Установлено, что обеспечительный факторинг и перевод правового титула имеют общую правовую природу и являются частными случаями фидуциарных сделок для целей обеспечения. При этом договор перевода правового титула должен служить инструментом фидуциарной обеспечительной передачи титула на вещи, для чего имущественные права следует исключить из числа возможных предметов договора о переводе правового титула (ч.1 ст. 149 Банковского кодекса Республики Беларусь (далее - БК)), а договор обеспечительного факторинга служит и должен служить инструментом фидуциарной обеспечительной передачи денежных требований. Для создания поименованного в законодательстве инструмента фидуциарной передачи в обеспечительных целях иных обязательственных прав, не являющихся денежными, предложено ввести в отечественное законодательство нормы, определяющие и регламентирующие обеспечительную фидуциарную уступку.
2. Обоснование того, что договор уступки денежного требования из обязательства, которое возникнет в будущем, следует рассматривать как условную сделку, то есть сделку, представляющую собой волеизъявление, направленное на уступку требования, правовой эффект которого проявляется при условии возникновения требования, на уступку которого направлено волеизъявление. При этом условием проявления правового эффекта сделки уступки является возникновение того денежного требования, которое является предметом уступки. Данное впервые предложенное решение позволяет дать объяснение отношениям, складывающимся при уступке прав (требований), еще не существующих на момент заключения договора факторинга.
3. Вывод о нецелесообразности отнесения деятельности по осуществлению финансирования под уступку денежного требования (факторинга) к числу банковских операций, осуществлять которую вправе только банки и небанковские кредитно-финансовые организации, сделанный исходя из того, что по своему характеру такие операции не несут в себе никаких особых рисков ни для ее участников, ни для функционирования кредитно-денежной системы государства. Установлен общегражданский характер договора факторинга. В связи с этим предложено исключить факторинг из перечня банковских операций и перенести нормы о факторинге из БК в ГК.
4. Вывод о том, что незнание кредитором обстоятельств, наличие которых дает должнику право не исполнять уступленное денежное требование, не должно освобождать кредитора от ответственности за недействительность уступленного требования, и при этом знание таких обстоятельств фактором должно освобождать кредитора от ответственности за недействительность уступленного требования. Ответственность кредитора, вытекающая из регрессного обязательства в случае неисполнения должником денежного требования, по своей правовой природе является субсидиарной ответственностью. Доказано, что только квалификация регрессной обязанности кредитора как обязанности, вытекающей из субсидиарной ответственности кредитора, обеспечивает достижение баланса интересов участников факторингового правоотношения. В целях исключения проблем, обусловленных институтом регрессных обязательств в факторинге, предлагается оформлять ответственность кредитора за неисполнение должником уступленного требования путем принятия на себя кредитором поручительства в порядке, предусмотренном ст. 361 ГК. При этом предлагается исключить из законодательства нормы о регрессных обязательствах кредитора за неисполнение должником уступленного требования.
5. Научно обоснованные решения основных проблемных вопросов, связанных с положением должника при уступке, совершаемой по договору факторинга. При этом в основу предлагаемых решений положен принцип неухудшения положения должника при уступке. В частности:
5.1. в случае частичной уступки должник вправе отнести все вызванные изменением места исполнения расходы на счет кредитора и фактора, которые обязаны возмещать такие расходы солидарно друг с другом (п.2 ст. 303 ГК); если хотя бы один из них не будет являться предпринимателем, то расходы будут возмещаться каждым в равной доле с другими (ст. 302 ГК).
5.2. уступка требования при солидарной множественности на стороне кредитора в уступаемом обязательстве возможна только с согласия всех кредиторов. При долевой множественности кредиторов каждый из кредиторов может без согласия других кредиторов уступить принадлежащее ему право на получение соответствующей части (доли) долга, что основано на фактической самостоятельности такого требования от требований иных кредиторов. Для уступки всего долга каждый из долевых кредиторов должен выразить волю об уступке своей доли.
В случае, когда уступаемое требование приобретается не одним, а несколькими факторами, образуется множественность лиц на стороне кредитора, долевая или солидарная. Долевая множественность возникает тогда, когда в договоре факторинга определено, в какой части требование переходит к каждому из факторов, а солидарная - когда отсутствуют указания на конкретные доли факторов. В зависимости от характера множественности лиц в обязательстве все факторы (если должник не даст согласия на иное) будут обязаны солидарно друг с другом или в соответствующей доле возместить дополнительные расходы должника, вызванные уступкой;
5.3. в случае последующей уступки надлежащим следует признать исполнение такому фактору, который последним смог легитимировать себя как надлежащий кредитор в денежном требовании;
5.4. в случае недействительности или незаключенности сделки цессии, совершаемой в рамках договора факторинга, предложен следующий критерий возложения риска исполнения ненадлежащему лицу на должника или кредитора: если кредитор участвовал в сделке цессии, являющейся недействительной или незаключенной, риски исполнения ненадлежащему лицу должны лечь на него, так как именно он как сторона сделки должен обеспечить ее надлежащее юридическое оформление и тем самым гарантировать должника от возможных проблем; если же кредитор не является стороной цессии или не мог повлиять на ее форму или содержание, риски исполнения ненадлежащему лицу должны быть возложены на должника.
5.5. право на изменение договора, из которого вытекает уступленное требование, может быть реализовано кредитором и должником без согласия фактора только в том случае, когда такое изменение не окажет негативного влияния на правовое положение фактора, т.е. не изменит в худшую сторону объем переданных ему прав, условий реализации требования, а также вероятность надлежащего его исполнения должником.
5.6. к упоминаемым в статье 355 ГК условиям, на которых права первоначального кредитора переходят к новому кредитору, то есть фактору, должны относиться также условие об избрании определенного арбитража и условие о договорной подсудности для разрешения возможных споров между участниками договора.
6. Предложен следующий комплекс мер по совершенствованию законодательства:
6.1. в целях исключения факторинга из числа операций, подлежащих лицензированию, закрепления норм о договоре факторинга в ГК, а также в целях реализации ряда других положений, выносимых на защиту, и нормативного закрепления выводов, сделанных в диссертационном исследовании, соискателем разработан и предложен проект закона о внесении изменений в ГК и БК (Приложение А к диссертации).
6.2. включить обеспечительный факторинг в перечень способов обеспечения исполнения обязательств по кредитному договору, позволяющих считать задолженность обеспеченной в соответствии с п.22 Инструкции о порядке формирования и использования банками и небанковскими кредитно-финансовыми организациями специальных резервов на покрытие возможных убытков по активам и операциям, не отраженным на балансе, утвержденной постановлением Правления Национального банка Республики Беларусь от 28 сентября 2006 г. № 138.
6.3. изменить пункты 3 и 7 постановления Пленума Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь от 23 декабря 2005 г. № 34 «О подведомственности споров после уступки требования или перевода долга», изложив их в редакциях, признающих сохранение в силе в отношении уступленного требования условия договора об избрании определенного арбитража и условия о договорной подсудности для разрешения возможных споров между участниками договора.
Личный вклад соискателя. Настоящее диссертационное исследование выполнено без привлечения к работе соавторов.
Апробация результатов диссертации. Положения работы были доложены на международной научной конференция студентов и аспирантов «Правотворчество и правоприменение в современном обществе» (г. Минск, 31 октября - 1 ноября 2008 г.), республиканской научно-практической конференции «Актуальные проблемы развития современного белорусского государства и права» (г. Гродно, 16-17 апреля 2010 г.), международной научно-практической конференции «Правовое обеспечение инновационного развития экономики Республики Беларусь» (г. Минск, 21-22 октября 2010 г.), международной научной конференция студентов и аспирантов «Правовое обеспечение инновационного развития общества и государства (г. Минск, 29-30 октября 2010 г.).
Опубликованность результатов диссертации. Основные результаты работы нашли отражение в 18 научных работах, из них 9 статей, соответствующих п. 18 Положения о присуждении ученых степеней и присвоении ученых званий в Республике Беларусь, утвержденного Указом Президента Республики Беларусь от 17 ноября 2004 г. № 560, в научных рецензируемых журналах (4,1 авторского листа), 7 статей в иных журналах (1,6 авторского листа), 2 материала конференций (0,25 авторского листа).
Структура и объем диссертации. Структура диссертации обусловлена целями и задачами исследования. Диссертация состоит из перечня условных обозначений, введения, общей характеристики работы, четырех глав, заключения, библиографического списка и приложения. Библиографический список занимает 17 страниц и включает список использованных источников (222 наименования), а также список публикаций соискателя (18 наименований). К диссертации прилагается одно приложение на 5 страницах. Общий объем диссертации составляет 140 страниц.
ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ
В первой главе «Аналитический обзор литературы по теме диссертации» приведен краткий обзор трудов белорусских и зарубежных авторов по вопросам факторинга и уступки права требования. При этом анализ литературы проведен в контексте исторического изменения взглядов законодательства на уступку денежного требования и факторинг, а также в контексте эволюции научного представления о них. В результате анализа литературы выявлены нерешенные юридической наукой вопросы. Исходя из этого, определены предмет и задачи диссертационного исследования, отражено его место в разработке данной проблематики.
Вторая глава «Понятие, правовая природа и виды договора факторинга» посвящена определению сущности и правовой природы договора факторинга.
В первом разделе «Понятие и правовая природа договора факторинга» приведены основные высказанные в научной литературе взгляды на правовую природу договора факторинга, на его соотношение с договором цессии, на место этого договора в системе договоров, отмечены их основные положительные стороны и недостатки. Среди всех предложенных в науке подходов к определению правовой природы договора факторинга наиболее обоснованным признан подход, рассматривающий договор факторинга как сделку по возмездному отчуждению денежного требования. При этом выявлено, что экономическая сущность данного договора раскрывается в том, что кредитор либо в целях рефинансирования предоставленного коммерческого займа (отсрочки, рассрочки оплаты), либо в целях оптимизации затрат на работу с дебиторской задолженностью, либо в силу иных экономических причин возмездно отчуждает фактору денежное требование к третьему лицу (должнику). В противоположность этому распространенный взгляд на договор факторинга как на сделку, закрепляющую заемно-кредитную операцию, должен быть отвергнут, поскольку не выдерживает ряд критических замечаний. Финансирование, предоставляемое фактором, по экономической сущности является не суммой денежных средств, размещаемых на условиях возвратности и платности, а покупной ценой (эквивалентом) приобретаемого денежного требования. Договор факторинга охарактеризован как возмездный, двусторонний, консенсуальный. Выдвинут и обоснован тезис о том, что договор факторинга, как он определен в ст. 153 БК, по своей структуре является одновременно и договором - основанием цессии, и договором цессии. В то же время стороны договора факторинга вправе своим соглашением устанавливать иные моменты перехода денежного требования к фактору, разделяя во времени заключение договора факторинга как обязательственной сделки и договора цессии как распорядительной сделки.
Во втором разделе «Виды договора факторинга» приведена классификация договоров факторинга исходя из различных критериев, как закрепленных на законодательном уровне, так и предложенных в науке, охарактеризованы основные виды договора факторинга. Также проведен анализ, определена правовая природа и перечислены отличительные особенности обеспечительного факторинга. Выдвинут и доказан тезис о том, что договор обеспечительного факторинга по своей правовой природе является договором фидуции (фидуциарной уступки) для целей обеспечения исполнения обязательств кредитора перед фактором, что в свою очередь позволяет сделать вывод о том, что обеспечительный факторинг и перевод правового титула имеют общую правовую природу и являются частными случаями фидуциарных сделок.
Третья глава «Договор факторинга как юридический факт» включает три раздела, в которых раскрывается сущность договора факторинга как юридического факта.
В первом разделе «Субъекты договора факторинга» рассмотрены основные проблемы в области субъектного состава договора факторинга. В частности, аргументировано, что с политико-правовой точки зрения факторинговая сделка не несет в себе никаких особых рисков ни для ее участников, ни для функционирования кредитно-денежной системы страны, чтобы делать ее заключение лицензируемым для фактора видом деятельности (банковской операцией). В связи с этим предложено исключить факторинг из числа банковских операций. Приведена аргументация в пользу того, что в качестве возможного кредитора в договоре факторинга может выступать не только юридическое лицо или индивидуальный предприниматель, но и физическое лицо, не зарегистрированное в качестве индивидуального предпринимателя. В рамках рассмотрения вопроса о статусе должника в уступаемом денежном требовании сделан вывод о том, что наряду с требованиями к юридическим лицам и индивидуальным предпринимателям денежные требования к физическим лицам можно признать допустимым предметом уступки по факторингу.
Во втором разделе «Содержание договора факторинга как юридического факта» установлено, что юридическую сущность договора факторинга определяют отношения по уступке денежного требования. Оказание дополнительных услуг фактором является сопутствующим предметом договора факторинга и сущности данной сделки не образует. В разделе рассмотрены условия, которым должно соответствовать денежное требование для того, чтобы быть способным к уступке по договору факторинга. В частности, могут быть уступлены требования, принадлежащие кредитору только на основании обязательства. Это означает, что предметом уступки по договору факторинга не могут быть абсолютные права, или относительные, но вытекающие не из обязательства. Также не могут быть предметом уступки по договору факторинга денежные требования, в которых деньги выступают в качестве вещи, а не в качестве платежного средства; денежные требования из публичных отношений. Поскольку с уступкой права требования цессионарий не включается в обязательство, предполагающее осуществление лицензируемой деятельности, и тем более не осуществляет ее, в исследовании сделан вывод о том, что могут являться предметом уступки требования из договоров, заключенных при осуществлении лицензируемого вида деятельности. Несозревшие (с ненаступившим сроком исполнения) и условные (осложненные отлагательным условием)) требования существуют как на момент заключения соглашения о цессии (в стадии Anwartschaftsrecht), так и на момент перехода требования (в стадии, когда требование является полностью созревшим и безусловным), в связи с чем уступка таких требований должна быть признана допустимой. Специфика сделок цессии в отношении условных требований отражена в предложенной квалификации таких сделок как сделок, заключаемых под отлагательным условием, при которых отлагательным условием для перехода требования к цессионарию является наступление того условия, которым обусловлено само уступаемое требование.