Российский государственный педагогический университет им. А.И. Герцена, Россия, г. Санкт-Петербург
Исторические собрания Вишневецкого замка накануне и после Первой мировой войны (по неопубликованным материалам из архива В.К. Лукомского)
Н.В. Эйльбарт
Авторское резюме
вишневец история замок
Специфика общественно-политического развития Речи Посполитой способствовала тому, что значимые для нее во всех отношениях события происходили не в столицах и не при королевском дворе, а в резиденциях крупной магнатерии; одним из самых ярких таких замков, а в последующем дворцово-парковых комплексов и является расположенный на Волыни Вишневец. На протяжении многих веков властителями этой усадьбы были представители родов Вишневецких и Мнишков, многие из которых сыграли значительную роль в истории политических взаимоотношений между Россией и Польшей, особенно в период Смутного времени и русско-польского соперничества за Украину в середине XVII в. В связи с этим изучение историко-художественных собраний Вишневца приобретает особое значение для отечественной истории. Первая мировая война послужила тем рубежом, той «точкой невозврата», после которой восстановить целостность замковых коллекций уже не представлялось возможным, - огромная их часть была навсегда утрачена. Накануне Первой мировой войны, а именно в 1911 г., Вишневец по приглашению тогдашнего владельца ПА. Демидова посетили сотрудники художественно-исторического петербургского журнала «Старые годы» братья В.К. и Г.К. Лукомские, которые были последними представителями российского научного сообщества, видевшими собрания резиденции в более или менее полном их виде. Однако опубликованная затем брошюра «Вишневецкий замок, его история и описание» вместила лишь малую часть материала, полученного братьями Лукомскими в замке. Это становится очевидным при изучении бумаг В.К. Лукомского, хранящихся в Российском государственном историческом архиве. В результате развернувшихся на территории Волыни военных действий, связанных с Первой мировой, а также советско-польской войнами, Вишневецкий замок был разграблен и опустошен, а впоследствии предметы из его коллекций всплывали на аукционах во многих странах мира. Выявление состояния вишневецких собраний накануне Первой мировой войны может способствовать обнаружению в наши дни предметов, книг и рукописей из замка, имеющих значение для отечественной истории.
Ключевые слова: Речь Посполитая, Московское государство, Вишневецкий замок, исторические коллекции, В.К. Лукомский, П.А. Демидов.
Historical collections of the vishnevets castle before WWI (on unpublished materials from V.K. Lukomsky's archive)
N.V. Eylbart
Herzen State Pedagogical University of Russia, Saint Petersburg, Russia
Abstract
Due to the specificity of social and political development of the PoLish-Lithuanian Commonwealth, all significant events took place in the residences of large magnates rather than in the capitals and royal court. One of the brightest among them was the castle, later Palace and Park Vishnevets, located in Volhynia. For many centuries, the estate was ruled by the representatives of the Vishnevetzky and Mniszchowie, many of whom played a significant role in political relations between Russia and Poland, especially during the Time of Troubles and the Russian-Polish rivalry for Ukraine in the middle of the 17th century. In this regard, the study of Vishnevets historical and artistic collections acquires special importance for national history. WWI served as the borderline, the “point of no return”, after which it was no longer possible to restore the integrity of the castle collections, with many of them lost forever. On the eve of WWI, namely in 1911, PA. Demidov, the owner of Vishnevets, invited the employees of the Petersburg artistic and historical magazine “Starye gody”, V.K. and G.K. Lukomskys to become the last representatives of the Russian academic community who saw the residence collections in more or Less complete form. However, the brochure “Vishnevetsky Castle, Its History and Description”, which was published later, contains only a small part of the material received by the Lukomsky brothers in the castle. It becomes apparent when studying the papers by V.K. Lukomsky, stored in the Russian State Historical Archives. As a result of hostilities unleashed in Volhynia during WWI as well as the Soviet-Polish wars, Vishnevetsky castle was Looted and devastated. Later the items from its collections were seen at auctions in many countries around the world. The analysis of the state of the Vishnevetsky collections on the eve of the First World War can contribute to the discovery of objects, books and manuscripts from the castle, which are of relevance to the nationaL history today.
Keywords: Rzeczpospolita, Muscovy, Vishnevetsky castLe, historical coLLections, V.K. Lukomsky, PA Demidov.
Вишневецкий замок, в начале XX в. располагавшийся в Креме- нецком уезде Волынской губернии Российской империи, накануне Первой мировой войны являлся вместилищем уникальных в своем роде собраний артефактов и документов, имеющих непосредственное отношение к русской истории (Aftanazy 1994). В описываемое время эти коллекции представляли огромный интерес для исследователей, однако война привела к потере или полному уничтожению большей ее части, поэтому описания замка, составленные в предвоенный период, исключительно ценны и даже могут способствовать обнаружению тех или иных материальных свидетельств в наши дни. Ученым, которому еще посчастливилось увидеть вишневецкие собрания если не в полном расцвете, то, по крайней мере, в большей степени сохранными, стал российский историк и геральдист польского происхождения Владислав Крескентьевич Лукомский. Он много путешествовал по восточным окраинам бывшей Речи Посполитой и совместно с братом, художником Георгием Крескентьевичем Лукомским написал в 1912 г., пожалуй, самую полную для того времени брошюру о Вишневце под названием «Вишневецкий замок, его история и описание» (Лукомские 1912). Тем не менее, просматривая бумаги ученого, хранящиеся в Российском государственном историческом архиве, мы выяснили, что и вышеприведенное издание вместило далеко не всю информацию, почерпнутую исследователями в «польском Версале», как в свое время образно назвал Вишневец Оноре де Бальзак. Часть ее так и оставалась неопубликованной.
Построенный в Средневековье на высоком и крутом правом берегу реки Горынь Вишневецкий замок многократно становился свидетелем заметных исторических событий, впрочем, как и значительно страдал во время войн (например, в 1672 г. он был сожжен в результате татарского набега). Своим внешним монументальным и одновременно изящным видом он обязан последнему мужскому представителю княжеского рода Вишневецких Михаилу Сервацию, который около 1720 г. для реконструкции старинного гнезда предков, длившейся около двенадцати лет, привлек французского архитектора Якова Бланже. Князя Михаила Сервация без преувеличения можно назвать первым вельможей Великого княжества Литовского рубежа XVII--XVIII вв.: он поочередно занимал должности канцлера и виленского воеводы. Получив прекрасное образование (обучаясь в Львовском коллегиуме иезуитов, а затем в Парижской академии), Вишневецкий имел репутацию библиофила (библиотека его насчитывала 1 445 изданий) (Betlej 2016: 9). Составленный после его смерти инвентарь имущества, находившегося в Вишневецком замке, не содержал, однако, перечня каких-либо выдающихся произведений искусства: в нем значилось несколько десятков карт, портретов и пейзажей, а также «девяносто четыре различные картины, привезенные из Дрездена» (Betlej 2016: 46). Составитель инвентаря также обошел молчанием авторство и внешний вид небольших скульптур, драгоценностей, фарфоровой коллекции и шпалер. Однако некоторые группы картин из Вишневца все же обозначены более подробно. К этим группам, например, относились 19 портретов князей из рода Вишневецких и 17 картин, представляющих историю Александра Великого.
После смерти Михаила Сервация Вишневецкого и его супруги Текли резиденция перешла в руки родственной Вишневецким ветви семьи Мнишек, которая и способствовала дальнейшему превращению уже имевшейся коллекции предметов искусства и библиотеки в едва ли не самую крупную в Польше. Если говорить о библиотеке, нам думается, что, уступая в количестве другому знаменитому польскому собранию книг - библиотеке братьев Залуских, она, тем не менее, не уступала в ценности хранившихся в ней книг и манускриптов. Касательно же художественных полотен можно с уверенностью сказать, что слившаяся с коллекцией Вишневецких художественная коллекция Мнишков в Вишневце была, пожалуй, самым крупным среди польско-литовских магнатских семей собранием живописи.
Думается, что громкая и скандальная история распродаж и разворовывания собраний Вишневецкого замка, начавшаяся после того, как в середине XIX в. представители рода Мнишек покинули его, привела В.К. и Г.К. Лукомских на Волынь, куда в то время стекались толпы антикваров в надежде получить за бесценок что-либо значимое. Кроме того, поскольку более века Вишневец был в руках потомков знаменитой московской царицы Марины Мнишек, памятный культ которой поддерживался последовательно всеми владельцами замка из рода Мнишек, собрания его имели особое значение для русской истории. Корни этого культа следует искать не только в фамильной гордости иметь в своем роду коронованную особу, но и в надежде на те привилегии, которые графы Мнишек надеялись получить вследствие этого родства у русского императорского дома.
Вот как об этом обстоятельстве пишет в своих воспоминаниях князь Адам Чарторыйский, имея в виду визит в Вишневец наследника русской короны цесаревича Павла Петровича с супругой Марией Федоровной: «Павел, будучи еще великим князем, и великая княгиня Мария, его супруга, во время их путешествия за границу, кажется, в 1785 году, проезжали по югу Польши. Король Станислав-Август выехал из Варшавы, чтобы встретить их в пути и устроить им в своем королевстве прием. Главный прием был в Вишневце, в замке, принадлежавшем графу Мнишек, гофмаршалу короны, мужу одной из племянниц короля, дочери подольского воеводы Замойского, который потом долго жил со своими детьми в Париже и получил известность недостатком такта и постоянными недоразумениями. Княжеский замок в Вишневце принадлежал роду Вишневецких, теперь уже прекратившемуся. Последняя наследница этого рода вышла замуж за одного из Мнишков, потомка того Мнишка, дочь которого некоторое время занимала русский трон. Апартаменты замка были наполнены ценными историческими портретами; между прочим, там были портреты знаменитой Марины и Димитрия и картины, изображавшие их коронование в Москве. В этом прекрасном помещении король Станислав-Август праздновал благополучное прибытие русского великого князя в Польское королевство. Станислав-Август умел быть любезным и приобрел расположение Павла; он также сумел понравиться и великой княгине Марии. Между ними шли конфиденциальные разговоры, быть может, были даны даже обещания и, во всяком случае, были поданы несбывшиеся никогда надежды на тот случай, когда Павел получит власть и у него явится возможность сторицею отблагодарить своего хозяина за великолепный и дружеский прием, оказанный ему в Польше. Говорят, что тогда у маршала Мнишка зародилась надежда на то, что доброе расположение наследника Екатерины могло бы в один прекрасный день привести его к избранию на [польский] престол, на который он, быть может, считал себя вправе претендовать как наследник Вишневецких и потомок отца знаменитой царицы. Рассказывали даже, что во время одной из дружеских бесед великая княгиня, показывая свои бриллианты, чтобы лучше отметить красоту одной диадемы из драгоценных камней, надела ее на голову племянницы короля, а затем на голову гофмаршала. "Я принимаю это как предзнаменование", - будто бы сказал тот в порыве наивности или глупого тщеславия, о котором он, вероятно, пожалел через минуту» (Чарторыйский).
В данном случае Чарторыйский имел в виду Михаила Юрия Мнишка, великого коронного маршала, женатого на любимой племяннице короля Станислава Понятовского Урсуле Замойской, разумеется, помнившего о необычной истории Марины и Лжедмитриев и надеявшегося преподнести этот факт Павлу Петровичу в качестве доказательства своего лояльного отношения к русскому влиянию в Польше (негативный тон в отношении этого вельможи мы объясняем исключительно ревностью князя Чарторыйского, который, как известно, сам стремился в будущем занять место русского наместника в Царстве Польском).
Последующий владелец Вишневца из рода Мнишек Карл Филипп, которого в свое время посетил историк Н.И. Костомаров в надежде на получение доступа к архиву замка, был известным любителем истории. Не подлежит сомнению то, что хотя он и отказал русскому ученому в его просьбе, однако с почтением хранил здесь все реликвии, связанные с семьей (даже при самом беглом осмотре вестибюля резиденции гостю бросились в глаза неизвестные ранее и не найденные поныне картины из жизни Самозванца и Марины).
Широкую известность сокровища Вишневца получили при его последнем владельце, графе Андрее Юрии Мнишке, который в 1852 г. продал его княгине Абамелек и, взяв с собой незначительную часть собраний (рукописи, старопечатные издания, картины), которые, как потом оказалось, не имели отношения к истории Марины Мнишек, эмигрировал во Францию. Легкомысленных владельцев, подобных княгине Абамелек или графу В. Плятэра, сменяли коммерсанты вроде киевского градоначальника И. Толли или князя М.М. Кочубея, видевшие только один толк в вишневецких собраниях - продаже их с молотка за бесценок. В бумагах В.К. Лукомского сохранилось письмо к нему дальнего родственника Николая Теодоровича Лукомского, датированное июнем 1912 г., где, между прочим, было сказано следующее: «Помню, как в 1893 году мне предлагали купить 154 портрета (королей польских, князей Вишневецких, графов Мнишек, Тарло и другие без названия) из Вишневецкого замка - по 15 рублей за портрет, даже с некоторой скидкой. Князь Михаил Михайлович Кочубей, тогдашний владелец Вишневца, за бесценок сбывал эти вещи... Сожалею, что, не имея денег, я не мог купить их... Много портретов были разорваны, рамы поломаны. В числе портретов был живописный портрет [жившего и умершего в Вишневецком замке] венгерского эмигранта Фордача (во весь рост) в массивной раме из черного мрамора (ему особая цена 90 рублей). Был огромный портрет генерала польского Хлопицкого (цена 100 рублей). Были мраморные бюсты королевы Боны (Сфорца), графа Иосифа Понятовского, короля Яна Собеского (последние два по 900 рублей). Дворец представлял собой полное запустение: все было оборвано, обдернуто, запачкано, обломано... Я лично был во дворце несколько раз при владельце Кочубее М.М.» (РГИА 1: 34-35).
Своего рода удачей, хотя временной и непродолжительной, для вишневецких собраний стал их переход на рубеже XIX-XX вв. (предположительно в 1905 г.) в руки русского аристократа Павла Александровича Демидова, предводителя дворянства Волынской губернии, который приобрел замок у М.М. Кочубея, второго мужа своей бывшей жены Ольги Васильевны Шереметевой (Шиян 2013). П.А. Демидов был увлеченным любителем истории и, унаследовав обширную библиотеку и архив деда - промышленника П.Г. Демидова, написал и издал обстоятельную книгу «Родословная рода Демидовых», став действительным членом Московского историко-генеалогического общества (Демидов 1910). За восемь лет владения Вишневцом (в 1913 г. он продал его еврейскому коммерческому союзу) этот человек успел предпринять попытки восстановления и упорядочения собраний резиденции, целенаправленно искал и выкупал периодически всплывавшие на аукционах вещи из замка (хотя в одном из писем к Г.К. Лукомскому и жаловался на то, что «появляются в продаже вещи якобы из Вишневца, который не мог бы вместить и 1/100 всего, ему приписанного» (РГИА 1: 13), а также пополнил его собственной библиотекой.