Идеи и элементы психоанализа в меньшей степени отражались в невербальных видах искусства. Во второй половине XX века идеи психоанализа нашли применение в неожиданном качестве. Из искусства, этой «машины иллюзий», психоаналитические идеи всё больше проникали в маркетинг и рекламу, становясь на службу «машине желаний» и культуре потребления. Сегодня, например, легко найти учебную литературу по использованию архетипических образов при построении сценария рекламного ролика или индивидуального бренда.
В XX веке психоанализ сделал бессознательное объектом и инструментом художественной деятельности - литературы, кинематографа, визуальных искусств [6, с. 55]. По нашему мнению, одна из причин тому - попытка З. Фрейда и его последователей взять на себя смелость разрешения экзистенциальных проблем человеческого существования [13], априори провозгласив их иррациональность.
Когнитивно-поведенческие методы: «человек внешне регулируемый»
В значительной степени индивид является творцом своей судьбы Б. Скиннер [16, р. 228].
Психоанализ (классический и направления «отступников») фактически обладал абсолютной монополией в психотерапии на протяжении первой половины ХХ века, и, вероятнее всего, именно в этом кроются истоки синонимичности в массовой культуре понятий «психотерапия» и «психоанализ». Но начиная с 1950-х годов появились эффективные конкурентные направления: counseling К. Роджерса, трансакционный анализ (транзактный анализ), гештальт-терапия (о которой мы ещё будемговорить в этой статье), эриксонианский гипноз и другие.
Но самую серьёзную антитезу психоанализу как в подходах, и так и во внутренней идеологии составила группа когнитивно-поведенческих терапий (КПТ), опирающаяся на бихевиористическую (поведенческую) парадигму (Д. Уотсон, Б. Скиннер, Дж. Вольпе, Г. Айзенк, А. Херцберг) и параллельно развивающуюся «когнитивную» парадигму А. Эллиса и А. Бека [11, с. 61].
Вся группа когнитивно-поведенческих подходов к терапии («... слово «терапия» часто предпочтительнее «психотерапии», поскольку приставка «психо-» отсылает к душе (psukhк)» [11, с. 66]) опирается на следующие базовые идеи:
• поведение - возникающий в процессе научения набор способов реагирования на условия среды;
• личность - набор усвоенных поведенческих моделей;
• проблемы личности - это проблемы неадекватного / неадаптивного поведения;
• поведение адекватно (адаптивно), если соответствует требованиям ситуации, и неадекватно - если не соответствует;
• приобретение адекватной поведенческой модели путём научения является способом разрешения психологической проблемы.
Наиболее ярким выражением КПТ-подхода к описанию поведенческих особенностей можно назвать знаменитый роман К. Кизи «Полёт над гнездом кукушки» и не менее знаменитую его экранизацию М. Формана «Над кукушкиным гнездом» или произведение Д. Киза «The Minds of Billy Milligan».
Эти же мотивы можно найти в романах видного представителя американской фантастики XX века Филипа Хосе Фармера (Philip Josй Farmer): «Гнев рыжего орка» («Red Ore's Rage») и «Любовники» («The Lovers»). Вообще, бихевиоризм отлично смотрится в жанре антиутопии. Вспомним, например, «Эквилибриум» («Equilibrium», 2002) режиссёра Курта Уиммера.
В этих произведениях художественно проявляются особенности когнитивно-поведенческого подхода: КПТ ничего не говорит об устройстве психики, она просто работает с наблюдаемыми поведенческими феноменами. И хочет управлять этим поведением. Любым способом.
Это обуславливает художественную проблематику: поведенческие особенности, проблемы социализации, управление поведением индивидуума и человеческих масс, корпоративный дух и структурированность общества, «научную» предначертанность человеческой судьбы и конформность как основы существования в социуме.
Но нисхождение из области идей в сферу практической деятельности так же вульгаризировало когнитивно-поведенческий подход, как и идеи психоанализа. Возможно, в результате этого «формульная» низкопробная литература, «pulpfiction», выглядит предельно «поведенческой» - тут нет места описаниям и настроениям, излишнему анализу эмоциональных нюансов и мотивов. Таково восприятие продуктов тотально коммерциализированной культуры с доминированием потребительских интересов [14]. Только действие, только мчащийся вперёд сюжет...
Художественное преломление «поведенческого подхода в психотерапии» не оставляет места неясным влечениям, смутным желаниям, индивидуализированному переживанию. Нет ничего загадочного в человеческой психике. Человек - поведенческая машина, чьими поступками можно и нужно управлять. И человек оказывается бессилен перед социальной инженерией.
Гештальт как культура эмоций
Биография основателя гештальт-терапии Ф. Перлза сама по себе является интереснейшим объектом для изучения, но мы сосредоточимся на влиянии его и его последователей на современную культуру.
Для начала следует сказать, что гештальт-терапия и гештальт-психология - далеко не идентичные понятия, и дальше, упоминая «гештальт», мы будем подразумевать именно «гештальт-терапию». Ф. Перлз как терапевт сформировался в русле психоанализа, испытал сильное влияние Карла Густава Юнга, Отто Ранка и Вильгельма Райха, Курта Левина и Курта Гольдштейна. Сформулированные им к 1950-м положения сводились кратко к тому, что главным в человеческом существовании является взаимодействие с окружающей средой, а основным элементом этого взаимодействия является контакт [7]. Улучшая качество контакта, можно разрешить проблемы человека. фрейд бихевиоризм психотерапия гештальт
Но гораздо важнее другое. Формирующийся в «сытые годы» средний американский класс начинал новую эпоху, которая, по меткому выражению Х. Ортега-и-Гассета, «заблудилась в собственном изобилии».
Именно этому классу сытых индивидуалистов [15] оказался максимально созвучным «манифест гештальта», который ещё называют «молитвой Перлза», иои «молитвой эгоиста»: «Я - это я. Ты - это ты ... Если нам удастся встретиться, тем лучше, если нет, этому нельзя помочь».
Эти слова именно в 1950-е были приняты прогрессивной молодёжью, в историческом и культурном контексте эпохи, как способ помочь личности определить себя и свои границы, дифференцировать себя. Одно из ярчайших отображений этой молитвы мы можем увидеть в неоднозначной книге Айн Рэнд «Атлант расправил плечи» (1957), «библии» философии индивидуализма.
И высочайшее уважение к ценности индивидуальности, бесконечному разнообразию индивидуальной природы - это то, что из принципов гештальта ушло в убеждения мировой культуры. Но для гештальта «этап эгоцентризма» - всего лишь необходимый «проходной» момент в развитии индивида, а не конечная цель.
Другая позиция гештальта - «быть здесь и сейчас» - цитируется гораздо чаще, чем правильно понимается. Каждый второй «продающий текст» пытается «продвинуть» этот тезис. Но изначально это говорилось лишь о том, что гештальт-терапевт работает лишь с теми переживаниями, которые относятся к актуальному контакту в терапевтическом процессе.
Но нельзя обойти вниманием эволюцию «осознавания», которое в гештальте считают непрерывным, вызывающим побуждение выразить его, принять участие в контакте, чувствовать и признавать.
«... Именно текущий опыт настоящего должен быть предметом внимания и интереса...» [3]. Осознавание помещает ценность индивидуального в «здесь и сейчас». Но как причудливо это принцип преломился в массовом сознании...
Осознавание превратилось в самоцель, оно стало причиной и основанием «мифологического путешествия героя», построенного по принципам Джозефа Кэмпбелла, и породило тысячи героев и тысячи саг - от Конана до Джона Рэмбо, отошедшего от дел, но осознающего себя как «последнюю надежду» («Рэмбо: последняя кровь», 2019).
Краткие выводы
Идеи, в ХХ веке пришедшие в мировую культуру из психотерапии - практики управления душевными состояниями человека, вышли за пределы психотерапевтических кабинетов и групп и зажили самостоятельной жизнью. Наиболее очевидным образом в гуманитарную и духовную культуру, в культурные практики вторглись описанные выше направления психоанализа, бихевиоризма и гештальт-терапии, трансформировавшись в литературные и художественные произведения, став элементами управленческих решений. Кроме них были, конечно, и другие значимые направления, которые не представляется возможным осветить в журнальной статье. Их идентификация, интерпретация, осознание их роли в культуре требует дальнейших исследований.
Но последние десятилетия XX века и начало ХХ1-го привели к взрывному росту направлений и практических способов управления душевными состояниями человека. Если психоанализ практически безраздельно царил в этой области до 1950-х годов, если период 1950-1970-х привёл к формированию примерно двух десятков практических направлений психотерапии, то на сегодняшний день их насчитывается более 600, и можно не сомневаться, что эти способы работы с душевными состояниями человека ещё обогатят своими идеями почву массовой культуры.
Примечания
1. Бьюдженталь Дж. Ф. Т. Предательство человечности: миссия психотерапии по восстановлению нашей утраченной идентичности // Эволюция психотерапии: сборник статей: пер. с англ. Том 3. «Let it be ...»: Экзистенциально-гуманистическая психотерапия / под ред. Дж. К. Зейга.
Москва: НФ «Класс», 1998. С. 180-207.
2. Василюк Ф. Е. Культурно-антропологические условия возможности психотерапевтического опыта // Культурно-историческая психология. 2007. № 1. С. 80-92.
3. Золотухина-Аболина Е. В. «Сотворение мира вниманием»: подступы к проблеме // Epistemology & Philosophy of Science. 2010. № 4. С. 177-191.
4. Каган В. Е. Психотерапия: миссия понимания и понимание миссии // Вопросы ментальной медицины и экологии. 2005. № 4. С. 9-17.
5. Куттер П., Мюллер Т. Психоанализ: введение в психологию бессознательных процессов. Москва: Когито-центр. 2011. 384 с.
6. Мазин В. А. Сновидения кино и психоанализа. Издание 2-е, дополненное. Санкт-Петербург: Скифия-принт, 2012. 252 с.
7. Польстер М. Гештальт-терапия: эволюция и практика // Эволюция психотерапии: сборник статей: пер. с англ. Том 3. «Let it be ...»: Экзистенциально-гуманистическая психотерапия / под ред.
Дж. К. Зейга. Москва: НФ «Класс», 1998. С. 109-126.
8. Попов Д.А. Влияние психоаналитических представлений о человеке на развитие искусства XX века // Известия Саратовского университета. Новая серия. Серия: Философия. Психология.
Педагогика. 2014. Том 14, выпуск 3. С. 38-42.
9. Психотерапия - что это? Современные представления / под ред. Дж. К. Зейга и В. М. Мьюниона; пер. с англ. Л. С. Каганова. Москва: Независимая фирма «Класс», 2000. 432 с.
10. Путра В. А. Идея бессознательного в развитии культуры ХХ века // Вестник Кемеровского государственного университета культуры и искусств. 2018. № 45. Том 2. С. 196-203.
11. Риллаэр Ж. В. Когнитивно-поведенческие терапии: научная психология на службе человеку // Философско-литературный журнал «Логос». 2010. № 3 (76). С. 54-76.
12. Руткевич А. М. Научный статус психоанализа // Вопросы философии. 2000. № 10. С. 9-15.
13. Руткевич А. М. От Фрейда к Хайдеггеру: Критический очерк экзистенциального психоанализа. Москва: Политиздат, 1985. 175 с.
14. Соловьёв А. В. Общество потребления и движение контркультуры в США во второй половине XX века // Вестник Рязанского государственного университета имени С.А. Есенина. 2011. № 30. С. 37-46.
15. Шестаков В.П. Американская культура: в поисках национальной идентичности (часть 1) // Культурологический журнал. 2012. № 4. С. 9-16.
16. Skinner B. (1953) Science and human behavior. New York, Macmillan. 461 p. (In English)
References
1. Byudzhental Dzh. F. T. [Bugental James F. T.] Predatel'stvo chelovechnosti: missiya psikhoterapii povosstanovleniyu nashey utrachennoy identichnosti [Treachery of humanity: a psychotherapy mission to restore our lost identity]. In: Zeig J. K., ed. Evolyutsiya psikhoterapii. V 4 tomakh. Tom 3. «Let it be ...»: Ekzistentsial'no-gumanisticheskaya psikhoterapiya [The evolution of psychotherapy. In 4 volumes. Volume 3. «Let it be...»: Existentially-humanisticpsychotherapy]. Moscow, Published by Independent firm «Class», 1998. Pp. 180-207. (In Russian)
2. Vasilyuk F. E. Kul'turno-antropologicheskie usloviya vozmozhnosti psikhoterapevticheskogo opyta [Cultural and anthropological conditions of the possibility of psychotherapy experience]. Cultural- Historical Psychology. 2007, no. 1, pp. 80-92. (In Russian)
3. Zolotukhina-Abolina E. V. «Sotvorenie mira vnimaniem»: podstupy k probleme [«Creation of the world by attention»: approaches to the problem]. Epistemology & Philosophy of Science. 2010, no. 4, pp. 177-191. (In Russian)
4. Kagan V. E. Psikhoterapiya: missiya ponimaniya i ponimanie missii [Psychotherapy: the mission of understanding and understanding the mission]. Voprosy mental'noy meditsiny i ekologii [The questions of mental medicine and ecology]. 2005, no. 4, pp. 9-17. (In Russian)
5. Kutter P., Muller T. Psikhoanaliz: vvedenie v psikhologiyu bessoznatel'nykh protsessov [Psychoanalysis: an Introduction to the psychology of unconscious processes]. Moscow, Publishing house «Cogito Centre», 2011. 384 p. (In Russian)
6. Mazin V. A. Snovideniya kino i psikhoanaliza [Dreams of cinema and psychoanalysis]. 2nd edition. St. Petersburg, Publishing house «Scythia-print», 2012. 252 p. (In Russian)
7. Polster M. Geshtal't-terapiya: evolyutsiya i praktika [Gestalt therapy: evolution and practice]. In: Zeig J. K., ed. Evolyutsiya psikhoterapii. V 4 tomakh. Tom 3. «Let it be...»: Ekzistentsial'no- gumanisticheskaya psikhoterapiya [The evolution of psychotherapy. In 4 volumes. Volume 3. «Let it be...»: Existentially-humanistic psychotherapy]. Moscow, Published by Independent firm «Class», 1998. Pp. 109126. (In Russian)
8. Popov D. A. Influence of psychoanalytic ideas about the person on development of art of the XX century. Izvestiya of Saratov University. New Series. Series: Philosophy. Psychology. Pedagogy. 2014, vol. 14, issue 3, pp. 38-42. (In Russian)
9. Zeig J. K., Munion W. M., eds. Psikhoterapiya - chto eto? Sovremennyepredstavleniya [Psychotherapy - what is it?Modern representations]. Moscow, Published by Independent firm «Class», 2000. 432 p. (In Russian)
10. Putra V. A. The idea of the unconscious in the development of 20th century culture. Vestnik Kemerovskogo gosudarstvennogo universiteta kul'tury i iskusstv [The Bulletin of the Kemerovo State University of Culture and Arts]. 2018, no. 45, vol. 2, pp. 196-203. (In Russian)
11. Rillaer Zh. V. Kognitivno-povedencheskie terapii: nauchnaya psikhologiya na sluzhbe cheloveku [Cognitive-behavioral therapies: scientific psychology at the service of man]. Philosophical and literary journal «Logos». 2010, no. 3 (76), pp. 54-76. (In Russian)
12. Rutkevich A. M. Nauchnyy status psikhoanaliza [Scientific status of psychoanalysis]. Voprosy Filosofii [Problems of philosophy]. 2000, no. 10, pp. 9-15. (In Russian)
13. Rutkevich A. M. Ot Freyda k Khaydeggeru: Kriticheskiy ocherk ekzistentsial'nogo psikhoanaliza. [From Freud to Heidegger: a Critical study of existential psychoanalysis]. Moscow, Political Literature Publishing House of the Central Committee of the Communist Party of the Soviet Union, 1985. 175 p. (In Russian)