Эгалитарно-инклюзивные трансформации категории рода в современном английском языке
Т.В. Леденева, Н.А. Зинкевич
В статье представлены результаты исследования изменений, происходивших с категорией рода в английском языке в 1970-2010-е годы, когда в силу определенных лингвистических и социально-культурных факторов она оказалась в центре внимания как профессиональных лингвистов и средств массовой информации, так и официальных структур США и Западной Европы. Процесс эволюции категории рода в этот период можно условно разделить на два этапа: 1970-90-е и 2000-е годы. В первый период произошла коррекция лингвистической асимметрии, выразившаяся в реформе употребления генерического личного местоимения мужского рода единственного числа he и значительном увеличении существительных женского рода, обозначающих профессии, титулы и звания. Второй этап был связан с политикой инклюзивности, в результате чего использование гендерно-нейтральных существительных и местоимений стало нормативным.
В центре данного исследования находится совокупность собственно лингвистических и социокультурных факторов, вызвавших изменения в нормативном словоупотреблении, связанном с грамматической категорией рода. Особый интерес представляет выявленное противоречие между прескриптивными усилиями общества по реформированию языка и собственно лингвистическими закономерностями, в соответствии с которыми часть нововведений прижилась в языке, а часть была им отвергнута. Теоретические обобщения и выводы данной статьи, а также вводимые в обращение конкретные речевые примеры заслуживают внимания как лингвистов, так и преподавателей английского языка.
Ключевые слова: категория рода, гендерная лингвистика, инклюзия, феминистская лингвистика, феминитив, генерическое местоимение, гендерно-нейтральные местоимения.
Egalitarian and inclusive transformations of the Gender category in contemporary English
T.V. Ledeneva, N.A. Zinkevich
The paper embraces the research deliverables on the evolution of Gender in Modern English Grammar and Vocabulary over the 1970-2010s. A broad range of linguistic and socio-cultural factors contributed to genuine interest in the category of Gender not only on the part of linguists but also from mass media and administrative bodies in the USA and Western Europe. The evolution process falls into two stages, that of the 1970-90-s and the 2000-s. The first period led to redressing the gender asymmetry and resulted in reforming the usage rule of generic pronoun he as well as in a significant increase in the number of feminitives. The second period is characterized by linguistic adjustment to the main trends of sociocultural inclusiveness and has led to the increasing role of gender-neutral pronouns.
The study of both periods focuses on the analysis of linguistic and sociocultural factors bringing the changes in the Gender category to life. Particular attention is given to the controversy between prescriptive efforts purporting to reform the language and inherent linguistic patterns due to which not all innovations have managed to take root in contemporary English. Theoretical deductions and conclusions as well as the factual linguistic data introduced in the article are worth the attention of both linguists and English language teachers.
Keywords: gender, gender linguistics, inclusiveness, feminist linguistics, feminitive, generic pronoun, gender-neutral pronouns.
Целью данной работы является анализ изменений в категории рода в современном английском языке на грамматическом, лексическом и словообразовательном уровнях с тем, чтобы установить причины, вызвавшие наблюдаемые трансформации, и последствия произошедших реформ. В поле исследования попадают изменения, которые берут начало в 1970-е годы и продолжаются по настоящее время. При этом в центре внимания оказываются как собственно лингвистические факторы, так и внешние социально-культурные и административные.
Категория рода в английском языке является актуальным объектом изучения и научной дискуссии в нашей стране и за рубежом. В последние двадцать лет в России было защищено несколько диссертаций по этой теме. Однако появившийся в последние пять лет языковой материал показал, что обсуждаемые проблемы далеко не исчерпаны и в высшей степени актуальны. Как показывают публикации последних лет [1, 4, 6], категория рода в английском языке продолжает вызывать научный интерес.
Сугубо академическая категория рода в английском языке стала предметом острых общественно-политических дискуссий в 70-е годы ХХ века. Основной движущей силой процесса стало феминистское крыло академического сообщества. В университетах проходили семинары и конференции по проблемам языка и пола. Появились яркие лингвистические исследования, доказывавшие, что традиционный английский язык непригоден для использования ввиду того, что он пропитан маскулинными идеями и ценностями (masculine bias in the language) [18, 19, 20].
В это время западная лингвистика находилась под сильным влиянием гипотезы лингвистического релятивизма Сепира-Уорфа, согласно которой язык определяет мышление, и, соответственно, когнитивные категории строго детерминируются лингвистическими категориями. Казалось, что достаточно изменить национальные языки, чтобы преобразить мир. Необходимо только обнажить скрытую в обычных словах и грамматических формах функцию андроцентризма, мужского доминирования.
Под андроцентризмом понимался не просто взгляд на мир с мужской точки зрения, но и представление мужских нормативных и жизненных моделей в качестве универсальных общечеловеческих, а женской системы ценностей как маргинальной аномалии. По определению Энн Пауэлз (Ann Pauwels), основными признаками андроцентризма английского языка являются незаметность женщин в языке; изображение женского статуса через референцию к мужчине; стереотипическая репрезентация обоих полов; изображение женщин, как имеющих подчиненный статус [22, p. 48].
В пылу дискуссии случалось использование в качестве аргументации псевдонаучной игры слов. Например, выдвигалось требование радикального пересмотра истории как науки, поскольку традиционная история - это history = his-story, которой необходимо противопоставить her-story. На самом деле существительное history восходит к древнегреческому histor (мудрец, судья).
С появлением в 1976 г. академического журнала Women and Language феминистская критика языка оформилась как новое направление в лингвистике, направленное на реформирование традиционных языков с целью устранения их гендерной асимметрии. В результате феминистского этапа лингвистической реформы в английском языке произошел ряд изменений, направленных на восстановление паритета в использовании форм мужского и женского рода.
В частности, усилия феминистской лингвистики, направленные на утверждение равноправия и создание позитивного имиджа женщины в языке, привели к изменению традиционной практики употребления местоимения he, так называемого, генерического he (generic he). Если в недалеком прошлом можно было прочесть в школьном учебнике: The first grader should be ready for his first day at school, bring his books, pencils, and paper, то сегодня это предложение выгладит либо как: The first grader should be ready for his or her first day at school, bring his books, pencils, and paper, либо (предпочтительный вариант): First graders should be ready for their first day at school, bringing their books, pencils, and paper. Введено нормативное требование согласования существительных общего рода с двойным личным местоимением 3-го лица: If a student is ill, he or she must send a medical certificate [27, р. 653].
В лексическом составе английского языка также произошли значительные изменения. Практически вышли из употребления существительные с компонентом -man, не имеющие парных дериватов с компонентом - woman, такие, как mankind (человечество). Устаревшими стали словосочетания, в которых мужчина определяется по его социальному или профессиональному статусу, а женщина - по семейному положению: man and wife. Реформа коснулась и глагольной парадигмы слова to man в значении укомплектовывать людьми, кадрами, личным составом. Так, в сообщениях и документах NASA «пилотируемый космический корабль» отныне не manned ship, а crewed ship. [16, p. 648-649]. Остаются под вопросом формулировки в исторических документах, таких как «Декларация независимости» с ее знаменитым тезисом «All men are created equal».
По подсчетам А.П. Нилсен, словарь Вебстер содержал в пять раз больше существительных мужского рода с указанием профессий, чем женских [21, p. 7]. Для устранения количественного лексического дисбаланса были созданы сотни новых существительных женского рода, производных от однокоренных существительных мужского и общего рода. Самую большую группу составили феминитивы с обозначением профессии, должности, звания и титула (policeman-policewoman, businessman-businesswoman, chairman-chairwoman, anchorman-anchorwoman, governor-governess, steward-stewardess, headmaster-headmistress, priestpriestess, cowboy-cowgirl, manager-manageress, aviator-aviatrix, etc.) [21, p. 58].
С одной стороны, исследование гендерных асимметрий языка способствовало более глубокому изучению словообразовательной и номинативной систем языка, а также культурных стереотипов женственности и мужественности в целом [10]. С другой стороны, учитывая социально-политическую остроту проблемы гендерного неравенства и возрастающую роль женщины в обществе, с 1987 по 1995 г. вопрос об устранении «лингвистической дискриминации» женщины ежегодно обсуждался на генеральных конференциях ЮНЕСКО и находил отражение в официальных документах этой организации [13]. В 1990 году Совет Европы призвал СМИ пользоваться свободным от сексизма языком [13]. В результате были разработаны специальные инструкции для работников СМИ с политически корректными эквивалентами для «сексистских» слов и форм.
Административная реформа сделала новые языковые нормы обязательными для таких стилевых регистров, как политический и академический дискурс, деловое общение и язык средств массовой информации. Однако на глубинном речевом уровне традиционная категория рода продолжала функционировать по-прежнему. Более того, ни массовый энтузиазм подвижников- реформаторов, ни прескриптивное, волюнтаристски-административное навязывание языку новых слов не привели автоматически к исчезновению культурных стереотипов, лежащих в основе гендерного неравенства. Семантического уравнивания значений существительных мужского и общего рода с феминитивами не произошло. Как когда- то М. Цветаева интуитивно предпочла называться поэтом, а не поэтессой, так и многие англоязычные женщины-профессионалы болезненно отреагировали на женские варианты номинации их вида деятельности, чувствуя их уязвимость, заложенную в самой природе языка.
В итоге далеко не все феминитивы вошли в узус, большинство осталось либо на уровне окказиональных казусов, либо были впоследствии заменены гендерно-нейтральными дериватами. Например, не прижилось существительное governess (женщина-губернатор), поскольку в XIX веке это слово означало гувернантка. Словосочетания career officer, career diplomat в значении кадровый военный, дипломат, оказались семантически уязвимыми к негативным коннотациям в сочетании с существительным женского рода. Такие словосочетания, как career girl, career woman стали употребляться в значении карьеристка. Известен казус, когда по этой причине Сара Фергюс- сон, княгиня Йоркская, отказалась принимать участи в программе Би-Би-Си, посвященной профессиональным успехам женщин из высшего света Великобритании, именно потому, что ей категорический не понравилось словосочетание career girl.
Даже попытки заменить гендерно-маркированные компоненты на нейтральные, такие как person, привели к тому, что сегодня слово person (chairperson, businessperson) нередко интерпретируется как замаскированное woman. Дебора Кэмерон (Deborah Cameron) приводит в своей монографии следующие примеры из современной английской художественной литературы: «- God damn careless person. - She must have been. -1 didn't say she, Mr Lockwood. - If it had been a man you'd have said so, but you said 'God damn careless person'.» (J. O'Hara). «Unless it has to do with the ships or sparking, you just suppose a person is female till you learn otherwise.» (D. Brin) [10, p. 29].
К неоднозначным результатам привело и нормативное введение паритетного обращения к лицу женского пола Ms, призванного устранить недостатки традиционных обращений Mrs (указывавшего, что денотат замужем), Miss (указывавшего, что денотат не замужем). В настоящее время при обращении к женщине Ms стали иногда добавлять в скобках аббревиатуры Miss или Mrs для выражения более уважительного отношения к ее матримониальному статусу, в то время как аббревиатура Ms приобрела по умолчанию семантические коннотации разведенная женщина или женщина, для которой жизненным приоритетом является профессиональная карьера.
Одним из объяснений того, почему применение мужского обозначения к референту-женщине значительно повышает её статус в глазах окружающих, можно найти в выведенной Н.С. Трубецким закономерности, лежащей в основе деления фонологических оппозиций на привативные и эквиполентные.
Если применить эту оппозицию к лексике, как предлагает исследователь А. Пиперски [5], то в случае эквиполентной оппозиции противопоставляемые слова равны по статусу. В случае же с продуктивной моделью образования феминитивов мы имеем дело с привативной оппозицией - дериват по определению имеет признак, снижающий его статус по сравнению с базовым словом. Ситуация могла бы быть иной, если бы словообразование происходило и в другую сторону - существовали бы дериваты от основы женского рода. В современном английском языке такие случаи единичны и относятся к 19 веку, например, widowwidower.
Ограниченность диапазона воздействия феминистских инноваций на английский язык проявилась и в том, что массовая культура их практически проигнорировала. В качестве примера можно привести опыт американской лингвистки Сюзет Хейден Элджин (Suzette Haden Elgin), которая в 1980-е годы разработала искусственный феминистический язык лаадан (Laadan) с фонетикой, грамматикой, синтаксисом и словарем. Элджин опубликовала научно-фантастическую трилогию, в которой женщины, лишенные по сюжету гражданских прав, говорят на этом языке [12]. Категория рода представлена в языке лаадан весьма своеобразно: личные местоимения не классифицируются по родам, а существительные мужского рода являются производными от существительных женского рода: thul (мать/родитель) - thulid (отец). В интервью от 12 июня 2007 г. Элджин признала, что лаадан не привлек широкого внимания читателей, несмотря на опубликованные словарь, грамматику и аудиозаписи. Даже феминистические журналы обошли его вниманием. Никто не обратился к автору за интервью, не появилось и традиционных рецензий [2]. И это при том, что созданный в те же годы для фильма «Звездный путь» искусственный клингонский язык нашел массу поклонников и последователей: публикуются учебники этого языка, на нем ставятся оперы, на него даже переведена Википедия.