Политические институты удельных княжеств, в основном, повторяли институты раннефеодальной монархии:
-Князь - монархический элемент власти.
-Княжеский (боярский) совет; княжеский съезд – аристократические элементы власти.
-Народное собрание (вече) – демократический элемент власти.
-Русская Православная Церковь – духовный элемент власти, не входя юридически в политическую систему удельных княжеств («симфония»), оставалась важнейшим объединительным институтом удельного периода. Церковная организация (митрополия) по главе с Освященным собором епархиальных епископов и митрополитом была единой для всех удельных княжеств.
Данные элементы власти мы видим во всех землях, но соотношение их было различным – в зависимости от особенностей социально-экономического развития уделов.
Рассмотрим три основные модели государственных образований феодальной Руси, три типа наиболее развитых в социально-экономическом, политическом отношении удельных государств.
Это было одно из самых богатых княжеств древней Руси. Территория между Днестром и Прутом на юго-западе Руси была богата черноземными почвами, залежами каменной соли. В крупных городах княжества – Галиче, Владимире-Волынском, Холме, Бресте, Львове, Перемышле и др.- активно развивались торговля и ремесла. Соседство с Венгрией, Польшей и Чехией позволяло вести активную внешнюю торговлю.
Экономический подъем Галицкого княжества начался при князе Ярославе Осмомысле (знал 8 иностранных языков) Галицком (1153 – 1187 гг.). Объединение Галицкого и Волынского княжеств произошло в 1199 г. при волынском князе Романе Мстиславиче (1170 – 1205 гг.). В 1203 г. князь Роман захватил Киев и принял титул великого князя (римский папа предлагал ему принять даже королевский титул).
Роман Мстиславич вел борьбу с местным боярством и даже на некоторое время установил сильную великокняжескую власть, но его сыну – Даниилу Романовичу (1205 – 1264 гг.) пришлось править с 4-х летнего возраста и выдержать борьбу за престол как с венгерскими, польскими, так и с русскими князьями. В этот период боярство вновь приобрело политическую самостоятельность. Только в 1238 г. Даниил Романович утвердил свою власть над Галицко-Волынской землей. Однако в 1240 г. княжество было разорено монголами, а в XIV веке все земли Галицко-Волынского княжества были разделены между Литвой и Польшей.
Несмотря на стремление галицких князей к самодержавному правлению, история Галицко-Волынской земли представляет нам тип аристократического (или олигархического) правления. Основная причина развития данной модели политической власти заключается в том, что уже во времена Киевской Руси X – XII вв. богатые черноземами земли Галича и Волыни жаловались великими князьями Киевскими служилым боярам, и здесь сформировалось крупное боярское землевладение, которое преобладало над княжеским землевладением. Поскольку главным собственником земли был не князь, а боярская знать, поэтому в княжестве фактически власть принадлежала Боярскому совету (аристократическому элементу власти), который подчинял себе и князя (монархический элемент), и вече (демократический элемент).
Княжество находилось на северо-востоке Руси, в междуречье Оки и Волги. Расцвет его начался в XII веке, и княжество стало часто выступать в качестве конкурента Киева. В отличие от юго-западных княжеств, оно было достаточно удалено от пространства «дикой степи», где перемещались кочевые народы. Пересеченная местность с лесами и болотами защищала его от набегов кочевников. Здесь проходило множество торговых путей: водных (Ока, Волга и др. реки), сухопутных (например, великая владимирская дорога), что способствовало развитию городов, ремесел и торговли.
Достаточно долго государственный центр северо-восточных земель не получал территориального закрепления: сначала он находился в богатом боярском Ростове, затем переместился в Суздаль, Владимир, Тверь, пока в XIV веке не утвердился в Москве. Отказавшись от переезда в Киев, северо-восточные князья (первым из которых был князь Андрей Боголюбский), изменили статус Владимирского княжества: получив титул «великого», оно заняло особое положение среди других русских княжеств.
Первые князья: Юрий Долгорукий – сын Владимира Мономаха (1125 – 1157 гг.), Андрей Боголюбский (1157 – 1174 гг.), Всеволод II Большое Гнездо (1176 – 1212) сумели сформировать крупный земельный фонд. Значительная часть земель княжества была освоена в процессе колонизации, новые земли становились собственностью князя. Таким образом, в отличие от галицко-волынских князей, владимирские князья стали основными земельными собственниками, не позволив сформироваться крупному боярскому землевладению. Борьба с боярским сепаратизмом (например, убийство Андрея Боголюбского) здесь увенчалась победой княжеской власти.
Активными союзниками князей стали города, торгово-промышленный класс владимиро-суздальской земли, а также Русская Православная Церковь. Монахи–отшельники, стараясь скрыться от мира в глухих лесах этого края, основывали скиты, пустыньки, которые трудами иноков, при поддержке князей, вырастали в крупные монастыри. На монастырские земли, под защиту монастырских стен, стекались крестьяне, ремесленники, торговцы – возникал посад, город. Например, трудами преп. Сергия Радонежского была основана Троице Сергиева Лавра – духовный центр русской земли, а вокруг нее вырос город – Сергиев Посад. Учениками преп. Сергия были основаны другие крупные монастыри и города северо-восточной Руси. Этот союз монашества, народа, князей стал продолжением и развитием «симфонии» - уже в новых исторических условиях.
Северо-восточные князья обеспечивали землей не только монастыри, но и новый класс, который начал формироваться в данную эпоху – служилое дворянство. Дворяне получали от князей землю не в собственность, а в пользование при условии службы. Возникает новая форма землевладения – «поместье», которое начинает конкурировать с боярским («вотчинным») землевладением. Опираясь на новый класс – дворянство («слуг вольных»), а также на торгово-ремесленное население городов, при поддержке Русской Православной Церкви, владимирские князья сформировали монархический тип власти.
Юридически и фактически главой Владимиро-Суздальского княжества был великий князь, который в своей деятельности традиционно опирался на Боярский совет, вече и Русскую Православную Церковь. Княжеские съезды в XIII – XIV вв. перестают созываться, что также указывает на развитие тенденции самодержавной монархии.
Организационным и подготовительным органом при вече был Совет господ («Оспода», «Господа»), который, в отличие от вече, действовал постоянно и состоял из высших чиновников и аристократии города. В совет входили представители городской администрации: князь, посадник, тысяцкий (действующие – «степенные» и ранее занимавшие должности посадников и тысяцких – «старые»), кончанские старосты и сотские. Кроме того, в совет входили наиболее знатные, богатые бояре и купцы. Таким образом, новгородский Совет господ по составу отличался от Боярского совета русских княжеств.
Председателем Совета господ был новгородский архиепископ – представитель духовной власти и самое влиятельное должностное лицо в городе.
Совет господ созывал вечевые собрания, готовил законопроекты, определял повестку дня вече; контролировал деятельность должностных лиц города. Таким образом, именно Совет господ был реальной властью в Новгороде, направлял деятельность вече.
Юридически Новгород являлся демократической республикой, поскольку законодательная власть принадлежала вече.
Но фактически можно говорить об аристократическом, или олигархическом, типе правления, поскольку большинство вечевых решений было предопределено Советом чиновников и аристократии города.
Архиепископ – самое влиятельное должностное лицо Новгорода:
Он был главой церковной иерархии, осуществлял суд по церковным делам. В 1156 г. Новгород добился права избирать владыку на вече (как и других должностных лиц республики), хотя по канонам епископы избираются Собором Церкви. Но на поставление владыка отправлялся к митрополиту.
Архиепископ был председателем Совета господ, благословлял (т. е. санкционировал) вечевые решения.
Кроме того, владыка был хранителем государственной казны, контролировал торговые эталоны меры и веса, выступал посредником между новгородским и иностранным купечеством.
Посадник (избирался на 1 – 2 года):
Руководил деятельностью должностных лиц, являясь высшим правительственным лицом города. Созывал вече, председательствовал в народных прениях.
Самостоятельно или вместе с князем осуществлял судебные функции.
Вместе с князем командовал войском.
Возглавлял народное ополчение («тысячу»).
Осуществлял суд по торговым делам.
Князь после народного восстания 1136 г. стал избираться Новгородом. Его функции определялись договором с республикой (сохранились договоры XIII – XV вв.):
Князь приглашался новгородцами для командования войском и организации защиты города.
Судить князь мог только вместе с посадником и только в пределах города.
Князю запрещалось приобретать землю в Новгороде, управлять новгородскими волостями.
Договоры определяли имущественное содержание князя и его чиновников, сборы с населения, места и сроки охоты и рыбной ловли.
Участвовать в торговле с Европой князь мог только при посредничестве новгородского купечества.
Обычно Новгород приглашал на княжение владимирских и суздальских князей. В ответ князь обязан был предоставить льготный режим торговли новгородским купцам во Владимирской и Суздальской земле.
Политическая система Пскова, который в XIII веке перестал быть пригородом Новгорода и стал самостоятельным государством, во многом повторяла новгородскую: законодательная власть вече, Господа, выборный князь, наместник новгородского архиепископа. В Пскове не было тысяцкого («тысячи» ополченцев небольшой город не собирал), но было два степенных посадника (один по гражданским, другой по военным делам).
Территория Псковской республики была намного меньше новгородской, земли было меньше, следовательно, меньше был политический вес псковских бояр – землевладельцев, и сильнее средний класс. Псковское вече было более независимым, чем новгородское. Государственный строй в Пскове был более демократическим и формально, и фактически.
В удельных княжествах, в зависимости от особенностей их социально-экономического развития, сформировались различные формы политической власти. Например, Галицко-Волынское княжество представляет нам тип аристократического правления, во Владимиро-Суздальском княжестве был развит монархический тип правления, унаследованный впоследствии Москвой. Новгородское и Псковское государства стали примерами уникальной для феодального общества республиканской формы правления, основными чертами которой были: законодательная власть народного собрания – веча, выборный князь, система сдержек и противовесов в деятельности правительственных органов.
Основой правовой системы удельных государств в XII – XV вв. оставалась Русская Правда. Кроме того, действовали нормы местного обычного права (например, в новгородско-псковских актах постоянно встречается ссылка на «старину», «пошлину»), развивались судебная практика и, конечно, княжеское законодательство.
Например, сохранилось несколько уставов, или церковно-уставных грамот, разработанных удельными князьями на основании церковных уставов великих киевских князей св. Владимира и Ярослава Мудрого (как было указано выше, Русская Православная Церковь оставалась важнейшим объединяющим институтом удельного времени, поскольку церковная организация была единой для всех удельных княжеств).
«...Можно почти наверное сказать, что, по мере учреждения у нас в удельных княжествах новых епископий, местные князья должны были давать своим епископам и особые уставные грамоты. Так, летопись под 1158 годом говорит о суздальском князе Андрее Боголюбском. что он, поставив во Владимире, на Клязьме, соборную церковь Успения Пресвятой Богородицы, «дал ей многие имения и слободы, и села лучшие с данями, и десятину во всем и в стадах своих, и торг десятый во всем своем княжестве». Конечно, все это пожалование документировано было в особой церковно-уставной грамоте, которая не дошла до нашего времени». (Павлов А.С.)
Сохранилось несколько церковно-уставных грамот XII в. (причем подлинность некоторых из них не установлена с достоверностью):6*
1. Уставная грамота новгородского князя Святослава Ольговича 1137 г. — о замене десятины в пользу местной епископии определенным годовым княжеским жалованием. Устав переводит «десятину» натуральную на определенную денежную сумму. Кроме того, данный документ, изданный после восстания в 1136 г, отразил ослабление княжеской власти в Новгороде и укрепление влияния новгородского владыки (устав регулировал доходы архиепископа и давал ему известную независимость от княжеской власти). В уставе содержатся ценные сведения об организации управления в северных и северо-восточных землях Новгорода, а также о развитии новгородской денежной системы.
2. Уставная грамота смоленского князя Ростислава Мстиславича 1136 - 1150 г. — о средствах содержания учрежденной в Смоленске епископии и предметах церковной юрисдикции. Устав содержит в себе пожалование «десятины» в пользу Церкви и определяет круг ведомства церковного суда, сходный, в общих чертах, с перечнем дел церковной подсудности уставов св. Владимира и Ярослава Мудрого.
3. Две грамоты новгородского князя Всеволода Мстиславича (1117-1137 гг.): устав, данный Софийскому собору о церковных судах и уставная грамота, данная церкви св. Иоанна Предтечи на Опоках (построенной Всеволодом в 1127 г.). Устав князя Всеволода почти одинаково с некоторыми списками устава св. Владимира определяет лиц и предметы церковного ведомства.
4. Для истории взаимоотношений государственной власти и церкви на юго-западных и западных землях Руси в ХШ - ХIV вв. представляют интерес устав галицкого князя Льва Даниловича кафедральной церкви Успения 1301 г.
5. Важным этапом в определении церковной подсудности и, вообще, в определении правового положения Церкви в Московском государстве, являются уставные грамоты великого князя Василия Дмитриевича (конец XIV или начало XV века), подтверждающие церковные уставы св. Владимира и Ярослава Мудрого о разграничении церковно-судебного ведомства Церкви и государства.
Особенности социально-экономической и политической истории северо-западной Руси обусловили появление здесь особых правовых источников: вечевого законодательства, торговых договоров с государствами северной Европы (см. выше договоры с немцами), договоров Новгорода и Пскова с князьями.7*
Самыми ранними из договорных грамот с князьями XIII – XV вв., являются грамоты великого князя Ярослава Ярославича 1264—1270 гг. (первая — около 1264 - 1265 гг.; вторая - около 1266—1267 гг.; третья – 1270 г.). Однако они не были первыми из числа договоров новгородцев с представителями княжеской власти. Исследователи предполагают, что формула дошедших до нас договоров начала вырабатываться уже в середине XI века.