КОНЦЕПТУАЛЬНО-ЯЗЫКОВЫЕ ЛАКУНЫ В СФЕРЕ ВНУТРЕННЕГО МИРА ЧЕЛОВЕКА И ИХ АВТОРСКОЕ ЭЛИМИНИРОВАНИЕ (НА ПРИМЕРАХ ИЗ ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ XX В.)
Ю.В. Головнева
Аннотация
лакуна внутренний мир язык
Статья посвящена авторскому элиминированию лакун в сфере внутреннего мира человека. Предлагается термин «концептуально-языковая лакуна» для обозначения одновременного отсутствия и концепта в национальной концептосфере, и средств его выражения в языке до осмысления и репрезентации данного концепта его автором. Анализируются примеры индивидуально-авторских концептов сферы внутреннего мира человека из художественной литературы на русском и английском языках (из произведений О. Мандельштама, В. Набокова, К. Уилсона, И. Бродского, Дж. Фаулза, В. Пелевина).
Ключевые слова: концептуально-языковая лакуна, индивидуально ощущаемая языковая лакуна, индивидуально-авторский концепт, метафора, сфера внутреннего мира человека.
Annotation
Conceptual and Lexical Gaps in the Sphere of the Human Inner World and Authors' Ways of Their Elimination (Based on Examples from the Literature of the 20th Century)
Yuliya V. Golovnyova, Far Eastern Federal University (Ussuriysk, Russian Federation).
Keywords: conceptual and lexical gap, individually felt lexical gap, author's individual concept, metaphor, sphere of human inner world, Russian literature, English literature.
The aim of the article is a linguistic description of a special type of an intralanguage lexical gap in the semantic sphere “human inner world”, i.e., the type characterised by the lack of both a word to denote the mental phenomenon and a clear-cut nationwide concept of the phenomenon. The article suggests the term “conceptual and lexical gaps” for such cases. It is part and parcel of the writer's work to eliminate such lexical gaps with authors' individual concepts, on the conceptual level, and with some newly coined or newly combined means of expression, on the language level. The research material is Russian and English literature of the 20th century (Osip Mandelstam, Vladimir Nabokov, Colin Wilson, Joseph Brodsky, John Fowles, Viktor Pelevin); works in which descriptions of a person's mental life play a significant role were selected. The analysis draws on the lexical gap theory (Yu.A. Sorokin, I.Yu. Markovina, G.V. Bykova et al.), in particular, on the statement that there exist “intralanguage gaps”, i.e., lexical gaps that can be traced without comparing two or more languages. The method of conceptual analysis is used. At the preliminary stage of research, microcontexts with the writers' multiword names for mental phenomena, and also those with descriptions of unnamed mental phenomena, were chosen from the texts. Then, the analysis of the context of these names and descriptions showed the pragmatic factors causing the character's or the lyrical hero's need to eliminate the gap. At the final stage, a significant semantic difference between two groups of conceptual and language gaps was identified. It can be concluded that there are three main pragmatic factors making a person feel such a type of lexical gap. The speaker notices a conceptual and language gap under the following conditions: (1) (s)he experiences some mental phenomenon and realises it; (2) (s)he realises its personal importance; and (3) (s)he does not find any brief name for this phenomenon in the language (s)he uses. Having generated, in the process of comprehension of the mental phenomenon, the nucleus of its individual concept, (s)he tries to represent this concept by choosing language means. Another result of the analysis is the conclusion that the writers' descriptions of mental phenomena uncovering conceptual and language gaps fall into two semantic groups. The first group includes descriptions of mental phenomena directly associated with the external (i.e., not belonging to the described sphere) object, e.g., Nabokov's feeling of the starry sky (The Gift, The Real Life of Sebastian Knight) and Brodsky's feeling of patina (Homage to Yalta). The second one includes descriptions of mental phenomena characterised by their internal structure, not by what has caused them. The effect of "recoil ” after an insight (Ultima Thule by Nabokov, Buddha 's Little Finger (aka Chapaev and Void) by Pelevin, The Mind Parasites by Wilson) and the cosmic synchronisation (Speak, Memory by Nabokov) may serve as examples.
Основная часть
В художественной литературе на разных языках существует целый пласт литературных описаний отдельных проявлений внутреннего мира человека - чувств, состояний сознания, особенностей образа мысли и т.п., для которых в национальном языке нет общеизвестных кратких наименований - однословных или фразеологических. В данной статье предпринята попытка анализа этих описаний индивидуально-авторских концептов в русском и английском языках с позиций теории лакун.
Лакунарность языка1 исследуется прежде всего как явление, затрудняющее межкультурную коммуникацию. При этом под языковой лакуной, как правило, понимают «отсутствие в одном из языков, сопоставляемых между собой, наименования того или иного понятия, имеющегося в другом языке» [2. С. 71]. Основоположники теории лакун Ю.А. Сорокин и И.Ю. Марковина относят к лакунам все явления, непонятные представителю другой культуры: «Все, что в инокультурном тексте реципиент не понимает, что является для него странным, требует интерпретации, служит сигналом присутствия в тексте национально-специфических элементов культуры, в которой создан текст. Такие элементы мы называем лакунами» [3. С. 37]. Расширенное толкование понятия «лакуна» в диссертации Употребителен также термин «лакунизация», ср., например: [1]. Отметим, что в диссертации [4] в широком смысле употребляется и термин «заполнение лакун». Следует иметь в виду, что в ряде других работ (например, [5]) под заполнением лакуны подразумевается введение единственного слова, а под элиминированием лакуны - более широкое понятие, включающее в себя ее заполнение (одним словом) и компенсацию (многословную). В данной статье речь идет о лакунах, элиминируемых, как правило, двумя и более словами, примеров «заполнения» в узком смысле нет совсем, поэтому «заполнение» употребляется в ней как более краткий синоним «элиминирования». Е.А. Эйнуллаевой [4] тоже связано с областью межкультурной коммуникации - взаимодействия как минимум двух языков и культур. Е.А. Эйнуллаева определяет языковую лакуну как «случай несоответствия между сопоставляемыми языками и культурами, следствием которого является отсутствие в одном из сопоставляемых языков / культур какого-либо явления, свойственного другому языку / культуре...» [4. С. 35].
Но, как будет показано, лакуны выявляются и в пределах одного языка без сопоставления его с другими, поэтому примем за основу определение лакуны, данное Г.В. Быковой безотносительно к тому, в одном ли языке та наблюдается или выявляется при сопоставлении двух языков: «.лакуна - синтаксически объективированное идеальное содержание типа понятия, представления или гештальта, входящее в суждение и представленное либо а) громоздким словосочетанием, либо б) компактным сочетанием, либо в) развернутым описанием.» [5. С. 32]. При этом Г.В. Быкова уточняет: «Лакуны обнаруживаются и в одноязычной ситуации, когда в рассматриваемом языке отсутствует слово для обозначения реальной предметной ситуации, хотя потенциально оно могло бы существовать в лексической системе данного языка. Например, в русском языке есть слова, означающие концепт “сообщение о негативных фактах” (жалоба, донос), но нет обозначения для сообщения о положительных фактах; представлен в лексической системе концепт “заочно передаваемая негативная информация” (сплетни, слухи), но не обозначен концепт “заочно передаваемая положительная информация”» [Там же. С. 30].
В данных примерах каждой языковой лакуне соответствует концепт, чье существование следует из самой системы категорий, отраженных в языке, конкретнее, категорий позитивного и негативного. Кроме того, одноязычные лакуны временами обнаруживаются при потребности индивида обозначить словами какие-то детали своего опыта, для которых он не находит отображенных в языке общенациональных концептов - и именно поэтому не находит и названия. Мы назвали такие лакуны индивидуально ощущаемыми [6]. Элиминирование индивидуально ощущаемых лакун - неотъемлемая часть писательского труда. В частности, такие лакуны нередко выявляются при описании чувств, состояний сознания и других особенностей психической жизни.
Среди индивидуально ощущаемых лакун можно выделить два вида. Первый из них (надо полагать, более частотный) Г.В. Быкова включает в свою типологию лакун в лексической системе языка [5. С. 109-146] под названием «личностные (субъективные) лакуны». Это случаи, когда существующее в языке слово, нужное для осуществления коммуникативной задачи говорящего, ему неизвестно или же внезапно забывается, например из-за усталости; говорящий при этом испытывает «муки слова», пытаясь выразить мысль [5. С. 115-116]. Но наблюдаются также случаи другого вида индивидуально ощущаемых лакун, которому посвящена данная статья, - когда просто не существует общенационального аналога того индивидуально-авторского концепта, который говорящий хочет репрезентировать, и слова сложно подобрать именно оттого, а не из-за «временной афазии» говорящего.
С позиций когнитивной лингвистики репрезентации знаний о мире делятся на концептуальные (ментальные) и лингвистические Количество страниц книг, из которых была произведена выборка, составило примерно 6000. Поскольку речь в статье идет не о статистических закономерностях, а об анализе конкретных индивидуально-авторских концептов из специально выбранных художественных текстов, объем выборки соответствует поставленным задачам.. Поскольку индивидуально ощущаемая лакуна второй разновидности наблюдается и в концептуальной и в лингвистической областях (и только автор, до публикации произведения, располагает найденным и выраженным им индивидуально-авторским концептом, заполняющим эту лакуну ), назовем такую лакуну концептуально-языковой Строго говоря, концептуальной сфере как плану содержания соответствуют как вербальные, так и невербальные средства выражения [7. С. 127-152], но при анализе концептов внутреннего мира, объективированных в художественной литературе, речь идет только о вербальной стороне их выражения, а не о невербальной, мимическижестовой. Разумеется, сходным психологическим опытом могут обладать и другие люди, в том числе носители различных языков, - и даже скорее всего им обладают, именно это объясняет успех писателя, выразившего особенности душевной жизни многих. Но в оформленном, репрезентированном виде данный концепт у них отсутствует, присутствуя в свернутом. До чтения произведения, в котором концепт репрезентирован, у них не возникает потребности высказываться на эту тему. Возможен и более сложный вариант: некий концепт осознают как важный, личностно значимый и пытаются выразить (например, в личных дневниках) сравнительно многие люди, но лишь у одного или нескольких писателей это получается наиболее полно и в результате входит в культуру как часть их творческого наследия. В качестве англоязычного эквивалента этого термина мы предлагаем cognitionlanguage lexical gap, так как сопоставление концептуальной и языковой сфер передается на английском как сопоставление cognition и language.. Этот тип лакун не входит в предложенную Г.В. Быковой типологию лакун в лексической системе одного языка, хоть ему там есть место рядом с «субъективными» лакунами [Там же. С. 109-146]; не назван он также среди типов межъязыковых лакун [Там же. С. 54-76].
Критерий отличия «личностных (субъективных) лакун», по Г.В. Быковой, от концептуально-языковых лакун - отсутствие или присутствие в словарном составе языка слова, значение которого в тексте передается иносказательно. (На практике это можно проверить, воспользовавшись системой поиска в Интернете. Если поиск слова в бумажных словарях требует знания этого слова, и, возможно, именно поэтому выявление лакун до внедрения Интернета преимущественно сосредоточивалось в сфере сопоставления языков, когда лексеме одного языка не находилось соответствия в другом, то в интернетных системах поиска слово можно найти по его определению, порой - перебирая разные варианты формулировок.) Таким образом, разница между личностной и концептуальноязыковой лакунами основывается на объективном критерии и поддается верификации.
Как отмечает Г.В. Быкова, «если нелексикализованный концепт становится предметом обсуждения, то возникает ситуативная (описательная или окказиональная) номинация» [5. С. 8]. В данной статье ставится задача на материале концептов внутреннего мира выделить основные прагматические факторы, благодаря которым индивидуально-авторский концепт, не лексикализованный в национальном языке, становится предметом обсуждения - и тем самым переводится из некоего «свернутого вида», из присутствия лишь в некоторых сознаниях, в такой концепт, к которому появляется доступ через культуру народа в целом.
Элиминирование концептуально-языковых лакун происходит путем создания индивидуально-авторских концептов и их авторской репрезентации средствами языка. Индивидуальный опыт человека, благодаря которому он ощущает концептуально-языковую лакуну и начинает подбирать средства для ее элиминации, отражен в индивидуально-авторском концепте. Термин «индивидуально-авторский концепт» широк: так называют и любой концепт, преломленный через авторское восприятие, и, в более редких случаях, концепт, сложившийся прежде всего в сознании такого-то автора (и объективированный им, иначе бы не было возможности об этом судить), но до него не репрезентированный в языке. В данной статье рассматриваются только те индивидуально-авторские концепты, которые до своей объективации в творчестве автора не были представлены в языке одной лексемой либо устойчивым словосочетанием. Такие концепты рассматриваются через их авторские описания.
Концепт, в том числе индивидуально-авторский, явление ментального плана. Он не может быть описан целиком, может быть воссоздан только его гипотетический конструкт с опорой на его языковую манифестацию [8]. В данной статье группы концептов подразделяются по критериям, связанным с языковой семантикой их выражения. Итак, вторая задача статьи - на основе исследуемой выборки примеров из художественной литературы XX в. на русском и английском языках выделить наиболее крупные семантические группы таких индивидуально-авторских концептов внутреннего мира, которым в данных культурах соответствуют концептуально-языковые лакуны. При этом мы опираемся на наиболее общие свойства этих концептов, являющиеся универсальными для русского и английского языков.
Для анализа языкового материала были отобраны произведения, в которых описания психической жизни человека играют существенную роль. 1
Анализируются примеры репрезентации индивидуально-авторских концептов психических явлений - чувств, состояний сознания, особенностей мировосприятия - из произведений О. Мандельштама (1932-1934), В. Набокова (1937-1938 и далее), К. Уилсона (1967), И. Бродского (1969), Дж. Фаулза (1974), В. Пелевина (1996); последовательность, в которой приводятся фамилии авторов, соответствует хронологии написания цитируемых произведений.
Рассмотрим, как репрезентирован индивидуально-авторский концепт одного ощущения, не называемого словом либо кратким словосочетанием, в стихотворении Иосифа Бродского «Посвящается Ялте». Стихотворение представляет собой детектив - оно почти целиком состоит из показаний, которые дают знакомые убитого и близкие его знакомых. Подруга убитого описывает необычное ощущение, которое у нее вызывал этот человек, такими словами:
Когда мы были вместе, все вокруг существовать переставало1. То есть все продолжало двигаться, вертеться - мир жил; и он его не заслонял.
Нет! я вам говорю не о любви!
Мир жил. Но на поверхности вещей - как движущихся, так и неподвижных - вдруг возникало что-то вроде пленки, вернее - пыли, придававшей им какое-то бессмысленное сходство.
Так, знаете, в больницах красят белым и потолки, и стены, и кровати.
Ну, вот представьте комнату мою, засыпанную снегом. Правда, странно?
<...>
Я думала тогда, что это сходство и есть действительная внешность мира.