На рубеже XIII-XIV вв. Северо-Восточная Русь представляла собой конгломерат великих и удельных, больших и малых княжеств и земель, находившихся в номинальной зависимости от великого князя владимирского. По мере возвышения Москвы и объединения вокруг нее русских земель последние теряли остатки былой самостоятельности и превращались в составные части нового государства. Административное устройство Великого княжества Московского периода собирания русских земель отразило всю сложность этого процесса.
Территория Московского княжества состояла из уездов, волостей и станов. Четкого разграничения этих понятий не существовало. Волостью первоначально называлась вся территория того или иного княжества, позднее этот термин стал применяться для обозначения небольшого сельского округа, возникшего на основе крестьянской общины. Несколько волостей, тяготевших к какому-либо центру, составляли уезд. Большие самостоятельные княжества после их присоединения к Москве становились отдельными уездами или разделились на несколько уездов. Станами, появившимися не ранее XIV в., обычно именовались волости, расположенные рядом с уездным городом. Иногда, относительно крупные станы делились на волости, а волости, наоборот, - на станы. Общее управление на местах было сосредоточено у наместников и волостелей. Наместники управляли городами и подгородными станами; волостель управлял волостями. Власть наместников и волостелей распространялась на различные стороны местной жизни: они являлись судьями, правителями, сборщиками доходов князей, за исключением доходов сугубо дворцового происхождения и дани; сверх того, наместники были военными начальниками города и уезда. Наместниками великого князя являлись бояре, а волостелями - служилые люди, как правило, из среды детей боярских. И те и другие не получали жалованье из казны, а по старому обычаю содержались, или, как тогда говорили «кормились», за счет населения. Первоначально «кормления» (т.е. поборы в пользу наместников и волостелей) ничем не ограничивались. Позднее в целях централизации местного управления и увеличения доходов государства были установлены нормы «кормления», а также определены точные размеры судебных и торговых пошлин, собираемых наместниками и волостелями в свою пользу. Корма вносились не отдельными лицами, а различными общностями - крестьянскими общинами, корпорациями купцов и посадских людей и т.д. Корм давался натурой (хлеб, мясо, сукно, ремесленные изделия и т.д.). Корм состоял:
В отличие от кормов пошлины уплачивались отдельными лицами. Кормленщики собирали в свою пользу судебные, таможенные, свадебные, за клеймение лошадей и прочие виды пошлин. Наместники и волостели осуществляли на подведомственной территории административно-полицейские, судебные и военные функции. Им помогали тиуны, ведавшие хозяйством, судьи, доводчики (лица, осуществляющие вызов в суд) и др. Все эти должностные лица являлись, как правило, дворовыми слугами наместников и волостелей. Система кормлений порождала произвол и злоупотребления местных властей, использовавших пребывание на «кормовых» должностях для личного обогащения. Поэтому с XV в. московские князья стали регламентировать кормления. Размеры кормов определялись в специальных кормленных (выдавались кормленщикам) и уставных (выдавались населению города или уезда) грамотах. Срок пребывания в должности кормленщика ограничивался 1-3 годами. В конце XV-начале XVI в. натуральные корма переводятся денежные, а сбор самих кормов передается выборным от населения. В городах появляются назначаемые князем из поместного служивого дворянства городовые приказчики, оттеснившие наместников-кормленщиков вначале от военно-административного, а затем от земельного, финансового и даже судебного управления. Стоит также отметить, что местные органы власти и управления не распространяли свою компетенцию на территорию боярских вотчин. Княжата и бояре, как и прежде, сохраняли в своих вотчинах иммунитетные права. Они были не просто землевладельцами, но и администраторами и судьями в своих деревнях и селах.
Органы городского управления. Городское управление в Московском государстве несколько изменилось по сравнению с киевскими временами. Города в данный период не имели самоуправления. В удельных княжествах управление городами осуществлялось наравне с сельской местностью. С присоединением удельных княжеств к Москве великие князья, сохраняя все земли уделов обычно за их прежними владельцами, всегда изымали города из юрисдикции бывших удельных князей, распространяли на них непосредственно свою власть. Это делалось исходя из значения городов не только как экономических центров, но прежде всего по военным соображениям. Города были крепостями. Обладание ими обеспечивало великим князьям и удержание бывшего удела в своих руках, и оборону от внешних врагов. Первоначально великие князья управляли городами так же, как раньше удельные князья, т.е. не выделяя их из своих прочих земель. Наместники и волостели, руководя своим уездом или волостью, управляли в той же мере и городами, находящимися на их территории.
Позже появляются некоторые специальные органы городского управления. Их возникновение связано с развитием городов, в первую очередь как крепостей. В середине XV в. появилась должность городчика - своеобразного военного коменданта города. Он обязан был следить за состоянием городских укреплений, за выполнением местным населением повинностей, связанных с обороной. Уже в XV в. городчики использовались и для других великокняжеских дел, в частности земельных. Должность городчиков замещалась местными землевладельцами, преимущественно дворянами и детьми боярскими. Городчики, первоначально бывшие довольно малозначительными фигурами в государственном управлении, уже к концу XV в. стали играть серьезную роль. Сначала временно, а потом постоянно за ними закреплялись широкие полномочия в земельной, финансовой и других отраслях управления, причем в пределах не только города, но и прилегающего уезда. В соответствии с расширением функций изменилось и название этих должностных лиц. Их начинают именовать городовыми приказчиками. Ведая рядом вопросов военно-хозяйственного и просто хозяйственного порядка, городовые приказчики подчинялись великокняжеским казначеям. На один город назначалось иногда два и больше таких приказчиков. В лице городовых приказчиков дворяне и дети боярские получили свой орган местного управления, а великий князь - надежных проводников политики централизации. Отдельно стоит осветить роль церкви в политической системе рассматриваемого периода. В начале периода русская православная церковь представляла собой большую силу, не только поддерживающую государство, но и соперничающую с ним. В условиях ордынского ига церковь сумела сохранить свои экономические и политические позиции. Монголо-татары не собирались обращать Русь в свою веру. Они предпочли управлять ею через привычное для народа православие. Очень скоро православные митрополиты договорились с Ордой, получили от ханов ярлыки, закреплявшие привилегии церкви ничуть не меньшие, чем они имели от русских князей. Однако по мере подъема движения за освобождение русского народа лучшие силы православной церкви становились на путь борьбы с монголо-татарами. Рядовые монахи и руководители церкви вставали в ряды бойцов за освобождение России. Церковь в лице митрополичьего дома, епископских кафедр, крупных монастырей и городских соборов обладала огромным имуществом, в первую очередь земельным, выступая в качестве феодала. Вместо десятины, которой она была наделена еще при крещении Руси, церковь в Московском государстве получила иные источники доходов: поступления от определенных статей княжеских доходов - городских торговых, таможенных, судебных пошлин. Экономическое и идеологическое могущество позволяло церкви чувствовать себя независимой от государства и даже добиваться приоритета над ним. Однако к концу периода русским князьям удалось взять верх. В обмен за сохранение в неприкосновенности ее земельных имуществ церковь признала верховенство светской власти. Противоречивым было и отношение церкви к централизации Русского государства. Существовали силы, которые препятствовали этому процессу, но были и горячие сторонники укрепления единства Руси. В организационном отношении церковь представляла собой сложную систему. Во главе ее стоял митрополит. В 1448 г. русская церковь самовольно стала автокефальной, т.е. самостоятельной по отношению к вселенскому патриарху, сидевшему в Византии. Вся территория подразделялась на возглавляемые епископами епархии. До XV в. русские митрополиты назначались константинопольским патриархом. Теперь они стали избираться собором русских епископов сначала по согласованию со светской властью, а потом и по прямому указанию московских великих князей.
Формирование русского государства было объективным и закономерным процессом дальнейшего развития государственных форм на территории Восточно-Европейской равнины. На становление русской государственности важное воздействие оказало монголо-татарское нашествие, приведшее, в частности, к изменениям в органах власти: усилению монархических, единовластных начал в лице князей. Важными причинами зарождения и развития новой государственной формы - единого Русского государства явились экономические и социальные изменения, а также внешнеполитический фактор: необходимость постоянной обороны от врагов. Возникновение единого Российского государства имело большое историческое значение. Ликвидация перегородок на территории страны и прекращение феодальных войн создавали более благоприятные условия для развития народного хозяйства и для отпора внешним врагам.
Единое Российское государство основывалось на феодальных общественно-экономических отношениях. Оно было государством феодалов, светских и духовных, его развитие опиралось, прежде всего, на рост крепостничества в деревне и городе. Светские и духовные феодалы имели большую самостоятельность, покоившуюся на их землевладении и хозяйстве, в то время как дворянство и горожане как сословия были еще относительно слабо развиты. Процесс образования экономического единства страны был делом будущего. Чисто феодальными методами великокняжеская власть добивалась единства системы управления в стране. Однако и политическое единство страны находилось долгое время под угрозой ввиду далеко не преодоленной еще экономической раздробленности страны, порождавшей антицентрализаторские устремления феодальных группировок. В борьбе против укрепления великокняжеской власти эти группировки опирались на свои немалые материальные силы.