Белгородский государственный национальный исследовательский университет
Юридический институт
К вопросу о изъятии «роскошного» жилого помещения у гражданина, признанного несостоятельным (банкротом)
Коваль К.К., Студентка 4 курс
Россия, г. Белгород
Аннотация
Статья посвящена изучению судебной практики в области жилищного, предпринимательского права. В исследовании мы поднимем вопрос о возможности изъятия у гражданина единственного жилого помещения, принадлежащего ему на праве собственности, в целях погашения требований кредиторов за счет его реализации, при условии, что такое помещение является «роскошным» и, очевидно, с избытком покрывает потребности гражданина в жилище.
Ключевые слова: банкротство, жилищное право, жилое помещение, требования кредиторов, конкурсная масса.
Annotation
The article is devoted to the study ofjudicial practice in the field of housing and business law. In the study, we will raise the question of the possibility of seizure from a citizen of the only dwelling that belongs to him on the right of ownership in order to pay off the claims of creditors through its sale, provided that such a premise is "luxurious" and, obviously, more than covers the needs of the citizen for dwelling.
Key words: bankruptcy, housing law, residential premises, creditors' claims, bankruptcy estate.
К написанию данной статьи нас подтолкнуло обнаруженное при анализе судебной практики по делам о несостоятельности (банкротстве) Определение судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации от 28.01.2021 г. по делу А50-34786/2017 (309-ЭС20- 15448) Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда РФ от 28.01.2021 г. № 309-ЭС20-15448 по делу № А50-34786/2017. В данном определении Верховным судом был поднят и детально исследован достаточно сложный и интересный вопрос. А именно: возможно ли изъять у гражданина единственное жилое помещение, принадлежащее ему на праве собственности, в целях погашения требований кредиторов за счет его реализации, при условии, что такое помещение является «роскошным» и, очевидно, с избытком покрывает потребности гражданина в жилище?
Начать исследование данного вопроса мы полагаем необходимым с изучения нормативно-правовой базы, которая регулирует вопросы обращение взыскания (в т.ч. в делах о несостоятельности (банкротстве)) на жилое помещение, принадлежащее должнику - физическому лицу.
В Российском процессуальном законодательстве для единственного жилья должника устанавливается особый правовой статус - т.н. «исполнительский иммунитет». Так в соответствии с положениями пункта 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации взыскание не может быть обращено на жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14.11.2002 № 138-ФЗ // «Собрание законодательства РФ», 18.11.2002, № 46, ст. 4532.
Следует отметить, что установление исполнительского иммунитета, по всей видимости, является отражением в законодательстве установленного в статье 40 Конституции Российской Федерации права на жилище. Кроме того, исполнительский иммунитет отчасти следует из положений статьи 35 Конституции РФ, которая гарантирует право частной собственности в России Конституция Российской Федерации. Принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 (с учетом поправок, внесенных Законами Российской Федерации о поправках к Конституции Российской Федерации от 30.12.2008 № 6-ФКЗ, от 30.12.2008 № 7-ФКЗ, от 05.02.2014 № 2-ФКЗ, от 21.07.2014 № 11-ФКЗ) // Российская газета. - 25.12.1993. - № 237..
Если же говорить о исключениях из «правила исполнительского иммунитета», то к нему относятся те жилые помещения, что являются предметом залога. В отечественной юридической науке отмечается, что ипотека (залог недвижимости), как способ обеспечения исполнения обязательств, является уникальным. Так для этого в законодательстве устанавливается специальная процедура, должны быть определены: размер задолженности, допущенная должником просрочка исполнения обязательстве, обеспеченного залогом. Порядок обращения взыскания на такое имущество также особо регламентируется Пластинина, Н. Банк и ипотечный заемщик: мир, дружба и... дамоклов меч? / Н. Пластинина // Жилищное право. - 2015. - №№ 10. - C. 39-49.. Но вопросы обращения взыскания на недвижимость, являющуюся предметом залога, не являются темой нашего исследования. Потому перейдем к следующей части нашего исследования.
Поскольку вопросы изъятия жилого помещения исследуется нами под призмой банкротства физических лиц, то следует сделать оговорку о том, что особенности реализации имущества должника - физического лица, которая по своей сути является особенным порядком обращения взыскания на все имущество должника, установлены в статье 213.25 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (ред. от 24.04.2020) // Собрание законодательства РФ. 2002. № 43. Ст. 4190.. Пункт 1 названной статьи устанавливает, что в ходе реализации имущества гражданина все его имущество, приобретенное на дату вынесения арбитражным судом решения о признании гражданина банкротом и введения в отношении него процедуры реализации имущества, включается в конкурсную массу.
Исключением из этого правила является имущество, указанное в пункте 3 статьи 213.25 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Таким имуществом является то, на что в соответствии с положениями Гражданского процессуального законодательства не может быть обращено взыскание, о котором мы говорили выше.
На данном этапе можно сделать вывод, что российское законодательство в настоящее время не предусматривает каких-либо особенностей определения «достаточности» площади и(или) иных характеристик жилого помещения должника для удовлетворения его потребности в жилище и, соответственно, обеспечения его конституционного права на жилище, как не устанавливаются никакие критерии «роскошности» жилого помещения. Немаловажно отметить и то, что в названном нами в начале Определении СК по экономическим спорам ВС РФ делается аналогичный вывод, однако о сущности и значении данного вывода в исследуемом нами вопросе будет сказано ниже.
Теперь, когда нами заданы «начальные условия задачи», мы полагаем возможным перейти непосредственно к главной проблеме нашего исследования. В последние 20-30 лет общественная и экономическая жизнь в России, ввиду известным политических событий, претерпела значительные изменения. Граждане получили широкие возможности по накоплению в своих руках имущества, в том числе - жилых помещений, имущественных прав, в том числе корпоративных. Все это привело к значительному социальному расслоению российского общества. Эти процессы породили в том числе и механизм признания лица несостоятельным (банкротом), поскольку наличие широких возможностей для осуществления предпринимательской деятельности, которая по своей сути является рисковой, неизбежно порождает тех, кого постигла неудача в развитии своего дела. В отечественной юридической науке часто отмечается, что любое современное государство нацелено на обеспечение стабильного роста экономики, что, в свою очередь, требует непрерывного развития норм права, регулирующих вопросы несостоятельности (банкротства) Усольцева Н.В. Формирование и состав конкурсной массы // Российский внешнеэкономический вестник. 2007. №4..
Закономерным итогом всех этих изменений в законодательстве стал введенный относительно недавно механизм признания физического лица несостоятельным (банкротом). При это очевидным будет то, что все должники имеют в собственности очень разные по своему объему комплексы имущества и имущественных прав. Здесь и начала проявляться проблема, которая исследуется нами. У некоторых должников единственным имуществом было жилое помещение, которое по своим характеристикам очевидно являлось избыточным для удовлетворения потребности гражданина в жилище. При этом у такого имущества был исполнительский иммунитет. Изъять его в интересах кредиторов было нельзя. Что, в свою очередь, порождало нарушение жилищных прав кредиторов, которые не могли получить от должника то, что полагалось им в процедуре банкротства.
Несмотря на то, что как мы отметили выше, правовое регулирование этого вопроса не содержит в себе норм права, которые бы устанавливали критерии «достаточности» или «роскошности» жилого помещения, судебная практика в данном вопросе идет по несколько другому пути.
Начиная говорить о казусе, которому посвящено исследуемое нами определение ВС РФ следует особо отметить то, что возникшая в том обособленном споре ситуация является уникальной для российской судебной практики. Итак, должником несколько лет назад было приобретено две смежных квартиры в одном многоквартирном доме. При этом в одной из них был зарегистрирован по месту жительства он сам и его несовершеннолетний сын, супруга должника и несовершеннолетняя дочь были зарегистрированы в ином жилом помещении. На момент начала дела о банкротстве должника в указанных жилых помещениях велись строительные работы, направленные на их объединение путем переустройства и перепланировки, а все необходимые разрешения на переустройство и перепланировку были получены после возбуждения производства по делу.
Таким образом, судам в данном споре, с одной стороны, было необходимо решить вопрос о том, можно ли признать данное жилое помещение «роскошным» и ввиду того, что оно избыточно для удовлетворения потребности должника в жилье - включить его в конкурсную массу для дальнейшей реализации, а с другой, необходимо было разобраться с тем, что хотя фактически две спорные квартиры были объединены должником в единый объект до начала дела о банкротстве, формально на момент возбуждения производства по делу они являлись двумя отдельными жилыми помещениями.
Из двух поставленных вопросов нас более всего интересует первый, поскольку именно он и является основной темой нашего исследования. Но, вместе с тем, мы полагаем, что второй вопрос также является важным, поскольку вопрос о разделении одного объекта недвижимости на два меньших потенциально может нарушать права и законные интересы должника.
Однако, по нашему мнению, ключевым как в первом, так и во втором вопросе будет то, каким образом законодателю необходимо обеспечить баланс между интересами кредиторов в деле о несостоятельности и правом должника на жилище, гарантированным Конституцией.
На наш взгляд, адекватного ответа на этот вопрос в современном российском законодательстве нет. И это можно считать пробелом в правовом регулировании. Ведь несомненно то, что необходимо, с одной стороны, обеспечить защиту права на жилище, а с другой, гарантировать защиту прав кредиторов от злоупотреблений со стороны должника.
К аналогичному выводу приходит и Верховный суд. Так суд указывает: «Механизм обращения взыскания на единственное жилье должника, не отвечающего критериям разумности, законодателем на данный момент не разработан, соответствующие изменения в положения статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не внесены, новое регулирование федеральным законодателем не установлено, правила обмена роскошного жилья на необходимое не выработаны, критерии определения последнего не закреплены.
Таким образом, в настоящее время гражданин - должник вправе сохранить за собой как минимум одно находящееся в его собственности помещение, которое может быть использовано для проживания».
Из изложенной выше позиции Верховного суда следует, что изъятие у должника единственного «роскошного» жилого помещения является незаконным до того момента, когда в законодательстве не будет выработан механизм такого обмена.
Интересно отметить, что в праве других стран подходы к вопросу исполнительского иммунитета весьма различны. Отечественные исследователи в основном выделяют следующие:
отсутствие правового регулирования вопросов обращения взыскания на единственное жилое помещение (Великобритания, Франция);
запрет обращения взыскания на единственное жилое помещение, с исключениями (Беларусь, Швеция);
установленная в законодательстве возможность обращения взыскания на единственное жилое помещение, при условии предоставления должнику другого жилого помещения (Австрия, Германия);
возможность обращения взыскания на часть единственного жилого помещения, если она эта часть может быть выделена в натуре (Болгария) Обращение взыскания по исполнительным документам на единственное жилое помещение в современном международном и зарубежном праве и судебной практике конституционного контроля // Зарубежная практика конституционного контроля. Вып. 189. - СПб.: Конституционный Суд Российской Федерации, 2012. - С. 7-9..
Рассмотрев первый аспект темы исследования и сделав вывод, который заключается в том, что в настоящее время в России изъятие у должника единственного жилого помещения невозможно ни при каких обстоятельствах в силу того, что такое помещение будет иметь безусловный исполнительский иммунитет, перейдем ко второму аспекту нашей темы. Здесь мы скажем несколько слов о возможных способах «обхода» положений о исполнительском иммунитете при не добросовестных действиях со стороны должника и, соответственно, попробуем вывести некоторые приемы и способы искусственного создания исполнительского иммунитета, которыми может воспользоваться должник.