«Дело глубокой темноты»: священнослужители об обстоятельствах мултанского дела
В.С. Воронцов
В коллекции документов Центрального государственного архива Удмуртской Республики (ЦГА УР) имеется подборка материалов по так называемому «Мултанскому делу» - ложному обвинению крестьян-удмуртов с. Старый Мултан в человеческом жертвоприношении языческим богам. Наряду с официальным полицейским дознанием, Сарапульское духовное правление поручило священнику Иоанну Анисимову провести собственное расследование убийства русского крестьянина Конона Матюшина с целью «принесения человеческой кровной жертвы вотским языческим богам». В представленной «Записке» по результатам расследования, ни один из опрошенных священников, непосредственно контактировавших с мултанцами, не подтвердил слухи о человеческих жертвоприношениях в их среде. Исследователи полагают, что причины ложного обвинения удмуртов коренятся не только в необразованности значительной части населения и их «этнографической безграмотности»; они связаны также с кризисными явлениями, которые переживала Российская империя на рубеже XIX- XX вв.: попытками правительства форсировать инкорпорацию национальных окраин в империю, унифицировать их не только в административном, но и в культурном аспектах. Итогом Мултанского дела стала победа прогрессивной российской общественности, науки и российского права над полицейско-судебным произволом, невежеством и предрассудками, однако на обвиняемых мултанцев (и в целом на удмуртов) «Мултанский процесс» оказал колоссальное негативное воздействие.
Ключевые слова: Мултанское дело, удмурты (вотяки), религия, язычество, обычаи, жертвоприношения, предрассудки, церковь, священнослужители, расследование.
мултанское дело обвинение
V. S. Vorontsov
“DEEP DARKNESS CASE”: SACRED SERVICERS ON THE CIRCUMSTANCES OF THE MULTAN CASE
The collection of documents of the Central State Archive of the Udmurt Republic (TsGA UR) contains a selection of materials on the so-called "Multan case" - a false accusation of Udmurt peasants p. Old Multan in human sacrifice to pagan gods. Along with the official police inquiry, the Sarapul spiritual government instructed the priest John Anisimov to conduct his own investigation into the murder of the Russian peasant Konon Matyushin with the aim of "making a human blood sacrifice to the votsk pagan gods". According to the results of the investigation, in the “Note” presented, not one of the priests interviewed who had direct contact with the multants confirmed the rumors about human sacrifices in their midst. Researchers believe that the reasons for the false accusation of the Udmurts are not only rooted in the ignorance of a significant part of the population and their “ethnographic illiteracy”, they are also associated with the crisis that the Russian Empire was experiencing at the turn of the XIX - XX centuries, the government's attempts to force the incorporation of national suburbs into the empire , unify them not only in administrative, but also in cultural aspects. The outcome of the Multan case was the victory of the progressive Russian public, science and Russian law over police-judicial arbitrariness, ignorance and prejudice, but on the accused Multans, and in general on the Udmurts, the "Multan Trial" had a huge negative impact.
Keywords: Multan case, Udmurts (Votyaks), religion, paganism, customs, sacrifice, prejudice, church, clergy, investigation.
Несмотря на основательную изученность т. н. «Мултанского дела» - судебного процесса по обвинению удмуртов с. Старый Мултан в человеческом жертвоприношении, - интерес общественности и исследователей к нему сохраняется [Мултанское дело 2000]. Напомним: подробности этого печально знаменитого дела опубликованы в 1895-1898 гг. писателем и правозащитником В. Г. Короленко в очерках «Мултанское жертвоприношение» на страницах газеты «Русские ведомости» и журнала «Русское богатство», а позднее - в отдельных изданиях [Короленко 1939; Короленко 1953]. В последующем «Мултанское дело» стало объектом изучения многими исследователями, в числе которых историки и этнографы П. Н. Луппов [Луппов 1925], М. Г. Худяков, [Худяков 1932], Л. С. Шатенштейн [Шатен- штейн 1960], Ю. А. Перевозчиков [Перевозчиков 2016], В. С. Воронцов [Воронцов 2016], А. Е. Загре- бин [Загребин 2019]; юристы А. И. Винберг [Винберг 1990], Н. В. Витрук [Витрук 2006], А. А. Шепта- лин [Шепталин 2002], Ю. Н. Сушкова [Сушкова 2018]; филолог В. М. Ванюшев [Ванюшев 1994], журналист Е. М. Флейс [Флейс 1956]; писатели М. Петров [Петров 1956] и Б. Вахтин [Вахтин 1986]; гла- зовский краевед и судья М. И. Буня [Буня 1982] и др. [Мултанское дело 1997]. Весьма своеобразно обыграл в детективном романе сюжет «об обвинении зытяков в человеческих жертвоприношениях» и современный российский писатель Б. Акунин [Акунин 2001].
В Центральном государственном архиве Удмуртской Республики (ЦГА УР) имеется комплекс архивных материалов, непосредственно относящихся к данному процессу. Это, прежде всего, документы фонда «Коллекция копий документов по обвинению удмуртов с. Старый Мултан в человеческом жертвоприношении». Первоначально фонд состоял из одного дела: «Следственный материал о жертвоприношении вотяками Мултанского края с 1893 по 1896 год» [ЦГА УР. Ф. 218. Коллекция копий документов по обвинению удмуртов с. Старый Мултан в человеческом жертвоприношении. Оп. 1. Д. 1]. В нём заключены объяснения и рапорты полицейских урядников Малмыжскому уездному исправнику, а также секретные настольные реестры Малмыжского уездного полицейского управления за 1893, 1895, 1896 гг. Дело это находилось на секретном хранении; в 1958 г. переведено на общее хранение.
В 1983 г. из фонда Сарапульского духовного правления (Ф. 245) в вышеназванный фонд было переведено «Дело о вотяках с. Старый Мултан, подозреваемых в принесении в жертву человека Казанской губернии Завода Ныртов Матюгина1 (1894-1903 гг.)» [ЦГА УР. Ф. 218. Коллекция копий документов по обвинению удмуртов с. Старый Мултан в человеческом жертвоприношении. Оп. 1. Д. 3]. В дело вошли документы следствия, произведенного священником ижевского Александровского собора Иоанном Анисимовым, инородческим миссионером по Сарапульскому уезду, которому указом Сарапульского духовного правления от 15 ноября 1894 г. поручили расследование убийства. В начале 1895 г. он представил в Сарапульское духовное правление следственное дело и (дополнительно) показания, взятые им у членов притча села Старый Мултан. 11 марта 1903 г. на основании произведенного следствия, а также оправдательного приговора суда Вятская духовная консистория прекратила дело об убийстве [ЦГА УР. Ф. 218. Оп. 1. Д. 3. Л. 33].
По результатам проведенного расследования была составлена «Записка об убийстве вотяками села Старого Мултана Малмыжского уезда крестьянина завода Ныртов Казанской губернии Конона Димитриева Матюшина для принесения человеческой кровной жертвы вотским языческим богам». «Записка» представляет собой хорошо сохранившийся рукописный текст с изложением показаний причта Старомултанской церкви и крестьян с. Старый Мултан и окрестных населенных пунктов. «Записка» не подписана и не датирована. Ниже публикуются фрагменты «Записки» - показания священников Петра Тукмачева Здесь и далее фамилия убитого крестьянина Конона Матюнина приводится, как в документе. Тукмачев Петр Алексеевич - с 1855 г. служил в Храме Успения Пресвятой Богородицы с. Старый Мултан около 40 лет, в 1869-1883 гг. являлся законоучителем в старомултанском земском училище, с 1883 г. заведовал организованной им в своем доме церковноприходской школой, умер после продолжительной болезни 15 октяб-ря 1900 г. [ЦГА УР. Ф. 245. Оп. 1. Д. 1859. Л. 1]. Именно ему Тимофей Васюкин перед смертью на исповеди сознался в преступлении - инсценировании человеческого жертвоприношения для обвинения в нем удмуртов [Худяков 1932, 53]., Петра Трапицына Трапицын Петр Иоаннов (1844 - ?) - родился в с. Волма, Вятской губернии в семье диакона, у родителей было 8 сыновей, трое его братьев стали священниками (Александр Трапицын причислен к лику святых Русской пра-вославной церковью в 2000 г.). С 1894 г. Петр Трапицын священник в с. Мултан. и Иоанна Ергина Ергин Иоанн Алексеевич (1866 - после 1939) - родился в с. Пустополье Уржумского уезда Вятской губернии в семье псаломщика, окончил Вятскую духовную семинарию. В 1887-1888 гг. работал учителем и законоучите-лем Шевнинского земского училища. В 1888 г. был рукоположен в сан диакона к Малмыжскому Богоявленско-му собору, в 1890-1894 гг. священник в храме с. Старый Мултан Малмыжского уезда. Затем служил в Уржум-ском уезде. Был благочинным и следователем по округу, заведующим нескольких Церковно-приходских школ..
Из Записки об убийстве вотяками села Старого Мултана Малмыжского уезда крестьянина завода Ныртов Казанской губернии Конона Димитриева Матюшина для принесения человеческой кровной жертвы вотским языческим богам [1895 г.] Датируется по содержанию документа.Следствием выяснено:
Члены причта с. Старого Мултана дали по делу следующие отзывы:
Священник Петр Иоаннов Трапицын, 51 г.[од]: «Священствую в селе Мултане с августа месяца 1894 г. Как недавно живущий на настоящем месте могу только сказать, что общественное мнение моих прихожан русских таково: убийство - это дело вотяков, ибо кто станет издеваться так, как убит Матюшин, а вотяки прихожане говорят, что не может быть, чтобы вотяк убил человека с целью принесения богу жертвы».
Священник Петр Алексеевич Тукмачев: «Священствую в селе Старом Мултане с 14 сентября 1855 г. Вотяки по своему суеверию и ложному страху не чужды языческих обычаев не только в Старо-Мултанском приходе, но и во всех приходах, населенных вотяками, о чем ежегодно сообщается епархиальному начальству в годичных отчетах о религиозно-нравственном состоянии вотяков. Языческие обычаи вотяков проявляются в заколении птиц - уток, гусей и животных - овец, коз и телят. Вотяки по храму божьему усердны, исполняют христианский долг исповеди и причащаются св. христовых тайн, хотя и не все имеют понятия о главных истинах христианской веры. Факт, якобы принесен в жертву вотяками человек, глубоко темный. Суд, насколько мне известно по слухам от бывших на суде, руководился разными доводами и предположениями, но прямых и самых верных доказательств будто бы не выяснилось и на суде. Таковых фактов в течение моей почти 40-летней службы в селе Старом Мултане никогда не было слышно. Ничего не могу сказать ни в защиту вотяков, ни в обвинение их. Дело глубокой темноты, да и вообще все дела преступные совершаются тайно и скрытно. На каких именно верных данных суд признал их виновными, определить не могу, т. к. неизвестны ни полицейские, ни судебные исследования. Известно по слухам, что найдены некоторые вещи, замаранные кровью млекопитающих, но не выяснилась, какая кровь - животного или человека. С самого поступления в село Старый Мултан обучал детей вотских грамоте при своем доме, обучал молитвам и истинам христианской веры и нравственности. Я с 1869 г. будучи законоучителем в старомултанском земском училище продолжал обучать их главным истинам христианской веры, а с 1883 г., когда земская школа была переведена в село Кизнер - в центр волости, мною открыта церковноприходская школа и помещается бесплатно и по настоящее время в моем доме, дабы не оставались дети вотяков и русских без изучения Закона Божия и доброй нравственности, а детей вотяков было всего на половину в школе, а в школе обучалось от 55 до 65 детей, что можно усмотреть из отчетов по школе. Факт, случившийся в мае 1892 г., производит великую грусть на душу священника и заставляет неутомимо употреблять все силы и все меры убеждения к подавлению у вотяков языческих обрядов и быть убежденным, что в душе вотяков еще гнездится корень их прежнего язычества и не полагаться на их наружную набожность и исполнение ими всех христианских обязанностей, как они теперь исполняют все христианские. Если допустить, что достоверно факт этот совершился в Мултане, то вполне должно полагать, что подобные факты должны быть и в других приходах вотских. Вполне убежден, что старомултанские вотяки нисколько не ниже стоят вотяков соседственных приходов, как в религиозно-нравственном отношении, так и в усвоении христианских истин. В искоренении языческих обрядов у вотяков должно прийти на помощь духовенству гражданское начальство. В этом убеждает искоренение у вотяков правительством курение ку- мышки. Более пяти сот [лет] искореняется акцизными чиновниками курение кумышки, и, несмотря на большие штрафы от 5 до 40 руб. и большое число чиновников акцизных в каждой волости, курение кумышки продолжается и продолжается. Остается еще одна надежда на искоренение языческих обычаев у вотяков - развитие грамотности у них».
<...>6
5. Бывший в этом селе, а ныне в Буйском заводе Уржумского уезда священник Иоанн Ергин: «В селе Старом Мултане я священствовал 4 года. Вотяки прихода старомултанского все христиане. В праздничные дни храм божий посещают редко, кроме дня чудотворца Николая. «Никола, - говорят они, - большой бог»... Опущены показания дьякона П. Красноперова и псаломщика Н. Богоспасаева, которые ничего конкретного об обстоятельствах дела не знали. Опущен текст о неудовлетворительном исполнении удмуртами церковных обрядов. Опущено описание слухов о человеческих жертвоприношениях и обстоятельствах Мултанского дела, о кото-рых И. Ергин узнал на судебном заседании. Далее записка заканчивается показаниями крестьян. Подпись от-сутствует. За исключением весьма немногих, вотяки старомултанского прихода языческих обычаев не оставляют. Вотские моления при многочисленных собраниях отправлялись очень часто, особенно в летнее время. Бывали моления по нескольку раз в лето: в шалашах, лесах, около рек, на полях и раз в год в «Кереметище» - Кисоте. Вера в ворожсцов, колдунов, приметы, шепоты и наговоры распространены ужасно сильно. Заболевший вотяк прежде всего обращается к ворожцу узнать, «кто его испортил», помощи ищет в шепотах и наговорах, в редких случаях обратится к фельдшеру или к священнику за советом. Страшный для вотяков их бог «Керемет»: он гнет (их выражение) всех не приносящих ему жертвы и оставляющих дедовские обычаи и вотскую веру. Кроме сего сердитого бога есть еще добрые. Жертвы состоят из птиц (утка и гусь) и скотины (бык и жеребенок). До прихода на службу в село Старый Мултан я слыхал, что вотяки иногда приносят в жертву своему богу человека. Верить я этому не мог и ужасался самой мысли. Не могу теперь утвердительно сказать, принесли ли нищего Конана вотяки в жертву. На суде мною описаны были жертвы скотины, т. е. самая обстановка их жертвоприношений и самые действия». <...>8 [ЦГА УР. Ф. 218. Оп. 1. Д. 3. Л. 19-20 об.].
Таким образом, ни один из опрошенных священников, непосредственно контактировавших с удмуртами-мултанцами, открыто не подтверждает слухи о человеческих жертвоприношениях языческим богам в их среде. Другое дело - сохранение среди удмуртов «суеверий и пережитков», в т. ч. языческих молений и принесения в жертву языческим богам птиц (уток, гусей) и животных (овец, коз и телят) - об этом говорят все опрошенные. В данном случае в большей мере можно доверять свидетельствам священника Петра Тукмачева, который лучше других знал мултанцев. Он в течение 40 лет окормлял свою паству, крестил, учил Закону Божьему, венчал, провожал в последний путь, как говорится сопровождал их «от купели до погоста».