-менеджмента, свидетельствующая о том, что благодаря оптимизации использования ресурса времени преодолеваются проблемы, связанные с пространством. При расширении технологий тайм-менеджмента в информационном пространстве должна проявиться эта же закономерность: инструменты организации времени начнут работать на организацию пространства.