В качестве одного из оснований предсудимости выделялся вопрос о праве собственности на недвижимое имущество. Так, по мнению И. Я. Фойницкого, «выделение данного вопроса из ведомства уголовного судопроизводства было обусловлено государственной важностью института собственности и формальными доказательствами, устанавливавшими права на недвижимость»9. Данный тезис соответствовал убеждению того времени, в результате чего уголовный процесс стремился к определению материальной истины, а для гражданского процесса было характерно установление истины формальной, согласно которой суд основывал решение на предустановленных доказательствах.Статья 28 Устава приводила другое положение преюдициального характера: «Обнаружение преступления либо проступка при рассмотрении дела в гражданском суде не освобождает уголовный суд от производства для определения ответственности обвиняемого». Цель указанной нормы состояла в привлечении к уголовной ответственности лиц, преступления которых доказаны в ходе гражданского судопроизводства. Однако, решение суда подлежащих рассмотрению вопросов для суда является обязательным только в отношении действительности и событий или деяний, а не в отношении виновности конкретного подсудимого10.Вопрос о виновности был отнесен в полном объеме к компетенции суда уголовного. Подтверждением сказанному служит факт, что статься 29 Устава дополнялась следующим: «Решение по иску, рассмотренному гражданским судом по случаю приостановления уголовного, не стесняет уголовный суд при вынесении им приговора».Также стоит подчеркнуть, что в дореволюционном российском уголовном процессе при рассмотрении дел о преступлениях, связанных с нарушением церковных правил, вводилось понятие «духовной предсудимости», предусмотренной ст. 1013-1015 Устава. Последняя доказывала, что лицо, виновное в совершении преступления, связанного с нарушением законов церкви, должно быть предано уголовному суду только после получения заключения духовного суда.По мнению отдельных ученых, в теории процессуального права после 1917 г. от использования преюдиции отказались и стали применять ее в виде одного из правил, которое освобождало подсудимого от обязанности доказывания. При этом был образован однокоренной термин «преюдициальность», который стал использоваться для обозначения свойства законной силы каждого судебного решения
11.В период с 1917 г. по 1991 г. в уголовно-процессуальном законодательстве, существовали только нормы, которые так или иначе регулировали вопросы о преюдициальном значении судебных актов по гражданским делам для судей, осуществляющих производство по делам уголовным. Правил о внутриотраслевой, а именно уголовно-процессуальной преюдиции, которые бы применялись исключительно в данной отрасли, не было.Статья 12 УПК РСФСР 1923 г. имела норму, которая не нашла отражения в действующем законодательстве, в связи с чем вступившее в законную силу решение гражданского суда обязывало бы уголовный суд выносить решение по виновности подсудимого. А значит в законодательстве появилась межотраслевая преюдиция. В УПК РСФСР 1960 г., термин «деяние» был заменен на термин «действие»12. В данной статье при этом вопрос о применении преюдиции на досудебных стадиях для прокурора, следователя и дознавателя не был решен. При подробном толковании указанной нормы, получалось, что преюдициальное значение решения суда по гражданскому делу вступившего в законную силу, может распространяться только на стадию судебного разбирательства по уголовному делу, исключая досудебное производство.Представленные недостатки устранялись УПК РСФСР 1960 г. В статье 28 УПК приведено: «Вступившее в силу решение, определение либо постановление суда по гражданскому делу является обязательным для суда, прокурора, следователя и лиц, которые производят дознание, при производстве по уголовному делу по вопросу, было ли данное событие или действие, но не в отношении виновности обвиняемого»13. УПК РСФСР 1960 г. переместил указанную норму в ч. 3 ст. 55 ГПК РСФСР 1964 г. 14 Для реализации преюдиции законодателем включалась часть 2 статьи 55, определившая: «Факты, доказанные вступившим в законную силу решением суда по гражданскому делу, не должны доказываться вновь при разбирательстве разных гражданских дел, где участвуют данные лица». Редакция ст. 90 УПК РФ, которая действовала до 1 января 2010 г., не предусматривала преюдицию судебных актов арбитражного суда и суда общей юрисдикции, которые приняли решение в порядке гражданского судопроизводства.Стоит подчеркнуть, что в проекте УПК РФ 6 июня 1997 г., преюдиция имелась в ст. 86 и рассматривалась следующим образом:
1) вступивший в силу приговор по уголовному делу является обязательным для суда, прокурора, и судьи, равно как и следователя, органа дознания при производстве по уголовному делу в части установленных обстоятельств и их правовой оценки; 2) вступившее в силу решение суда по гражданскому делу является обязательным для суда, и других участников процесса при производстве по уголовному делу лишь по вопросу о том, имело место данное событие или нет. Оно не должно предрешать выводы о виновности либо невиновности подсудимого. В данной редакции статья принята не была.При разработке УПК РФ 2001 г. законодателем было изменено содержание и пределы действия преюдиции. При этом данное понятие было закреплено в ст. 90 УПК РФ. А именно в статье рассматривалась вопросы реализации внутриотраслевых преюдиций. В отличие от ст. 28 УПК РСФСР 1960г., относившейся к основным положениям, ст.90 УПК РФ была закреплена в главе 11-ой «Доказывание». Главной причиной, которая побудила законодателя внести эти изменения стало устранение из законодательства об судопроизводстве категории объективная истина15.Данная редакция статьи 90 УПК РФ действовала до 2009г. Изменения, возвратившие межотраслевую преюдицию с разными условиями, вызвали дискуссию среди ученых. В итоге постановлением от 21 декабря 2011 года № 30-П, было обозначено, что признание преюдициального значения решения суда, направленного на обеспечение стабильности судебного решения, предполагает, что факты, выявленные судом при рассмотрении дела, до их опровержения могут быть приняты и другим судом по другому делу в том же виде судопроизводства, в случае, если они обладают значением для разрешения указанного дела. Таким образом, вопросы закрепления межотраслевой преюдиции требуют дальнейшего совершенствования.
В рамках исследования данного вопроса следует проанализировать подходы к данному понятию, даваемые современными учеными. Так, Левченко О.В. доказал, что пределы действия преюдиции могут быть соотнесены с пределами действия законной силы приговора суда либо судебного решения. По мнению автора, объективные пределы законной силы судебного решения ограничивают его действие предметом судебного решения16.В свою очередь Афанасьев С.В. считает, что важно различать объективные, а также субъективные пределы преюдиции17. По мнению автора к объективным пределам может быть отнесён круг фактов, которые установлены соответствующим процессуальным актом и не подлежат в этой связи доказыванию. Объективные пределы преюдиции, вытекающие из конкретного приговора являются более широкими в отношении объективных пределов имеющихся актов судопроизводства. К субъективным пределам могут быть при этом отнесены лица, на которых пределы распространяются, а именно те, в отношении которых вынесены соответствующие судебные акты18. Согласно другой позиции объективные пределы преюдиции могут быть представлены набором фактов, выявленных конкретными процессуальными актами и не подлежащих в связи с этим доказыванию в уголовном суде, а также правоотношениями, в части которых вынесен приговор19. К субъективным пределам преюдиции согласно данной концепции может быть отнесён не только круг лиц, в отношении которых установлены судебные решения, но и органы, равно как и должностные лица, применяющие указанные акты и в силу собственного убеждения, оценивают их роль в ведении уголовного дела, при этом разделяя их на группы: к первой из них будут относиться суд (судья); ко второй – прокурор, следователь, орган дознания20. По мнению Чащиной И.В., выводы, содержащиеся в приговоре, имеют законную силу в отношении разных лиц и организаций, которые непосредственно указаны в приговоре21.Статья 90 УПК Российской Федерации определяет, что преюдиция – представляет собой обстоятельства, установленные вступившим в силу приговором, за исключением приговора, выданного судом на основании с статьи 226.9, 316, 317.7 УПК РФ, либо другим вступившим в силу решением суда, которое было принято в рамках гражданского, арбитражного либо административного судопроизводства, признаются судом, следователем, прокурором, дознавателем без основательной проверки
22.Проведенный обзор мнений позволяет сделать вывод, что реализация преюдиции в уголовном процессе представляется доказыванием обязательных для суда и его участников фактических обстоятельств, что подлежат доказыванию, однако состоят при этом в преюдициальной связи с вступившим ранее в силу приговором суда, включая и приговор апелляционного суда или иное решение суда в гражданском, арбитражном или административном судопроизводстве, которые не требуют дополнительной проверки. Исключением выступают случаи, когда находятся препятствия, доказывающие о недопустимости признания данных обстоятельств без дополнительной проверки. Примером может стать отсутствие в ранее рассмотренном деле участия заинтересованного лица, которое не могло при этом выразить суду собственную позицию и представить соответствующие доказательства23. Общие начала правосудия распространяются на все виды судопроизводства и являются едиными, вне зависимости от материальных правоотношений, которые в той или иной степени определяют предмет рассмотрения в каждом конкретном виде судопроизводства. В тоже время характер рассматриваемых дел, существо и значимость назначаемых санкций и их последствий являются основанием для закрепления в законе конкретных способов и методов судебной защиты в отношении отдельных видов судопроизводства и категорий дел.Так, гарантируя права потерпевших от преступлений, Конституция РФ не определяет в полной мере, в какой именно процедуре должен быть предоставлен доступ потерпевшего к правосудию. Данный вопрос возложен решение на федерального законодателя, который имеет право вводить разного рода порядки при формовании механизма защиты прав и законных интересов потерпевших в рамках уголовного процесса. Конституционно важно здесь, чтобы доступ потерпевшего к правосудию стал реальным, давая при этом ему возможность эффективно восстановить свои права24.По мнению Конституционного Суда, преюдициальность является средством поддержания непротиворечивости судебных актов и дает возможность реализации принципа правовой определенности25. При этом установленные вступившим в силу приговором факты, обладающие ключевым значением для разрешения вопроса о возмещении вреда, до их