Выше мы рассмотрели ряд факторов, полученных в исследованиях 2004 и 2012 гг., структуры которых являются схожими. В то же время стоит остановиться и на тех изменениях, которые произошли за указанный период, и проявились как в различии факторных структур, так и в сокращении общего числа факторов, полученных в результате процедуры факторного анализа. Так, в 2004 году для подвыборки девушек-студентов было получено пять факторов, тогда как в 2012 только три. Указанное сокращение явилось следствием соединения двух факторов, «эрудиция - поверхностность» и «гибкость» (которые были зафиксированы в 2004 г.) в один фактор «нравственность - безнравственность» (выделен в 2012 г.), а также перераспределения характеристик из фактора «хитрость - открытость» (2004 г.). Эти структурные изменения схематично представлены на рисунке 1.
Рис. 1. Изменение структуры факторного пространства восприятия политических лидеров: от 2004 к 2012 г. в подвыборках девушек
Приведенные на рисунке 1 данные демонстрируют схожие тенденции, что и при анализе динамике факторных структур в подвыборке юношей. Можно говорить о том, что в 2004 г. для девушек-студенток важными составляющими образа политиков были как их интеллектуальные качества («эрудиция - поверхностность»), так и морально-нравственные характеристики («хитрость - открытость»). В 2012 г. обозначенные факторы объединились в один: «нравственность - безнравственность», при этом часть характеристик из фактора «хитрость - открытость» вошла в структуру фактора F2 «сила». Отметим, что фактор F1, фиксирующий вектор восприятия «нравственность - безнравственность», в 2012 г. является самым мощным с точки зрения процента объясняемой дисперсии (62,2%).
Обсуждение
Рассматривая полученные результаты, мы имеем возможность, с одной стороны, сделать вывод о достаточно высокой значимости нравственной оценки политического лидера для девушек, чего нельзя сказать о подвыборке юношей, где аналогичный фактор объясняет всего 5,2% общей суммарной дисперсии.
С другой стороны, широта и разброс входящих в данный фактор характеристик позволяют предположить в данном случае не высокую значимость нравственного облика политика, а в большей степени генерализованность и недифференцированность восприятия девушками политических лидеров. Иными словами, они воспринимают образ политиков «в целом», не выделяя в нем специфических модальностей, за исключением силы и очевидной интолерантности, выраженной через эмоционально негативные публичные проявления.
Из приведенного анализа динамики выделенных факторов видно, что как у юношей, так и у девушек в период с 2004 до 2012 г. отмечаются существенные изменения структуры восприятия политических лидеров. В данном случае необходимо высказать предположения о причинах подобного явления. Применяемые при использовании метода семантического дифференциала шкалы в исследованиях 2004 и 2012 гг. не менялись. Возможно, отмеченные изменения структуры восприятия политиков вызваны различиями в списках оцениваемых объектов - в нашем случае, политических лидеров. (Напомним, что в предложенном для оценивания перечне в 2012 г., отсутствовали следующие персоны: Говорухин, Лужков, Джабраилова, Лебедь, Памфилова, Подберезкин, Савостьянов, Скуратов, Титов, Тулеев, Явлинский. При этом вместо них было предложено оценить активных на тот момент политических деятелей: Медведева, Миронова, Прохорова.)
«Таким образом, на наш взгляд, именно новый набор политических лидеров и обусловил существенное изменение в структуре их восприятия студентами. Новый состав политических игроков уже не предполагает их сопоставления относительно морально-нравственных качеств (таких критериев, как «честность», «надежность», «прямота», «лицемерие», «безнравственность», «корыстность» и т.п.). Персонажи, вышедшие на политическую сцену, оцениваются относительно их силовых качеств, связанных прежде всего со способностью к социальной манипуляции» [11].
Заключение
Из перечисленного можно сделать следующие выводы.
1. Изучение специфики восприятия юношами и девушками - студентами вузов - политических деятелей нашей страны позволило зафиксировать содержательные векторы, относительно которых строится оценка образа политика. К ним в первую очередь относятся «нравственность», «сила» и «интолерантность».
2. Студенческая молодежь не воспринимает предложенных для оценки политических деятелей как личностей, имеющих высокие морально-нравственные принципы и идеалы. В этом отношении можно говорить о проявлении отчуждения респондентов по параметру «нравственность» от политической сферы, поскольку представители этой сферы - действующие лидеры, воспринимаются как «антипатичные». Вместе с тем более высокую значимость приобретает фактор «сила», который оказывается одним из ключевых при изучении отношения к политикам.
3. В период с 2004 по 2012 гг. произошло существенное упрощение семантических структур, определяющих восприятие студенческой молодежью политических деятелей. При этом отмечаются характерные гендерные различия. Для молодых людей приоритетными при оценке образа политического лидера выступают силовые характеристики, способности к эффективному решению, социальному управлению. Между тем качества, описывающие морально-нравственные и интеллектуальные аспекты утрачивают свою значимость. Для девушек же характерно генерализованное восприятие политического лидера, без выраженной дифференциации интеллектуальных и нравственных характеристик.
Список литературы
1. Гришко А.А. Некоторые особенности социальной категоризации политики в современной России. К построению профиля идеального Президента // Психология восприятия власти. М.: Социально-политическая мысль, 2002. 244 с.
2. Гуревич П.С. Политическая психология. М.: Юнити-Дана, 2010. 543 с.
3. Зорин В.А. Роль личностного фактора в становлении президентства в России, Украине и Белоруссии: политико-психологический анализ личностей В.В. Путина, Л.Д. Кучмы и А.Г. Лукашенко: дис. ... канд. полит. наук. М., 2003. 164 с.
4. Петренко В.Ф. Политическая психосемантика // Вестник Санкт-Петербургского университета. 2009. № 1. С. 18-29.
5. Петренко В.Ф. Язык метафоры в рейтинге политических лидеров // Социологический журнал. 2002. № 1. С. 41-47.
6. Петренко В.Ф. Гладких Н.Ю., Митина О.В. Психосемантический анализ восприятия политических лидеров (на материале выборки студентов из Южной Кореи) // Вестник Московского университета. Сер. 14. 2016. № 2. С. 64-87.
7. Петренко В.Ф. Митина О.В. Психосемантический анализ политического менталитета общества // Вестник Санкт-Петербургского университета. Сер. 16. 2015. № 3. С. 30-35.
8. Петрова Е.А., Шелест В.И., Халбаева А.М. Методологические предпосылки формирования концепции политического интеллекта // Социальная политика и социология. Т. 1. 2013. № 3. С. 258-266.
9. Петрова Е.А., Шелест В.И., Халбаева А.М. Политический интеллект современной молодежи в ситуации гражданского выбора // Социальная политика и социология. 2013. № 3. С. 32-41.
10. Собкин В.С., Ваганова М.В. Политические лидеры России: взгляд молодежи (по материалам психосемантического эксперимента) // Толерантность в подростковой и молодежной среде: труды по социологии образования. Т. IX. Вып. XVI. М.: Центр социологии образования РАО, 2004. С. 160-204.
11. Собкин В.С., Мнацаканян М.А. Особенности восприятия студенческой молодежью современных политических лидеров России (по материалам психосемантического исследования) // Социальная психология и общество. Т. 6. 2015. № 3. С. 46-63.
12. Шестопал Е.Б. Политическое лидерство в новых условиях: смена парадигмы восприятия // Полис: Политические исследования. 2013. № 3. С. 47-57.
13. Шестопал Е.Б. Психологический профиль российской политики 1990-х. Теоретические и прикладные проблемы политической психологии. М.: РОССПЭН, 2000. 431 с.
14. Banai B., Laustsen L., Banai I.P., Bovan K. Presidential, But Not Prime Minister, Candidates with Lower Pitched Voices Stand a Better Chance of Winning the Election in Conservative Countries // Evolutionary Psychology. Vol. 16. No. 2. 2018. Р. 197-219.
15. Laustsen L., Petersen M.B. When the Party Decides: The Effects of Facial Competence and Dominance on Internal Nominations of Political Candidates // Evolutionary Psychology. Vol.
16. 2018. Is. 2. April. Р. 24-36.
16. Macafee T. The interplay between social media politics and offline political participation // American Communication Journal. Vol. 20. 2018. Is. 1. Р. 19-30.
17. Mendoza S.A., DiMaria M.G. Not «With Her»: How Gendered Political Slogans Affect Conservative Women's Perceptions of Female Leaders // Sex Roles. March 2018. Р. 1-10.
18. Morreale S.P., Shockley-Zalabak P.S. The role of trust in the 2016 presidential campaign: An analysis of five trust drivers in Clinton and Trump's acceptance speeches and three debates // American Communication Journal. Vol. 20. 2018. Is. 1. Р. 46-92.
19. Osgood С.Е. The measurement of Urbana: Chicago and London: University of Illinois Press, 1957. 342 р.
20. Preston O.C., Anestis J.C. Psychopathic traits and politics: Examining affiliation, support of political issues, and the role of empathy // Personality and Individual Differences. 2018. Vol. 131. Р. 142-148.
21. Shim K. Oh S.-K.K. Who creates the bandwagon? The dynamics of fear of isolation, opinion congruency and anonymity-preference on social media in the 2017 South Korean presidential election // Computers in Human Behavior. 2018. Vol. 86. Р. 181-189.
22. Williams E.A. Pillai R., Deptula B.J., Lowe K.B., McCombs K. Did charisma "Trump" narcissism in 2016? Leader narcissism, attributed charisma, value congruence and voter choice // Personality and Individual Differences. 2018. Vol. 130. Р. 11-17.
References
1. Grishko A.A. Nekotorye osobennosti social'noj kategorizacii politiki v sovremennoj Rossii. K postroeniyu profilya ideal'nogo Prezidenta // Psikhologiya vospriyatiya vlasti. M.: Social'no-politicheskaya mysl', 2002. 244 s.
2. Gurevich P.S. Politicheskaya psikhologiya. M.: Yuniti-Dana, 2010. 543 s.
3. Zorin V.A. Rol' lichnostnogo faktora v stanovlenii prezidentstva v Rossii, Ukraine i Belorussii: politiko-psikhologicheskij analiz lichnostej V.V. Putina, L.D. Kuchmy i A.G. Lukashenko: dis. ... kand. polit. nauk. M., 2003. 164 s.
4. Petrenko V.F. Politicheskaya psikhosemantika // Vestnik Sankt-Peterburgskogo universiteta. 2009. № 1. S. 18-29.
5. Petrenko V.F. Yazyk metafory v rejtinge politicheskikh liderov // Sociologicheskij zhurnal. 2002. № 1. S. 41-47.
6. Petrenko V.F. Gladkikh N.Yu., Mitina O.V. Psikhosemanticheskij anaiiz vospriyatiya poLiticheskikh Liderov (na materiale vyborki studentov iz Yuzhnoj Korei) // Vestnik Moskovskogo universiteta. Ser. 14. 2016. № 2. S. 64-87.
7. Petrenko V.F. Mitina O.V. Psikhosemanticheskij anaLiz poLiticheskogo mentaLiteta obshchestva // Vestnik Sankt-Peterburgskogo universiteta. 2015. Ser. 16. № 3. S. 30-35.
8. Petrova E.A., SheLest V.I., KhaLbaeva A.M. MetodoLogicheskie predposyLki formirovaniya koncepcii poLiticheskogo inteLLekta // SociaL'naya poLitika i socioLogiya. T. 1. 2013. № 3. S. 258-266.
9. Petrova E.A., SheLest V.I., KhaLbaeva A.M. PoLiticheskij inteLLekt sovremennoj moLodezhi v situacii grazhdanskogo vybora // SociaL'naya poLitika i socioLogiya. 2013. № 3. S. 32-41.
10. Sobkin V.S., Vaganova M.V. PoLiticheskie Lidery Rossii: vzgLyad moLodezhi (po materiaLam psikhosemanticheskogo eksperimenta) // ToLerantnost' v podrostkovoj i moLodezhnoj srede: trudy po socioLogii obrazovaniya. T. IX. Vyp. XVI. M.: Centr socioLogii obrazovaniya RAO, 2004.
S.160-204.
11. Sobkin V.S., Mnacakanyan M.A. Osobennosti vospriyatiya studencheskoj moLodezh'yu sovremennykh poLiticheskikh Liderov Rossii (po materiaLam psikhosemanticheskogo issLedovaniya) // SociaL'naya psikhoLogiya i obshchestvo. T. 6. 2015. № 3. S. 46-63.
12. ShestopaL E.B. PoLiticheskoe Liderstvo v novykh usLoviyakh: smena paradigmy vospriyatiya // PoLis: PoLiticheskie issLedovaniya. 2013. № 3. S. 47-57.
13. ShestopaL E.B. PsikhoLogicheskij profiL' rossijskoj poLitiki 1990-kh. Teoreticheskie i prikLadnye probLemy poLiticheskoj psikhoLogii. M.: ROSSPEN, 2000. 431 s.
14. Banai B., Laustsen L., Banai I.P., Bovan K. PresidentiaL, But Not Prime Minister, Candidates with Lower Pitched Voices Stand a Better Chance of Winning the ELection in Conservative Countries // EvoLutionary PsychoLogy. VoL. 16. No. 2. 2018. P. 197-219.
15. Laustsen L., Petersen M.B. When the Party Decides: The Effects of FaciaL Competence and Dominance on InternaL Nominations of PoLiticaL Candidates // EvoLutionary PsychoLogy. VoL.
16. 2018. Is. 2. ApriL. P. 24-36.
16. Macafee T. The interpLay between sociaL media poLitics and offline poLiticaL participation // American Communication JournaL. VoL. 20. 2018. Is. 1. P. 19-30.
17. Mendoza S.A., DiMaria M.G. Not «With Her»: How Gendered PoLiticaL SLogans Affect Conservative Women's Perceptions of FemaLe Leaders // Sex RoLes. March 2018. P. 1-10.
18. MorreaLe S.P., ShockLey-ZaLabak P.S. The roLe of trust in the 2016 presidentiaL campaign: An anaLysis of five trust drivers in CLinton and Trump's acceptance speeches and three debates // American Communication JournaL. VoL. 20. 2018. Is. 1. P. 46-92.
19. Osgood S.E. The measurement of Urbana: Chicago and London: University of ILLinois Press, 1957. 342 r.
20. Preston O.C., Anestis J.C. Psychopathic traits and poLitics: Examining affiLiation, support of poLiticaL issues, and the roLe of empathy // PersonaLity and IndividuaL Differences. 2018. VoL. 131. P. 142-148.
21. Shim K. Oh S.-K.K. Who creates the bandwagon? The dynamics of fear of isoLation, opinion congruency and anonymity-preference on sociaL media in the 2017 South Korean presidentiaL eLection // Computers in Human Behavior. 2018. VoL. 86. P. 181-189.
22. WiLLiams E.A. PiLLai R., DeptuLa B.J., Lowe K.B., McCombs K. Did charisma "Trump" narcissism in 2016? Leader narcissism, attributed charisma, vaLue congruence and voter choice // PersonaLity and IndividuaL Differences. 2018. VoL. 130. P. 11-17.