Дмитрий Склобовский в ответ на заметку священника А. Аристова выпустил свою статью. В ней он посетовал на нежелание Воронежского духовенства принимать участие в делах на благо всей епархии. Он охарактеризовал это так: «ересь субъективизма положительно заедает современное общество и в среде Воронежского градского духовенства по справедливости считается довольно распространенною», а ее последователи теряют «способность объективно относиться к любому общественному делу или вопросу» [Склобов- ский, 1878, с. 650]. Раскритиковал Д. Склобовский и ряд утверждений А. Аристова. В частности, он назвал финансовые трудности, на которые ссылался А. Аристов, препятствием «если не мнимым, то легко устранимым». Д. Склобовский указывал на тот факт, что комиссия выбрала Митрофанов монастырь в качестве поставщика свечей не потому, что не имела средств договориться с частными фабрикантами (хотя, по утверждению Д. Склобовского, комиссия обращалась ко всем продавцам Воронежской епархии), а потому, что монастырь сумел предложить наиболее выгодную цену. Д. Склобовский ссылался на разговор с одним из воронежских купцов, который предлагал духовенству епархии не взваливать на себя такое трудное дело, как строительство собственного завода, а остановиться на получении процента от прибыли проданных свечей, используя мощности какого-либо существующего свечного завода. Церковная свеча - это «самый важный ценз, единственный источник прямого и совершенно правильного обеспечения церквей и потом духовенства, но источник далеко еще не разработанный, <...> почти слегка только затронутый, только в будущем ожидающий правильной реализации» [Там же, с. 661]. К сожалению, как писал Д. Склобов- ский, духовенство Воронежской епархии «на половину отнеслось ко всему этому с явным пренебрежением и наперекор чему угодно, в конечное истребление всех благих чаяний, обнаруживает непостижимую косность в таком деле, в котором самым живейшим образом требуется и призывается вся его энергия» [Там же, с. 663].
В заметке «По вопросу о церковно-свечной операции» [По вопросу о церковносвечной операции, 1878] неназванный автор предлагает сконцентрировать внимание на решении наиболее важных вопросов. Главный из них - это организовать производство церковных свечей путем создания собственного свечного завода. По мнению автора, это положение, как аксиома, «не должно подлежать ни спору, ни сомнениям» [Там же, с. 925]. Поэтому необходимо не допускать покупку свечей незаконным образом потому, что в некоторых церквях
свободная покупка свечей «широко откроет двери бессовестному барышничеству» [Там же, с. 928]. Если же создание собственного свечного завода встретит непреодолимые трудности, то в таком случае необходимо объединить усилия с Митрофановским монастырским заводом. Монастырское правление на деле доказало, что «с ним можно вести всякое капитальнейшее дело без всяких бумажных актов» [Там же, с. 930].
Священник А. Понятовский также подверг критике деятельность центральной комиссии по церковно-свечной операции. А. Понятовский выразил недовольство теми средствами, которыми она достигается. Комиссией не были учтены существовавшие правила покупки церквями свечей, разница в их количестве и др. Поэтому эти средства и «вызвали такие неотрадные последствия» [Понятовский, 1879, с. 58]. Как и И. Васильев, он отмечал необходимость затрат на дорогу, связанную с покупкой свечей и их оплатой. Более того, жесткая периодичность закупок нарушала привычный ход церковной деятельности. Не только в разных церквях, но и в разное время года продажа свечей осуществлялась с разной скоростью.
Наибольшую критику со стороны А. Понятовского вызывали штрафы. С учреждением новых правил церковно-свечной операции церковный староста был обязан в установленные сроки доставить требуемую сумму для закупки в полном объеме. Это ставило церковных старост в очень непростую ситуацию: в случае неявки будет выписан штраф, поскольку комиссия «будет думать, что свечи куплены на стороне» [Там же, с. 59].
Другим объектом критики А. Понятовского была цена на свечи, установленная комиссией. Она была завышена - «прежде свечи покупались по 18 р. за пуд, а теперь положили 24 р.». Более высокое качество свечи, купленной у комиссии, не оправдывало такую высокую цену в глазах церковных старост и крестьян. А. Понятовский писал о том, что, убеждая крестьян покупать свечи только в церкви, действовал «против собственных убеждений». Крестьян аргументация священника не убеждала - «никакие разъяснения и убеждения не в силах сбить мужика с избранной им точки опоры» [Там же, 63]. Прекратить это силами одного священника было нельзя. Рассчитывать на помощь церковного старосты не приходилось, поскольку тот в большинстве случаев сторонник «интересов мира, нежели церкви».
Все сложившуюся ситуацию А. Понятовский сравнил с ростовщичеством, которое не щадит никого и ничего, «копящее капитал законными и незаконными путями» [Понятовский, 1879, с. 62]. Им были предложены следующие меры по нормализации происходящего - отмена штрафов и отмена жестких сроков по закупкам свечей. В противном же случае комиссия оттолкнет от себя и тех, «кто сочувствовал ей во имя сочувствия общеепархиальным интересам, а через то выйдет и еще трагикомический результат» [Там же, с. 68].
Отклик на данную статью не заставил себя ждать. В ответ вышла публикация священника И. Сахарова, в которой тот подробно разобрал работу А. Понятовского и выдвинул свои контраргументы [Сахаров, 1879]. Для начала И. Сахаров отметил позитивную сторону общественного обсуждения таких сложных вопросов, каким является церковносвечная операция. Все заметки, «возражения, сомнения и недоумения, выраженные публично путем печати, и на принципах строгой правды и теплого сочувствия составят дорогой вклад» в общее дело, поскольку в них освещались те проблемы, с которыми сталкивались представители духовенства в ходе реализации задуманного. Однако работу А. Понятовского И. Сахаров отказался причислять к этой категории, поскольку посчитал ее тенденциозной. И. Сахаров упрекнул священника А. Понятовского в чрезмерном рвении, в результате которого и страдали отношения с прихожанами, в то время как указы комиссии не вынуждали действовать строгими и радикальными методами. И как бы ни были сильны в обществе негативные настроения в адрес комиссии, причина недовольства церковных старост и некоторых священников кроется совсем в другом. И. Сахаров видел ее в том, что церковные старосты опасались потерять свое влияние, поскольку «духовенство врывается в такую область, где они (церковные старосты - прим. Д.Н.) были до сего времени бесконтрольными хозяевами, и что их независимой покупке и продаже церковных свечей приходит конец» [Там же, с. 382]. Недовольство же некоторых священников объяснялось опасениями с их стороны потерять часть церковных доходов, в результате чего церковь становилась бы беднее. Кроме того, в некоторых случаях имел место сговор священника и церковного старосты с тем, что закупать свечи в обход установленных правил.
И. Сахаров указывал на данные, полученные им из некоего достоверного источника, согласно которым доходы от продажи свечей центральной комиссией в 1878 - первой половине 1879 г. оказались куда ниже ожидаемых, а количество отправленных свечей было гораздо ниже требуемого - «они едва ли покрывают собой пятую часть действительного по епархии расхода» [Там же, с. 383]. И. Сахаров настаивал на строительстве собственного епархиального свечного завода. Для успешной борьбы «со свечными торговцами, эксплуатирующими наши церкви и народ», необходима честная конкуренция. В противном случае «мы ничем не осилим этих торговцев», - писал И. Сахаров.
Не только А. Понятовский был противником того, как проводилась церковносвечная операция, звучали голоса других противников и критиков. Одним из таких был священник Скрябин (инициалы в статье не были указаны). Данный автор вступил в полемику с Д. Склобовским. Так, он сообщал о том, что поставляемые комиссией свечи «по своему качеству, объему и цвету оказались ниже посредственности» [Скрябин, 1879,
с. 645]. Свечи, поставляемые комиссией, оказались тоньше и меньше тех, что прежде покупались у торговцев. К тому же комиссия не могла обеспечить ассортимент поставляемой продукции - наиболее продаваемые маленькие свечи не поставлялись вовсе. Это вызывало неудовольствие и негодование со стороны прихожан в адрес духовенства, «затеявшего новые порядки». В результате свечи прихожанами покупались в больших объемах у торговцев, а не в церкви.
Упрекал священник Скрябин комиссию и в нерегулярности поставок. Поставляемые свечи приходили с большим опозданием. Так, например, в 1879 г. свечи были отправлены не в начале года, как требовались, а лишь в марте. Священник задавал вопрос всему епархиальному духовенству: «Что делать тем несчастным церквям, которые более чем своевременно представили о. комиссионеру требование о нужном количестве свечей на первую половину текущего года, не получали оных из комиссии до конца марта месяца,
т. е. на такие месяцы, в которые <...> бывает самый большой расход свечей» [Скрябин, 1879, с. 646].
Скрябин предлагал разрешить свободную закупку свечей церквями с тем условием, что они отчисляют 3-4 рубля в пользу епархии с каждого проданного пуда. Собранные деньги предлагалось отсылать в Попечительство о бедных духовного звания, которое обязывалось хранить в Воронежском городском банке либо другом финансовом учреждении для «хранения и приращения процентами».
Наиболее активный участник обсуждения в «Воронежских епархиальных ведомостях» Д. Склобовский в 1880 г. выступил с очередной статьей. Название статьи говорит о многом: латинское выражение idem per idem можно перевести как «замкнутый круг». Комиссию по церковно-свечной операции Д. Склобовский назвал «фантасмагорией», которой «на делах в Епархии нигде почти уже и незаметно, которой и самое существование можно только подозревать по некоторым самым неясным признакам» [Склобовский, 1880, с. 424]. В епархии, по словам Д. Склобовского, царит «гробовое молчание» по вопросу о церковно-свечной операции, несмотря на количество написанных статей. «Правительство отлично знает, что духовенство по-прежнему остается все в том же нищенском положении, значит, на тощих карманах этого сословия никаких расчетов основывать невозможно; знает оно также и о том, что и церковные карманы вследствие непомерных взносов и налогов на них, с каждым годом более и более умножающихся и возрастающих, до самого дна уже исчерпаны» [Там же, с. 427]. Значит, только получение доходов от церковносвечной операции могло дать духовенству дополнительные средства. Однако за прошедшие годы с момента начала обсуждения никаких серьезных подвижек не произошло, а комиссия не только не поспособствовала этому, а наоборот только «опустила руки». Д. Склобовский критиковал комиссию за отсутствие инициативы, деятельного подхода, непоследовательности и многое другое. Д. Склобовский призывал активнее бороться с незаконной торговлей, а также вести строгую смету необходимого количества свечей для каждой церкви в епархии.
Вопрос о церковно-свечной операции выявил разногласия в среде воронежского духовенства. «Воронежские епархиальные ведомости» стали площадкой для обсуждения различных точек зрения, обсуждений и споров. Точка зрения того или иного автора зависела от множества факторов, в т. ч. и от того, в каком приходе служил конкретный клирик. Представители городского и сельского духовенства по-разному видели способы извлечения прибыли от продажи церковных свечей. Часть духовенства не желала каких-либо изменений, их устраивало существовавшее положение вещей, и они составляли оппозицию центральной комиссии по церковно-свечной операции. Несмотря на столь длительные и острые дискуссии, епархиальный свечной завод был всё-таки открыт в 1881 г. в Воронеже и стал играть важную роль в материальном обеспечении духовенства. С.А. Иконников приводит следующие данные: в 1913 г. чистая свечная прибыль в Воронежской епархии составила 452 238 рублей 39 копеек (44 % всех церковных доходов) [Иконников, 2018]. Получаемые доходы от продажи свечей позволили местному духовенству улучшить финансирование духовных учебных заведений, приходских храмов и т. д.
Список литературы
свечной завод епархия православное духовенство
1. Аристов А., свящ. 1878. Заметка по свечной операции. Прибавления к Воронежским епархиальным ведомостям, 12: 469-474.
2. Беговатов Д.А. 2017. Городское православное духовенство Тверской епархии в первой половине XIX века: профессиональная деятельность и повседневная жизнь. Тверь, СФК-офис, 312.
3. Белоногова Ю.И. 2017. Материальное обеспечение церквей в XIX - начале ХХ в. на примере храмов Волоколамского благочиния Московской епархии. Вестник Православного Свято - Тихоновского гуманитарного университета. Сер. 2: История. История Русской Православной Церкви, 79: 46-54.
4. Васильев И., свящ. 1878. Заметка сельского священника. Прибавления к Воронежским епархиальным ведомостям, 13: 502-507.
5. Всеволодов А.В. 2017. Православное приходское духовенство в 1840-1880-е гг.: материальное обеспечение, корпоративная организация, самосознание (на материалах Вологодской епархии): дис. ... канд. ист. наук. Екатеринбург, 382.
6. Ершов Б.А. 2012. Русская православная церковь в системе государственных отношений в XIX - начале XX в. (на материалах Центрально-Черноземных губерний): дис. ... докт. ист. наук. Курск, 412.
7. Журнал заседания съезда депутатов Воронежской епархии 10 января 1878 года. 1878. Вечернее заседание. Воронежские епархиальные ведомости. Официальная часть, 4: 31-33.