Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации
Северо-Западный институт управления
Кафедра гражданского и трудового права
История юридической науки в контексте эволюции правового мышления
Н.В. Разуваев, д.ю.н., доцент
Аннотация
В статье рассматривается история юридической науки как момент эволюции правового мышления, выражающий основные закономерности последнего. По мнению автора, важнейшей из закономерностей, определяющих динамику научного познания в диахронной ретроспективе, является поэтапное движение от образно-ассоциативного (допредикативного) правового мышления к мышлению понятийному, которое в своем развитии также проходит ряд последовательно сменяющих друг друга стадий. Как следствие, основная тенденция в истории юридической науки состоит в росте знаний, проявляющемся в переходе от описания атомарных юридических фактов к выявлению закономерностей, претендующих на общезначимость. Это, в свою очередь, предопределяет трансформацию правовой реальности, конструируемой научным познанием.
Ключевые слова: общество, наука, юриспруденция, право, правовое мышление, рациональность, эволюция, конструирование правовой реальности.
Abstract
History of legal science in the context of the evolution of legal thinking
N.V. Razuvaev, Dr. Sci. (Law), Associate Professor. Head, Department of Civil and Labor Law of the North-West Institute of management of the Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration,
The article considers the history of legal science as a moment of evolution of legal thinking, expressing the basic laws of the latter. According to the author, the most important of the laws that determine the dynamics of scientific knowledge in diachronous retrospective is a phased movement from figuratively associative (pre-predicative) legal thinking to conceptual thinking, which in its development also goes through a series of successive stages. As a result, the main trend in the history of legal science consists in the growth of knowledge, which manifests itself in the transition from a description of atomic legal facts to the identification of patterns that claim to be valid. This, in turn, predetermines the transformation of legal reality constructed by scientific knowledge.
Keywords: society, science, jurisprudence, law, legal thinking, rationality, evolution, construction of legal reality.
Юридическая наука в ее эпистемологическом, регулятивном и институциональном измерениях - тема сравнительно малоизученная, по крайней мере, в российском исследовательском дискурсе, предметом которого традиционно выступает так называемая «история политико-правовых учений», представляющая собой не что иное как систематический обзор общефилософских доктрин в применении к государствоведческой и юридической проблематике. Подобное положение дел, как представляется, обусловлено особой ролью историко-философских штудий, подменивших собой собственно философию как самостоятельное направление оригинальной творческой деятельности.
В условиях отсутствия новых философских концепций, порожденного засилием постинтеллектуализма, претендующего на статус ведущей парадигмы современного познания, история философии (и история политико-правовых учений как ее специальный раздел) бесконечно вращается вокруг одних и тех же хорошо известных воззрений и канонизированных имен. Естественным результатом такой «всеядности» стал известный застой в изучении развития научной мысли, дополнительно затрудняемом локальным многообразием правовых доктрин, на первый взгляд не позволяющим обнаружить общие тенденции и закономерности, подобные тем, что со всей отчетливостью наблюдаются в истории математики, физики, биологии, лингвистики и других наук, претендующих на общезначимость выводов и результатов.
Ситуацию усугубляет и кажущаяся несформированность четких критериев и стандартов научности правового знания, позволяющих отграничить юриспруденцию как теоретическую рефлексию о праве от прикладной правоприменительной деятельности, с одной стороны, и от различного рода философем, идеологем, а также от иных паранаучных концептов, с другой стороны Овчинников С.Н. История юридической науки: к методологии исследования И Правовая политика и правовая жизнь. 2019. №3. С. 112. См. подробнее: Стандарты научности и homo juridicus в свете философии права: материалы Пятых и Шестых философско-правовых чтений памяти академика В. С. Нерсе- сянца / отв. ред. В.Г. Графский. М.: Норма, 2011. С. 11-161.. Более того, с учетом непреодолимого влияния, традиционно оказываемого как той, так и другими, на правовое познание, вполне оправданным представляется сомнение в принципиальной возможности установления таких границ. Между тем сама история юридической науки, если видеть в последней не только дидактическую систему, но прежде всего непрерывный процесс накопления и роста знаний о правовой реальности, развертывающийся в исторической перспективе, представляет собой необходимый момент эволюции права, подчиняющийся действию общих движущих сил и закономерностей.
Важнейшим фактором эволюции права и различных его феноменов, включая юридическую науку, является правовое мышление, представляющее собой совокупность психологических процессов порождения информации и знаковых средств ее закрепления, конструирующих правовую реальность4. Не вызывает сомнений тесная связь правового мышления и юридической науки. Будучи высшей ступенью самоорганизации и развития интеллектуальной рефлексии о праве, юридическая наука в концентрированном виде выражает в себе формальные и содержательные особенности правового мышления. Не будет особым преувеличением утверждать, что юриспруденция, возникшая на известной и притом относительно поздней стадии развития правового мышления, свидетельствует о высоком уровне его зрелости и служит проявлением прогрессивных тенденций эволюционной динамики.
Прогрессивные черты, воплощенные в юридической науке, выражаются как на формальном, так и на содержательном уровне организации процессов мышления. В содержательном плане научное правовое мышление отличается от любых иных видов мыслительной активности наличием развитой идейной составляющей, все компоненты которой обладают внутренней дифференцированностью и наличием сложных формально-логических связей, адекватно воспроизводящих структуру предмета познавательной деятельности. Важной особенностью научного мышления, впервые отмеченной еще Рене Декартом, является, как известно, применение системной исследовательской методологии, обеспечивающей творческий характер познания и инновационность его результатов. В силу этого юридическая наука уже с самых первых своих шагов становится действенным средством конструирования правовой реальности, наделяя право релевантностью автономного и самоценного способа человеческого бытия, не тождественного иным его способам (таким, как мораль, религия, миф, искусство и т.п.) и не производного от них.
В формальном плане научному мышлению, включая юридическую науку, присуще совершенство знаковых средств, используемых для выражения и передачи информации об объектах познания. Указанные знаковые средства, типичными примерами которых являются математические обозначения и иная символика, применяемая в точных, естественных и отчасти в социальных науках, обеспечивают строгую однозначность научного дискурса, а также его способность обозначать не единичные объекты, а понятийные экстенсионалы (классы объектов) в контексте общезначимых причинно-следственных отношений между ними Флек Л. Возникновение и развитие научного факта: Введение в теорию стиля мышления и мыслительного коллектива. М.: Идея-Пресс; ДИК, 1999. С. 47 и след.. Эта символика занимает особое место в эволюции знаков, проходящих в своем развитии три ступени, выделенные Ч.С. Пирсом, различавшим знаки-индексы, обладающие наибольшей степенью предметности, и далее, по убыванию денотативной обусловленности плана означающего, знаки-иконы и знаки-символы Пирс Ч.С. Икона, индекс, символ // Пирс Ч.С. Избранные философские произведения. М.: Логос, 2000. С. 200-222..
Будучи, безусловно, одной из разновидностей знаков-символов, научные обозначения выделяются из их числа как максимально широким объемом содержания, так и утратой связи с конкретными референтами. Иными словами, они представляют собой легисигнумы, что обусловливает сугубо конвенциональный характер соответствующих знаков вследствие утраты ими непосредственной предметной связи означающего с означаемыми Эко У. Отсутствующая структура: Введение в семиологию. СПб.: Симпозиум, 2006. С. 147. Культуральные исследования права: монография / под общ. ред. И.Л. Честнова, Е.А. Тонкова. СПб.: Алетейя, 2018. С. 136; Осипов М.Ю. К вопросу о применении математических методов в юридической науке // Advances in Law Studies. 2019. Т 7. №2. С. 24.. И хотя гуманитарные научные дисциплины, в том числе юриспруденция, не располагают развитым математическим аппаратом (хотя дискуссии о возможностях и пределах его внедрения активно ведутся), используемые ими понятия и дефиниции по степени точности и формальной определенности своего лингвистического выражения подчас не уступают математической и естественно-научной символике.
В целях правильного понимания дальнейшего следует сделать несколько важных замечаний. Во-первых, признавая правовое мышление смыслопорождающим измерением права и важным фактором его эволюции, мы вместе с тем далеки от того, чтобы видеть в правовой реальности, как это иногда делается, только совокупность идей Это в предельном выражении оказывается равнозначащим отрицанию предметного существования культурных, в том числе правовых, феноменов. См., в частности: Linton R. The Study of Man. New York: D. Appleton-Century Co., 1936. P. 363; Radcliffe- Brown A.R. On Social Structure // Journal of Royal Anthropological Institute. 1940. Vol. 70. №1. P 2; Herskovitz M.J. The Process of Cultural Change // The Science of Man in the World Crisis / ed. by R. Linton. New York: Alfred A. Knopf, 1945. P 150; Spiro E. Culture and Personality // Psychiatry. 1951. Vol. 14. P 24; Beals R.L., Hoijer H. An Introduction to Anthropology. New York: The Macmillan Co., 1953. P 210; Мелкевик Б. Юридическая практика в зеркале философии права. СПб.: Алеф-Пресс, 2015. С. 139.. Правовая реальность есть упорядоченная совокупность как идей, содержащих в себе информацию о социальных феноменах, так и знаковых средств закрепления и внешнего выражения информации, транслируемой субъектами в процессах правовой коммуникации. То же самое касается и культуры в целом, одним из измерений которой выступает правовая реальность.
Во-вторых, юридическая наука, будучи наиболее развитым состоянием правового мышления, в концентрированном виде выражающим его существенные свойства, вместе с тем не исчерпывает его собой, что позволяет оспорить широко распространенное заблуждение, разделяемое в том числе и некоторыми исследователями, по мысли которых наличие правового мышления - прерогатива юристов и ученых-юристов par excellence. Компонентами юридического мышления являются не только категории, выступающие логически оформленными результатами интеллектуальной рефлексии по поводу объектов реальности, но и образы, представляющие собой идеи в их чувственной полноте и конкретности.
Вообще сложным и нерасчленимым единством образных (допредикативных) и понятийно-категориальных компонентов характеризуются не только специальные виды мышления, подобные юридическому мышлению, но и само это последнее в целом, на что обращали внимание психологи и лингвисты, использующие для обозначения данного единства понятие ментально-лингвального комплекса (МЛК). Важно подчеркнуть, что МЛК, функционируя в поле человеческого сознания, эволюционирует в широкой диахронной ретроспективе под влиянием исторически изменяющегося социально-психологического и культурного контекста. юридический научный правовой понятийный мышление
Одним из результатов эволюции становится изменение соотношения образной и понятийной составляющих мышления и переход от мышления образами к мышлению понятиями на определенном этапе социокультурного развития человечества. Последствием этого перехода, проявившего себя в различных сферах культурного творчества, стало возникновение юридической науки, представляющей собой понятийно-категориальную рефлексию по поводу феноменов правовой реальности.
Эволюция правового мышления включает в себя ряд последовательно сменяющихся стадий, которым соответствуют исторические типы рациональности, характеризующие юридическую науку в ее существенных признаках и проявлениях. Не приводя развернутых характеристик, чему препятствуют рамки данной работы, отметим, что такими стадиями являются:
— дорациональная (мифо-ритуальная) стадия, начавшаяся в первобытности и завершившаяся в VI-V вв. до н.э.;
— стадия доклассической рациональности, господствовавшей в античную и средневековую эпохи и утратившей релевантность на рубеже XVI-XVII вв.;
— стадия классической рациональности (XVII - начало XIX в.);
— стадия неклассической рациональности, завершающаяся к концу минувшего столетия с переходом к постнеклассической рациональности Мамардашвили М.К. Классический и неклассический идеалы рациональности. СПб.: Азбука, Азбука-Аттикус, 2010..
Переход к каждой следующей стадии (и, соответственно, к новому историческому типу рациональности) носил скачкообразный характер и характеризовался радикальным разрывом с предшествующими интеллектуальными традициями и парадигмами познания Фуко М. Слова и вещи. Археология гуманитарных наук. СПб.: A-cad, 1994. С. 35; Кун Т. Структура научных революций. М.: АСТ, 2002. С. 129 и след..
Вместе с тем переход на новую ступень эволюционной динамики еще не означает непременно полного отказа от всего комплекса результатов, достигнутых на предшествующей стадии. История науки вообще и юридической науки в частности предполагает как дискретность, так и континуитет, как преемственность, так и инновационность развития. Именно такое диалектическое, подчас противоречивое и неоднозначное сочетание разнонаправленных тенденций, на наш взгляд, служит залогом накопления и роста научного знания, что оказалось бы в принципе невозможным, если бы ученые вынуждены были всякий раз начинать «с чистого листа».
Несложно заметить, что в истории юридической науки прослеживается стадиальная смена типов рациональности, характеризующая эволюцию правового мышления в целом. Тесно связанная в момент своего зарождения (в частности, в сочинениях древнегреческих философов-досократиков и в сакральных формулах римских понтификов) с мифо-ритуальным правовым мышлением, юридическая наука приобретает автономию и формирует собственный исследовательский метод по мере становления понятийного мышления Берман Г. Дж. Западная традиция права: эпоха формирования. М.: Изд-во МГУ; Инфра-М - Норма, 1998. С. 131-132.. Характерные особенности последнего, рассмотренные выше, отчетливо проявились уже в стиле работы античных правоведов II в. до н.э. - III в. н.э., и прежде всего отца науки гражданского права Кв. Муция Сцеволы Schulz F. History of Roman Legal Science. Oxford: Clarendon Press, 1946. P. 57-58., а также Антистия Лабеона, чьи новаторские установки в дальнейшем получили развитие в сочинениях Гая и других представителей «классической пятерки» юристов.