Концептуальная значимость методологического подхода У. Матураны и Ф. Варелы
Колесова Ольга Валентиновна
Аннотации
В статье выявлена концептуальная значимость методологического подхода У. Матураны и Ф. Варелы. Даны базовые характеристики аутопоэзной структуры. Аутопоэзная структура показана с позиций осуществления принципа дополнительности. Динамика аутопоэзной структуры раскрывается в диалектике исторического и конструктивистского ракурсов. Представлен синтез гносеологического и онтологического подходов в осуществлении аутопоэзной структуры.
Адрес статьи: www.gramota.net/materials/3/2015/4-2/24.html
CONCEPTUAL IMPORTANCE OF METHODOLOGICAL APPROACH BY H. MATURANA AND F. VARELA
Kolesova Ol'ga Valentinovna, Ph. D. in History, Associate Professor
Lobachevsky State University of Nizhni Novgorod kolesovaov@yandex.ru
The article touches on the conceptual importance of methodological approach by H. Maturana and F. Varela. The author presents the basic characteristics of autopoietic structure, which is described from the viewpoints of implementing the principle of complementarity. The dynamics of autopoietic structure is revealed in the dialectics of historical and constructivist perspectives. The paper is a synthesis of gnosiological and ontological approaches in the realization of autopoietic structure.
Key words and phrases: autopoietic structure; structural drift; process; continuous recursiveness; regularity; variability; reality.
Наметившийся в середине XX столетия в теории познания крен в сторону метода исследования был вызван абсолютизацией значимости субъекта исследования. В радикальном конструктивизме - направлении, фокусирующем свое внимание на конструктивистской функции субъекта, произошло выделение понятий " реальность" как неконструируемый внешний мир и " действительность" как мир, воспринимаемый [3, с. 25]. Субъект стал восприниматься в роли регистратора " всевластных фактов" и конструктора идеального мира, что привело к натуралистическому субъективизму, утверждающему, что нет объекта вне ощущения (вне индивидуального или коллективного опыта) [1, с. 61]. Восприятие " пассивности" объекта трансформировалось в конечном итоге в вынесение за " скобки" " внешнего мира". гносеологический онтологический аутопоэзный
Эпоха постмодерна " развенчала" субъект и на его место поставила субъективность другого рода: коллективную, исторически изменчивую, обусловленную общественными связями, опосредованную культурой. На смену категориям интеллекта пришли категории " коллективных иллюзий", " парадигм", " эпистем". Конструкции становятся социальными, но их по-прежнему от реальности отделяет непреодолимая пропасть.
В философских направлениях, отошедших от субъект- или культур-центризма в ХХ в. (" холизм", " системные теории", " реляционные онтологии", " перспективный реализм", " органицизм", " экологическое сознание", " органическая философия", " симметрии" и " симметричные онтологии", " синергетика"), была пересмотрена категория " отношения" и произошел отказ от атомистической онтологии в пользу онтологии целостности. В связи с серьезными изменениями в сфере онтологических концепций, в рамках новоевропейской философии наблюдается выделение крайних позиций: " наивного реализма" и конструктивистской модели.
Анализируя судьбы атомистической онтологии и онтологии целостности, О.Е. Столярова заключает, что возможным разрешением кризиса является философия А.Н. Уайтхеда. Она полагает, что конструкция Уайтхеда имеет универсально онтологическое значение, так как указывает на реальность, а не противоречит ей [7, с. 97].
Особый интерес, на наш взгляд, в этой связи, приобретает видение жизни чилийскими нейробиологами У. Матураной и Ф. Варелой [5]. Позиционируемая учеными аутопоэзная структура, по нашему мнению, реализует, онтогносеологический подход. Нам представляется важным проведение параллелей между пониманием " аутопоэза" чилийскими нейробиологами Матураной и Варелой и основными положениями философии Уайтхеда, свидетельствующими об онтологическом значении конструкции.
Для подтверждения этой гипотезы, с нашей точки зрения, целесообразно выявить следующие позиции:
– выделить общие характеристики аутопоэзной структуры;
– обозначить специфику динамики аутопоэзной структуры;
– выявить сущность понимания жизненного процесса как когнитивного процесса.
Понятие " аутопоэз" было введено Матураной и Варелой для обозначения самовоспроизводства живых существ (мы используем термин ученых, согласно переводу Ю.А. Данилова) [Там же]. Концепция Матураны и Варелы вобрала в себя наиболее актуальные методологические подходы XX столетия: структурализма, системности, эволюционизма, дополнительности, самоорганизации.
Представляя живой организм как аутопоэзную структуру, а организацию жизни как структурную сопряженность, авторы, на наш взгляд, в биологическом контексте показывают работу принципа дополнительности, сформулированного квантовой механикой. С одной стороны, представленный ими живой организм, будучи аутопоэзной системой, имеет " границы" и обладает определенной самодостаточностью ?Там же, с. 40, 41?. Жизнь для него - процесс познания, выраженный в специфике его собственной внутренней структуры.
Этот фактор определяет его целостность и идентичность.
С другой стороны, авторы разграничивают как две операционально не зависимые друг от друга структуры: живое существо и окружающую среду. Индивидуальное структурное изменение живого существа в окружающей среде, представленное Матураной и Варелой как структурный дрейф, конгруэнтно структурному дрейфу окружающей среды ?Там же, с. 91?. Думается, эта позиция, по своей сути, может быть понята как бессубъектное, континуальное (непрерывное) осуществление процесса взаимодействия (в терминологии авторов " конгруэнтное" изменение).
Таким образом, живое существо Матураны и Варелы - это, с одной стороны, субъект (аутопоэзная структура), с другой стороны, структурный дрейф - процесс конгруэнтного сопряжения живого существа и окружающей среды. Масштаб видения определяет тот или иной ракурс.
Осмысление нейробиологами осуществления жизни в биологическом контексте, полагаем, сопоставимо с видением Уайтхедом проблемы континуума как сопряженности бытия и становления. Пространственновременной континуум " атомизируется" в его онтологии становящихся событий, но при этом происходит возвращение времени и развития в лоно реальности мысли. А.М. Киссель считает " атомизацию" необходимым условием реальности времени и пространства онтологии Уайтхеда [8, с. 28].
Используя понятие " действительного происшествия", Уайтхед подчеркивает, что именно времени принадлежит ведущая роль в единстве пространственно-временного континуума.
Одним из наименований действительной сущности, по Уайтхеду, является " экстенсивный континуум". Представляя собой актуально данное количество, действительная сущность, благодаря единству ее субъективной цели, на протяжении всей своей истории сохраняет идентичность. Столярова замечает, что Уайтхед, в ответ на аргументы, высказанные против линейной модели времени Зеноном и Бергсоном, представляет время не в варианте собирания из суммы состояний [7, с. 22], а в варианте особенностей личного роста сущностей, не выраженного как последовательный прирост особенностей.
Столярова ссылается в своем рассуждении на одну из авторитетных исследовательниц онтологии Уайтхеда Э. Краус, предлагающую для объяснения уайтхедианского времени-пространства " волновую модель" [Там же, с. 96]. Множественность со-существований и множественность последований синтезируются в онтологии Уайтхеда, где внутренняя, а не внешняя связь наиболее удачно может быть описана с помощью " волновой модели".
Значимым в контексте анализа работы нейробиологов представляется понимание Уайтхедом (работа " Процесс и реальность") происшествия или события. Он применяет их следующим образом: происшествие - актуальная сущность; событие - связь двух или более происшествий [8, с. 297].
На наш взгляд, представляется важным провести параллели между пониманием уайтхедианской сущности как философского видения " события" и пониманием чилийскими нейробиологами " непрекращающейся рекурсивности" (воздействия на продукт собственного действия). Длящийся характер уайтхедианской сущности, сращивающий прошлое и будущее, на наш взгляд, может быть философской трактовкой обретения " регулярностей" чилийских нейробиологов.
На каждом из четырех обозначенных Матураной и Варелой порядков существования систем синтез отражает специфику и сложность, присущую соответствующему порядку. Они отображают этот синтез как способ организации " архитектуры клетки" и " клеточной динамики", как взаимное " селекционирование" организма и окружающей среды, как онтогенез (индивидуальное развитие), коонтогенез (взаимосогласование структуры и окружения) метаклеточных организмов, как порождение " области языка" 5, с. 185 и феномена сознания вследствие " коонтогенетической координации" действий людей Там же, с. 197.
Жизненный процесс аутопоэзной системы показан авторами как когнитивный процесс. Представляется важным заметить, по Матуране и Вареле, к познанию нельзя подходить с позиций существующих внешних " фактов" или " объектов", постигаемых и хранимых нашим сознанием [Там же, c. 23]. Познание, понимаемое как эффективное действие [Там же, с. 26], в определенной степени коррелирует с конструктивистскими методологическими установками. Памятуя о том, что зачастую " родоначальником" конструктивизма позиционируется И. Кант, необходимо заметить, что у Канта базовой посылкой конструктивизма трактуются " априорные" формы познания [2].
У Матураны и Варелы мы ничего подобного не находим. Оставаясь в плоскости нейробиологии, проблему " начала" они " решают" иным способом. Понимая жизнь и познание как две стороны одного и того же процесса, они утверждают, что рефлексия - это процесс познания того, как мы познаем, и иллюстрируют это рисунком М.К. Эшера " Рисующие руки". Утверждая, что биологически не существует способа, позволяющего представить, как мы стали теми, кем сейчас являемся, они утверждают, что человек не в состоянии выйти за рамки собственной познавательной области, не изменив собственной природы. Матурана и Варела приходят к выводу о том, что мир прячет свое начало через непрекращающуюся рекурсивность (повторяющийся характер отношений, устанавливающий границы с тем, что повторяется) [5, с. 213].
Вполне отдавая дань ХХ столетию с его тезисом " время проникло всюду" [6, с. 177], авторы, однако, не следуют этому " лозунгу эпохи" как абсолюту. Они считают, что мир есть " смесь регулярности и изменчивости", незыблемости и зыбкости. Исходя из этого понимания, они ведут разговор и о возможности (в биологическом контексте) наследственности, дополняемой видовым разнообразием, и о формировании традиции в социальном контексте с ее биологической и культурной составляющими [5, с. 215].
Фиксируя аутопоэзную структуру как субъект и отдавая дань регулярности и незыблемости, авторы концепции, на наш взгляд, не вписываются в установившееся представление ни о структурализме, ни о конструктивизме. Успешно применяя в своем исследовании оба подхода, Матурана и Варела не ограничивают себя рамками этих подходов, что позволяет им продуктивно сочетать историчность и конструктивизм, описание позиций субъекта исследования и процессуальное видение. Одним словом, принцип дополнительности используется нейробиологами в полной мере и позволяет придать исследованию жизненную объемность и глубину.
Попытка чилийских нейробиологов соединить традицию и изменчивость, общее биологическое наследие и расхождение культурных миров может быть воспринята, на наш взгляд, как попытка согласования двух родов бытия - мира " самого по себе" и сознания " самого по себе".
Комментируя работу Уайтхеда " Процесс и реальность", О.Е. Столярова приходит к следующим заключениям. События происходят, и их родословная отсылает к другим событиям. В этом случае важен уайтхедианский термин, характеризующий события как сращение (concrescense от лат. concresco - срастаться, сгущаться). Используемое понятие передает непрерывный, длящийся характер события, а также его зависимый характер. Каждое познавательное событие, вносящее различие между прошлым и будущим, рассматривается как сращение и, поскольку оно возникло, то оно необратимо [7, с. 97].
Это позволяет ей сделать вывод о том, что речь идет о конструкции. Столярова полагает, что конструкция Уайтхеда имеет универсально онтологическое значение: она указывает на реальность, а не противоречит ей [Там же]. Столярова следующим образом комментирует конструктивистскую составляющую онтологии Уайтхеда. Она акцентирует внимание на том, что уайтхедианская сущность - это событие, деятельность - творческое со-общение с другими. Оценивая такую конструкцию как произвол, она подчеркивает его ограниченность в связи с другими сущностями, выступающими как действующие причины по отношению к конструкции [Там же, с. 98]. Уайтхед выражает это через понимание события, являющегося тем, что оно есть, благодаря объединению в себе множества отношений [8, с. 299].
Из этого Столярова заключает, что конструкция и реальность - две стороны одной медали. В работе Уайтхеда " Наука и современный мир" это подтверждается рассуждениями о причинах перехода на более высокий уровень воображения. По Уайтхеду, они заключаются не в том, что улучшилось качество человеческого воображения, а в том, что используемые людьми инструменты, приборы трансформировали наши представления, вывели за рамки обыденного опыта [Там же, с. 175].