Однако цензурное ведомство уже было не состоянии ответить жесткими мерами на подобное выступление. Пришедший на смену убитому Плеве новый министр внутренних дел князь Святополк-Мирский готовил проект реформ, в обществе царило ожидание перемен, и даже ходили слухи о скором введении конституции (Шелохаев (ред.), 2016: 245--249). Начальник Главного управления по делам печати Н.А. Зверев, принадлежавший до перехода на государственную службу к «той малочисленной группе профессоров, которые открыто и определенно исповедовали правые политические взгляды и были убежденными сторонниками самодержавного строя»53, сетовал осенью 1904 г., что «печать страшно разнуздалась, но поделать он ничего не может, -- этих писателей надо наказывать, а ему дано теперь только право их увещевать и просить»54.
За статью Пешехонова «Война и отечество», вышедшую в № 46, «Право» получило лишь «еще выше поднявшее престиж»55 издания предостережение за вредное направление, которое вновь значилось как «первое», так как предостережение за статью Набокова уже было погашено давностью (Патрушева (ред.), 2011: 247). А опубликованная в № 39 и вызвавшая огромный общественный резонанс статья князя Е.Н. Трубецкого «Война и бюрократия» и вовсе не повлекла цензурной кары, как предполагал И.В. Гессен, из опасений начальства «еще сильнее подчеркнуть значение этого авторитетного выступления»56.
Кульминацией общественных волнений стал земский съезд 6--8 ноября 1904 года, после которого конституционные идеи уже повсеместно озвучивались открыто (Шелохаев (ред.), 2016: 252). Упоминание о самом съезде было запрещено цензурой по ст. 140 Устава о цензуре и печати, которая позволяла изымать из обсуждения отдельные вопросы государственной важности, «если по соображениям высшего правительства найдено будет неудобным оглашение или обсуждение» их в печати57. Не упоминая прямо об этом событии в статье о праздновании 40-летнего юбилея судебной реформы 1864 г., И.В. Гессен писал о торжественных собраниях адвокатов и банкетах 20 и 21 ноября, которые состоялись «вслед за историческими днями 6--8 ноября, словно вечевой колокол встряхнувшими русское общество». Далее в тексте говорилось о «крупной заслуге» нового министра внутренних дел, который устранил препятствия к тому, «чтобы общественное мнение сформировалось и выразилось на столбцах печати»58, однако в примечании указывалось, что «один из моментов текущих событий был, впрочем, изъят из обсуждения печати»59.
Земский съезд принял резолюцию с требованием предоставления гражданских прав и учреждения законодательного представительного органа, которая легла в основу аналогичных резолюций, принятых на многочисленных собраниях и банкетах в честь юбилея судебной реформы (Туманова, Сафонов, 2017: 63). И хотя обсуждение самого Земского съезда находилось под запретом, заявления и резолюции, последовавших затем собраний активно перепечатывались периодическими изданиями. Так, в частности, в разделе «Хроника» газеты «Право» была напечатана резолюция, принятая 21 ноября на собрании петербургских адвокатов, где утверждение гражданского равенства, закрепление прав и свобод и учреждение законодательного представительного органа провозглашались в качестве необходимых условий «правильной организации отправления правосудия»60.
Ссылаясь на книгу, посвященную памяти В.К. Плеве, где приводились слова покойного министра о том, что «главный недуг современной общественной жизни -- конституционная смута»61, И.В. Гессен указывал на многочисленные резолюции с одинаковыми требованиями и приходил к выводу, «что отныне конституционная смута окончилась и заменилась ясным и определенным сознанием»62. За статью И.В. Гессена «Итоги юбилея», наполненную столь явно выраженными конституционными идеями, газета «Право» получила второе предостережение за вредное направление (Патрушева (ред.), 2011: 248), которое стало последним и уже никак не повлияло на судьбу издания.
В феврале 1905 г. император заявил о своем намерении созвать выборный законосовещательный орган и поручил Совету министров рассматривать поступающие от общественности «предложения по вопросам, касающимся усовершенствования государственного благоустройства и улучшения народного благосостояния»63, что фактически легализовало обсуждение в печати конституционной реформы. Административные взыскания в 1905 г. постепенно перестали применяться из-за их неэффективности, а Временными правилами 24 ноября 1905 г. они были окончательно отменены64.
История взаимоотношений газеты «Право» с цензурой показывает, что цензурное ведомство предъявляло менее строгие требования к содержанию изданий, адресованных образованной аудитории, поэтому на страницах специализированной юридической газеты можно было беспрепятственно публиковать материалы с критическим анализом существующего законодательства. О благонадежности «Права» в первые годы его существования свидетельствовал также состав его авторов, многие из которых имели ученые звания, занимали высокие посты на государственной службе.
В то же время характерно, что и первые столкновения «Права» с цензурой были связаны с публикациями авторов, чья благонадежность, казалось бы, не должна была вызывать сомнений. Первое предостережение за вредное направление «Право» получило за острую критику кишиневского погрома в статье выходца из высшей аристократии В.Д. Набокова, а статью орловского предводителя дворянства М.А. Стаховича газета вынуждена была снять из-за угрозы закрытия. Публичное проявление оппозиционности со стороны столь высокопоставленных авторов было воспринято системой болезненно и вызвало негативную реакцию.
Газета «Право», провозгласившая своим программным принципом «законность», неоднократно критиковала действовавшие цензурные правила за произвол и господство административного усмотрения, которое в понятии «вредного направления» проявлялось так же наглядно, как и в системе предварительной цензуры. Как показала практика, в том числе и цензурная история «Права», существовавшая система контроля за содержанием периодической печати продемонстрировала свою неэффективность в условиях политического кризиса.
Революция 1905 г. принесла с собой значительные изменения в правовом положении печати. Организованное по инициативе правительства Особое совещание под председательством Д.Ф. Кобеко на протяжении всего 1905 г. работало над проектом нового Устава о печати, который должен был отменить цензуру, однако так и не получил силу закона. В состав совещания, в частности, входил писавший о положении печати для «Права» К.К. Арсеньев. Но деятельность подобного рода «бюрократической» комиссии уже не могла удовлетворить либеральную общественность, которая видела путь к свободе печати только через созыв выборного законодательного учреждения (Сопова, 2017: 25--29).
24 ноября 1905 г. были введены Временные правила о повременной печати, ставшие первым актом, осуществлявшим свободы, обещанные Манифестом 17 октября. Редактор-издатель «Права» Н.И. Лазаревский критически оценивал временные правила, но тем не менее признавал, что «этим новым законом, в тех или других рамках, создается у нас в России свобода печати»65. С гораздо большим разочарованием и возмущением газета «Право» писала о временных правилах 1906 года, вновь расширявших возможности администрации для произвольного ограничения деятельности печати66.
Однако введение явочного порядка учреждения новых изданий позволило учредить газету «Речь», редактором которой стал И.В. Гессен, а «обновление» государственного строя открыло для редакторов газеты «Право» и близких к ней публицистов путь в публичную политику. Но им так и не удалось претворить в жизнь свои идеи о свободе печати. Конституционно-демократическая партия внесла свой законопроект о свободе печати, в разработке которого, в частности, принял участие В.Д. Набоков в первую Государственную думу, но депутаты не успели рассмотреть его до роспуска парламента. Повторно законопроект кадетов о печати был внесен уже в 1912 г. и также не был рассмотрен67.
После февральской революции 1917 г. Лазаревский и Набоков вошли в состав Юридического совещания при Временном правительстве и участвовали в том числе и в разработке законодательства о свободе печати. Набоков, кроме того, занимал должность управляющего делами Временного правительства (с марта по начало мая 1917 г.) и его подпись стояла под постановлениями от 27 апреля 1917 года «О печати» и «Об учреждениях по делам печати» (Демичев, Хачатуров (ред.), 2016: 47), которые, однако, действовали в России всего несколько месяцев до октябрьской революции и прихода к власти большевиков.
Библиография
цензурный юридический газета право
1. Голубева М.И. Правовая культура // Очерки русской культуры конца XIX -- начала ХХ века. Т. 2 / под ред. Л.В. Кошман. М.: Изд-во Моск. унта, 2011. С. 202--278.
2. Иванов А.Е. Высшая школа России в конце XIX -- начале XX века. М.: Академия наук СССР, Институт истории СССР, 1991.
3. Махонина С.Я. История русской журналистики начала ХХ века. М.: Флинта: Наука, 2006.
4. Периодическая печать и цензура Российской империи в 1865--1903 гг. Система административных взысканий: Справочное издание / сост. Н.Г. Патрушева. СПб: Нестор-История, 2011.
5. Рейтблат А.И. От Бовы к Бальмонту и другие работы по исторической социологии русской литературы. М.: Новое литературное обозрение, 2009.
6. Рейфман Б.В. Периодическая печать // Россия в 1905--1907 гг.: энциклопедия / отв. ред. В.В. Журавлев. М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2016. С. 695--700.
7. Соловьев К.А. «Право» // Российский либерализм середины XVIII -- начала XX века: энциклопедия / отв. ред. В.В. Шелохаев. М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2010. С.754--756.
8. Соловьев К.А. Бюрократия versus бюрократия: парадоксы государственной службы в России в конце XIX -- начале ХХ веков // Новое литературное обозрение. 2017 № 2 (144). С. 113--122.
9. Соловьев К.А. Права и свободы человека // Россия в 1905--1907 гг.: энциклопедия / отв. ред. В.В. Журавлев. М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2016. С. 743--754.
10. Соловьев К.А. В преддверии революции // Реформы в России с древнейших времен до конца ХХ в. Т. 3 / отв. ред. В.В. Шелохаев. М.: РОССПЭН, 2016. С. 244--255.
11. Сопова А.П. Роль общественности в разработке законодательства о печати в 1905 году // Гражданское общество в России и за рубежом. 2017. № 1. С. 25--29.
12. Томсинов В.А. Правовая культура // Очерки русской культуры XIX века. Т. 2 / под ред. Л.В. Кошман. М.: Изд-во Моск. ун-та, 2000. С. 102--166.
13. Туманова А.С., Неверов Е.Д. Юридическое совещание при Временном правительстве: правовые основания и содержание деятельности // Памятники Российского права: в 35 т. Т. 21. Памятники права Временного правительства: учеб.-науч. пособие / под общ. ред. А.А. Демичева, Р.Л. Хачатурова. М.: Юрлитинформ, 2016. С. 41--50.
14. Туманова А.С., Сафонов А.А. Права человека в политико-правовом дискурсе периода Первой русской революции // Государство и право. 2017. № 2. С. 60--68.
15. Циркуляры цензурного ведомства Российской империи: сборник документов / под ред. Н. Г. Патрушева, И. П. Фут. СПб: Российская нац. б-ка, 2016.