Европейская и китайская лингвистические традиции как вариации мировидения
Т. Цзинь
Исследование выполнено при поддержке гранта Государственного фонда социальных наук Китая (проект № 16ZDA209).
Аннотация
В статье рассматривается причина отсутствия «грамматики» в китайской лингвистической традиции и «неадаптируемости» европейских грамматических категорий к китайскому языку с точки зрения различия между европейской и китайской познавательными стратегиями. Исходя из универсальности понятия «моделезависимый реализм» по отношению к познанию, выделены две разные исходные модели мира на основе анализа элементов языка, которые были задействованы в процессе формирования и номинации базовых понятий античной и древней китайской философии: материя-ориентированная модель и энергия-ориентированная модель. Материя-ориентированная модель мира коррелируется с постижимостью законов мира разуму человека, энергия-ориентированная модель - с непостижимостью непроявленного Начала. Материя-ориентированная модель породила методологически редукционистский подход к познанию, в том числе и к познанию языка. Европейская «грамматика» искала ответы на следующие вопросы: «Какие единицы существуют?», «В каких отношениях находятся они друг с другом?» и «Какими законами описываются эти отношения?».
Когда исследуемые языки формировались при реализации той же исходной материя-ориентированной модели мира, такой подход соответствовал естеству этих языков, ибо такие языки стремились к разграничению одних единиц по отношению к другим и фиксации признаков разграничения определенным формальным способом. При функционировании энергия-ориентированной модели мир объясняется как результат движения и взаимодействия неделимых на составляющие Ци, соответственно, не ставились те вопросы, на которые отвечает европейский подход к познанию. Отсутствие «грамматики» в китайской лингвистической традиции - явление естественное, во-первых, потому, что язык, как и другие объекты познания, не представлялся как некая система с фиксируемой структурой; во-вторых, для китайского языка вовсе не важна какая-либо маркировка соотнесенности между формой и смыслом или между формой и функцией. Таким образом, каждая лингвистическая традиция отражает определенный подход к познанию языка, и этот подход в значительной степени предопределен самим языком, ибо специфика каждого языка определяется соответствующей исходной моделью мира, побуждающей человека к познанию и одновременно ограничивающей его познание. Интуитивная природа правил, по которым язык функционирует, была само собой подразумевающейся для китайской традиции. К этому выводу приходит и современная лингвистика, но уже на качественно новом уровне. Для понимания механизма работы языковой интуиции необходимо признать интуицию как реально функционирующую форму познания с присущим познанию «моделезависимым реализмом», и главным вопросом, на который должна ответить «грамматика» как наука о языковой способности человека, становится вопрос «Какие модели применяются в языке?».
Ключевые слова: познание; язык; мировидение; моделезависимый реализм; материя-ориентированная модель; энергия-ориентированная модель. европейский китайский лингвистический
EUROPEAN AND CHINESE LINGUISTIC TRADITIONS AS VARIATIONS OF WORLD VISION
Tszin Tao, Ph.D. (Philology), Associate Professor, RUDN University (Moscow, Russia).
Abstract. The article reviews the reason of the lack of “Grammar” in the Chinese linguistic tradition and “inadaptability” of European grammatical categories to the Chinese language from the point of view of difference between European and Chinese cognitive strategies. Proceeding from the versatility of the concept “model-dependent realism” in relation to cognition, two various initial models of the world have been distinguished based on the analysis of language elements, which were involved in the process of formation and nomination of the basic concepts of antique philosophy and ancient Chinese philosophy: matter-oriented model and energy-oriented model. The matter-oriented model of the world correlates with comprehensibility of the world laws to human mind, the energy-oriented model - with incomprehensibility of non-manifested Beginning. The matter-oriented model gave birth to methodologically reductive approach to cognition, including the cognition of the language. European “Grammar” searched for answers to the following questions: “What units are there?”, “What relations are there between them?” and “What laws describe these relations?”. When the languages under study formed up at the implementation of the same initial matter-oriented model of the world, such approach corresponded to the nature of these languages, since such languages tended to differentiation of some units in relation to others and fixation of differentiation attributes by a certain formal way. At functioning of the energy-oriented model, the world is explained as the results of movement and interaction of indivisible elements of Qi; therefore, no questions answered by the European approach to cognition were asked. The lack of “Grammar” in the Chinese linguistic tradition is a natural phenomenon, firstly, because language, just like other objects of cognition, was not viewed as some system with a fixed structure; secondly, any marking of correlation between form and meaning or between form and function is not important for the Chinese language. Thus, every linguistic tradition reflects a certain approach to language cognition and this approach in considerable extent is preordained by the language itself, as the specifics of each language is determined by the corresponding initial model of the world, driving a man towards cognition and simultaneously limiting his cognition. The intuitive nature of the rules, a language is functioning to, went without saying for the Chinese tradition. The modern linguistics also arrives at this conclusion, but at a totally new level. In order to understand the operation mechanism of linguistic intuition, intuition must be acknowledged as the really functioning form of cognition with “model-dependent realism” inherent to cognition; and the key question the “Grammar” must answer, being the science of the linguistic capacity of man, is the question “What models are used in language?”.
Keywords: cognition, language; world vision; model-dependent realism; matter-oriented model; energy-oriented model.
Введение
Общепринято мнение о том, что грамматика как научная дисциплина начала развиваться в Китае только к концу XIX в. с выходом книги Ма Цзяньчжуна «Грамматический компендиум господина Ма». Вот как об этом пишет В.М. Алпатов: «Китайская традиция до ее европеизации в конце XIX в. не знала грамматики, основным видом описания в ней был словарь» [1. С. 21]. Ключевым словом в этом кратком резюме, на наш взгляд, является «европеизация». Оно указывает, с одной стороны, на тот факт, что книга Ма Цзяньчжуна построена на основополагающих понятиях латинской грамматики, а с другой - на прочную ассоциацию понятия «грамматика» именно с европейской лингвистической традицией.
«Европеизация» определила главный вектор развития «грамматики китайского языка» как научной дисциплины вплоть до сегодняшнего дня: лингвисты в основном шли по пути адаптации европейских грамматических категорий к реальным языковым явлениям, но преодолеть противоречия между ними так и не удалось. В первых строках «Грамматики современного китайского языка», вышедшей в 1930 г., было сделано замечание о принципиальных различиях в количественной и качественной характеристиках элементарных единиц китайского языкового мышления от европейского [2. С. 3]. Далее великие лингвисты своего времени пишут: «...надо сознательно согласиться с тем, что деление речи на элементы (лексические, морфологические и фонетические) носит в китайском языке специфический характер и сплошь и рядом не находит равновеликих соответствий в единицах европейского языкового мышления» [Там же. С. 13]. Можно констатировать, что в плане теоретического осмысления грамматики китайского языка весь XX в. был посвящен разработке специфичных критериев и методологических процедур выделения единиц китайского языка, однако в итоге суть вопроса осталась той же: если применять базовые европейские грамматические понятия к описанию китайского языка, то придется менять соответственно сущность этих понятий. В своей обзорной статье Е.И. Шутова после анализа разных подходов к проблеме частей речи в китайском языке объективно указала на нерешенность проблемы: «Функциональная мобильность китайского языка, асимметрия языковых значений лексико-семантического и функционально-синтаксического планов, сопутствующая употреблению слова - вот тот непреложный эмпирический факт, который выявлен в процессе исследования проблемы и который еще ждет своего объяснения» [3. С. 62]. Тем самым под сомнение ставится сохранение универсальности своего значения у частей речи различных языков.
Следует отметить, что «неадаптируемость» европейских грамматических категорий наблюдается не только по отношению к китайскому языку. Анализируя историческую связь между терминологией теории частей речи и античной философией, О.В. Лукин пишет, что «терминология греческих и римских ученых, описывающая феномены их родного языка, впоследствии некритически переносится на почву языков с иными типологическими характеристиками, что лишь затрудняет их адекватное исследование и описание. Однако привычность этой терминологии, повсеместное использование античных ярлыков заставляет не отказываться от них, а дать им реальное типологическое объяснение» [4. С. 161].
Однако проблема далеко не в сложности адаптации терминологии, а в том, что на самом деле нам дает грамматика, построенная на базе европейского видения языка. Парадокс заключается в том, что все теоретические сложности и споры по грамматике между лингвистами никоим образом не влияют ни на естественную способность человека к владению языком в раннем детстве, ни на практику дальнейшего функционирования этого языка. Считается, что грамматика должна помочь построить «грамотную», правильную речь. Тем не менее если говорить о родном языке, то «грамматика» как набор осознанных правил лишь вносит некоторую корректировку в сторону стандартизации его употребления. Если говорить об освоении иностранного языка, то выучивание грамматических правил совсем не гарантирует порождение правильной речи, а иногда помощь от «грамматики» может оказаться очень сомнительной: расхождение «европеизированной грамматики» китайского языка с реальными правилами, по которым этот язык функционирует, наиболее ярко выявляется в ходе обучения китайскому как иностранному. «Правильное восприятие и воспроизводство китайской речи требует корректировки существующих теорий и концепций» [5. С. 20] - объективная оценка лингвиста-теоретика с многолетним опытом преподавания китайского как иностранного. Этот парадокс сознается рядом исследователей, указывающих на кризис лингвистики как науки (см.: [6, 7]). Лингвистика как наука вообще и грамматика, в частности, еще далеки от объяснения языка как уникальной особенности человека. Необходимость в объяснении этой способности появилась во многом в связи с развитием искусственного интеллекта, в частности речевых технологий. Сегодняшние речевые технологии пока наталкиваются «на непреодолимые трудности, как только требуется художественный перевод или же диалог ведется в режиме свободного общения» [8].
Итак, «грамматика» как научная дисциплина с ее достижениями, во многом выросшая из европейской традиции познания языка, вовсе не равноценна «грамматике» в смысле «правил, по которым функционирует язык». Привычность европейской грамматической терминологии сама по себе свидетельствует лишь о доминировании европоцентризма в течение всего периода развития современной лингвистики, но доминирование какого-то подхода или видения еще не означает его универсальность, тем более не подразумевает неограниченность его возможностей для выявления закономерностей. И в этой связи тот факт, что китайская лингвистическая традиция была далека от дисциплины «грамматики», отнюдь не свидетельствует априорно о ее неразвитости. В настоящей работе мы попытаемся ответить на вопрос, почему китайская лингвистическая традиция не интересовалась «грамматикой», исходя из того, что этот вопрос может иметь прямую связь с причиной «ограниченности» европейских грамматических категорий в плане познания языка как способности человека.
Методология
То, что в китайской лингвистической традиции не сложилась «грамматика» в том виде, как она сложилась в европейской лингвистике, лишь на первый взгляд кажется вопросом о лингвистике, а на самом же деле это вопрос о познании. И поэтому наше исследование опирается, прежде всего, не на собственно лингвистические данные, а на мнения ученых из разных областей, в частности нейрофизиологии и физики, об особенности работы нашего мозга, благодаря развитию которого и началось познание человеком всего на качественно новом уровне.
Нейрофизиолог Крис Фрит, опираясь на результаты большого количества экспериментов, направленных на исследование функционирования мозга и сознания, утверждает, что восприятие - это фантазия, совпадающая с реальностью: «Наш мозг строит модели окружающего мира и постоянно видоизменяет эти модели на основании сигналов, достигающих наших органов чувств. Поэтому на самом деле мы воспринимаем не сам мир, а именно его модели, создаваемые нашим мозгом» [9. С. 208]. В современной физике после открытия «квантовой неопределенности» появилось понятие «моделезависимый реализм». С помощью этого понятия физики объясняют парадокс расхождения между знаниями о мире, полученными с помощью непосредственных наблюдений, и знаниями о мире, которыми располагает современная физика. Моделезависимый реализм «основывается на том, что наш мозг интерпретирует сигналы, поступающие от органов чувств, и создает модель мира. Когда такая модель удачно объясняет события, мы склонны приписывать ей, а также составляющим ее элементам и концепциям, свойство реальности, или абсолютной истины. Но ведь одно и то же физическое явление можно смоделировать по-разному, используя различные фундаментальные идеи и концепции» [10. С. 11-12]. Такая особенность человеческого мозга вряд ли проявляется только лишь при восприятии и познании физических явлений, а скорее, свойственна человеку в ходе познавания всего, в том числе и в ходе осмысления результатов собственного познавания.
Таким образом, познание вполне может быть представлено как процесс моделирования, и сам процесс познавания, и его результат всегда зависимы от некой исходной модели. Если учесть, что возникновение языка сопровождалось когнитивной революцией, т.е. язык одновременно служил инструментом для познавания мира и являлся результатом этого процесса, то язык непременно содержит в себе определенную исходную модель. Зародыш этой исходной модели, возможно, сформировался еще до возникновения языка, возможно также, что модель и язык в принципе не разделимы и оказывали влияние друг на друга. Важно лишь то, что эта исходная модель должна быть достаточно успешной в плане того, что с ее помощью человек может приспособить мир к себе, а не только приспосабливаться к миру.